Romance at work

      Сынчоль не знал, откуда блондин свалился на его голову. Причем свалился в прямом смысле слова. В первый рабочий день умудрился споткнуться о трубы, не убранные со входа, и растянуться на полу, привлекая внимание всего цеха. — Эй, ты в порядке? — Сынчоль протянул руку, как единственный, стоявший рядом. Она была вся в соляре, и мужчина сомневался, что паренек примет помощь. Но тот лишь широко улыбнулся, вставая, оперевшись на Сынчоля. — Ай-яй, — он потер ушибленный подбородок. — Спасибо. Поправь меня, если я не прав, но разве трубы должны лежать здесь? — Нет, наш косяк, прости. МинГю, Сунен, Дино! Чтобы в течение получаса этого здесь не было! — Сынчоль окинул парней предупреждающим взглядом и снова повернулся к новому знакомому. — Чхве Сынчоль — мастер механического участка. — Юн Джонхан — инженер-технолог. Будем часто пересекаться, — ДжонХан немного удивился такой быстрой смене настроения, но руку пожал искренне. — Ты к нам так или по делу? — Пришел познакомиться, но как-то страшно, — блондин слегка покраснел, и Сынчоль в очередной раз удивился, что здесь делает такое чудо, как он. — Не бойся, мы все простые парни. Идем, если что, прячься за меня, — Чхве рассмеялся, направляясь к своему участку. ***       По долгу работы ДжонХан часто тусовался то на механическом участке, то на трубопроводном, что находился рядом. Очень быстро он сдружился с ребятами, кто-то был даже младше него. А еще его постоянно подкармливали то сладким, то фруктами. С этого Юн всегда смущенно смеялся.       С Сынчолем они пересекались только на работе, но почему-то сдружились сильнее, чем с кем-либо. Наверное, дело в возрасте. Они были одногодками с разницей в пару месяцев. И у мастера сегодня день рождения. ДжонХан спустился в цех, надеясь застать парня в одиночестве, но, судя по смеху за перегородкой, здесь были все. — И все-таки он не вписывается в данную обстановку, да? — Он довольно красив. Интересно, как его занесло в судоремонт? — Мне кажется, такие как он, должны играть на сцене. Знаете, когда выходит актер, и дух захватывает? — все засмеялись, а ДжонХан покраснел. — Сынчоль-хен, а не влюбился ли ты часом? — послышался удар и громкое «ай». — Перерыв окончен. Живо работать, — Чхве красный от злости и смущения шагнул за перегородку, сталкиваясь с блондином. — ДжонХан! — парень испуганно оглянулся на друзей. Те усиленно прятали взгляд, делая вид, что работают. — Давно ты здесь? — Только подошел, — Юн вглядывался в лицо человека, которого считал своим другом. Красные пряди выбились из-под каски, взгляд наполнен смущением и виной. — Ты все слышал, — блондин не умел врать. — Это не то, что ты думаешь. — А что я думаю? — ДжонХан должен был кричать, бить его, злиться. Все, что угодно, лишь бы не это тихое разочарование. — Что вы сплетничаете у меня за спиной? В глаза улыбаетесь, а что-то сказать боитесь? Что ты… — парень сглотнул, и Чхве вместе с ним — … не мог все это пресечь? — Ханни… — Юн сделал шаг назад, сжимая нагрудный карман. — Прости, Сынчоль, мне нужно работать.       Его ждало сорок единиц арматуры. Прекрасная возможность отвлечься. И застрять на участке на пару часов… *** — Доброе утро! — ребята с механического участка все также здоровались с ДжонХаном, на что блондин только молча кивал и проходил мимо. Гораздо проще это было сделать, когда они находились не в цехе и рядом не было Сынчоля. Почему-то мысли о нем волновали, а утихшая обида разгоралась вновь. Но сейчас выбора не было. Его начальник отправил ДжонХана на плавдок, сказав, что в курс дела его введет мастер механиков. Юн глубоко вздохнул, подойдя к лестнице, и начал путешествие на пятнадцать метров вверх.       На башне дока высоко и страшно, но безумно красиво. Море расстилается сине-зеленым полотном, а к причалу иногда приплывают кормиться дельфины. Солнце еще не до конца взошло, а поэтому светило блондину прямо в лицо. Парень улыбнулся, жмурясь от удовольствия. Сейчас бы искупаться… — ДжонХан? — идиллия закончилась. — Мне сказали, ты введешь меня в курс дела. Что-то там с насосом, — Сынчоль обратил внимание, что ДжонХан предпочитает не смотреть на него, и глубоко вдохнул. — Да, идем, это на левой башне. — На левой? Это что, идти по мостику? — Да. Боишься что ли? — Сынчоль усмехнулся. — Безумно, — парень закусил губу и обреченно смотрел на это сооружение длинной четыре с половиной метра и шириной сантиметров пятьдесят. — Иди сюда, — Сынчоль стоял в паре метров, по-доброму улыбаясь, и протягивал руку. — Смотри только на мою спину, хорошо? — ДжонХан кивнул, вкладывая свою ладонь в мужскую.       А раньше он не замечал, что рука Сынчоля такая большая. И еще от Чхве пахнет приятно, и это не может заглушить даже запах металла и сварки. И улыбка у него сейчас такая теплая, чуточку снисходительная и сильно заботливая. ДжонХан не может вспомнить, что он, вообще-то, обижен. — Вот видишь, совсем не страшно? — Они уже перешли? — Идем, у меня мало времени, — Юн вырвал свою ладонь, крепче обнимая папку. Казалось, этот жест расстроил Сынчоля еще больше. *** — ДжонХан! — они уже спускались вниз, когда отчаянный оклик Сынчоля заставил их остановиться в одном из пролетов. — Я знаю, что словами поступков не исправишь, но прости меня! — ДжонХан отвернулся, облокачиваясь на перила и глядя на море. — Я не обижаюсь конкретно на тебя или ребят, передай им это, кстати. Просто сама ситуация… Я ведь не скрываю ничего! Интересно-спросите, но не перемывайте мне кости за спиной. На меня и так здесь все смотрят, как на диковинную зверушку. Это неприятно. А тебе я доверя… — Сынчоль не расслышал конец. ДоверяЮ? ДоверяЛ? Но переспрашивать было страшно. — Дай мне еще шанс, Ханни, пожалуйста! — Зачем? — блондин внимательно смотрел на парня. — Я не могу тебя потерять, — ДжонХан от таких слов зарделся. Сынчоль, когда осознал сказанное, тоже. — Меня, наверное, уже потеряли, — Юн ставит ногу на ступеньку, и она проскальзывает вперед.       Блондин громко вскрикнул от резкой боли в мышцах, всплеснул руками, пытаясь ухватиться за что-нибудь. Он видел расширившиеся от ужаса глаза напротив, раскрытый в крике чужой рот. — ДжонХан! — Сынчоль упал на грудь, ловя парня уже в полете. — Пожалуйста, Сынчоль, только не отпускай, — Юн говорил тихим, периодически срывающимся голосом. Из глаз текли слезы, но он старался не шевелиться, чтобы Сынчолю не было тяжелее.       А у Чхве адреналин зашкаливал. Господи спасибо за часы в тренажёрном зале не ради девчонок, а ради результата. Сейчас шестьдесят джонхановских килограммов не ощущались как неподъемная ноша. Он поднял его одним резким движением, отполз к стенке и крепко прижал к себе дрожащее тело.       ДжонХан вцепился в жесткую робу, чувствуя бешеное сердцебиение под ней. Адреналин отпускал, и Юн начал просто задыхаться от испуга. — Дыши! ДжонХан! — но слова не помогали. Сынчоль беспомощно смотрел на краснеющее лицо, после чего принял единственное возможное на тот момент решение. Он обхватил лицо Юна и осторожно поцеловал.       Сработало. ДжонХан затих, а когда Чхве отстранился, глубоко вздохнул и закашлялся. — Зачем ты это сделал? — голос был сиплым. — У тебя была паническая атака. Ты в порядке? Не ушибся? — Руку потянул, но это ерунда. Ты… ты мне жизнь спас, понимаешь? Что мне сделать, чтобы отблагодарить тебя? — Поцелуй. — Что? — Поцелуй меня, Ханни. Мне кажется, я влюбился в тебя, — блондин покраснел до кончиков ушей, но просьбу выполнил. Пусть это и было двухсекундное касание сжатыми губами, но оно было! — Прости! — ДжонХан быстро поднял каску, схватил папку и, держась за перила, максимально быстро спустился вниз.       На следующий день ДжонХан не вышел на работу. Сначала Сынчоль подумал, что Юн его просто избегает, но поднявшись в кабинет технологов обнаружил выключенный компьютер и отсутствие личных вещей. Ненавязчиво спросив у начальника не заболел ли парень, получил ответ, что тот всего лишь улетел в командировку. Вернется через восемь дней. Хах, ерунда. Осталось только пережить эти дни без него.       После вчерашнего поцелуя все встало на свои места. Сынчолю было странно, страшно, но своих чувств он не отрицал. И молился, чтобы ДжонХан не оттолкнул его, даже в случае отказа.       Дни тянулись как растаявшая карамель, а прошло всего два. ДжонХан должен был вернуться через неделю в понедельник. Поэтому он не поверил своим глазам, когда через шесть дней на выходе с завода его встретила белобрысая макушка в комплекте с робкой улыбкой. — Сынчоль! — Чхве быстро распрощался со всеми, в три шага преодолевая расстояние между ними. — Ты вернулся! Но… еще два дня? — Я не мог ждать, — Юн покраснел, и протянул ему маленькую коробочку. — С днем рождения, — на лице блондина сверкала широкая улыбка. — Прости что поздно, — Чоль схватил парня за руку, ведя к своему транспорту. — На нас все смотрели, — ДжонХан покраснел еще сильнее, уже сидя в машине. — Это… — голос Сынчоля дрогнул, и он поспешил откашляться. — Это все, что ты хотел? — Не совсем. По поводу того происшествия, — блондин нахмурился, глядя куда-то на приборную панель. — Если ты хочешь держаться от меня подальше, то ради бога, не делай этого! — ДжонХан повернул голову, глядя на него нечитаемым взглядом. — Почему ты думаешь, что я скажу именно это? — А разве нет? — Для начала я хочу кое-что проверить, — Юн посмотрел по сторонам, убедился, что никто не смотрит и, положив ладонь на чуть шершавую щеку, осторожно поцеловал. Вторая рука лежала на его груди. — Значит не показалось, — блондин заменил рукой Чхве свою. — Чувствуешь? — под мозолистыми пальцами заходилось в быстром темпе чужое сердце. — Это ты виноват. Возьми ответственность, — Сынчоль нервно выдохнул, чувствуя, как отпускает волнение. — Ты не хотел бы остаться у меня? — На выходные? — ДжонХан улыбнулся. — На всю жизнь.