Со стороны
12 апреля 2014 г., 22:38
- Идём, Сакура-чан, - шепчет Тоби, подталкивая жену к порогу тёмной комнаты. Девушка упирается изо всех сил, старается оттянуть момент расплаты, которая воплощает в себе все её эротические кошмары, где каждый из организации...эм...имеет её.
- Тоби, идиот, я не хочу, правда, не хочу! - кричит куноичи и ломает дверную раму; кусочки бетона с грохотом падают на пол, и пыль на мгновение застилает слезящиеся глаза.
- Я же знаю, чего ты хочешь, малышка, позволь сделать тебе приятно, - буквально мурлыкал мужчина в оранжевой маске, продолжая впихивать упрямую женушку в спальню. Розовласая как можно громче завопила, однако вместо ожидаемой помощи её, наоборот, схватили наглые руки и затащили внутрь.
Она боялась и предвкушала одновременно; что такого придумал Тоби, что все из Акацуки согласились принимать в этом участие? Краска залила лицо почти невинной девушки (пара десятков раз с мужем не считается!), и медик попятилась было назад, - ладони с шаловливыми язычками оказались на шее, отчего ноги подкосились, и тело пало на мягкую перину.
Сердцебиение Сакуры участилось, а язычки тем временем продолжали миллиметр за миллиметром исследовать желанную тушку, касаясь самых чувствительных точек, вызывая при этом сладкие и громкие стоны Харуно. Она и не заметила, как по ногам поползли холодные ниточки знакомой чакры, как они стали обволакивать ступни, икры, поднимаясь всё выше, приподнимая короткую юбку, сжимая ягодицы. Язычки уже добрались до напряженных сосков, слизывали с груди капельки пота, а зубки аккуратно покусывали нежную кожу вокруг. Ниточки неприлично тёрлись о промежность, впитывая сочащийся наружу сок, несколько ответвлений поползли дальше, обхватили упругие полушария и стали то сжимать, то разжимать, доставляя бедной девушке небывалое удовольствие. И ей хотелось большего.
Пальцы Сакуры дрожали, впрочем, как и все тело в целом, пытаясь дотянуться до зудящей между ног точки и вогнать их во всю длину. Однако её потуги были тщетны. Руки скрутили сзади и связали тугой верёвкой, потом неизвестный, оттянув голову куноичи за волосы к себе, накрыл распухшие от возбуждения губы требовательным поцелуем. Во рту тут же оказался привкус крови. Такой сладкой и манящей, что напряжение внизу живота лишь усилилось.
- Хидан, - успевает произнести она перед тем как парень вновь целует её, только теперь более нежно, пусть и с намёком на садо-мазо, делая порезы на своей бледной коже и урча как заядлый психопат. Харуно утопает в море ласк, взлетает до самых небес и скулит о продолжении. Но никто не собирается облегчать девчонке жизнь.
Она лишь чувствует мягкие поглаживания вокруг клитора, еле заметное погружение массивного пальца в собственное лоно, и подается навстречу, мечтая насадиться на долгожданный предмет. Хидан держит Сакуру крепче и притягивает к себе опять же за волосы. Чей-то палец настойчиво продолжает сладостную пытку, так и не решаясь войти во всю длину.
- Да возьмите меня уже! - чуть ли не плача шипит куноичи.
- Потерпи, куколка, - сипло отвечает сектант с малиновыми глазами и облизывает тонкую девичью шею. - Кого ты хочешь первым?
- Мужа хочу...
- Нет. Он сегодня только наблюдает, сидит в кресле и подрачивает наверняка, старый он онанист!
- Тогда всё равно, хоть ты.
- Отличный выбор, сучка, я оттрахаю тебя так, что встать потом долго не сможешь... Эй, Кисаме, пиздуй сюда, хватит там свои яйца хуйней натирать! Какузу, пошёл вон от вагины, она моя, слышал, что Сакура сказала?! - Копошение закончилось через пару минут, и прелюдия продолжилась, однако теперь её целовали Дейдара и Сасори по очереди, а груди тискали руки рыбо-человека и зомби-медика.
Мацураши встал на колени и, приподняв попку Харуно, резко вошёл, да так, что, казалось, полетят искры из изумрудных глаз. Она кричала так лишь с Тоби, когда тот был чем-то озадачен, озлоблен или, наоборот, пылал радостью и любовью. И эти крики отдавались в подсознании, после чего меркли в ватной неге от наслаждения.
Хидан походил на голодного зверя, беспардонно врывался в её горящую тушку и долбился членом о пульсирующую матку. Сакура задыхалась от подкатывающего оргазма, хватала рваными вздохами воздух, коротко целовала, нет, кусала губы Акасуны и Цукури, желая их разорвать. Наконец, нутро заполнилось белой вязкой спермой, смешавшейся с её собственными соками, и тела содрогнулись в судорогах. Довольный сектант отпрянул назад, позволяя не менее возбуждённому Дейдаре занять его место. Однако и Сасори решил разрядить пульсирующий орган, поэтому, без особого труда насадив девушку на член друга, протиснулся и сам, сдерживая восторженные стоны.
Розовласая куноичи мало что уже понимала - было только ощущение полёта, размеренные толчки и вновь зарождающееся наслаждение. Члены тёрлись друг о друга и вместе проникали всё глубже и глубже, растягивая лоно любовницы до невероятных размеров. Кисаме даже пошутил, что поместился бы третий, но не стал рисковать, опасаясь гнева Тоби, который заинтересованно наблюдал за представлением, сжимая ноги, только бы не кинуться на жену, не раскидать прочих Акацук. Пускай насладятся друг другом. Он же знает, КАКИЕ сны снятся его возлюбленной.
Сакуру сминают, толкают, кусают, тянут за волосы, трахают до изнеможения и беспрерывно кончают в неё, - такое ощущение, что она потерялась где-то во времени, стала то ли куклой, то ли жалким подобием человека. Ей одновременно приятно и противно. Как она может так поступать? Она ведь замужняя дама и никто не...
- Спокойно, Сакура-чан, - ободряюще говорит Тоби. - Акацуки - семья, поэтому всё у нас общее. Даже ты. Прости. - Харуно подавляет и смех, и слёзы. Почему он такой бессердечный?! Он не любит её!
Толчки продолжаются, стоны становятся лишь отчётливее и громче; Сакура проваливается во тьму.
Групповуха, оказывается, не так заманчива, как казалась...
***
Сакура подскочила на кровати и судорожно выдохнула. Всего лишь сон. Пошлый, страшный, идиотский сон... - Ты чего, Сакура-чан? - зевает сонный Тоби и обнимает жену одной рукой, прикладывает голову, обрамленную розовыми волосами к своей обнаженной груди. - Опять кошмары? - Угу, - тихо отвечает она. - Слушай, а ты меня любишь? - Люблю, - без сомнения выдаёт парень. - Сильно? - Сильно. - А ты собственник? - задает Харуно очередной вопрос. - Конечно. - И не отдашь меня никому-никому? - Нет, не отдам. Спи. Все хорошо. - Он любовно целует девчушку в макушку и засыпает. Куноичи же ещё пару минут оглядывает тёмную комнату, выискивая какие-то знаки или улики своего бесстыдного поведения. - Глупости. Тоби бы ни за что так со мной не поступил, - уверенно улыбается Сакура и крепче обнимает мужа. - Но как же я хочу домой... - И пока она не видит, спальню бесшумно покидает Хидан с трофеем - белыми кружевными трусиками, сорванными им при начале великолепной оргии, - однако алый глаз Тоби палит его. Сектант комично замирает на месте, и тогда мужчина в оранжевой маске еле заметно кивает в сторону двери, мол, уматывай поскорее. Мацураши исчезает, а Учиха облегченно вздыхает, не тревожа чуткий сон Сакуры. - Я, конечно, собственник, но ради твоего удовлетворения готов и потерпеть немного других мужчин, Сакура, ведь я, как ты знаешь, люблю тебя...Конец.
