Ты только посмотри

Денис никогда не любил поминки. Он на дух не переносил всю эту суету из-за людей, которые уже всё равно ничего не смогут оценить, и фальшивую скорбь на лицах, скрывающую за собой абсолютное безразличие ко всему, что происходит вокруг. И поминки Макса не были исключением. Да, возможно, он и был славным парнем, но едва ли половина людей, находящихся здесь, сможет назвать по крайней мере три вещи, которыми они могли бы поделиться о парне. «Тот чудик рядом с Ником» — максимум, что можно выудить у любого из его одноклассников, которые и не смотрели в его сторону, пока тот был жив. И Денис не столько сильно отличался от толпы, как бы сильно ему ни хотелось сознаваться в этом. Ведь когда Лера позвала всех к себе домой, он поплёлся следом за столь ненавистными ему лицами, чтобы выпить за парня, имя которого все, вероятно, забудут уже завтра. Неудивительно, но в доме все держались Дениса стороной. Будучи бывшим идолом, он стал никем в течение нескольких месяцев. Кто-то отвернулся от него после той выходки в туалете, когда администрация школы грозно помахала перед их лицами пальчиком и намекнула на угрозу отчисления, а вторая половина отвалилась, когда всплыло то нелепое обвинение в пропаганде суицида среди подростков. И это было смешно, вдоль до того момента пока он не остался абсолютно один. Но и это больше не имело значение, ведь школа была позади, и впереди его ждала новая жизнь. Пробираясь сквозь толпу «убитых горем», он ненароком поймал взглядом Леру и Ника, затаившихся в уголке. Она сосредоточенно ему что-то шептала, а он, нежно заправив выпавшую прядь волос ей за ухо, поцеловал её в лоб. Девушка блаженно закрыла глаза и обняла его, уткнувшись носом в его грудь. Денис мог бы назвать сие зрелище той ещё душещипательной картиной, но он всё ещё не мог простить Леру за её безразличие. Гордость не позволяла ему отпустить гнев на девушку. Но она явно оказалась выше него и их конфликта, ведь иначе его бы сейчас просто-напросто не было здесь. Оторвав взгляд от вызывающей у него ничего кроме тошноты парочки, Денис фыркнул и продолжил свой путь. Но уставиться в пол было явно не самой лучшей идеей: не успел он пройти и пары шагов, как что-то со всей силой налетело на него, что заставило его пошатнуться, и он чудом удержал равновесие. — Твою мать! — зло прорычал он и поднял глаза, но мгновенно прикусил язык, сдержав все те нелестные слова, что были готовы в любую секунду вырваться наружу. Но взгляда пары шоколадного цвета глаз было достаточно, чтобы поумерить его пыл. — Ты… — было единственным что умудрился произнести Денис, сам так и не поняв до конца, что именно он подразумевал под этим. Федя вопросительно приподнял бровь, недовольно осмотрев его с ног до головы, а затем обратился свой взгляд за его спину, и на его лице распласталась довольная улыбка. — Ты пришёл! — довольно воскликнул он и прошёл мимо Дениса, будто тот вовсе и не стоял рядом. Обернувшись, Денис увидел, как Федя кинулся в объятия своего парня, который принимал его с такой же счастливой улыбкой. Рука Феди обвила его шею, их губы соприкоснулись, а рука парня по-собственнически обхватила талию Феди, сильнее прижав того к себе. Это вызывало лишь отвращение и гнев. То, как они даже не пытались прятаться, целуясь у всех на виду, будто это было чем-то абсолютно нормальным. Будто они имели право так открыто проявлять свои извращённые сущности. От вида данный сцены у Дениса начала закипать кровь, и в попытках не сорваться на них здесь и сейчас он со всей силы сжал кулаки, что послужило появлению следов от ногтей, которые он заметит позже. После долгих объятий, будто они не виделись целую вечность, парень что-то прошептал Феде, и тот игриво оттолкнул его, на что Стас только рассмеялся. Затем он взял Федю за руку и повёл куда-то. Они почти уже скрылись из вида, когда Федя резко повернулся и на долю секунду их с Денисом взгляды встретились. И Денис увидел то, что он никогда не видел в глазах бывшего друга, когда тот смотрел на него. Это было что-то похожее на безразличие. И почему-то от этого на душе стало слишком грустно. На веранде никого не было, ведь на улице начался дождь. Так что вместе со своим верным другом в виде бутылки коньяка (которую он так ловко украл из мини-бара отца Леры после озадачивающей стычки с бывшим товарищем), парень плюхнулся на мягкий пуфик, что стоял снаружи, жалея, что под рукой нет косячка. На то, чтобы осознать, что он всё-таки не был один у него ушло пару минут, три глотка горючей жидкости, и вот он наконец-то услышал тихие всхлипы, которые Катя была не в состоянии больше сдерживать. Свернувшись калачиком на пуфике рядом, девушка плакала с опаской поглядывай на свою новую компанию. Выглядела она ужасно: опухшие от слёз глаза, трясущиеся руки, взгляд побитой собаки и как будто бы полное непонимание происходящего. — Ты как? — небрежно бросил он в её сторону и сделал очередной глоток. Девушка вытерла рукой нос, недоверчиво глядя на него. Что же, это было вовсе неудивительно. Но всё же сегодня был не тот день, чтобы превращать чью-то жизнь в ад. Тем более когда именно им и стали для девушки последние пару дней. — Не боись. Хуже я тебе уже точно не сделаю, — вырвалось из его рта довольно бессердечно, но такова была правда. И почему-то он был уверен, что Катя это знала. — Я тебя и не боюсь, — она прошептала дрожащим голосом, подобрав ноги под себя и натянув своё нелепо длинное чёрное платье на колени. После этого она отвернулась от него, -ты не важен. — Не могу сказать, что я расстроен, — он зло ухмыльнулся, и затем последовал ещё один глоток, который явно зашёл не в то горло. Денис поперхнулся, что вновь заставило девушку на него посмотреть. — Ему ты тоже больше не важен, — добавила она с не скрытым презрением, и её слова завели его в тупик. — Понятно. Совсем кукушкой поехала, — кивнул он головой, будто сказал самую вразумительную вещь в мире. — Знаешь, как я поняла, что Макс серьёзен по отношению ко мне? -спросила Катя, склонив голову чуть набок и глядя прямо на Дениса. Тот растерянно пожал плечами, не понимая, с какого чёрта он вообще должен был это знать. — По его взгляду, — выдохнула она, и для Дена это показалось очередным бредом из её больной головы. — Тебе бы провериться, девочка, — посоветовал он, но это вовсе её не задело. Она продолжала испытывающе смотреть на него, что уже начинало выводить его из себя. — Я поняла это по тому, как он смотрел на меня, потому что я видела, как смотрит тот, кто в кого-то влюблён. Я видела, как Ник смотрел на Леру. И я видела взгляд Феди. Она явно намеренно не стало упоминать личности того, на кого именно так смотрел Федя, но едва ли это было великой тайной, не так ли? Вероятно, Денис был первым, кто вообще заметил взгляд парня, направленный на него, как бы усердно он ни пытался заставить себя игнорировать данное открытие. Вспомнив глаза Феди, полные обожания, с которым так искренне на Дениса смотрел бывший друг, что-то болезненно ёкнуло в груди парня, а рука лишь сильнее сжала бутылку. Катя, заметив это, довольно хмыкнула и отвела взгляд. — А теперь он смотрит так на Стаса, — закончила она. — Хочешь этим причинить мне боль? Серьёзно? — Денис усмехнулся, и девушка, вновь вытерев слёзы, медленно покачала головой. — Я лишь указываю на факты. Боль ты причиняешь себе сам. Очередная чушь вырвалась из её рта, и Денис начал серьёзно задумываться о психическом состоянии девушки. Очевидно, та пережила многое, ведь брат-психопат, убивший твоего парня — это не предел мечтаний девочки, которая только закончила школу. Видимо, это и поспособствовало затуманенности её мозга, раз она решила, что такие дешёвые и жалкие попытки задеть его могут сработать. — Кать, мы со Стасом уезжаем. Ты с нами? Федя появился рядом из ниоткуда, заботливо смотря на девушку, однако его настрой быстро изменился, как только он заметил собеседника девушки, и её внешний вид явно не делал ситуацию лучше. — Он тебе что-то сделал? — обеспокоенно спросил парень, и Денис заметил злую искру, проскочившую в его взгляде. И никакого обожания. — Нет, — девушка покачала головой и слабо ему улыбнулась, явно пытаясь его успокоить, — мы просто говорили. Федя окинул Дениса недоверчивым взглядом и вновь перевёл своё внимание на подругу. — Так ты идёшь с нами? — вновь спросил он, и за его спиной появилась фигура Стаса, ожидающего своего парня. Неодолимое желание вскочить и пройтись пару раз кулаком по его смазливой морде накатило на Дениса, и больших усердий ему стоило остаться на месте. Чему его и научили события прошлой осени, так это тому, что порой ему стоило предпринимать хотя бы слабые попытки контролировать свой гнев. И на удивление он успешно справлялся с задачей. Если игнорировал сторонний раздражитель. — Да, конечно, — Катя кивнула головой и встала с пуфика. Однако внезапно она пошатнулась, и Федя в ту же секунду подскочил к ней, обхватив её за талию. — Ты в порядке? — он звучал крайне обеспокоенно. — Да, просто устала, — ответила та. И теперь, когда Федя оказался так близко, Денис не смог устоять и посмотрел прямо на него. Гнев завладел всеми его мыслями, когда он увидел с какой нежностью и заботой он смотрел на девушку в своих объятиях. Невольно вспомнилось, как этот же Федя навещал Дениса в больнице, и как такие же взгляды были направлены на него. С какой осторожностью и трепетом он обращался с ним, пытаясь не причинить боль, поправляя подушку или помогая передвигаться. Он вспомнил, как Федя суетился вокруг него, вечно спрашивая всё ли в порядке. Как засиживался допоздна лишь бы Денис не остался один и ему не было скучно. Как приходил каждый чёртов день, даже когда собственные родители не могли позволить себе такой роскоши. — Такси на месте, — издался противный голос Стаса, вырвавший парня из раздумья. И только сейчас Денис осознал, что его взгляд был полностью сфокусирован на Феде. Благо парень этого не заметил, так как был слишком занят своей чудаковатой подругой. Медленно он повёл её к выходу, а Денису не оставалось более ничего кроме как допивать свой коньяк в гордом одиночестве, провожая их взглядом. Но внезапно Катя остановилась, а вместе с ней и Федя, который удивлённо посмотрел на подругу, не понимая, что послужило этому. — Забавно, да? — сказала Катя, не обращаясь ни к кому конкретному. — Как много может сказать один лишь взгляд… После она вновь двинулась вперёд, уводя Федю следом за собой. И Денису даже не нужно было задумываться над тем, что означали её слова. Потому что ответ лежал на поверхности. Ожидание убивало его. Сидя на лавочке и ожидая Бог весть чего, Денис кипел от гнева и разочарования, наполнявшие его словно сосуд, который вот-вот затрещит по швам. Он ненавидел быть пешкой, но сейчас он был именно таковой. Он был пешкой, ведомой необъяснимым желанием решить всё здесь и сейчас. Что решить? Он и сам не знал ответа на этот вопрос. Денис знал лишь то, что должен быть здесь. И наконец он дождался. Федя медленно приближался к своему дому, задумчиво пялясь на свой телефон. Он настолько был увлечён тем, что происходило на экране, что даже не заметил как Денис, ноги которого на тот момент неплохо так заплетались, подкрался к нему и оказался прямо у него на пути. — Твою мать! — возмущённо воскликнул Федя, столкнувшись с огромной фигурой Дениса. Увидев, кто именно стоял перед ним, он быстро убрал телефон, раздраженно закатил глаза и попытался пройти мимо, но Денис вновь перекрыл ему дорогу. — Какого чёрта тебе нужно? –Раздраженно спросил он. — — Где ты потерял своего любовничка? — Денис выплюнул последнее слово словно это было самое мерзкое, что ему когда-либо приходилось произносить. — Отвали! — Зло рыкнул Федя и оттолкнул Дениса в сторону, направившись вперёд. Однако Денис успел схватить его за запястье и остановить. — Мы ведь были хорошими друзьями, ты и я, — сказал он. — Как нам удалось так быстро просрать это? — Ты сейчас серьёзно? Дружбу вспомнил? — усмехнулся Федя, а затем пристально посмотрел на Дениса, который начал терять самообладание и сжимать запястье парня всё сильнее, но тот и вида не подал, что ему было больно. — — Ты и твоё гейство и твои чувства… — медленно прохрипел Денис. — Ты всё испортил! Какого хрена ты сделал это?! — Я не сделал ничего неправильного! — Федя резко дёрнул руку и освободился из крепкой хватки парня. Однако уходить он не спешил. — Ты предал меня! Уничтожил! Втоптал в грязь! Я был готов на всё ради тебя, а ты вонзил мне нож в спину! И ты продолжал наносить удары, будто я уже не был мёртв! — Он резко задрал рукав своей рубашки и указал на шрамы на своей руке. От их вида Денис поморщился и отвёл взгляд. — Ну что же ты?! СМОТРИ! Ведь это сделал не я, это сделал ты! Я был готов умереть из-за тебя, а что потом сделал ты?! Что?! — Не переводи стрелки, я… — Денис тщетно попытался взять контроль над ситуацией в свои руки, но Федя не дал ему такой возможности. — Знаешь, порой мне кажется, что я всё ещё чувствую запах той крови, — он прошипел, и по телу Дениса пробежали мурашки. Никогда он не видел Федю в таком состоянии. — И тогда я вновь возвращаюсь в ту комнату, и я вижу кровь, тот жуткий запах снова проникает в меня, но самое страшное — я слышу твой сумасшедший смех. И даже если я закрываю уши и громко кричу, он всё ещё остаётся со мной здесь, — Федя указала на свою голову, и Денис почувствовал, как к горлу начала подкатывать тошнота. И почему-то он был абсолютно уверен, что причиной не был алкоголь. События той осенью волной накатили на него. Тогда ему казалось, что он делал всё правильно. Боролся за справедливость, за Полину, стремился совершить правосудие, когда полиция была бессильна. Он чувствовал себя героем, властителем массы, и власть сводила его сума. А также ярость. Ярость от потери друга. Ярость от мыслей, которые было слишком опасно подпускать. Ярость на себя за минуты слабости, когда взгляд цеплялся за губы бывшего друга слишком часто. Когда он стал вечным вторым номером в тени успеха Феди. Когда проверка на гея вышла из-под контроля, и он был на волоске от того, чтобы поддаться соблазну. Когда в нём пробудилась ревность от осознания того как быстро его заменили другими друзьями. Он должен был избавиться от всех грязных мыслей и препятствий. Должен был устранить проблему. У него не было другого выбора кроме как уничтожить Федю. И, судя по тому, что он видел сейчас, ему это удалось, но стоила ли игра свеч? Он уже не был так уверен. — Мы думали, что вы убили Полину… — очередная попытка оправдаться, за которой последовал пугающе дикий смех Феди, разнёсшийся по всей улице. — Да плевать тебе на Полину! Тебе на всех плевать! Ты любишь лишь себя! — воскликнул он, и неожиданно даже для самого себя Денис сорвался с места и одним рывком прижал парня к стене, как когда-то он прижал его в раздевалке школы. Когда Федины губы оказались слишком близко. Когда его запах одурманивал. Когда он почти поддался дьяволу на плече, шепчущему ему сократить дистанцию между ними. — Ты не прав… — это было единственным, что он сказал. — Что ты хочешь от меня? — - Федя спросил, мгновенно успокоившись. Лишь при близком контакте Денис заметил, каким вымотанным выглядел его бывший лучший друг.И Денис осознал, насколько тяжёлым этот день, должно быть, был для него. Он был поддержкой Кати, которая потеряла не только любимого, но и брата, и каким бы психом он ни был, он всё ещё был её семьёй. И кто если не Федя мог понять такую потерю? Денис всё ещё помнил непрекращающуюся истерику друга, когда тот заявился к нему посреди ночи после похорон Саши. В ту ночь Денис молился, чтобы ему никогда не выпало судьбой пережить такое. Но однажды он был близок, и это было его собственной виной. Когда по школе пронёсся слух, что сразу после соревнований за Федей приехала скорая, первой реакцией был смех. Издевательство над бывшим другом в компании парней, которые являлись ничем для Дениса. «Вот тюфяк, » — смеясь, произнёс он тогда, что мгновенно начали поддерживать шестёрки, собравшиеся вокруг. Он помнит, как они стояли у окна и смотрели, как Федю закрывают в машине скорой помощи и увозят, и никто не знает почему. Денис ещё долго смеялся, но что-то внутри уже начинало терзать его душу, а незнание о произошедшем медленно, но верно убивало его изнутри. В тот день он внезапно проснулся посреди ночи и чуть не поддался порыву полететь в больницу и узнать о состоянии Феди. Но это проявило бы его слабость, а он не мог этого допустить. Слух прошёл, что он просто упал и порезался, но необъяснимое чувство тревоги так и не позволило ему вернуться ко сну той ночью. А потом настали похороны Полины… Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы не увидеть бандаж на руке Феди и, вспомнив его состояние после соревнований, не сложить два и два вместе. От немедленного осознания того, что парень чуть не сотворил Дениса резко замутило, и на какое-то время он отделился от толпы, чтобы прийти в чувства. И это злило его. Его злил тот факт, что, видя, что смерть его брата сделала с его родителями, и что самоубийство Полины сделало со всеми ними, Федя всё равно пошёл на этот шаг, не заботясь о том, как это может повлиять на других. Как это может повлиять на Дениса. А потом он вспомнил всё, что было до этого. Вспомнил, как Федя обещал ему всё, а Денис так бессердечно его отвергнул. Вспомнил, как зажав его в раздевалке, поставил перед ним ультиматум. Вспомнил позорный проигрыш Феди, который был слишком наигранным, чтобы поверить, что ошибка произошла случайно. Вспомнил, как тот заперся в кладовой, и как Денис продолжал издеваться над ним, упиваясь своей победой. Упиваясь своей победой над ним. А затем приехала скорая. Но вот Федя уже стоит здесь как ни в чём не бывало, вместе со своим новым другом, и все получают те ужасные кадры. И у Дениса, контролируемого страхами из-за вновь появившейся слабости, созревает план. Он должен был заставить Федю заплатить. — Просто посмотри на меня… — медленно пробормотал он, всё ещё прижимая парня к стене своей рукой. Но тот больше и не пытался вырваться, видимо, слишком заинтересованный в мотивах действия парня. — Посмотри на меня как раньше. И вдруг на лице Феди отразилось осознание и удивление. Он вскинул брови и тихо засмеялся, но вовсе не от радости. Было что-то печально-горькое в звуках, разносившихся из его рта. Но это не продлилось достаточно долго, чтобы окончательно озадачить Дениса, так как Федя вновь поднял глаза и лишил Дениса дара речи. Вот он снова смотрел на него своими большими шоколадными глазами со всей нежностью и любовью, которые только можно было собрать в одном сломанном человеке. Он смотрел на него так, будто Денис был единственным, что имело для него значение в этом мире, и внезапно парень вспомнил тот разговор на вечеринке Леры.«Я же готов пойти на всё ради тебя, » — сказал тогда Федя, и в голове у Дениса даже не было сомнений в том, что это правда.И вот тот самый Федя снова стоял перед ним, раскрывший перед ним свою душу и просящий взглядом о пощаде. И тот факт, что, несмотря на всё то, что заставил его пережить Денис, он всё ещё мог так на него смотреть, обескураживал, сводил сума, лишал любой разумной мысли. — Этого ты от меня хочешь? — спросил побеждённый Федя, и вот уже их лица оказались в паре миллиметров друг от друга. Денис чувствовал сбивчивое дыхание Феди на своей коже. Чувствовал как бешено бьётся сердце парня в груди. Чувствовал дрожь, пробегающую по его собственному телу. И мысли путались в голове, лишая его последнего контроля над происходящим, которого, по правде говоря, у него и так и не было. Взгляд невольно упал на его губы, которые так и манили, и словно магнит он начал тянуться к ним, больше не в силах бороться с собой. Самообладание давно его покинуло. И расстояние между ними оставалось совсем мизерное, Денис почти чувствовал вкус губ парня на своих губах, но тут неожиданный удар по лицу резко привёл его в чувства, и его унесло в сторону, что дало Феде возможность вновь вырваться из его хватки. — Какого…? — начал уже шокированный Денис, но неожиданно вся суть произошедшего дошла до него, и он разразился громким смехом. Как неожиданно сменились их роли. — Ты больше никто для меня! И твои игры больше со мной не прокатят, так что держись от меня подальше! — зло выплюнул Федя и, развернувшись, быстро зашагал в сторону своего дома. — Ты обманываешь сам себя! — крикнул ему в спину Денис, но тот продолжил идти, будто ничего не услышав. — И обманываешь Стаса! — и тут парню всё-таки удалось задеть больной нерв, так как Федя резко остановился, но так и не повернулся к нему лицом. — Откуда я это знаю? — продолжил Денис, потирая свою щёку. — Да просто ты не смотришь на него так как на меня! Тело Феди заметно вздрогнуло, но он всё также оставался стоять к Денису спиной. Видимо, он знал, что, обернувшись, он подтвердит своё окончательное поражение. Денис же уже знал, что этот раунд был за ним. Но сейчас Феде было больно, и обида была слишком велика, чтобы так просто принять его обратно в свою жизнь, поэтому, когда он предпринял очередную попытку уйти, Денис не стал его больше удерживать. Он увидел всё, что должен был увидеть. И пока Федя всё ещё находил в себе силы смотреть на него как прежде, у Дениса всё ещё оставался шанс. И у того не было не единого намерения его упускать.