.Sickness.

Болезнь душевная и болезнь физическая многим связаны, но настолько разные. Одно неразрывно связано с другим. Окутали друг друга красными нитями жизни, отталкиваясь словно одинаковозаряженые частицы. И Ястреб болен. Болезнь не физическая, но больная душа в здоровом теле с невыносимой скоростью перетягивает на себя одеяло, простужая. И с каждым гневным взглядом, незаметным касанием, сожжеными перьями и новыми перекличками слов он заболевал лишь больше. Влечение. Сегодня было слишком тихо. Небольшие многоэтажки величествено возвышались над проходящими мимо людьми, желающими быстрее вернуться домой. Начало зимы. Еще не легли на дорогу белые мухи, но морозы не собирались уступать свои позиции, охватывая тела холодным ветром. Заставляя кутаться в большое количество одежды. Шарфы, шапки, перчатки, длинные куртки, все, чтобы не дать зимним холодам коснуться теплой кожи. И Старатель не сразу замечает почему. Патрули, в последнее время, проходят тихо, неслышно. Преступники словно затаились в ожидании подходящего момента. Весь город, с каждым новым ежедневным патрулем, вновь и вновь погружался во тьму раннего вечера. Ведь сейчас и правда темнело рано, если еще пару недель назад сущность успевала разглядеть розоватое блюдце заката сквозь стекла домашних окон, сейчас же лишь кромешная тьма и яркие звезды, скрывающиеся за облаками. Общество разговаривает, смеётся, воркует, ни на минуту не перестаёт жить. Отовсюду льется звук, будь то машины, радостные возгласы, музыка, разговоры. Шум везде, но ему удается заполнить лишь задний план в голове героя номер один. Его напарник, тот еще юнец, никогда не замолкал. Всегда рассказывал обо всём на свете, придавая шуму каждому их выходу в город. Каждый раз Ястреб ловил новые темы для разговора, задавал вопросы, шутил свои пошлые шутки, радостно смеясь над ними же. Из него так и била ключом жизнь. Это утомляло Энджи, первое время, но вскоре стало незаметной обыденностью. Настолько незаметной, что Старатель не замечает , что изменилось в обычном вечере этой зимы. Ястреб молчал. Конечно, не всю дорогу. Иногда отпуская полубредовые шутки, как только замечал на себе взгляд бирюзовых глаз. Смотрел вниз, прятал руки в карманы легкой куртки и часто переминался с ноги на ногу, пытаясь восстановить привычный поток речи. Он прятал глаза и, наконец, говорил только по делу, иногда взлетая, расширяя кругозор, но быстро возвращался на свои двои, слепо следуя за героем номер один. Энджи не сразу заметил, а когда то свершилось, просто думал об отдыхе от постоянного груза общения. Глупо, очень глупо думать, что от привычной обыденности можно отдохнуть. Ястреб молчал и Тодороки тоже, ему нечего сказать. Усмирение. Впервые в жизни тишина давила. Девять вечера, и мужчинам надо расходиться по собственным домам. Ястреб не торопился, медлено перебирая ноги к месту их разлуки, нет, не семенил, уменьшая шаг, лишь шагал чуть устало. Они будто создали своебразную традицию, не оглашеный уговор на двоих и только двоих - прощаться в одном месте, в одно время, одним жестом-легким махом руки. Эти самые руки не поднялись на прощание сегодня. Старатель не бросил и простого "до встречи". Ястреб же просто тихо, загнано смотрел в мускулистую спину кумира. Смотрел и удивлялся, Тодороки в привычном костюме, ему не холодно? Смешной и глупый вопрос. Конечно нет, ведь сущность его - огонь. Жаркий и пылающий, словно можно почувствовать это марево и плавленый воздух лишь находясь рядом. Светловолосый мужчина хочет почувствовать это тепло и делает шаг вперед с туманной головой, утыкаясь лбом куда то между лопаток, куда достал. - Старатель-сан... Мне... - Юноша сладко сглатывает, прижимаясь теперь и щекой к остановившемуся телу напарника. Тёплый. Почти горячий, словно кипяток, но такой приятный. - мне холодно.- Дымка в голове придает смелости, холодные руки касаются теплой плоти сквозь ткань, а изо рта доносится блаженный выдох. Теплее. Ястреб жмется, словно птенец к чужой спине, согревая руки, закрывая глаза, затихая. Так необычно для вольной и наглой птицы. Тодороки делает небольшой шаг вперёд и разворачивается. Парня ведет и он тянется за ускользнувшим теплом, встречая вместо спины ладонь чувственным касанием легшую на лоб. - ты горячий. - трезво констактирует факт Энджи. - мне холодно. - не слыша чужие слова, повторяет краснокрылый, вмиг пряча не отогретые ладони в карманы и принимает даже такое малейшее тепло. Повинность. Лоб Ястреба не был горячим для Энджи, огненный герой имел завышенную температуру тела, остальные люди всегда казались ему прохладными на ощупь. Но не Таками сейчас, он был тёплый. Тодороки хмурится, у пацана температура. Зачем вообще пришел? Это крылатое чудо сейчас, доверчиво хлопал глазами, не показывая внутреннюю слабость, совсем нет, а лишь позволив вести себя так, как требует этого тело. А в глазах немая просьба о большем тепле. Ястреб болен. И далеко не жар, слабость в теле, в руках, ногах, туман в голове и сонливость тому подтверждение, душа не допускает упущений. А он упустил. Холодно, холодно, холодно не телу, а бьющемуся комку внутри, посылающему импульсы в каждую конечность. Плечи скромно подрагивают, а Ястреб держится, вновь закрывая глаза. Спокойно, и тепло проникает прямо в голову приятным маревом, тогда дрожит душа. Таками для него ребенок. Усердный, заслуживающий уважения, но все тот же ребенок, что так по детски тычется носом в чужую руку, доверчиво закрывает глаза, говоря своим существом "сейчас я в безопасности." Энджи для него - болезнь. Заболел с первого взгляда и до конца жизни, живущее вечно желание невозможной близости. Восхищение, желание быть рядом дало свои корни, создавая нечто новое.Зависимость. - иди домой, тебе надо отоспаться. - Тело устало, душа пульсирует где то далеко, разрывая разум в непонятных смятениях. Все шутки и ответы уже израсходованы еще в патруле и сил хватает лишь на небольшой кивок. Шаг назад, в пучину холода с отуствием теплого света огня и поглощающего тепла, терпимо. - домой, да. - вторит словам, усталым взглядом смотрит вниз. И снова вздрагивают плечи, при первом шаге в сторону. Телу хочется тепла, душе хочется.. А что ей хочется, она не говорит, не посылает точные импульсы. Разум в замешательстве. Смятение. Ястреб болен, не физически, хочется спать и согреться, но вместо этого перед глазами все плывет, смешиваясь в сгущающуюся темноту. - холодно. -

***

Тепло плавными волнами разливается по телу, разум в дымке, веки тяжелы как никогда и перед глазами в темноте плывут светлые круги. Наконец не холодно. Тепло и спокойно. С закрытыми глазами ощущения не покинули юношу, он чувствует мягкое одеяло, тяжесть руки, лежащей на его боку и жаркое, сильное тело совсем рядом. Впервые за несколько дней не только тело проваливается в небытие тихой тьмы, но и разум, оставляя только громко стучащее в висках сердце. Ему не холодно, жарко и безопасно, он жмется щекой к ноге, почувствовал что лежит, утыкается носом выступающую сквозь джинсу косточку, морщится и, казалось бы, урчит. Путь к исцелению.