Да не буду я ЭТО есть!

                     Шэнь Юань уже долгое время жил вместе с Шэнь Цзю в столице.       Брат, гордый и влиятельный лис — девятихвостый! — всегда заботился о нем. Шэнь Цзю получил должность наставника наследного принца. О его незаурядном уме знал весь город.       ...и можно, наверное, было подумать, что Шэнь Юаню сказочно повезло состоять в родстве с достопочтенным Шэнь Цинцю. Если бы не одно но...       Шэнь Юань тоже был лисом, но всего лишь треххвостым, а его совершенствование оставляло желать лучшего. Он часто болел и днями напролет отлеживался в постели. И боги, это было пиздец как скучно.       Шэнь Цзю постоянно с ним нянчился как с дитем малым, выхаживал во время ухудшений и делился духовной силой.       Странно все это. Вот с чего он таким уродился? Он же мистический зверь. Да, ходило поверье, что младший близнец рождается слабее старшего, но это же относилось только к людям?!       Может, все из-за того, что мама родила их, находясь в человеческом облике?       Но толку-то выяснять причины...       Теперь ему оставалось только налегать на совершенствование, и с постоянной поддержкой брата он добился некоторого успеха.       Ну... успеха по его меркам.       А потом однажды Шэнь Цзю вернулся домой с огромным мешком на плече... В таких обычно картошку таскают.       Ха... ладно.       Дальше — хуже. Шэнь Цзю бросил мешок на пол перед Шэнь Юанем.       ... замечательно? И что ему с ним делать? Отнести в сарай?       — Ешь.       Шэнь Юань зажмурился от удивления. Чего?!       — Это пойдет на пользу твоим меридианам, — фыркнул Шэнь Цзю, грациозно подталкивая... подарок?! ногой.       — Что вообще... — Шэнь Юань умолк, когда низкий стон прокатился по комнате, и в ужасе распахнул глаза. ЧТО ЗА ХРЕНЬ ЕГО БРАТ ПРИТАЩИЛ К НИМ ДОМОЙ?! ЖИВОТНЫЕ ТАК НЕ СТОНУТ!       Брат не стал ничего объяснять, нет, он просто пнул пленника(?!) в мешке еще раз.       — Цзю-гэ, что... кто... кто там и почему?! — Шэнь Юань был в одном шаге от истерики. Что? Зачем? И что важнее — почему он должен это съесть?! СЪЕСТЬ?!       — Ло Бинхэ, — только и фыркнул Шэнь Цзю, снова пиная блядского наследного принца. — Он же дракон. Это ускорит твое совершенствование и поправит здоровье, так что вперед.       Шэнь Юань смотрел на близнеца, разинув рот. Брат... он что, и в самом деле...       Все знали и любили наследного принца Ло Бинхэ. Слава о нем расходилась по империи и за ее границы — и не только благодаря интрижкам с некоторыми принцессами — его красоту воспевали в балладах вместе с победами на любовном поприще. Вообще, уже ходили слухи о тайном гареме принца. Ключевое слово — тайном, потому что принц еще не выбрал будущую императрицу.       ...нет, Цзю-гэ конечно жаловался на тупость своего ученика. Но...       Как-то это слишком?! Если... если хоть кто-нибудь узнает об этом, они оба покойники!! Так ведь?!       — Да не смотри на меня так, он жив. Я просто опоил его.       А, ну это совсем другое дело!! Так брат хочет, чтобы он убил наследного принца? И съел?!       — Цзю-гэ, я не могу! — взмолился Шэнь Юань, пряча лицо в ладонях. Кто знает, может, если очень сильно постараться и не смотреть, этот мешок картошки и все его содержимое испарится как дурной сон?! Надежда умирает последней, да?       — Ну, я уже все устроил. Так что приступай, пока действие зелья не прошло. Тебе нужно съесть его живьем, чтобы кровь дракона подействовала в полной мере.       Откуда вообще его брат знает о таких вещах? А? Откуда?! Он хоть раз в жизни говорил, что мечтает съесть блядского дракона?!       — Я не собираюсь есть блядского наследного принца! — в голосе до сих пор сквозило испугом. Шэнь Юань не отнимал рук от лица и мечтал, чтобы все это наконец исчезло!       Ло Бинхэ, затаившись, слушал спор учителя с — по всей видимости — его младшим братом. Мягко говоря, выходило очень любопытно. Происходящее настолько его захватило, что он даже на время позабыл, как его бесцеремонно запихали в мешок и бросили на пол.       Шэнь Цинцю что-то подмешал ему в чай, но Ло Бинхэ был не просто драконом, он происходил из божественной линии, а на ее потомков никакая отрава не действовала. Не то чтобы это был общеизвестный факт — секрет не выходил за пределы императорской семьи. Отец предпочитал держать своих врагов в неведении, особенно после того, как мать скончалась от яда. Сам Ло Бинхэ тогда оказался на улице, и имперские слуги смогли разыскать потерянного наследника только годы спустя.       Сначала ему просто стало интересно, что задумал его строгий учитель. С чего вдруг сдержанный Шэнь Цинцю решил пойти на измену? Исцеление младшего брата? Неужто у наставника под ледяной коркой бьется живое сердце?       А потом захотелось увидеть, что это за младший брат такой, поэтому Ло Бинхэ решил подыграть еще немного.       — Цзю-гэ, может мы просто... вернем его обратно? — более мягкий голос снова нарушил тишину, в нем явно читалась усталость. — Это же... если не безумие, то как минимум безрассудство. Это же наследный принц, и если об этом узнают... Тебе повезет, если отделаешься запечатыванием духовных сил!       Точно повезет, потому что обычно Ло Бинхэ приговаривал к смерти. Хотите верьте, хотите нет, но ему не нравились люди, пытающиеся его убить.       — ...да не могу я его вернуть, — передразнил его Шэнь Цинцю, но с непривычной для уха Ло Бинхэ теплотой. — А теперь за дело. Нам завтра нужно быть на границе.       — Что... Завтра?! Как давно ты это спланировал? — Ло Бинхэ едва удержался от смешка, заслышав неприкрытую ярость. — А Ци-гэ про это в курсе? Даааа, конечно он не в курсе! Цзю-гэ, что на тебя вообще нашло?!       — ...ты его сам съешь или мне тебя накормить?       Ло Бинхэ услышал, как его наставник топнул ногой, явно теряя терпение.       — Нет и нет! Ох, — младший снова устало выдохнул. — Слушай, Цзю-гэ, может, его кровь не так уж хороша? С его-то... ну ты знаешь... п-па-папапа опытом.       Ло Бинхэ хотел бы оскорбиться, но из песни слов не выкинешь. А описание его сексуальной жизни словом «папапа» было и вовсе очаровательным.       — Думаешь, он с заразой какой? — усмехнулся Шэнь Цинцю, и Ло Бинхэ почти почувствовал на себе уничижающий взгляд. — А-Юань прав, об этом я не подумал. Это грязное животное на чьих только грядках не копошилось. Гнилое мясо может и не сработать.       Вот на это Ло Бинхэ действительно обиделся. Никто не смеет называть его победы грядками, по крайней мере, не в его присутствии.       — И я о том же, — пока Ло Бинхэ переваривал оскорбление, этот А-Юань поддакнул, слишком уж радостно и охотно соглашаясь с тем фактом, что наследный принц империи — грязное животное, совокупляющееся со всем, что движется. — А теперь просто... верни его обратно. Пожалуйста.       ...Ло Бинхэ ни разу в жизни не отвергали вот так. Да, его отказались съесть, но все равно...       Он как-то резко разозлился и решил заканчивать с этим фарсом.       — Если достопочтенные братья Шэни позволят этому ничтожному принцу высказаться... — он щелкнул пальцами, и грубая холстина вокруг сгорела во вспышке пламени. Два удивительно похожих лиса уставились на него — один совершенно пораженный и испуганный, второй — с холодным недовольством. — Было бы жаль расстаться на такой ноте.       — Цзю-гэ, нам ведь пиздец?       Ло Бинхэ даже немного поразило, что такая грубость вылетела изо рта более нежного Шэнь Цинцю. Тот в панике метался взглядом по комнате, а потом уставился на старшего брата.       — Хм, я постараюсь задержать его, а ты беги, — голос учителя был холоден как лед, с явными нотками раздражения — возможно, он сейчас размышлял, почему яд не подействовал.       — Что... нет-нет-нет, я тебя тут не брошу! — младший лис загородил собой старшего, чуть не наступив на Ло Бинхэ. Тот, наконец, уселся перед ними и стряхнул с одежды пыль.       — Беги уже, — выпалил Шэнь Цинцю со зловещей отрешенностью матери, встающей на защиту своих щенков. Ло Бинхэ понял, что пора подниматься.       Младший лис вообще не обращал на него внимания, и это немного задевало.       — Почему бы нам сначала не поговорить? — Ло Бинхэ в жизни не улыбался так мило. Младший Шэнь наконец пришел в себя и с опаской взглянул на принца зелеными глазищами.       Ого...       Этот... Шэнь Юань действительно выглядел недурно. Теперь понятно, почему Шэнь Цинцю держал брата под замком.       Если у наставника глаза были серыми, то у юного лиса — ярко-зелеными, а сам он в целом казался мягче и миловиднее.       Назвать Шэнь Цинцю красавцем было бы преуменьшением, а уж его брат...       У Ло Бинхэ слюнки потекли.       — Не смей на него так смотреть, животное! — прорычал Шэнь Цинцю, вырывая Ло Бинхэ из восхищенного созерцания. Острые когти уже неслись в лицо, но Ло Бинхэ с легкостью перехватил запястье Шэнь Цинцю.       — Не стоит злиться, шифу, этот ученик всего лишь хотел поприветствовать брата учителя, что в этом такого?       Шэнь Цинцю стиснул зубы, разъяренно обмахиваясь девятью хвостами.       — Эм… ох, Ваше ох... высочество?— щебет Шэнь Юаня отвлек Ло Бинхэ от учителя, но ци он держал наготове. — Можно ли... ммм... можем ли мы как-то забыть... — юный лис взмахнул рукой, очерчивая всю их троицу. — ...об этом?       Невероятно очаровательно.       — О, — Ло Бинхэ не удержался от обольстительной улыбки и дотронулся до щеки Шэнь Юаня. — Уверен, мы что-нибудь придумаем.       Справа удивленно всхлипнули, слева угрожающе зашипели. Шэнь Цинцю попробовал выбраться из захвата.       — Ахахаха.... о, это... отличные новости? — Шэнь Юань взглянул на принца, его зеленые глаза сияли восхитительной наивностью.       О, возможно, Ло Бинхэ и правда простит своего учителя.              

~༓☆༓~

       То, что Шэнь Юаня отконвоировали в имперский дворец, было странно, но ожидаемо. Шэнь Цзю пытался подать ему на блюде наследника империи, так что наказания было не миновать.       Но когда они договаривались о заключении под стражу, Шэнь Юань думал, что его бросят в тюрьму.       А не поселят в роскошной комнате... прямо рядом с покоями Ло Бинхэ.       Что было еще странней — Шэнь Цзю сохранил должность имперского учителя, просто он больше не обучал Ло Бинхэ.       Что, опять же, имело смысл.       Но почему, почему наследный принц теперь сидел перед ним?!       — Так чему Учитель научит этого ученика сегодня? — медовым голосом спросил Ло Бинхэ, прожигая его красными глазами.       ???       Чего????       ЧТО?!       Кто здесь Учитель?! Нет, Шэнь Юань тупым не был, он читал все книги и рукописи брата, но — какого?!       — Ммм... хм? — он подавился нервным смешком, дернул ушами и прижал их к голове. Это... это ведь не странно, да?       — Хм? У Учителя есть идеи? — дракон наклонился, практически нависая над ним. Шэнь Юань от нервозности начал дергать хвостами.       Господи, ну почему ему не хватает сил поддерживать человеческий облик? Стыдоба!       — Ахаха... ну... — Шэнь Юань запнулся, смущенный их близостью, волоски на теле встали дыбом. Ло Бинхэ смотрел на него глазами хищника. — Мы... мы могли бы обсудить поэзию и литературу?       Ло Бинхэ опешил, удивленно распахнув глаза на миг, а потом гулко рассмеялся. Он вернулся на свое место, так и не отрывая взгляда от Шэнь Юаня.       — О, этот ученик с удовольствием выслушает Учителя.       От улыбки Ло Бинхэ кидало в дрожь.       — Учитель умеет петь? Этот ученик уверен, что Учитель весьма одарен.       Ну... он мог бы?! НАВЕРНОЕ?!       Учиться у Шэнь Юаня было одновременно и утомительно, и восхитительно.       Утомительно, потому что юный лис — он понял это только спустя некоторое время — совершенно не замечал двусмысленных намеков. Восхитительно, потому что когда Ло Бинхэ справлялся с заданием, его хвалили. Ничего особенного, но ему так нравилось, как Шэнь Юань расцветал от радости и заливался румянцем каждый раз, когда Ло Бинхэ давал правильный ответ. А в исключительно хорошие дни Учитель даже подходил ближе и гладил по волосам — в первый раз вышло случайно, но Ло Бинхэ приложил все усилия, чтобы это вошло в привычку.       И наследный принц все никак не мог понять — неужели юный лис действительно такой невинный?       Лисы слыли умными и хитрыми, у них всегда была припрятана пара тузов в рукаве, но вот этот конкретный казался...       Слишком наивным, неискушенным и... прелестным?       В отличие от Шэнь Цзю в нем не было этой затаенной злобы. Он часто прятал улыбки за простым бумажным веером — совершенно тщетно — ведь теплеющий взгляд и смешинки в глазах сдавали его с потрохами.       Говоря начистоту, Ло Бинхэ впервые в жизни так безнадежно влюбился.       Бывало, он увлекался женщинами, и увлечения эти часто заканчивались жаркими ночами. Но и только. Ни к одной из них ему не хотелось вернуться, а сейчас...       Он скучал по Шэнь Юаню, едва покидал его покои. Это вообще нормально?       Он хотел, чтобы Шэнь Юань посмотрел на него непредвзято. Юного лиса явно не интересовали богатства, он уже много раз отказывался от дорогостоящих подарков.       ...и это невероятно будоражило кровь.       Ло Бинхэ даже не подозревал, что ему нравятся такие вещи, но теперь он отчаянно мечтал обрамить красоту лиса драгоценностями и дорогими одеждами.       ...ему бы пошли цвета Ло Бинхэ?       Так или иначе, толку от этих мыслей не было, учитывая, что вторая сторона находилась в полнейшем неведении относительно его планов. И Ло Бинхэ не знал, как правильно обозначить свои намерения.       И боги свидетели, он впервые в жизни решил сделать первый шаг.       — Учитель не желает откусить от меня кусочек? — Ло Бинхэ никогда не приходилось заводить разговор с таких скабрезностей, но случай был очень тяжелый.       — Бинхэ! — возмутился Шэнь Юань, шлепая его по плечу — легонько — и Ло Бинхэ порадовался, что тот уже не боится подходить близко. — Не шути так! Цзю-гэ ведь и правда пытался скормить мне тебя, помнишь?       — Но этот принц не против, если Учитель захочет снять пробу, — он изо всех сил выделил последние слова, жадно разглядывая изящную фигуру лиса перед собой.       — Даже не заикайся об этом, я не стану тебя есть! И никого другого тоже, если на то пошло! — Учитель решительно выдохнул, и Ло Бинхэ понял, что все его намеки снова пролетели мимо.       — А для чего вы хотели меня съесть? — Ло Бинхэ склонил голову набок. Он уже знал, что дело было связано со здоровьем, именно поэтому стоило выяснить подробности. Если Шэнь Юань серьезно болен, то Ло Бинхэ должен придумать способ исцелить его.       — О... это... — Шэнь Юань распахнул бумажный веер, на миг отведя взгляд от Ло Бинхэ. — Как бы это объяснить... Мое тело слишком... слабое? По лисьим меркам. Я не могу удержать достаточное количество духовной силы. Ну, по моим хвостам наверное и так все понятно.       Три хвоста слегка дернулись, бархатная шерстка мерцала в свете огней комнаты. Бинхэ захотелось сгрести их в охапку и зарыться в густой мех лицом — когда-нибудь он так и сделает, говорят, лисьи хвосты очень чувствительные. У него ладони зазудели от предвкушения.       — Брат хотел очистить мои поврежденные меридианы и восполнить недостающие силы, — Шэнь Юань слегка кашлянул, все еще избегая смотреть на Ло Бинхэ. — Мне... Я правда очень сожалею о поступке брата.       — Хм, да все в порядке, — Ло Бинхэ поймал запястье лиса, посылая ему свою ци. Спустя пару секунд он довольно выдохнул. — Учитель может получить мою кровь, чтобы поправить здоровье.       Шэнь Юань взглянул на него своими зелеными глазами, полными трепета. Хвосты резко замерли.       — Это возможно? — спросил он с надеждой.       У Ло Бинхэ от удовлетворения голова закружилась. Он жадно улыбнулся.       — О, конечно возможно, но этот принц не раздает свою кровь всем подряд.       Хвосты Шэнь Юаня разом опустились, уши поникли от внезапного разочарования.       — А, ну да, конечно, понимаю, — он расстроенно выдохнул.       Ну разве не очаровательно? Ло Бинхэ с сожалением готов был признать, что влюбился в непроходимого дурачка.       — Учитель хочет узнать, кому я готов отдать свою кровь? — пристально следя за лицом Шэнь Юаня, Ло Бинхэ не удержался. — Этот принц не против поделиться с Шэнь Юанем.       Кажется, это, наконец, пробило стену в дремучести его восхитительного наставника. Его щеки симпатично порозовели.       — Этот... Этот Учитель, кажется, догадывается... — пробормотал он, закусив губу и снова отводя глаза от Ло Бинхэ. — Но... этот Учитель не хочет присоединяться к гарему, даже ценой исцеления.       Ло Бинхэ потерял дар речи.       К гарему?       Да, он покорил много красавиц, но он никого никогда не принуждал. И хотя он сейчас задумался, что возможно, ему и правда стоило извлечь выгоду из своих многочисленных связей по всему материку, вскоре другая мысль перекрыла собой все.       — А если бы А-Юань стал моим единственным супругом, он бы согласился? — Ло Бинхэ наклонился чуть ближе. Внезапная дрожь, пробежавшая по телу лиса, говорила сама за себя. Его хвосты метались из стороны в сторону.       — Я... думаю... — лис запнулся, пухлые губы так и манили, глаза у Ло Бинхэ загорелись алым.       — Если да, то без проблем, — он рассмеялся, глубоко и низко. Шэнь Юань покраснел еще гуще. И да, да, наконец-то, да.       Ло Бинхэ прокусил собственную губу острыми клыками и стремительно прижался к Шэнь Юаню, пока тот не передумал. Они столкнулись в поцелуе, и Шэнь Юань мягко всхлипнул от неожиданности, ненароком впуская его в свой рот. Ло Бинхэ почувствовал, как драконья кровь мгновенно распространяется по телу лиса, довольно выдыхая с глубоким удовлетворением. Шэнь Юань отчаянно цеплялся за его одежды, пока Ло Бинхэ углублял поцелуй.       Сладко, так сладко.       Когда они отлипли друг от друга, его Учитель пребывал в полнейшем раздрае, раскрасневшийся, с плывущим от возбуждения взглядом. Оживший соблазн: в Шэнь Юане, наконец, проявились черты его предков, легендарных искусительниц. Ло Бинхэ весь огнем горел от желания.       Но...       Он готов был подождать.       Он с необычайной нежностью погладил Шэнь Юаня по щеке и снова поцеловал его распухшие губы, но легко и целомудренно.       — А-Юань будет обворожителен в красном.              

~༓☆༓~

       Шэнь Цзю рвал и метал.       Его не только понизили до обучения знатных крысят, так еще и посадили под домашний арест. За пределы поместья Юэ он теперь выбирался только на занятия.       Юэ Цинъюань пытался его успокоить, но как он. Мог. Быть. Спокойным.       Когда чертово отродье взяло в заложники его любимого брата!       И что хуже — о, гораздо хуже — по дворцу уже поползли слухи, что наследный принц одержим своей новой пассией.       Пассией!       Да как они смеют нести подобную чушь о его брате!       И он ничего не мог поделать, покои брата находились под неусыпным надзором животного, а сам Шэнь Цзю был заперт в особняке.       Но Шэнь Юань присылал ему письма, и это хоть немного, да утешало, пока в один день он не получил известие. Он смотрел на слова и не верил своим глазам.       Помолвка.       Обхохочешься!       Шэнь Цзю хотел бы посмеяться, но вместо этого разодрал письмо в клочья и отправился прямиком во дворец.       Ему плевать, нет, ему насрать, когда люди распускают сплетни о нем.       Но его драгоценный возлюбленный Шэнь Юань не заслужил подобного. Никто не заставит его выйти замуж за животное, которое наиграется за пару недель и забудет. Он не позволит!       Довольно странно, но никто Шэнь Цзю не остановил, он без каких-либо помех добрался до покоев брата и распахнул дверь.       Там он и нашел Шэнь Юаня, тот сидел и читал книгу, обернувшись четырьмя хвостами.       У брата что... случился прорыв за прошедшие недели?       От радости всю ярость как рукой сняло.       — Цзю-гэ! — близнец, заметив Шэнь Цзю, выбросил книгу в угол и уже спустя мгновение сжимал брата в теплых объятьях.       Ну... по крайней мере, с Шэнь Юанем все в порядке.       — Я догадывался, что ты придешь, узнав новости, — брат был непривычно бодрым, а объятия — крепкими. — Ты только не злись, ладно?       Шэнь Цзю фыркнул, счастливый Шэнь Юань уже одним своим видом подорвал весь запал:       — Объясняй.       — Ну, хаха, похоже, я могу стать императрицей, — брат, казалось, тщательно подбирал слова. — Но ты не волнуйся, ладно? Если Бинхэ когда-нибудь меня обидит, сможешь наказать его лично. Бинхэ это сам предложил...       У Шэнь Цзю глаз дернулся от фамильярности брата по отношению к отродью.       — Он тебя заставил?       — Так-так-так... — раздался голос убожества из-за спины. Ло Бинхэ вошел в комнату с беззаботной улыбкой. — Шурин, разве я мог? Обещаю, я позабочусь об А-Юане наилучшим образом.       ... Шэнь Цзю решил, что кастрирует скотину.              

~༓☆༓~

       Проснувшись после очень, очень-очень долгой брачной ночи, Шэнь Юань устало потянулся. Мышцы ныли, нижняя часть тела болела — он даже не представлял, что в таком месте что-то может болеть — и ему потребовалось какое-то время, чтобы осмыслить случившееся.       Празднество вышло грандиозным, слишком грандиозным, так что Шэнь Юань не высовывался из-за вуали, прилипнув к Ло Бинхэ на протяжении всего торжества.       Брачная ночь же выдалась...       Длинной и приятной.       ... очень длинной и невероятно приятной. Шэнь Юань не думал, что такое возможно. Это вообще законно?       Его муж лежал рядом, сплетя с ним руки и ноги, чернильные пряди волос разметались по белоснежной коже. Они оба были разукрашены следами бурной ночи. Шэнь Юань — засосами, Ло Бинхэ — царапинами, и лис не помнил, когда он их оставил. Хотя он... вообще впал в какое-то странное безумие, и от прошлой ночи по большей части запомнил лишь пожирающую тело страсть.       Он слегка дернул хвостами, вспоминая, как Ло Бинхэ нежно поглаживал их и иногда мягко прикусывал. Картины ночи до сих пор стояли перед глазами, и тело покалывало от последствий соития.       Но погодите...?!       Шэнь Юань взглянул на свои хвосты и немедленно захотел провалиться сквозь землю.       Каким образом... ?!       Шесть хвостов взметнулись по его воле, и только изумленный смешок вырвал Шэнь Юаня из ступора. Ло Бинхэ бесстыдно ощупал его новые хвосты.       — Похоже, этот муж уделил внимание не всем частям тела А-Юаня, — хрипло произнес он, притягивая лиса обратно к себе и плотно стискивая в объятиях. Его непомерно большой член уже наполовину затвердел. — Муж ведь не возражает против еще одного раза?       Шэнь Юань задрожал от урчащего смеха мужа, по телу побежали мурашки предвкушения, когда большие ладони заблуждали по его торсу. Ло Бинхэ прижался грудью к его спине.       Ох... Похоже, брачное утро будет не менее долгим...