Второе перерождение

Прихрамывая я направлялся в сторону окраины кварталы храмовых и купечьих слуг. Там, на границе с трущобами располагался дом молитвы. Несмотря на то, что с момента моей схватки с Клыком прошло уже полторы недели трещина в ноге, полученная во время неудачного приземления ещё не зажила полностью. Угораздило же так упасть. Наконец у одного угла замаячила знакомая фигура. -Здравствуй, Гаюс, вижу тебе уже лучше. -Здравствуйте, дядюшка. Да, нога заживает. Риса был одет нарядно. Привычную поношенную одежду могильщика сменила зеленоватое платье, как и на мне. -Всё таки разукрасил он тебя знатно. - Риса повёл рукой по свежему ножевому шраму пересекавшему моё лицо от щеки до лба, проходя между глаз. От его рук исходила приятная прохлада. -Да, мне повезло, что он только раз успел ударить по лицу. -Не волнуйся, такие шрамы красят мужчину. Убирают любую смазливость и прибавляют аргументов в споре. - Он добро посмеялся. - Так как, в конечно счёте отреагировал Храм? -Они отнеслись прохладно, но наказывать меня не стали. - Следующую фразу я произнёс шёпотом. - а мастер Корбл намекнул на меч. -Хех, тогда могу только порадоваться за тебя. Ты выучил песню о Рсивании? -Да, от начала до конца. -Тогда пойдём, мой ученик. Молитвенный дом располагался, как и многое в Аксимаре, лишь частью на земле, а большей частью уходил в подземелье. Как только мы зашли, Риса забыл моё мирское имя и стал называть не иначе как Визарий, да и сам стал Рисавий. У гойоксов вообще странная для многих народов система имён. Система традиций опирающаяся на количество членов общины рядом с тобой. В молитвенном доме их было много, хоть это и было обыденным собранием. Такая система привела к тому, что только среди гойоксов меня звали моим основным именем - Гаюс. И в Храме и среди друзей я был известен как Виза, но использовать это имя один на один, среди моего народа, было табу. Мы расставили скромные свечи и стали дожидаться паствы. Сегодня пришло особенно много людей. К сожалению, я не увидел среди них дядю. Наверно он был слишком занят в храме. Мы пели о Рсивании, пятом патриархе гойоксов. О его подвигах и деяниях. Как мне было хорошо, наконец и мой голос был полон магии. Магия гойоксов другая. Сейчас я осознаю это в полной мере. Если сила жрецества идёт из силы самого человека или от помощи Великого духа, то сила гойокса идёт из традиции. Сложно объяснить, просто источником силы выступает твоя принадлежность к ней. Наверно поэтому, несмотря на века изгнания мы оставались единым народом. В общине я был помошником рассказчика. Рассказчиком общины был Рсиваний. Одетый в зелёную мантию с множеством морских узоров, а его бороду, сплетённую во множество косичек, были вплетены некоторые амулеты. Эти небольшие деревянные амулеты были вместилищами чар и духов. Я очень хотел такие, но я был ещё молод. Мои волосы были сплетены во множество косичек и была вплетена зелёная лента. Символ духовного лица. После общей молитвы я пошёл общаться с членами общины. Торговцы, слуги, чиновники - среди гойоксов народ был самый разнообразный. Через несколько часов всё было закончено и убравшись я поспешил домой.