It's not always that bad

- Расскажи мне еще про Галлифрей. Про вас с Мастером. Про Рассилона. За дверью праздновали - освобождение, избавление, спасение. Очередное. Они стояли на террасе, под ними было озеро, вокруг - странные, сине-зеленые деревья. - Не хочу говорить о Рассилоне. - Расскажи, о чем хочешь. - Галлифрей... золотая, огненная планета. Темная планета. Знаешь, там ведь почти все было в полумраке. Высвечивались какие-то островки света, одна комната могла быть освещена, а все коридоры к ней - затемнены. И там совсем не росли фрукты. А еще - все должно было быть торжественно, помпезно и ни в коем случае нельзя было проявлять "человеческое". Мы с Мастером - до того, как он заглянул в вортекс - мы с Мастером обожали их передразнивать. Тогда нам казалось, что мы никогда не повзрослеем и никогда не расстанемся. Да, там никогда не росли фрукты... зато там росли Тардис. Поэтому никогда и никому нельзя было срывать цветы, рубить деревья. Вот так срубишь одно - а окажется, что это была Тардис... или сорвешь цветок, а это росток машины времени... Однажды к нам приехало посольство... - Подожди, - Роуз схватила его за руку, - слышишь? Отголоски песен, слетающие с деревьев ноты. Роуз уверенно нажала на браслет и потянула Доктора за собой. - Пойдем. *** Песня продолжилась, не угасала после перехода и Роуз потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, что это уже наяву, а не в ее сознании. Они стояли на площади, залитой вечерним солнцем. Сама планета была где-то внизу, а перед ними было огромное здание. - Храм, - негромко и чуть мрачно произнес Доктор, - Храм времени. То есть он только так называется - "храм", на самом деле это скорее музей. Чудесное место для экскурсий. На месте предполагающихся экскурсантов Роуз, заслышав такой тон, точно отказалась бы от идеи заходить внутрь. - Откуда музыка? - Ты тоже ее слышишь? - ошарашенно спросил Доктор, - это поют Ууды, но люди не могут сами слышать такие песни! - Вы оба не совсем люди. Они обернулись на голос. - Меня зовут Ааниваиау, - он поклонился и снова внимательно посмотрел на них, - вы не из этого мира. - Меня зовут Доктор, это Роуз. Мы путешествуем. - Путешествуете между мирами, хотя границы их закрыты. - Мы используем рифт, - поддержала беседу Роуз. - Это достаточно опасно. Но людям, которые не люди, глухим, которые слышат песни, обретающим потери ведь ничего слишком опасным не кажется, правда? Однако я встречал здесь замечательных девушек - у них в глазах отражается вселенная... Разве это не было бы приятным - путешествовать в компании одной из них? Доктор сдвинул брови, пытаясь понять, но к концу монолога ууда на лице у него отразилась какая-то непонятная Роуз внутренняя борьба. Ууд кивнул ему и Доктор, кивнув в ответ, рванул с места куда-то к краю площади-платформы так, что Роуз едва за ним поспевала. - Куда мы бежим? - Это же Галлифрей. Пусть не наш, но Галлифрей. И тут не должно быть меня - ну, по крайней мере, я надеюсь, что тут нет меня... Тут нет меня - но есть моя Тардис! Солнце садилось, а они неслись сквозь город, ловя на себе недовольные взгляды степенных Повелителей Времени. Доктор скользил сквозь толпу, поворачивал в крохотные проулки, бежал сквозь площади, пока не врезался в женщину с ребенком. - О, прошу меня простить, я очень спешу... Флейм? - Мы знакомы? - удивленно спросила девушка. - Нет, нет, что вы, совсем незнакомы - может, виделись как-то раз на какой-нибудь из вечеринок, мне так жаль, что я налетел на вас... Роуз с удивлением смотрела на эту сцену. Только что Доктор летел на всех порах навстречу неведомой Роуз цели, и вдруг стоит и мямлит, ошалевшими глазами смотря на неизвестную ей девушку. Очень, между прочим, красивую девушку. Короткие встрепанные каштановые волосы, синие глаза, нежная улыбка... Рядом с ней стоял очень похожий мальчик - только волосы были значительно темнее. - Вот и вы! - прогремел голос у Роуз за спиной, от неожиданности она даже подпрыгнула. Мимо нее прошел высоченный мужчина с темными волосами и бесцеремонно поднял Флейм в воздух, - почти опоздали! - Любимый, опусти меня на землю, я разговаривала с этим молодым человеком! - она пыталась быть суровой, но улыбка портила эффект. - Доброго вечера, - несколько церемонно поклонился мужчина Доктору, - мы, кажется, незнакомы? Меня зовут Маунт, я муж этой смешинки. "А говорил, тут все формализовано", - отстраненно подумала Роуз, наблюдая за ними. - Я Доктор. Просто давний приятель Флейм. Она меня даже не вспомнила - и это неудивительно, мы мельком виделись много лет назад! - Дорогая, оставь Доктору свой номер миелофона, или может быть, наш номер Тардис - простите, Доктор, но мы очень спешим. Надеюсь, вас устроит предложение встретиться попозже? - Да, конечно, - пробормотал Доктор, забирая из рук девушки клочок бумаги, вздрогнул, когда Флейм чмокнула его в щеку на прощание и не глядя побрел прочь, еле переставляя ноги. Роуз шла в нескольких метрах от него, пока они не забрели в более тихий район, и Доктор привычным движением не взбежал по лестницам и не уселся на край крыши. Она молча села рядом. Просто замечательно было и с этим Доктором почувствовать себя лишней. Доктор наконец взглянул на листок бумаги, который держал в руках, достал из внутреннего кармана пиджака отвертку и поджег бумагу. После нескольких минут молчания он наконец произнес. - Это была моя жена. И не мой сын. Теперь мы, по крайней мере, точно знаем, что меня в этой версии Галлифрея не существует. Он поднял отчаянный взгляд на Роуз и схватил ее за руку. Она сжала пальцы и произнесла: - Нас с тобой не существует. Нигде нет места - ни в этом мире, ни в прошлых, ни в том, где мама. Можем быть, в нашем нам место найдется, но сомневаюсь. Мы с тобой - невидимки. Доктор прижал ее к себе. Да, теперь - легче. Теперь гораздо легче. Раньше только Роуз была невидимкой, потом - только он, но теперь - они оба. Проходящие сквозь ткань миров, неосязаемые, нежданные. - Для невидимок вы слишком материальны, - послышался насмешливый голос с противоположной крыши. Там стояла девчонка в синем платье с коричневыми кудряшками. з.ы. название - цитата из песни Alai Oli "Я буду с тобой"