По ту сторону зеркала

— Реддл?! — возмущенно вскликнула Гермиона, а после оглянулась по сторонам, проверяя, нет ли никого в гостиной.       Гарри дернулся, поворачиваясь к подруге. Та стояла в нескольких шагах от него, придерживая рукой сумку, висящую на плече. Другая рука была сжата в кулак, что явно говорило о максимальной раздраженности и полном непонимании. — Ты вскрыла мой купол тишины! — резко произнес Гарри, решив, что лучшая защита нападение.       И не ошибся: Гермиона замялась, не зная, что сказать. Но и это продлилось недолго: — Какой к черту Реддл, Гарри? — не отвечая на вопрос, повторила вопрос девушка. — Он погиб, Том Реддл погиб в Битве за Хогвартс. Ты убил его, черт возьми! — Миона, сядь, пожалуйста…       Грейнджер последовала его просьбе, мягко опускаясь на кресло. Ее руки безвольно опустились вниз, сумка упала где-то рядом. Она посмотрела на него выжидающе.       И Гарри ей все рассказал. Все до последней мелочи. Про зазеркалье, про Тома, про то, как он появился там, про то, что Реддл не похож на того убийцу, которым был. И Гермиона выслушала его. Выслушала не перебивая, не вставляя свой нос в каждое предложение. Грейнджер вспомнила, как читала об этом, но не приняла всерьез, отмахнувшись от книжонки, так как подумала, что та не слишком правдива. — Почему не рассказал с самого начала? — вот, что было единственным вопросом после монолога Поттера.       И Гарри задумался, а действительно, почему? Боялся непринятия? Осуждение? — Я… не знаю, — Поттер потупил взгляд, вовсе отводя его в сторону.       Он наткнулся на зеркало, по которому до этого говорил с парнем. В отражении сразу же возник Реддл, который поглядывал весьма озабоченно. — Все в порядке?       Только Гарри хотел ответить, но его отвлекла Гермиона: — Он с тобой сейчас говорит? — она любопытно спросила, вытягивая шею вперед.       Поттер смутился, втягивая плечи. Вновь взглянул на зеркало. — Том, это Гермиона, — Реддл оглядел девушку и кивнул ей. — Гермиона, это Том.       Парень чувствовал себя максимально глупо, представляя их друг другу, но… — Том, мне приятно с тобой познакомиться, — проговорила Гермиона, а Гарри взглянул на нее, подняв брови, но тут же вернул взгляд на место, к зеркалу. Довольно странным было ее… радушное отношение к Реддлу. — Ой, он меня не слышит?.. — Передай милой мисс, что я ее слышу, — спокойно проговорил Том, вновь рассматривая интерьер комнаты вокруг Поттера и Грейнджер. Гарри кивнул подруге, и та серьезно посмотрела на него, давая понять, что информацию к сведению она приняла.       Гарри кинул извиняющийся взгляд Тому в зеркало и повернулся к Гермионе. Она озабоченно рассматривала руки, не зная куда деться. Потом, увидев, как Гарри перевел свой взгляд с зеркала, заговорила: — Мы друзья, Гарри, — она посмотрела другу в глаза, которые были обрамлены очками. Он удивленно смотрел на нее. К чему она? — И я искренне не понимаю, почему ты не пришел сразу ко мне, мы же всегда вместе разбирались со всеми проблемами.       Поттер молчал. Он действительно не знал, как и почему все вышло именно так. А если бы Реддл был опасен? Он же ничего не знал о нем. Лишь спустя время понял, что тот безобиден. Безобиден, пока находится в этом чертовом зеркале. — Сначала мне было страшно, — честно проговорил Поттер, когда Гермиона уже не надеялась на ответ. — А потом я начал искать информацию, потом ты и твои родители…       Гарри замолчал, смотря на Грейнджер. Та сжала руки в кулаки. Он знал, что Гермиона так делала, когда была взволнована и нервничала. Грейнджер кивнула. — Возможно, мне стоило быть внимательней к тебе, а не сосредотачиваться так на своих проблемах… — Ты чего? — возмутился Гарри, подходя к ней и садясь перед креслом прямо на пушистый ковер. Они сидели возле камина, поэтому было тепло и уютно, несмотря на их напряженный разговор. — Ты моя подруга, у тебя были проблемы, я должен тебе помочь, а не грузить своими! Тем более, какая это проблема — всего лишь один убийца, которого убил я, поселился у меня в зеркале.       Грейнджер коротко посмеялась. — Что ты собираешься делать с этим? — когда смех сошел с лица на нет, спросила она. — Я не вчитывалась в это, поэтому не знаю, что там за способы убрать его оттуда… — Воскрешать, Гермиона, — прервал ее Гарри резким тоном.       Она застыла, неверующе глянув на него. — Что? — Единственный способ убрать уже возродивший осколок крестража из зазеркалья — это вытащить его наружу.       Гарри сам морщится от своих слов. Все-таки ему никак не смирится с тем, что он возвращает в мир живых убийцу своих родителей.

«Но я же сам признал, что этот Том Реддл еще не тот убийца, а лишь выпускник факультета Слизерин». — внезапно мелькает мысль в голове у парня. Лишь выпускник, который уже убивал. Уже манипулировал безвинными детьми, уже юлил и обманывал.

Однако, лишь осколок того человека, что сеял ужас и страх в Великобритании. — Но… — растерянно проговорила Грейнджер, суматошно перебирая в голове аргументы. — Я буду искать другой вариант, обыщу все книги, найду тот треклятый дневник старого мага, зайду в запретную секцию…       Поттер закрыл глаза, по привычке потирая шрам. Вздохнул. Гермиона такая… Гермиона.       Поттер кивнул. — Кстати, — немного улыбнулась она, приободренная кивком друга, — ты упоминал дневники Регулуса, я могу их прочесть? Точнее, меня интересует та часть, где он упоминает о крестражах. — Хорошо, — устало вновь кивнул он, вспоминая, что тетрадки на Гриммо, а туда он собирался только на Рождество, что в принципе уже скоро. — На Рождество зайдешь, заберешь.       Конечно Гермиона зайдет на Рождество. Семейный праздник, который она уже никогда не сможет провести со своей семьей. Теперь она проведет этот праздник с Гарри и Роном.       Рон… он обещал приехать на этот праздник к своей семье и приглашал Гермиону с Гарри в Нору. Миссис Уизли обязательно устроит уютный праздник и обязательно будет рада Грейнджер, Поттеру и конечно своим сыновьям и дочери, которые также должны приехать.       Гермиона запоздало кивнула, однако Гарри, умостив свою голову на краю кресла, все также находясь на полу, посапывал, застыв в совершенно неудобной позе. Грейнджер нежно улыбнулась, аккуратно левитируя друга на кресло, укрывая попавшимся под руку пледом.

***

      Пусто. Темно.       Постоянные голоса. Кто-то громко разговаривает, кто-то плачет, кто-то ругается. Том оглядывается, вертится, в поисках источника, однако кажется, что он везде, но в то же время будто бы звук нигде. Он садится, подтягивая колени к себе и обхватывая их руками.       Он так часто сидел в приюте, когда был совсем маленьким, забившись в темный угол, лишь бы его не трогали парни старше, которые видели в нем мишень. Тогда он не боялся темноты, находя в ней утешения и спокойствие, но сейчас он находился в пугающей, давящей мгле.       Смех. Безумный, неистовый.       Реддл зажимает уши руками, надеясь никогда больше не слышать его, но не выходит. Он все равно слышит его, словно смех в его голове. Еще он слышит крик. Кто-то кричит, молит о помощи. Кто же это? Такой знакомый голос. Только спустя время Том поймет, что кричит он сам.       И молит о помощи он Гарри, который сейчас мирно спал в кресле.

***

      Пробные экзамены, контрольные, и устные опросы. Гарри сжимает чертов учебник в руках до побеления костяшек. Информация из параграфа не запоминается, шея нервирует тянущей болью в мышцах, из-за того, что неудобно спал, так еще и не выспался плюс ко всему. У него сейчас окно, а после устный ответ на трансфигурации. Поттер поправляет сползшие очки и вновь пытается углубиться в чтение. Снова отвлекся, когда мимо пробегает какой-то первокурсник, явно опаздывая на недавно начавшийся урок. Поттер вздохнул, меняя положение на подоконнике. В декабре конечно немного прохладно сидеть на подоконнике, однако именно тут в основном ходит как можно меньше людей, тем более, что у всего седьмого курса Гриффиндора было окно, так что здесь было удобнее всего. Сейчас он меньше всего хотел встретиться с кем-то из нынешних однокурсников. Сумка сваливается с подоконника, когда Гарри в очередной раз вертится на нем, в попытках усесться. Когда он встает поднять ее, то взглядом цепляется о зеркало, в котором тотчас видит Тома. Мрачнее, чем обычно, с осунувшимся лицом. Поттер забывает об учебнике, тревожась о состоянии… друга?.. Действительно, за эти пару месяцев он стал другом для Гарри, хоть их отношения были достаточно шаткими и полными недоверия. — Ты в порядке там? — стараясь хоть как-то скрыть свое беспокойство, спрашивает Поттер.       Том передернул плечами, цепляя на себя очередную надменную маску. — В порядке, — резко отвечает он, но тут же спрашивает, — какое сегодня число? — Уже восемнадцатое, — спокойно и без лишних вопросов отвечает Гарри, усаживаясь обратно. — Уже завтра я еду домой, а там уже пара дней останется для ритуала.       Реддл кивает, усваивая информацию. Еще немного и он сможет покинуть это ужасное место. — Гарри, я вспомнил, как убивал людей.       Было видно, что он не хотел говорить этого, но сказал. Гарри побледнел, что было совсем незаметно в полумраке коридора. Он вспоминает все больше и больше, что будет, когда Том вспомнит все? — И что ты… какого твое мнение? — было сложно подбирать слова, Гарри запинался, но мысль изложить смог. — Ты моим психологом нанялся что-ли? — раздраженно буркнул Реддл, недовольно глядя на собеседника, но, нехотя, продолжил: — Я не чувствую, будто бы это делал я. Это странно. Будто бы я узнаю чужую жизнь, не свою.       Гарри понимал. Том Реддл всего лишь осколок Волдеморта. Но сам Поттер это озвучивать не хотел. Мало ли как отреагирует Том. Он и так ходит по хрупкому льду. Не хотелось бы утонуть в ледяной воде. — Поттер, — окликает его Том, после недолгого молчания. — Кто он такой? — Человек, который уже мертв, — не придумав ничего лучше, отвечает Гарри.       Ни одному, ни второму больше не хотелось говорить об этом. Однако рассуждать у себя в мыслях каждый будет еще долго.

***

      Все пробные экзамены наконец-то были сданы, а оценки получены. Поэтому уже сейчас Гарри прибыл на Гриммо с небольшим чемоданом, в который и без всяких расширений, как в сумочке Гермионы, влезало все необходимое.       Устало опустился на стул на кухне, задумчиво проводя пальцем по столешнице. Лишь несколько секунд спустя он понял, что она абсолютно не пыльная, а значит старый домовик старался поддерживать чистоту. — Кричер, — негромко произнес Поттер, призывая домовика, который тут же появился с еле слышным хлопком, характерным для трансгрессии.       Домовик с опущенными ушами поклонился, приветствуя хозяина. Поттер только закатил глаза на это. — Привет, Кричер, — улыбнувшись, произнес Поттер. — Я пробуду здесь все рождественские праздники, так что не мог бы ты сообразить что-то с едой. Купить там все необходимое и прочее. Готовить буду сам.       Домовик недовольно цокнул на последних словах, однако спорить не стал. Кивнул и исчез. Выполнять поручения, видимо, как позже подумал Гарри.       Поттер подхватил свою сумку и направился к лестнице, поднимаясь на третий этаж, в свою комнату. Дверь больше не скрипела — видимо, Кричер неплохо постарался, еще и двери смазав, — и Гарри вошел в комнатку. Небольшая мрачная комната встретила его немым молчанием. Бросив сумку поодаль, он сразу же пошел к окну, раскрывая занавески. Комната вмиг посветлела, и Поттеру открылся хороший вид на заснеженную улицу. Сейчас практически полдень, небо затянуто облаками — скорее всего будет снег к вечеру. Взгляд Поттера прошелся по комнате: массивный письменный стол, идеально застеленная кровать и обычный платяной шкаф. — Кричер, — позвал домовика парень, и сразу, как тот появился, сказал, даже не глядя на него: — На чердаке зеркало во весь рост, доставь его сюда.       Домовик внимательно посмотрел в направление, указанным рукой хозяина и исчез, чтобы пару секунд спустя оказаться в комнате, но уже с зеркалом. Оно, как и в первый раз, когда его увидела Гарри, было накрыто темной тканью. Домовик скрылся, а Поттер подошел к зеркалу, снимая с него ткань. — Вот мы и на Гриммо, Том, — улыбнулся Поттер отражению, которое во всю рассматривало комнату.