Коробочка, в которой сидит мамурик, или шесть кураторов одного Солдата

Куратор Рамлоу. 2012 год Куратор Рамлоу ничего не знал про отряд «Мамурик». Он просто был очень везучим парнем — и оказался в нужном месте в нужное время. Или невезучим. Тут с какой стороны посмотреть. Вечером секретарь Пирс с обыденной мордой на лице приказал распаковать какое-то древнее барахло, которое привезли из Айовы. Рамлоу пошел распаковывать. Хотя в жизни не раз и не два убеждался — из Айовы ничего хорошего привезти не могут. Последний раз Роллинз привез оттуда триппер. Когда он увидел громадную криокамеру, у него под ребрами екнуло. Когда стер изморозь и заглянул внутрь, екнуло во второй раз, но уже значительно ниже. И сзади. И что характерно — не первый раз за день. Рамлоу задумался об эффекте дежавю и двойном еканье. Глубоко и всерьез. Пока еще «некуратор» Рамлоу стоял и думал, какой-то кретин, которому самое место в отряде «Мамурик», запустил разморозку. Зимний Солдат открыл глаза. И увидел теперь уже куратора Рамлоу. Потом Рамлоу с Пирсом прочли инструкцию. Пирс не очень огорчился, сказал: «Хорошо, что это ты, а то техника пришлось бы убить», — и ушел заниматься делами Гидры. Куратор Рамлоу тоже сказал — длинную фразу на языке куратора Сидорова, но очень тихо. До сегодняшнего дня он думал, что зарплата двойного агента — это просто подарок небес: напрягаться особо не нужно, пострелять он и так не дурак, а докладывать Щиту про Гидру, а Гидре стучать на Щит — было даже увлекательно. Но теперь тем самым местом, в котором екнуло, куратор Рамлоу понял, что двойную зарплату придется отрабатывать и походу — именно этим самым ценным местом. А все потому, что случился ОН. Эффект утенка. Удивительно, но в помещении, где стояла криокамера, про эффект утенка не знал только его носитель, который успел за время отморозки огорчиться, обрадоваться и удивиться. Огорчало, что куратор Рамлоу оказался официальным куратором от Гидры. С надеждой на таймер в капсуле и веселье после можно было попрощаться сразу. И теперь, если куратор решит, что кормить Солдата не нужно и ему хватит капельниц — придется опять срочно худеть, как с куратором Василенко. И главное, делать это надо будет в подходящем месте, на линии огня. А без таймера организовать такое место сложно. С таймером оно возникало само собой. Радовало то, что язык куратора Сидорова куратор Рамлоу знал прекрасно, как и язык интернациональных жестов. Увидев сложенные в знак пальцы на бионической руке, он задумчиво прикусил нижнюю губу и почесал щетину. Потом похлопал по плечу и на том же языке приказал следовать за собой. Видимо, намечалось задание. Удивило место, куда куратор Рамлоу привел Солдата — закрытый ввиду ночного времени кафетерий для агентов. После разогретых на скорую руку пайков Солдат пришел к внутреннему компромиссу: куратор Рамлоу это, конечно, не куратор Семенова, и консервированные бобы ни в какое сравнение с гречкой не идут, но все-таки они куда лучше капельниц. Куратор Рамлоу, подперев рукой щеку, с трагическим выражением лица смотрел на Солдата, который сметал спецназовские пайки со скоростью оголодавшего питбуля. — И жрет столько же, — задумчиво пробормотал куратор себе под нос. — Разорюсь я. Вот свезло-то… Солдат бормотание игнорировал — после бобов пошел в ход тунец. Все-таки эта страна очень отсталая — зачем-то придумали тунец, хотя есть шпроты. — А пиццу ты ешь? — спросил куратор. Солдат не знал, ест ли он пиццу, но кивнул, внутри себя проводя переоценку ценностей — Сидоров чуть сдвинулся с постамента, давая куратору Рамлоу ступить туда одним берцем. Временно. На испытательный срок. А там посмотрим. Может, пицца — это как бобы. Куратор Рамлоу, с мукой во взоре, провожал каждую исчезнувшую порцию. На данный момент Солдат умял три пайка и принялся за четвертый. А куратор никак не мог решить — все-таки свезло ему или нет. С одной стороны, это был полный фейл — даже зарплаты двойного агента не хватит на подобные пищевые запросы, с другой — перспективы открываются такие, что вместо должности агента можно занять пост директора. А то и двух, если кресла сдвинуть и растопыриться. Однозначно, все дело было в эффекте утенка. Вернее, в программировании Золы. А еще точнее — в сыворотке Эрскина, которая легла в основу программирования Золы, из-за чего и получился эффект утенка. Потому что сегодня утром Рамлоу, еще никаким местом не куратор, присутствовал при разморозке героя, надежды и опоры общества — Капитана Америки. Вернее, как дело было: Фьюри попросил проверить, готовы ли отчеты у техников, которые хотели в полдень начать реанимацию. Рамлоу зашел в лабораторию, как был со смены — в броне и с автоматом. Техники заволновались, и один, самый слабонервный, сел на главную кнопку. И Капитан Америка, стряхнув льдинки с ресниц, открыл глаза, и первым, кого он увидел, был Рамлоу. Куратор Рамлоу. Куратор Капитана Америки — Брок Рамлоу. Который, двенадцатью часами позже и шестнадцатью ярусами ниже, добавил к своей коллекции второго утенка. И теперь сидел призовым селезнем-производителем и думал, что ему делать. С учетом того, что всю живность он собирался тайком вывезти с фермы, проблема комбикорма вставала как никогда остро. Кроме мысли создать спецотряд, назвать его по-обидному, зачислить туда обоих накосячивших техников и отправить их на каяках в Арктику, в голове ничего не крутилось. Пришлось звонить Роллинзу и на непереводимом для большинства языке Сидорова командовать, чтобы СТРАЙК запасал в два раз больше еды. Без дураков. Иначе съедят их, вместе со снарягой, патронами и тактическими штанами, как бы они ни выглядели. Схарчив пятый паек, Солдат вопросительно посмотрел на куратора. Тот горестным вздохом дал понять, что больше не даст. Даже бобов. Потом куратор Рамлоу кивнул на экипировку, приказывая собираться на задание. — Технические параметры миссии? — уточнил Солдат. — Захват мира, власти и полная смена приоритетов, — печально ответил куратор. — Принято. Позывной прежний? — А ты хочешь другой? Солдат вспомнил про «мамурика» и решил, что некоторые вещи должны оставаться исключительно между оборудованием и его прежними кураторами. Во всяком случае, пока он не узнает, что такое пицца. И покачал головой. А куратор Рамлоу, экипируя Зимнего Солдата, думал, что на сдвинутые директорские кресла можно положить доску. А на нее подушку. Или две. Для комфорта. А головной офис нового правительства стоит перенести туда, где очень-очень жарко. Во избежание. Потому что в глубине души ему очень понравилось быть куратором Рамлоу, а стать куратором Петровым он всегда успеет. FIN