for a while longer

галф прожил несколько действительно непонятных месяцев. когда он решил пройти прослушивание на роль в сериал про любовь парней, он никогда не мог предположить, насколько сложным будет выполнение этой роли на самом деле. принятие роли тайпа казалось легким и плавным в начале, учитывая, что у персонажа было несколько общих с ним черт и интересов, и прослушивание прошло достаточно гладко. ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что остальная часть его пути не будет такой легкой. начало работы с пи'мью было тревожным сигналом. опыт старшего постоянно бросал ему вызов, чтобы оставаться на высоте. и когда он не мог проникнуть в глубины своего характера, пи'мью пошел на дополнительные шаги, чтобы помочь ему войти в роль тайпа и дать лучшее актерское исполнение, чем он думал, что может сыграть. но вот чего он никак не ожидал, так это того, как трудно будет на самом деле снять эту роль и вернуться назад, став... ну, самим собой. из всех проблем, с которыми ему приходилось сталкиваться, чтобы выполнить свою работу, это было, по сути, то, что истощало его больше всего. стать тайпом было так же легко, как дышать после времени, которое он провел, действуя как он во время воркшопов и во время съемок. переключение между галфом и тайпом было быстрым, как удар молнии. в отличие от своей собственной жизни, жизнь тайпа была полна драмы. некоторые пришли, чтобы найти его, но некоторые он создал сам из-за своего вспыльчивого характера и трудной личности. несмотря на свои недостатки, тайп также был персонажем, который постоянно находился на эмоциях, поэтому более спокойное "я" галфа находило это захватывающим и, честно говоря, довольно увлекательным. он отчасти винил в этом пи'мью. галф выбрал его во время прослушиваний, потому что в море скучных и среднестатистических актеров, которые не могли заставить его вздрогнуть, стоя нос к носу, пи'мью удалось заставить его покраснеть и почувствовать себя "неправильным" издалека. он чувствовал, как между ними потрескивает химия, как и все остальные в этой комнате, и кто бы ни пришел до или после него, он был забыт в щекочущем ощущении, пробегавшем по его спине, когда он думал о нескольких минутах, проведенных с мью. это была та самая химия, которая делала тайпа сильным и предоставляла трудности галфу для того, чтобы восстановить контроль над собственным телом. так что для галфа не стало сюрпризом, что он просто не мог дотянуться до себя в конце последнего дня съемок. он рационально понимал, что в ближайшем будущем снова увидит пи'мью, в рекламных целях, он знал, что они будут поддерживать контакт и встретятся снова скорее раньше, чем позже, но независимо от того, что он думал, он чувствовал, что пи'мью расстается с ним. это, мягко говоря, сбивало с толку. столкновение его личности и тайпа, борющихся за победу в объятиях мью, вызывало у него тошноту. мью, казалось, почувствовал его смятение, потому что он крепче обнял галфа, и галф почувствовал, как его захлестнула волна благодарности и тепла. физический комфорт между ними возник так рано, что остальные сотрудники, все еще слоняющиеся вокруг них, даже не задавались вопросом об их состоянии. галф едва мог расслышать, как они объявляют праздничный ужин в тумане фонового шума. объятия были естественным решением после актерской сцены, в которой тайп рассказывает тарну о своем прошлом во время семинара, оставляющая его эмоционально опустошенным. он так глубоко вошел в характер своего персонажа, что просто не мог перестать плакать. неважно, кто пытался утешить его или вернуть к нормальной жизни, тайп не хотел никого, кроме тарна. поэтому галф прижался... к мью. гораздо дольше, чем ему хотелось бы думать. в конце концов он успокоился и пришел в себя, но привычка никуда не делась. сегодня было еще хуже, чем тогда. все казалось неправильным, несбалансированным. он не мог сказать, что его чувства и тайпа отделены друг от друга. он только знал, что его сердце разбито, а объятия мью никогда не продлятся так долго, как ему нужно. и все же ему пришлось сделать шаг назад. стафф звонил, камера следила за каждым его движением, и галф не был настолько неосведомлен о своем положении, чтобы не знать, что оставаться прямо тогда было плохой идеей. ему просто нужно было дать себе время прийти в себя. ему не нужен был пи'мью, чтобы сделать это.

•••

к сожалению, даже после ненормального количества еды и пива галф все равно чувствовал себя плохо. он готов был поклясться, что слышит, как кто-то в глубине души ворчит на него, стараясь подобраться поближе к тарну, который болтал и смеялся среди персонала и других актеров, совершенно не обращая внимания на свое положение. остаться с ним наедине, пойти домой вдвоем, позволить тарну обнимать его, чтобы он уснул (или, еще лучше, трахнуть его, чтобы он заснул), потому что он устал и эмоционально истощен и не мог больше видеть своего партнера таким равнодушным. это сводило с ума. какое-то время он пытался справиться с этим сам, спокойно потягивая пиво, но чем дольше он игнорировал это чувство, тем сильнее ему казалось, что он вот-вот задохнется. он сделал последний глоток своего напитка, для храбрости, и наконец встал. мью поднял голову, чтобы посмотреть на него, как только он встал со своего места, и галф почувствовал, как у него потеплело на затылке. его желудок слегка скрутило от взгляда, который бросил на него мью, но он сохранил стоическое выражение лица и ответил своим собственным взглядом. затем он медленно повернулся спиной и направился в туалет. он проверил все кабинки, как только вошел, и, к счастью, нашел их все пустыми. было уже раннее утро, и большинство посетителей уже ушли, так что он надеялся, что никто не зайдет к ним. поэтому он ждал, прижавшись спиной к одной из раковин. на самом деле это заняло всего пару минут – мью последовал прямо за ним, как и ожидал галф, приветствуя его с вопросительным выражением лица. — что случилось? - спросил мью, останавливаясь перед ним. галф крепче ухватился за край раковины. — я все еще в роли, - признался он, отводя взгляд. он вдруг почувствовал смущение. он ненавидел просить, но ему действительно это было нужно. — помоги мне? пожалуйста. это даже хуже, чем обычно. мью не колебался и не расспрашивал его. он только шагнул ближе с приветственными объятиями. и галф ушел, глубоко зарывшись в его объятия. он уткнулся лицом в шею мью, вдыхая его запах, и попытался успокоить свое беспокойное сердце, сжимая рубашку пи так крепко, как только мог. рука мью нежно гладила его волосы. — эй, успокойся, у тебя сейчас начнется паника. дыши медленно... правильно, вот так... шшш, все хорошо, все хорошо… слова слетели с его губ прежде, чем он смог осознать, извергаясь изо рта, как лава из вулкана. — не оставляй меня, - хрипота в его голосе была единственным признаком того, что он плакал. да что с ним такое, черт возьми? он должен был оставить свой характер позади, а не углубляться в него. — о, черт, прости, я тут повсюду... - попытался сказать он, но тут же икнул. мью крепче обнял его и положил подбородок ему на голову. — все в порядке, я понимаю. я подумал, что тебе может понадобиться больше времени до этого. ты все еще выглядел потрясенным, когда мы покинули съемочную площадку, - пробормотал он, но от этого галфу почему-то стало еще хуже. он не был потрясен, его сердце было разбито. в ужасе. он... чувствовал, будто его парень умирает прямо у него на руках, ускользает от его хватки, как вода сквозь пальцы, как будто все рушится, и он навсегда останется один… — о, малыш, все в порядке, я никуда не уйду. ты слышишь меня? я никогда не покину тебя. этого единственного "малыш" было вполне достаточно. через секунду галф исчез. на его месте был тайп, с его жгучими потребностями и грохочущими эмоциями, и больше ничего. прежде чем он успел это осознать, его губы раздвинулись и прильнули к шее тарна, с наслаждением посасывая соленую кожу во рту. пометив его, он навсегда оставил свою метку, а слезы капали с кончика его носа и исчезали под воротником тарна. — хороший мальчик... ты такой хороший мальчик... - прошептал тарн ему на ухо, и тайп просто не мог больше этого делать. он прошелся на шею своего парня ртом и, наконец, встретил губы тарна в обжигающем поцелуе, кусая их и посасывая его язык, как будто они были его единственным источником кислорода, бормоча “мой” в его рот, чтобы он никогда не забыл. он не мог сказать, сколько времени прошло, когда он наконец пришел в себя, но когда ему наконец удалось сделать шаг назад и отдышаться, он увидел, что губы мью распухли, глаза слезятся, а шея покрыта любовными отметинами. каким-то образом их руки оказались под одеждой друг друга и так крепко вцепились друг другу в талию, что наверняка оставили бы отпечатки ладоней. теперь у галфа были проблемы с дыханием по совершенно другой причине, и он боялся посмотреть вниз и обнаружить, что у него в штанах стояк. нет необходимости, чтобы увидеть это. он чувствовал это. голод. это было жгучее, всепоглощающее чувство в глубине его живота. он бы солгал, если бы сказал, что это было его первое ощущение, но ему всегда удавалось убежать от него, когда режиссер вызывал его, или, по крайней мере, задержаться на секунду дольше, чем нужно. но теперь… он хотел... просто еще немного… в любом случае, они уже поедали лица друг друга, еще одно мгновение не повредит. даже если он больше не был тайпом. потому что это было в последний раз. в последний раз пробуя эти губы на вкус, облизывая их, разделяя огонь и дыхание вместе. в последний раз он ощутил под кончиками пальцев широкую спину мью, грубую текстуру волос на затылке, твердую плоскость его груди, прижавшейся к телу… мью закатил язык так, что у него подогнулись пальцы ног, и галф застонал, все его тело содрогнулось от удовольствия. еще. еще. ему нужно было больше. только на некоторое время дольше… только на этот раз.