Часть 1
7 декабря 2019 г., 23:49
Тучи почти полностью заполонили небо, не давая солнечному свету проникнуть сквозь них. Снежинки постоянно сыпались с неба, укрывая землю белым полотном. Зима — время года, когда многие предпочитают находиться дома, в теплоте. Многие, но не все.
На одной из образовавшейся «снежной пустыни», одна молодая парочка занималась очень важным, с их точки зрения, делом – они пытались победить друг друга, играя в снежки. По крайней мере так это выглядело со стороны, окажись здесь случайный прохожий.
Вот парень, на вид которому около двадцати лет, ловко увертывается от пущенной в него “пулеметной” очереди из довольно крупных снежков. Взмах деревянной палочкой, и все они разлетаются в разные стороны, закручиваясь в повороте на 180 градусов и, после еще нескольких взмахов деревяшкой, летят назад в своего же отправителя. Но не долетев несколько футов, все они резко взрываются, создавая волну воды высотой в 10 футов, которая мгновенно накрывает неприятеля. Парень на все это лишь нагло усмехается – сейчас начнется самое интересное. И он был прав. Со злобным криком “Поттер! Ты труп!”, молодая, но сильно промокшая девушка, с полностью красным лицом и бешеными глазами, начинает идти в контратаку.
Вот теперь ее противнику было не до усмешек: ему удалось отбить три подряд пущенные атаки снежков, увернуться от двух снежных метеоритов, размером с крупный грузовик, но, отвлекаясь на атаку оживших снеговиков, он был мгновенно сметен и поглощен волной снега. А едва выбравшись из под нее, только благодаря вовремя поставленному щиту, не был повержен ледяными копьями, которые при соприкосновении с его защитой, тут же превратились в воду, и теперь парень сам стоял полностью промокший до нитки. Хорошо хоть на улице было еще не слишком и холодно, всего-то -65 градусов.
- Ну, как водичка? - поинтересовался рядом ехидный женский голосок. - Может добавить?
На эту реплику парень лишь закатил глаза.
- Могу то же самое предложить и тебе, Грейнджер. - после чего нагло усмехнулся. - Только на этот раз легкий душ тебе придется принять без одежды. - и быстрым взмахом палочки отразил несколько снежков.
- Извращенец, - беззлобно прокоментировала Гермиона.
- То же мне, сама скромность и невинность, - прозвучало ей в ответ.
Какое-то время они просто смотрели друг на друга, пока просто не упали на колени от разразившегося хохота, крепко держась за свои животы. Отсмеявшись спустя некоторое время и приведя себя в порядок – благо благодаря стандартным чарам они хоть и были промокшими, но абсолютно не замерзали при таких погодных условиях, – парочка направилась домой.
Они шли держась за руки, медленным шагом, абсолютно никуда не спеша и не обращая внимания на такую привычную для них окружающую местность – зимний период. Который уже давно стал вечным.
Ничто и никогда не стоит на месте. Время неумолимо идет вперед, даря одним новое начало, а другим вечный конец.
Так случилось и здесь, на планете под названием Земля. Долгие годы она была прекрасна, и даже постоянные катаклизмы и стихийные бедствия не могли этого изменить. Но ничто не вечно. Солнце – источник света и тепла, который миллиарды лет обогревал планету. И теперь его больше нет. Несколько сотен лет назад оно начало постепенно затухать, и ничто и никто не мог этому помешать. Это было неизбежно. Сейчас его свет еще сохранился, но теперь он представлял собой всего лишь маленький огонек свечи, по сравнению с некогда действующим вулканом. И именно это стало главным катализатором, из-за которого на землю обрушился ледниковый период. Не было места, куда бы он не смог добраться: ледяные горы, на которые и не забраться; замерзшие моря и океаны, полностью превращенные в сплошной лед; бескрайние снежные пустыни, с постоянно возникающими на них то ли снежным торнадо, то ли ледяными ливнями – именно так теперь выглядела некогда плодовитая зеленая планета. Даже технология людей и магия магов ничего не смогли с этим поделать — все они оказались просто бессильны перед стихией природы.
Все пришло в упадок, но тем не менее планета не была безжизненной – жизнь нашла выход. И сейчас ее заселяло огромное количество животных, как магических так и обычных, которые сумели приспособиться к выживанию в таких условиях. Некоторым в этом помогла эволюция – естественный отбор, так сказать, – другие получили в этом “помощь”. Правда все они сильно изменились как внешне, так и внутренне. Взять хотя бы к примеру домовых эльфов — размер их роста остался тот же, но сами они стали похожи на некогда легендарных Йети, полностью покрытые шерстью.
Сами же люди предпочли навсегда покинуть Землю: некоторые перебрались на другие планеты солнечной системы; другие же предпочли жить на искусственных спутниках, дюжина которых кружила вокруг планеты. А были и те, которые в поисках лучшего решили отправиться в глубины далекого космоса — больше о них не было ничего слышно; возможно им повезло найти новый дом.
Так или иначе, но магглов больше не было здесь — Земля теперь полностью принадлежала магам, которые, возможно, тоже были бы рады убраться от сюда, вот только не могли. Как выяснилось, за пределами планеты магия покидает их. А терять магию для мага сродни самоубийства. Очень мало было тех, кто мог бы таким пожертвовать.
Так что приспособившись к новым условиям жизни, большинство жителей планеты предпочли укрылись в подземных ледяных городах, редко высовываясь на поверхность. И лишь немногие продолжили жить на поверхности. И эти двое магов, известные когда-то как Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер, были одними из них.
За свою долгую жизнь они много чего пережили, много чего видели, во многом чем участвовали. Они наблюдали как создавались новые цивилизации, как разрушались старые устои; как глобальные катаклизмы обрушивались на землю, сметая все на своем пути – глобальное потепление и последовавшие за ним наводнения, падение метеоритов и возникшие ужасные землетрясения, и, наконец, похолодание и пришедший за этим новый ледниковый период. Вся история, которая сейчас написана в учебниках, творилась при них.
Это был совершенно новый мир. А старый навеки канул в небытие. И только они вдвоем помнили, каким же он был раньше.
Идя сейчас вместе, каждый из них предавался своим мыслям. Гермиона порой еще вспоминала то время, когда училась в Хогвартсе, когда у нее были друзья и семья. Вспоминала все то, чего она навеки лишилась из-за фанатично-чистокровной суки Лейстредж. Нет-нет, та тварь никого не успела убить из тех, кто был ей дорог. Просто она, при последней битве за Хогвартс, проиграв в сражении с «грязнокровкой», успела трусливо ударить ей в спину очень страшным и необратимым проклятием – проклятием, которое уничтожало саму душу. Навсегда. Жаль, что после Беллактрису поцеловал дементор и сука так и не узнала, что ее месть не сработала – душа уцелела, но сама Гермиона попала в долгую кому, из которой удалось выйти только через сто лет. И это было для нее огромным шоком, ведь никого, кого она знала и любила, уже не было в живых. Никого, кроме ее первого друга – Гарри Поттера, который все это время за ней ухаживал и искал всевозможные пути ее исцеления.
Мальчик-со-шрамом абсолютно не изменился за целое столетие, и все благодаря философскому камню, который Дамблдор не уничтожил, а завещал передать Поттеру сразу же после победы. Как оказалось, то, что ее друг был некогда живым крестражем, имело свои последствия – его душа успела с ним сильно сродниться и, когда тот был уничтожен, она была очень повреждена – он мог спокойно жить дальше, но когда умрет, душа сгинет навсегда. Наверное поэтому директор в свое время и соврал – он просто приберег философский камень на такой вот случай. И не ошибся.
А вскоре после ее пробуждения выяснилось, что проклятие Беллактрисы и столетняя кома тоже имели определенные для нее последствия. Часть памяти была безвозвратно утеряна, а сама она больше не могла ни стареть, ни иметь детей. Ее организм навсегда остался 17-ним, без нужды во всех человеческих потребностях. Жить, не имея возможности умереть естественной смертью...
Грустно улыбнувшись своим мыслям, Грейнджер покрепче прижалась в Поттеру, опустив голову ему на плечо.
Так они и дошли до своего дома, которым оказалась вершина Эйфелевой башни, большая часть которой была погребена под слоем льда.
* * *
Пока Гермиона принимала душ, а домовик Кикимер тринадцатый готовил ужин, сам Гарри, усевшись возле окна, тоже предавался своим мыслям. Да уж, многое ему в свое время пришлось пережить. Было счастя и горе, победы и поражения, приобретения и потери. Но самым тяжелым испытанием, которое навсегда оставило глубокий шрам в его душе, было потерять ту, которую любил всем сердцем. Перед его глазами навсегда запечатлился тот момент, когда темное проклятие Беллактрисы поразило Гермиону. “Дементос” – проклятие, подобное эффекту поцелуя дементора, которое навсегда уничтожает душу. Крик боли любимой, ее падающее тело, дергающееся в конвульсиях, и безумно-радостный смех чистокровной фанатички – кошмары, которые иногда преследуют его в снах, когда ему все же удается уснуть. Ничто и никто не мог тогда помочь. Даже воскрешающий камень, который Поттеру удалось отыскать, был бесполезен – нельзя было призвать то, чего больше не существовало. Гарри уже и сам не помнил, сколько прошло времени с того события – месяцы или годы – пока однажды ему не пришла безумная мысль осуществить невозможное – вернуть Гермиону. И эта идея буквально овладела им полностью, он просто не мог ни о чем другом думать. Сколько он тогда перерыл и изучил все, что только возможно в этом направлении: некромантия, алхимия, целительство и т.д. Но ничто тут не подходило, каждый способ имел свои плюсы, но и минусов было намного больше. И тогда Поттер решил действовать по другому – объединить по частям разные сферы магических направлений. Для начала необходим был сосуд — а именно человеческое тело. После всех теоретических расчетов, был найден нужный вариант – тело инфернала. И в этом, как бы парадоксально это не звучало, ему помог сам Вол-де-Морт. А именно его подземное озеро, которое было заполнено ими – инферналами, с заточенными в них человеческими душами. Да-да, именно так и создаются эти твари. В отличии от зомби, которыми управляют чисто одни рефлексы, инферналы более развиты, так сказать, создания. А все из-за того, что их создают, когда тело жертвы все еще живо, что и не позволяет ее душе уйти за грань. Именно это и делает их куда опасней другой нежити. Правда для человеческой души такое заточение сродни безумию, которое настолько сильно, что через какое-то время ее «сознание» полностью стирается, она становится “пустой”. Можно сказать, что инферналы – это прямо противоположный результат поцелуя дементора. К счастью такую нежить мало кто способен был создать. Так что найдя кучу “подопытных”, Гарри приступил к исполнению своего плана. Пусть тело инфернала и было более-менее человечным, но тем не менее таким все же не являлось. Да и долгое нахождение в воде тоже сыграло определенную роль, еще больше ухудшив его. Так что для начала будущий сосуд необходимо было... подлатать. После огромного количества расчетов и около с десятка потерянных “добровольцев”, способ был найден – при помощи разработанного ритуала поместить тело инфернала в оборотное зелье, где последнее будет действовать на подобие исцеляющего отвара. И лишь потом, когда тело было полностью восстановлено и пропитано зельем, Гарри, используя маггловский метод капельницы, ввел внутривенно оборотное, уже смешанное с волосом Гермионы. Это требовалось делать не единожды и очень медленно, не спеша. Тело инфернала для этого было выбрано женское, чтобы улучшить эффект видоизменения. После всего этого, когда результат был полностью достигнут, новое тело Гермионы было помещено в специальный исцеляющее-замораживающий раствор. А сам Гарри приступил ко второй части своего плана – восстановление памяти. Пусть во вновь созданном теле и была душа, но она была полностью пуста. Ей требовались воспоминания. И Поттер уже давно готовил для этого все необходимое. Еще до того, как он все это начал, Гарри смог найти всех кого только возможно из тех, кто еще остался в живых и хоть как-то знал Гермиону, и убедить их поделить с ним их воспоминаниями о ней. Так что теперь у него имелась внушительная коллекция из сотен колбочек с воспоминаниями, разбитые по годам. К сожалению, но родители Гермионы скончались и восстановить воспоминания детства самой умной ведьмы своего поколения было просто не возможно. А призывать их души было бессмысленно — призраки могли только рассказать, но не оставить воспоминания. Так что когда все было подготовлено, началась вторая стадия – при помощи еще одного разработанного ритуала, Гарри стал вводить воспоминания. Делал он это постепенно и на протяжении нескольких лет. Нельзя было торопиться. А когда все было готово, и Гермиона представляла собой “спящую красавицу”, был начат последний, третий этап – оживление. И это было самое сложное, пусть все исполнялось и с помощью старшей палочки, что усиливало эффект: не считая чуть ли с не дюжину сложных ритуалов и заклятий, необходимо было еще одновременно со всем этим «вживить» воскрешающий камень в сердце, навсегда соединив их вместе. Благо хоть опыт был — когда-то Гарри так само сделал и с собой, «вживив» философский камень в свое сердце, тем самым навсегда избавив себя от зависимости постоянно принимать эликсиры бессмертия.* * *
Поттер почувствовал, как одинокая слеза скатывается по его щеке. Прав ли он был тогда, когда решился на невозможное? Имел ли он право делать то, что совершил? А главное — зачем ему это действительно было нужно? На что он рассчитывал тогда? Ведь он прекрасно понимал, что даже выйди у него все, это уже не будет та Гермиона, которую он любил как девушку. Хотя, какая теперь уже разница. Это все равно была Гермиона. Та самая Гермиона Грейнджер, которую он знал по Хогвартсу. И которую он тоже очень любил… Любил как сестру. Возможно тогда все его действия были спровоцированы одним единственным желанием — страхом остаться одному. Вечно жить... нет, существовать в одиночестве, быть на веки забытым и никому не нужным... Гарри оторвался от не сильно хороших мыслей, когда его обняли сзади. Не выходя из этих объятий, он повернулся и улыбнулся девушке, обняв ее в ответ. Он никогда не скажет ей правду. Просто не сможет. И не важно, что было когда-то. Все это осталось в прошлом. Главное, что сейчас она была счастлива. И он тоже был счастлив. Они были друг у друга вот уже как тысячу лет. И будут вместе еще столько же, а возможно и целую вечность. А все остальное просто не имеет значения.
