Магазин одежды

Лау вбежала в таверну, замерла, пытаясь сообразить, где находится спальня Глоина, но заспанный дворф сам выскочил из боковой комнаты на звук открывшейся двери. — Лау? Где Арвель? Что случилось? Девушка вздохнула с облегчением: вот же чуткий сон! — Глоин! Она… там, там осталась, в магазине этом, — рядом с дворфом, вдали от Рихтера и его костюмов было так спокойно и безопасно, что она едва не расплакалась. — С ней… она жива. Но он использует запрещенную магию. Смесь «дресмейкерства» с чем-то еще. Его костюмы живые, и они захватывают жертву в плен, — краснея, тараторила она. — Нужно вытащить ее. И других… Глоин нахмурился, не говоря ни слова, зашел в свою комнату и через мгновение вернулся, держа в руках массивный рунный щит и испещренный рунами молот. — К Рихтеру значит? Ну пойдем! — И… все, вдвоем? Глоин широко улыбнулся: — Вы недооцениваете меня, Лаурина. Девушка еще больше покраснела, но взяла себя в руки и кивнула. — Идемте скорее! Они поспешили к выходу. Глоин двигался удивительно шустро, чего нельзя было предугадать при его седой бороде и коротким ногам. Седлать лошадей не стали — лишняя трата времени, недалеко. Их путь занял не более пяти минут. — Вот здесь, — Лау указала на магазин, который дворф и так наверняка знал. — Здесь черный ход есть. — Думаю, пора зайти с главного, — Глоин решительно двинулся к крыльцу. — Уверен? — Лау опешила. — Ну, ладно… — взглянув на его молот, девушка отошла в сторону, предоставляя ему возможность выломать дверь. От одного, казалось бы, небрежного удара такая, казалось бы, надежная и массивная дверь разлетелась в щепки, и Глоин решительно вошел внутрь. Лау восхищенно выдохнула и поспешила следом. Они застали Рихтера врасплох. Он снял маску с одного из манекенов и поил девушку, запертую в нем, какой-то буро-зеленой жидкостью. Рядом с ним все еще привязанная к столбику на платформе, стояла безучастная ко всему горничная. — Отойди от нее! — выкрикнула Лау, вслед за этим отправляя в растерянного торговца шаровую молнию. Ненависть к нему, затмевала разум девушки. Ужаленный разрядом, продавец дамских платьев выронил кувшинчик с напитком и попытался убежать, но буквально в двух шагах от него — непонятно как — оказался Глоин. Рихтер замер, взглянул на молот, потом в глаза Глоину, сглотнул и как-то сразу обмяк. Лау потеряла к нему интерес. Она подбежала к Арвель и принялась отвязывать ее от жерди. — Все твоих рук дело? — Глоин взял Рихтера за воротник и встряхнул. Тот судорожно закивал: — Только я не убивал, они все живые! Раздался топот ног, и Лау испуганно развернулась, готовясь кастовать новое заклинание. — Что здесь происходит? — В магазин ворвалась городская стража. — Глоин? Ты как здесь?.. — удивленно спросил седой усатый десятник. — Да вот, вашу работу делаю, Данте! Забирайте, крысеныша! — он подтолкнул Рихтера в спину и скрестил руки на груди. Стражник передал торговца своим подчиненным и повторил вопрос: — Так то здесь происходит? Лау не обращала на него внимания. Она аккуратно, чтобы не поцарапать лицо подруги, снять с нее маску и вытерла ей рот — слюны из-за кляпа натекло прилично, — смущенно улыбнувшись, отвела взгляд и продолжила освобождать лучницу. — Это пусть они лучше расскажут, — дворф кивнул на девушек, и Лау пришлось ответить. — Все эти манекены — живые люди. Платья их пленили. Там в подвале еще одна, кажется, в костюме русалки. А в подсобном помещении — машина, которая их делает. Глоин хмыкнул и лично направился в подвал: — Русалка говорите? Данте и его помощники начали осторожно снимать маски и приводить «манекены» в чувство. Радуясь, что Глоин ушел, Лау успокаивающе заговорила с эльфийкой. — Потерпи ещё немного… Сейчас сниму. Вот так! — она ловко расшнуровала платье и потянула с плеч рукава костюма. — Аахх! — выдохнула Арвель, наконец получив возможность нормально дышать, корсет сдавливал грудь и талию так, что она едва не теряла сознание. — Уфф, там мой лук… и остальное, где-то, если горничной не замела… — Отдохни. Сейчас найдем. Глоин русалку спасет, и пойдем… туда, — чуть более мрачно добавила волшебница, имея в виду помещение с машиной. Арвель села и обессиленно откинулась на стену, чтобы перевести дух. Лау опустилась рядом с ней и молча смотрела, как стражники возятся с «манекенами», но уже через пару минут появился мокрый, но довольный Глоин с русалкой на плече. — Вот, выловил рыбоньку! — Глоин! — укоризненно посмотрела на дворфа волшебница, пытаясь не вспоминать, что фантазировала с ней. — Данте, принимай улов! Передав девушку десятнику, дворф перехватил молот двумя руками, и направился в машинный зал. Не пригодившийся щит валялся рядом с Арвель. — Пойдем пом… посмотрим, как он разгромит эту штуку! — Лау подала эльфийке руку, и та поднялась, опираясь на нее. Когда они вошли в зал, Глоин ходил вокруг бесшумной немигающей машины. Затем, примерившись, он сделал короткий замах и с хеканьем ударил по махине. Она рассыпалась на множество отдельных деталей, и теперь наверняка не подлежала восстановлению. — Даа… — с завистью протянула Лау. — Ну, по сути, все?.. — она повернулась к Арвель. — Вроде, тут больше никого нет, можем возвращаться. — И смущённо покраснела. — Снаряга моя, — напомнила Арвель и стала осматриваться в поисках своих вещей. — Да, точно! Давай поищем! Волшебница отошла от Арвель и дворфа, который вовсе направился в общий зал, и занялась поисками. Девушка правда хотела найти лук подруги и — маску лисички. Не скоро она, наверное, пригодится, но… Эльфийка довольно быстро нашла боло, лук, стрелы и клинок в дальнем углу помещения — видимо запомнила свою «уборку» и двигалась по уже пройденному маршруту. Лау тоже повезло найти подходящую маску и, сложив ее, спрятать за спиной. — Ты была права… — задумчиво проговорила Лау, когда и они с эльфийкой спустились в зал. — Спасение этих девушек — твоя заслуга. — Ну, не потащи ты меня за платьями… Вон они, кстати, все четыре, — Арвель с сочувствием смотрела на ошалевших девушек, ставших жертвами коллекционера. Лау покосилась на стражника. — Не думаю, что они сойдут за компенсации… или? — Победителям можно все, — улыбнулся Данте. — Законный трофей, тут все равно все с молотка пойдет. Волшебница хмыкнула. Трофей у нее уже был, но не отказываться же от такого шикарного платья! Тем более, это позволит вновь увидеть в нем Арвель. Пока эльфийка заново экипировалась, навешивая на себя оружие, Лау упаковала в коробки два платья, спрятала в своем и маску и отозвала наконец сферу. — Данте, спасибо. Мы можем идти? — спросила Арвель, и стражник улыбнулся ей. — Это вам спасибо, милые девушки, да вы свободны. — До свидания, — попрощалась волшебница и вышла на улицу. Только тут она с наслаждением вдохнула холодный воздух и полностью успокоилась. Не надо было никуда спешить, все в безопасности. Они сделали доброе дело… и заслужили немного спокойного сна! Дорога до таверны казалась такой дальней, что Лау пожалела об оставленной в конюшне лошади. Какое-то время шли молча, но Арвель, посмотрев на подругу, тащившую две коробки, нарушила тишину: — А платья-то тебе куда? — Одно тебе! — радостно заявила Лау. Звучало это абсурдно. Представить, что Арвель всюду будет таскать его с собой… — Оставишь у Глоина, как заедешь к нему — меня вспомнишь. Арвель скептически хмыкнула: — С гномом танцевать? От Акулины раз не убежать — и я в него не влезу. Лау недовольно фыркнула, смутилась, сделав себе зарубку избавиться от этой привычки, и вручила эльфийке коробку. — Можешь выбросить прямо здесь! — Прости, Лау. Я… Я просто… Если бы не ты… — Арвель порывисто обняла подругу, не выпуская из рук коробку. Лау тоже обняла ее. Крепко-крепко. Уткнулась в плечо и тихо расплакалась. Так они и стояли, обнимаясь посреди улицы и плача. — Пойдемте, девочки, — Глоин похлопал их по спинам. — Надо вам поспать. Держась за руки девушки добрели до «Серого Когтя». Глоин с понимающей улыбкой проводил поднимающихся по лестнице подруг взглядом и остался в зале. А Лау и Арвель молча дошли до своей комнаты, не смотря друг на друга разделись, и упали на кровать. Волшебница даже не заметила, что эльфийка не сняла комбинезон и сапоги — только оружие сложила на пол рядом с коробкой.