Магазин одежды

За дверью оказался еще один зал, примерно такой же пыльный и просторный, как предыдущий, но без стеллажей. В центре него стоял огромный станок, в недрах которого ковырялся уже знакомый девушкам продавец-толстячок. Именно он так услужливо приносил им платья сегодня днем. Наконец в машине что-то щелкнуло, она окуталась голубоватым свечением явно магического толка и загудела. Лау вздрогнула, увидев Рихтера, и замерла, как преступница, которую застали на месте кражи. — Он здесь! — вскрикнула девушка, предупреждая Арвель. — Этот? Продавец? — Арвель выглянула из-за плеча подруги, но мужчина, осклабившись, выбежал в боковую дверь, за которой виднелась лестница вниз. Машина загудела, принялась закидывать кожу из контейнера, стоящего за ней, в свои недра, используя кран-манипулятор, и один за одним выпускать с конвейерной ленты уже знакомые им костюмы. — А-га, был здесь, — промямлила девушка и передернула плечами. В магическом свете машины ей показалось, что кожа, которую та загружает, — человеческая. Да и сама машина будто живая. — Но он убежал. Скорее, давай отключим ее и позовём стражников? Доказательств хватит! Нам даже простят, что мы полезли сюда ночью! Наверное… Механизм будто услышал ее слова: голубоватое сияние сменилось красным, из недр стали появляться трепещущие рукава какого-то костюма. — Арвель? — позвала она и неуверенно скастовала ледяное копьё, которое пока зависло рядом с ней в воздухе. — Согласна, машину надо остановить любым способом, иначе эти живые костюмы… я не знаю, зачем они и куда их столько! — ответила эльфийка. Стрела с бронебойным наконечником, заклинание и атака магической сферы ударили одновременно, но не причинили махине никакого урона — та только загудела еще громче. — Бронированная, зараза! Куда же ее пробивать?! — крикнула Арвель, когда и вторая стрела отскочила, не причинив махине вреда. — Не знаю… — Плюнув на бесполезно разбивающиеся о корпус ледышку, Лау методом подбора решила найти к ней ключик и скастовала шаровую молнию. Вот так каждый раз и пробовать, что подойдет — нет таблиц, что чем атаковать, только общие рекомендации… Но попытка оказалась удачной. Заряд осыпался искрами, и машина завибрировала, получив явный урон. Арвель тоже приноровилась, нашла уязвимые места, попадание в которые вызывало гул и треск. Махина начала защищаться: с конвейерной ленты слетел новый костюм горничной. В отличие от произведенных минутами ранее, он был «живой» и, быстро оценив степень испачканности обеих девушек, бросился лучнице в ноги. Он оплел ее щиколотки кружевными манжетами, вырастил на ее сапожках высокие каблуки и буквально приковал эльфийку к полу. Лау отвлеклась, кинула быстрый взгляд на Арвель и улыбнулась. — Справишься? Отправив в машину еще один электроразряд, волшебница решилась подойти к ней. Девушке хотелось посмотреть, можно ли как-то отключить махину или хотя бы лишить ее поступления новых порций кожи, которые она продолжала жадно закидывать в себя. — Не суйся близко, — предупредила лучница и, совместив на одной линии костюм и машину, выстрелила вновь. Стрела ударила в плотную створку, которой махина прикрыла свое нутро после выпуска платья. Кнопок отключения на ней не было, а контейнер с кожами оказался слишком тяжелым. — Фалгар! — продолжала кастовать молнии Лау, пока Арвель успешно уворачивалась от платья, пытавшегося оплести ее руки и помешать лучница стрелять. И электрический разряд, и стрела попали в машину. Она как раз раскрыла зев и выплюнула новый комплект одежды — уже знакомый костюм лисички. Едва появившись, он тут же бросился волшебнице на ноги и плотно сковал их. Притянутые к бедрам голени и разведенные в стороны ступни изменили их очертания, полностью лишили возможности ходить и возбуждающе завибрировали. — Она нас ими просто засыплет! Волшебница обернулась к подруге и замерла, очарованная ее видом. Костюм горничной плотно утянул талию девушки, придавая телу форму песочных часов. Он сидел так туго, что казалось, будто под ним нет никакой другой одежды. И к этой талии от запястий, закованных в блестящие наручники с идеально белыми манжетами, тянутся тонкие звенящие цепи. Они почти прижаты к торсу, стрелять у лучницы не выйдет, но делать что-то еще… Засмотревшуюся волшебницу чуть было не подхватил манипулятор, закидывающий новую порцию кожи в жерло машины, и она очнулась от фантазий, заводящих сильнее, чем уже вполне приятная вибрация ног. Устыдившись, попробовала стянуть «штаны» руками, но коварный костюм прополз по спине и набросился на голову, почти лишая ее возможности сражаться дальше. Он залепил глаза и рот, погружая Лау в панику — свежа еще была память о пребывании в подобном наряде. Арвель разбежалась и ударила машину ногами. И продолжила пинать ее, уже лежа на полу. — Лау, снимай с нас это все! — взвыла лучница, отводя лицо от наползающей на него костюма. Волшебница сорвала свою маску. — Вентум! Бесполезно. Вихрь в который уже раз не удался, маска скрыла голову ее подруги, оставив только самые основные черты лица под белой пленкой с нарисованными глазами, пухлыми розовыми щечками и алыми губками. Волшебницы всхлипнула, в очередной раз провалив призыв. — Игнисфан! Игнисфан! — в отчаянии и злости шептала она, желая спалить в этом магазине всю одежду. Абсолютно всю, не жалея ни красивых платьев… Ни самого торговца. Равнодушная к огню машина выплюнула наряд русалки, вставший на страже. Арвель, скованная полным костюмом, мыча, пробовала биться внутри, но получалось ли у нее хоть что-то, волшебница не видела. Последнее, что она успела заметить, прежде чем лисья мордочка закрыла ее глаза, было новое одеяние — комбинезон для Лягушки. Эта маска оказалась совсем другой. Она обтянула кожу, сдавила шею и будто проникла внутрь, управляя голосовыми связками. Мордочка двигала ее губами и языком, заставляя произносить скабрезности, от которых девушка краснела и рада была бы замолчать, но и слух исказился. Настойчивый шум проникал в голову, мысли путались и ей хотелось просто вести себя, как похотливая лисичка. Она не то что заклинание не могла произнести, но и думать про то, чтобы снять маску… Было не в ее силах. Арвель же так понравился костюм лисички! Интересно, сейчас, с цепями на руках, эльфийка бы разрешила Лау поработать язычком между ее ног?.. Мм. Волшебница, вот, с радостью позволила бы охотнице набросить на нее боло и стянуть так приятно вибрирующие ноги сильнее… — Арвель, я хочу быть твоей лисичкой! Я буду лизать тебе руки, вылизывать твою грудь, играть язычком между ног. Арвель! Ну же, поймай и приручи меня! Ммм… немного ласки, и я останусь с тобой. Аумм! Дай, дай поиграть с щеточкой! Хочу, чтобы ты вставила ее мне… Костюм полностью скрыл тело волшебницы. Торс и руки исчезли под слоем кожи, и когда одежда обрела все недостающими части, ее действие многократно усилилось. Гипнотизирующий шум в ушах, вибрация между бедер… Начали вибрировать и ладошки, одну из которых Лау опустила себе на грудь, а второй потянулась от живота все ниже и ниже. Только Арвель этого не видела. Ее костюм вначале занялся чисткой тела девушки «от пыли» внутри, бесцеремонно промыв потаенные места, от чего Арвель чуть не задохнулась, а затем поднял ее на ноги и приступил к уборке в зале. Девушки, а вернее их костюмы, никак не взаимодействовали, и просьбы Лау, мастурбирующей сквозь одежду, тонули в пустоте.