Кто не гей, я не виноват!

Мин всё никак не мог раскрыть рта. Впервые у него не было слов, и он просто тупо шагал за Чимином, который шёл впереди, подпрыгивая и напевая песню. Они пришли в общагу к вечеру, и, как только открыли дверь, свет и музыка вырубились. Мимо них пробежал Чонгук с Тэхёном на спине, а Джин с колпаком достал хлопушку. — Чего так поздно, идиоты? У нас же праздник! — Какой? *** — Ну что, выпьем? Ребята включили музыку на всю катушку и веселились. Чонгук незаметно поглаживал колено Тэхёна, отчего тот чуть вздрагивал и убирал руку настойчивого макнэ. Намджун всё время касался шеи Джина, и тот смотрел на него убийственным взглядом. — Давайте ещё выпьем? — Джин стал наливать всем, но, когда очередь дошла до Чимина с Юнги, бутылка была пуста. — Ой! А у меня ещё есть, — Джин незаметно подмигнул Чонгуку, и тот взамен кивнул. — Хён, пошли ко мне в студию, я новую песню написал, хочу узнать твоё мнение. — Гейские намёки? — Юнги снова засмеялся, а Чимин разочарованно вздохнул. Неужели Юнги невозможно изменить? Как этому идиоту объяснить, что любовь не зависит от пола? Вигуки свалили, и остались только четверо. Джин налил ребятам, и они продолжили. — Хён, как думаешь, кому достанутся деньги? — Намджун кинул взгляд на ящик с деньгами, и Юнги посмотрел туда же. — Как кому? Мне конечно! Вы же все пидоры! Чимин, уже злясь, выпил тот алкоголь, который принёс Джин, и с характерным звуком, только громче, поставил на стол. Юнги проделал то же самое. — И что это сейчас было? — спросил Мин у Чимина. — Просто ты неисправим! Каким был, таким и останешься! — В смысле? — Просто ты уже задолбал! У тебя одни пидоры вокруг! А знаешь, что тебя тоже многие пидором считают, и, возможно, кто-то в данный момент пишет фанфики о нас с тобой! Наступила неловкая тишина. Джин взглядом показал Намджуну, что пора валить. И они, под предлогом сбегать в магазин за выпивкой, свалили. В общаге никого, кроме этих двоих. — Я просто не понимаю! Даже после того поцелуя, ты всё равно продолжаешь! — А разве что-то должно было измениться? Ты меня просто обслюнявил, а я не мог отстраниться, потому что сзади были фанаты, и если бы нас с тобой увидели… — То что? — Ты хоть понимаешь, что было бы? Хочешь всю группу развалить своими шутками? — Юнги разозлился и встал. — Тебе же понравилось! — Чимин встал следом, и Юнги, услышав это, медленно развернулся. — Понравилось? — он медленно шагал в сторону Чимина, а тот испуганно отходил, — Думаешь, мне понравилось?.. Да… Мне понравилось… И очень! — Чимин врезался спиной в стол, Юнги вплотную подошёл. Внизу живота словно порхали бабочки, и оба почувствовали бешеное возбуждение. — Хочешь повторить? — шёпотом спросил Чимин, облизав губы. — Нет… — Пак опустил голову, прикусив губу, — К чёрту! После этих слов Мин впился в губы Чимина. Пак уже не соображал. Нравилось всё, абсолютно всё. Юнги покусывал губы и тянул, руками обхватывая талию и опускаясь ниже. Чимин коснулся шеи Мина, а тот приподняв, посадил его на стол. Чимин так сильно прижимал старшего, словно желая слиться с ним. Так хотелось буквально попробовать его всего. Лишь это желание овладело им и его телом. Руки Чимина на автомате сняли с Юнги футболку, и Пак откинул её куда-то в сторону, а точнее в раковину с грязной посудой. Но сейчас не до этого. — Чёрт, как крышу сносит, — прошептал в поцелуе Юнги. Чимин отстранился и улыбнулся пьяной улыбкой, потому что алкоголь полностью завладел им. Тяжёлое и сбившееся дыхание опаляло чужие губы, — Хочешь меня? — Да… — Но ведь ты не гей. — А ты и не парень, ты чистая баба, так что заткнись и сними это с себя! Юнги снял толстовку Чимина и откинул куда-то, припадая к шее младшего, а тот уже забылся, тихо постанывая и зарываясь пальчиками в шевелюру Мина. Чимин прикусил губы и прикрыл глаза от наслаждения. Юнги целовал, покусывал, а после зализывал. Он руками исследовал всё тело Чимина, в этом младший не сомневается, так как чужие руки он чувствует уже повсюду. До ужаса хотелось облапать его всего, и сейчас его руки были у ширинки, но Чимин остановил его: — Давай лучше в спальню — прошептал он у самого уха, так что по шее Юнги прошло горячее дыхание. — Как хочешь, малыш. — особенно произнёс последнее слово. — Хён! Не называй меня так! — по-детски проскулил младший. — Нашёл время возмущаться, — Юнги поднял его, и Чимин прильнул к шее хёна, пока тот нёс его в комнату. Юнги грубо уложил Чимина, в прямом смысле чуть ли не кидая, благо всё же придержал за голову, и стянул с него штаны, на которых уже была расстегнута ширинка. Член уже пульсировал. Юнги подползает ближе, а Чимин, расплывшись в пошлой улыбке, слегка высунул язык. Юнги губами обхватывает и снова затягивает в мокрый поцелуй. Рука по дорожке аккуратно спустилась к боксерам и залезла внутрь, обхватив член, и Чимин бесстыдно застонал в поцелуе, но не прекратил его. Юнги снимает боксеры и сжимает орган. Чимин отстраняется и в эту же секунду резко подминает Юнги под себя. — Мистер «я не пидор», не считаете, что это нечестно? Я полностью голый, а вы в штанах. — Так исправь это, — вызывающе сказал Мин, чуть ухмыльнувшись. Чимин медленно коснулся губами шеи Юнги и стал спускаться ниже, попутно целуя. Он расстегнул ремень и, сняв его, отложил в сторону. — Для чего это? — Узнаешь. — Этого нам не нужно, — голова Юнги кружилась, но ему это безумно нравилось. Словно адреналин был в крови, и хотелось сорваться, но в то же время было приятно, хотелось закрыть глаза и оставить всё умелым ручкам мелкого. Чимин снял ненужную вещь, и Юнги судорожно сглотнул. Чимин коснулся возбуждённого члена через ткань и дьявольски ухмыльнулся. В его глазах играли чёртики и алкоголь. — Давай сравним, кто лучше отсасывает? Я или эта Чонхи из клуба? — после этих слов Чимин снял боксеры Мина, покусывая губу. — А у тебя был опыт, пидора кусок? — Заткнулся бы, голубой натурал! — Чимин чуть ноготочками провёл по бокам старшего. — Даже обзываться не умеешь. — Зато целуюсь клёво. — С этим не поспоришь. Ну покажи, что умеешь? Чимин схватил член обеими руками, и Юнги устроился поудобнее. Пак провёл языком по пульсирующему органу, чуть обхватил головку и отстранился. — Я хочу, чтобы ты смотрел на меня, — от этих слов Юнги слюной буквально подавился. — Кхм… Кхм… В смысле? Ну… Если ты так хочешь… — Мин чуть приподнимается и опирается головой об изголовье кровати. Чимин облизал губы, и Юнги чуть ли крышу не снесло от таких манипуляций. Чимин снова приступает к своему занятию. Он руками обхватил бёдра Юнги и сжал их, а Мин на это лишь улыбнулся. Чимин, проводя языком, взял головку члена полностью, он снова обхватил руками член и чуть сжал, отчего Юнги, сам того не осознавая, хрипло застонал. — Чёрт, педик, что ты вытворяешь? — Ублажаю другого педика. Чимин снова обхватил и стал двигать головой, попутно языком внутри облизывая. Юнги продолжает хрипло постанывать. Его голос низкий, а стоны словно услада для слуха. Юнги остановил Чимина и, приподняв за подбородок, жадно впился в пухлые губы. — Помнишь твой крем для рук? С таким прикольным ароматом персика? — спросил Юнги шёпотом прямо в губы. — Хён, это был не крем, — Чимин буквально задыхается от такого перевозбуждения и уже даже не понимает, что говорит. — О боже, — Мин прикрывает глаза, — Похуй, потом разберёмся. Тогда точно неси эту хуйню. Чимин смеётся, вновь облизывая покусанные губы и отстраняется, чтобы найти нужную вещь. — Вау, — Мин останавливается на секунду, — Пак Чимин, а я и не знал, что у тебя такой офигенный зад! — Ага-ага, а кто постоянно зависал на них? Думаешь, я не знаю, мистер «я не педик»? — Я-то? Ха! Да никогда! — Ну-ну! Внутри Юнги всё словно вспыхнуло. Было очень странное чувство… Уже просто до безумия, до покалывания на пальчиках ног хотелось Чимина. Поэтому пока Пак что-то болтал, Юнги встал и, подойдя вплотную, пошло и требовательно поцеловал младшего. Чимин с тюбиком в руке не растерялся. У него тоже вмиг появилось это безумное желание. Подхватив и уже нежнее уложив Чимина на кровать, Юнги поглаживал его бёдра, а после сжал правую ягодицу, от чего Пак протяжно застонал. Юнги развернул его к себе спиной и открыл вид на шикарную пятую точку младшего. Он достал смазку и, не пожалев, выдавил себе на руку. Юнги лёг на Чимина, покусывая мочку уха, и вставил один палец. Чимин закусил губы и замычал, потому что Юнги вставил и второй. — Мне… Нравится… Очень… Продолжай… — Какой ты испорченный, Чимин~и, — Юнги вставил третий палец и медленно вводил ими. Чимин продолжал, не жалея своего горлышка, судорожно издавать приятные для ушей Мина звуки. У Юнги снесло крышу, и кое-как добавив четвёртый, он сразу вытащил пальцы и развернул Чимина. Такой горячий и такой возбуждающий. — Готов? — Мин наклонился, поцеловав в скулы и утыкаясь в шею, чтобы вновь оставить пару меток. Ему просто хочется целовать и целовать. Безумно странное чувство и ощущения. Он не дурак и прекрасно знает, как происходит всё это у парней, но сейчас впервые он боится сделать что-то не так. Чимин весь такой открытый, красивый и безумно возбуждённый лежит под ним и мычит от приятных ощущений. И Юнги просто сейчас боится, что-то сделать. — Хён, твою мать, сделай уже что-нибудь. Не бойся! Юнги старался входить быстро и он это сделал, но до половины, отчего из уст Чимина вырвался грудной и болезненный стон. В уголках глаз скопились слёзы, и Юнги поцеловал его: — Всё хорошо. После он стал медленно двигаться, не забывая ориентироваться по мимике Чимина. В момент, когда Пак чуть прикусил губу, так гортанно постанывая, Юнги понял, что задел простату. С этого самого момента Юнги готов поклясться: он не знал, что Чимин стонет так громко, так сладко и так протяжно. Мин пытался оставаться на одном темпе, но всё же двигался сначала медленнее, а после грубо и быстро, доводя Чимина до пика, но потом лишаяя его возможности кончить. Мин чувствовал, что уже на грани и хотел выйти, но Чимин не хотел этого. — Хочу~… — Много чего хочешь, — прошептал прямо в ухо и вышел в этот же самый момент. Простынь была испачкана, а Юнги обессилено упал на него. — Нихера себе… — Что? В восторге? — с отдышкой, улыбнувшись, спросил Мин. — Нет, просто ты тяжёлый, — Чимин тяжело дышал, и сонно смотрел в потолок, — Ну и кто лучше? — Чонхи… — Чимин изменился в лице, — И мизинца твоего не стоит. Ты отсасываешь в тысячу раз круче, — Юнги целует Чимина в висок и встаёт, чтобы запереть дверь в их комнату. — Зачем ты это сделал? — Я хочу спать. Мин потянул белоснежную простынь и выкинул её на пол. Он лёг рядом с Чимином и, укрывшись одеялом, притянул его вплотную. Пак что-то бормотал, но не долго. Вскоре он прикрыл глаза и сразу заснул. *flashback* — Что за идея? — Сиалис Тадалафил! Сильный возбудитель, — проинформировал кратко ребят Намджун, — Если они переспят, мы останемся в двойном плюсе. Деньги разделим, а эти двое долго ещё не отойдут от произошедшего. — Хён, ты… — Гений? — Дьявол! — завопил Чонгук, — Посланник дьявола! Демон! Царь ада! — Достаточно Чонгук, — остановил Чонгука Тэ. — Ставлю на то, что Чимин пассив! *** — У меня есть ещё бутылочка, — Джин подмигнул Вигукам и, взяв ту самую бутылку с возбудителем, налил Юнминам. *конец flashback* — Они поебались? — в общагу зашли Вигуки. — Чонгук! — Джин убийственно посмотрел на младшего. — Ой! Простите! Они поебались? — уже шёпотом спросил Чонгук. — Думаю, да, — ребята оглянулись и увидели футболку Юнги в раковине, толстовку Чимина на холодильнике и столовые приборы на полу. Телефон Джина завибрировал, и тот ответил на звонок: — Хосок? Привет. — Привет, хён, я завтра приезжаю.