Домашний тигр

Люси устроили на диване в гостиной. Пока мы ехали со спящей девушкой, таксист всю дорогу с подозрением поглядывал в зеркало заднего вида. Нам с Брэндоном повезло, что ничего лишнего он спрашивать не стал. Сейчас было не то время, когда людей увозили в стельку пьяных из бара. Опасения водителя были вполне закономерны. Кристиан с недоверием поглядывал на спящую девушку, но объяснений не требовал. За что я была благодарна ему, потому что время близилось к ночи. Он заварил нам чай, и мы втроем устроились за кухонной стойкой, в молчании попивая его. Брэндон хмуро смотрел на свою чашку, Кристиан будто пытался подобрать правильные слова, чтобы завязать диалог. Я же погрузилась в собственные мысли, которые никак не хотели связываться между собой. Было ли все происходящее совпадением? Или нет? Первым нарушил молчание Кристиан. Наверное, подобрал подходящие слова и выглядел при этом очень сосредоточенно. Что ж, я была готова к его вопросам. Всю дорогу репетировала речь, которую буду произносить в том или ином случае. Всегда нужно иметь запасные варианты. И они у меня были! — Что произошло? Я ожидала более заурядного вопроса, зная любовь Кристиана к допросам. Но пришлось отвечать даже на такой. Я быстро обрисовала сложившуюся ситуацию. Во время рассказала старалась не упустить ни одну деталь. Во-первых, так история приобретала краски. Во-вторых, мне самой помогли бы подробности, чтобы сложить наконец-то таинственный пазл. Брэндон периодически что-то вставлял, а после и сам пустился в рассказ о том, как он посетил Хиро. И вообще почему вдруг приехал ко мне в студию. Мне было приятно, что в его поступке прослеживались отголоски заботы. По крайне мере, все выглядело именно так. Когда время перевалило за полночь, Брэндон сказал, что ему пора домой. После всех неприятных событий в этот вечер. Я вызвалась проводить его. — Спасибо, — поблагодарила я, когда мы остановились на лестничной площадке. На его лице заиграла приятная улыбка, во взгляде не читалось привычной спеси. Я улыбнулась в ответ. — Обещаю, что верну деньги, — добавила я. — С первой зарплатой. Он ничего не сказал. Лишь подошел ближе, притянул к себе и поцеловал. Я с большой охотой ответила на поцелуй, крепко обнимая его за шею. Все, что творилось между нами — настоящие американские горки. То вниз, то верх. Я уже мало что понимала в этом. Но сейчас мне не хотелось даже думать о том, что будет дальше. Просто наслаждаться моментом. Получать удовольствие от его тепла, прикосновений, поцелуев. Все это разжигало во мне настоящее пламя внутри. Тело с охотой тянулось к нему, а разум уносился поток, чтобы лучше узнать его. Я чувствовала, что мне необходимо глотнуть воздуха. Но останавливаться не хотелось. На последнем издыхании я разорвала поцелуй и с любопытством взглянула в его глаза. При таком освещении они казались темными, словно океанская впадина… — Пять долларов ты отработала, — с лёгкой усмешкой в голосе сказал Брэндон. Как ни странно, но его слова никак меня не задели. Я лишь усмехнулась в ответ, переместила руки на его грудь. За последние три дня я поняла, что лучше будет играть по каким-то незамысловатым правилам, чем пытаться идти по пути раздражения. Придав лицу самое невинное выражение лица, я прошептала: — Значит, чтобы отработать всю сумму, мне нужно как следует постараться? — Мыслишь верно. — Знаю у кого учиться. Я придвинулась к нему поближе, прижавшись всем телом. — Тогда посмотрим, — выдохнула я, специально опуская свои руки все ниже и ниже. — Получится ли. Брэндон улыбнулся. — Посмотрим, — сказал он. — До завтра. Он быстро поцеловал меня в лоб и поспешил умчаться вниз по лестнице, одарив игривым взглядом. С каких это пор я стала столь раскованной? Портились ли из-за него мои устоявшиеся ценности? Хочу ли я продолжать играть в эту игру? Столько вопросов. Но на один из них я знала ответ — между нами никогда не будет ничего серьёзного. Это напросто невозможно. С того инцидента прошло три дня. Вчера я наконец-то навестила Хиро в компании Джо. Выглядел он весьма сносно. Хотя было ощущение, что его многое гложет. И первой в этом списке была нога. Я лишь краем уха слышала о том, что для него такой перелом может обернуться концом карьеры танцора. С такими травмами не танцуют, как высказался тогда Джастин. — До финала осталось четыре дня, — напомнила я. — Сегодня я хочу, чтобы мы избавились от всех косяков. Чтобы к вечеру прогнать как на предстоящей генрепетиции. — Есть, босс, — отозвался Брэндон. После того поцелуя на лестничной площадке, мы почти не пытались контактировать. До сегодняшнего дня… Несмотря на то, что все мое внимание сконцентрировалось на танце, и я мало думала о Брэндоне, во мне зародился некий страх. Я продолжала чувствовать, как кто-то следил за мной. Наверное, все это можно списать на необоснованную паранойю, поэтому я предпочитала молчать о ней. Не тревожить ребят. Но я была крайне благодарна им за то, что они всегда рядом. Не знаю, как так вышло. Каждый вечер, я в компании Кристиана и Джозефа возвращалась домой. С сестрой дело обстояло проще. Джастин всегда вызывался встречать ее и отводить к няне. Я по началу думала, что идея не совсем верная, но Молли будет безопаснее подальше от меня. Даже если я убеждала себя, что ничего страшного не происходило, но неприятные мысли не отпускали. Паранойя жила во мне. — Ну, что? Идем домой? — поинтересовался Кристиан. Тренировка прошла успешно. Я была рада наконец-то вернуться в уютную постель и обнять сестру, рассказывая ей о всех премудростях танцев. Иными словами, у меня не существовало причин, чтобы отказаться. — У меня кое-какие дела, — ответила я. — Дела? Кристиан выглядел удивленным. Возможно, на моем лице тоже отразилось своего рода удивление, поэтому я быстро распрощалась с ним и поспешила в раздевалку. Не могла же я ему признаться в самом деле… Наспех приняв душ и переодевшись в нормальную одежду, я вышла из раздевалки и первым делом столкнулась с Брэндоном. Нужно было проверить телефон до того, как выскочить. — Странные у тебя методы позвать на свидание, — фыркнула я, обойдя его. — Какое свидание? — усмехнулся парень. — Просто позволил тебе оплатить долг. — Все равно, странным ты не перестанешь быть. Утром я получила от него сообщение: «Денежки звенят». Сначала я подумала, что он ошибся номером. Кто знает, сколько у него записано девушек по имени Мишель в телефонной книге? Затем пришло другое сообщение: «Закат долгов». И уже на самой тренировке, он лично попросил меня задержаться после. Не сказать, что я была в предвкушении, значит полностью промолчать. По натуре я не любила загадки. Мне нравилось, когда человек конкретно описывал собственные пожелания. Поэтому я чертовски ненавидела, когда на вопрос «А что тебе подарить?», получила ответ «Что-нибудь». Это раздражало. Но сообщения и просьба утром заинтриговали меня. Хотя подсознательно, я догадывалась, чего стоило ожидать. — Играть в игры у меня нет настроения, — заявила я, когда мы шли по оживленной улице. — Да и я не в настроении просиживать задницу за барной стойкой. — И поэтому мы идем непонятно куда? — удивилась я. — Пройтись всегда полезно. — Ага, полезнее, чем пить каждый вечер, — фыркнула я. Из-за уличного шума, нам приходилось повышать голос. — Я не пил с того самого вечера, — заявил Брэндон. — Так что. — Так что? Брэндон ухватился за мое запястье и быстрым шагом свернул от основной дороги, ведя меня в ближайший парк. Я беспрекословно последовала за ним, находясь в крайнем удивлении. Он уводил нас все глубже, подальше от других людей, которые неспешно прогуливались по парку в некой отрешенности. Слабый свет от фонарного столба добавлял некой загадочности и интимности ситуации. Внутри все закипало от странного возбуждения. Ощущение его горячих пальцев на запястье начинало понемногу сводить с ума. Хотелось уже прижаться к нему. — Я все еще жду ответа. Брэндон замедлил шаг. Мы очутились в укромном уголке, где голоса заглушались шелестом листьев от дуновения ветра. Слабый свет позволял видеть лишь четкий силуэт Брэндона. Глаза же его теряли голубизну во мраке, который будто сгущался вокруг нас. — Приходится довольствоваться твоим обществом, — сказал он. — Исключительно моим? — Пока да, — он опустил мою руку. — Это подразумевает твои слова «оставим все как есть»? — поинтересовалась я. — Возможно, — понизил он голос. Отчего-то, все тело дрогнуло. Мы были одни. Опять. Я не хотела поддаваться низменному желанию. Если я собиралась не поддаваться отчаянию, то необходимо перевести весь момент в другое русло. — Расскажи мне о себе, — попросила я, даже не подумав. — О себе? — удивился он. — Да, откуда ты! — Из Стоктона. — Я родилась здесь, — кивнула я. — Ты… — Я надеюсь, ты не привел меня сюда, чтобы присунуть, — немного истерично произнесла я. — А что? Атмосфера предрасполагает. — Но я не хочу! — По тебе не скажешь, лапуль, — Брэндон с кровожадной улыбкой подошел ко мне. С такого расстояния я почувствовала запах его дезодоранта. — Давай договоримся, что если тебе нужны услуги шлюхи, то говори об этом заранее. — А ты наивно полагала, что я позвал тебя просто так? — Да, — выдохнула я. Брэндон некоторое мгновение внимательно изучал меня, после чего отступил и подошел к одинокой лавочке, чтобы сесть. Я последовала его примеру и села рядом. — Да, прости, — сказал он после затянувшегося молчания. — Я увлёкся. На самом деле мне и правда хотелось провести с тобой немного времени без придурков из команды. Хоть и преследовал цель уличить момент. — Я так и поняла. Ты пытаешься казаться сволочью, но зачем? — А ты будто вся такая проницательная, — фыркнул он. Я многозначительно посмотрела на него и сказала: — Я учусь. Не думай, что ты такая загадка. Я может и неопытная в чем-то, но прекрасно смогу распознать настроение человека. Уж профессия обязывает. — Моя же обязывает быть загадкой, — рассмеялся он. — И кем же ты работаешь? — В модельном агенстве, но это пока не полноценная работа. А так подработка в стоковых фотосессиях. — Ты серьезно настроен стать моделью? — удивилась я. Мне и раньше приходилось слышать о модельной деятельности Брэндона, но до этого я и не думала, что он говорил серьезно. — Серьезнее некуда, — Брэндон с интересом стал изучать свои руки, словно желая отвлечься от разговора. — И как все идет? — Знаешь, если говорить человеческим языком, то паршиво, а если идиотским, то замечательно. Как видишь, я знаменитая модель популярного дизайнерского дома. Все девчонки без ума от меня. Телефон разрывается от желания заполучить меня на показе. Дело в ажуре. — Что тогда ты забыл в танцах? Брэндон посмотрел на меня. — Это мой способ расслабиться, — признался он. — Для Хиро или Джастина танцы почти как смысл жизни. Для меня лишь подпитка собственного эго. Как видишь, в стриптизе девчонки без ума от меня. — Ты повторяешься, — улыбнулась я, отмечая его последнюю фразу. — Да… Верно. А ты о чем мечтаешь? — О танцах, конечно же. — Нет, а помимо? Вопрос заставил меня задуматься. Мне еще никогда не доводилось искать что-то иное, кроме танцев. Для меня хореография — вся моя жизнь. — Ничего. — Не может быть такого, — покачал головой Брэндон. — Ты уже хореограф. К тебе уже поступают заявки. Должно быть что-то еще. — Правда, ничего нет. Я лишь хочу расти в танцах. Всю жизнь я только и делала, что танцевала. Училась танцевать. Учила кого-то танцевать. Стремилась утонуть в ритмах страсти, которые исходят от каждого движения. Моя жизнь в целом зависит от пластичных движений. Я никогда не мечтала уйти в политику или науку. Имея страсть к такому ремеслу как танцы, я больше и не стремлюсь уходить куда-то. Мне хорошо и здесь. Просто, возможно, я бы хотела улучшить свои навыки… Я и не заметила, как Брэндон придвинулся ко мне. Он сидел от меня так близко, что я спокойно могла ощутить тепло, которое исходило от него. Из-за притяжения к нему, я тоже подвинулась ближе и уже плечом касалась его предплечья. — Стать одним из лучших хореографов в городе. Или даже в стране. Но танцоров много, хореографов тоже. Поэтому нам как творческим личностям остается лишь работать и усердно вдохновляться на великие подвиги. — Столько красивых слов, вау, — протянул Брэндон. — А ты не думала жить проще? Плыть по течению? — Нет, а ты? — Тоже нет, — его взгляд был прикован ко мне. — И, если честно, я не люблю тех, кто плывет по течению. — Просто ненавижу, — согласилась я, чувствуя как нас неимоверно тянуло друг к другу. — Мечты могут остаться мечтами, но я не хочу отступать от своей… — Я тоже. И в ту же секунду я жадно целовала его, радуясь тому, что на душе как-то стало легче. Мне приходилось говорить по душам с друзьями, но я еще никогда не задавалась вопросом — а о чем я собственно мечтала? Моя мечта была столь очевидна, что о ней было трудно говорить. Но вот я тонула в объятиях Брэндона, наконец-то с ясными взглядами на будущее. Я хотела стать успешным хореографом. И я им стану! Если раньше мне нравилось быть им, то сейчас хотелось полностью пропитать собственное тело такой мыслью. Брэндон легко приподнял меня, чтобы усадить на колени, и я послушно устроилась на нем, не разрывая жадный поцелуй. Я прижалась к нему всем телом, словно хотела дать понять, что все мои желания были очень серьезными. Родители никогда не считали мое увлечение серьезным делом. Им казалось, что мной овладела безмерная мечта заниматься любимым хобби. Но это не так. И сейчас я доказала себе, что мечта существует. — Тише-тише, — шепнул Брэндон, когда понял, что я уже начала расстегивать верхние пуговицы на фланелевой рубашке в клетку. — Я и правда не планировал трахнуть тебя в парке, — его смешок лишь раззадорил меня. — И что? — Мы в парке… — Мне казалось, тебя подобные неудобства не останавливают, — поддразнила я, водя руками по обнаженной мужской груди. — Если бы, но как я уже сказал, у меня не входило в планы заниматься сексом, — с досадой в голосе произнес Брэндон. — То есть… Я не брал с собой… — И ты еще подаешь себя готовым ко всему, — рассмеялась я и отстранилась от него. — А ты точно не входишь в категорию распущенных девок. — Так ты просто пытался припугнуть меня? — догадалась я. — Возможно, — пожал плечами Брэндон. — Знаешь что! — воскликнула я громче, чем планировала. Это явно встревожило Брэндона. Да и меня, если честно тоже. Но почему-то созревший план мести пришел в голову слишком спонтанно. Я не была уверена в его правильности, но ощущение власти над ним будто лишила меня всяких тормозов. Я быстро огляделась по сторонам, убедившись, что место достаточно укромное. И если кто-то окажется в поле зрения, то мы его заметим первыми. Пока я озиралась, мои пальцы незамедлительно переместились к его ремню и ширинке. — Что ты?.. — Уж лучше тебе помалкивать, — процедила я сквозь зубы. — Эй! — Брэндон кажется сразу догадался о моем намерении, поэтому попытался убрать мои ручонки от ремня. — Не заставляй меня кричать, — пригрозила я. — Ты не посмеешь! В глазах Брэндона я уловила весь спектр эмоций: от элементарной злости до наивного любопытства. Было приятно держать всю ситуацию под контролем. Да и сам факт того, что я собиралась отсосать ему в общественном месте, очень сильно возбуждал. Я соскользнула с его колен и села рядом в удобной позе. — Да что ты творишь! — не унимался он. — В твоих же интересах, — напоследок сказала я, — чтобы вовремя предупредить меня о надвигающейся угрозе. И пока он ничего не сказал, я вытащила его, как оказалось, возбужденный орган из штанов и с долей злорадства пригубила к нему. Мне раньше не часто доводилось заниматься оральным сексом. С моей стороны, я всегда считала минет чем-то более доверительным, чем обычный секс. Хотя я никогда не исключала возможности такого вида секса, когда особых вариантов не наблюдалось. То есть, я не сторонилась, но и приверженкой никогда не была. Когда я провела кончиком языка по всей длине его члена, Брэндона сковало напряжение. Мне нравилось ощущать некую власть над ним. Но и медлить в таком положении было нельзя. Я еще раз с тлеющим возбуждением у себя между ног лизнула твёрдый мужской орган, сделала пару движений верх-вниз ладонью, на секунду довольствуясь выражением лица Брэндона. И только потом с неумолимой жадностью вобрала его член в рот. Я ощущала, как Брэндон одной рукой с силой стиснул спинку лавочки. А другая рука коснулась моего плеча, что послужило мне сигналом к действию. Я принялась понемногу ускорять темп. С моих губ слетали пошлые хлюпающие звуки, но они мало волновали невинную часть меня. Я наоборот будто погрузилась во все эти ощущения, которые были мне в новинку. С каждым разом я вбирала в себя член все глубже и глубже, но все равно побаивалась заглатывать его во всю длину. Из-за одного неудачного толчка я почти вызвала в себе неприятный рвотный рефлекс, но он быстро спал на нет. Поэтому большую часть времени я помогала себе языком и пальцами, желая довести Брэндона до исступления. В какой-то момент, когда я почти полностью увлекалась изучением оральных ласк, до моих ушей донесся слабый стон. Затем я осознала, что и сам Брэндон стал поддаваться тазом навстречу ко мне. — Мишель, — услышала я его возбужденный шепот. Я прекрасно осознавала, что мне не удастся довести его до оргазма. Ему нравилось, в этом не было сомнений. Но одна моя хорошая знакомая твердо дала понять, что минет — это целое искусство. Но мне не хотелось так просто сдаваться. — Черт, — выругался Брэндон, когда я слегка задела его кончиками зубов. — Лапуль, поаккуратней. Мысленно усмехнулась. И стала еще интенсивнее помогать рукой, лаская основание и изредка переходя к мошонке. Его стоны становились чуть громче. Рука уже не покоилась у меня плече, она переместилась к моему затылку. Странная ситуация, когда мы оба вдруг оказались в позиции главы. Теперь темп задавал полностью он, но мне так даже стало проще. Даже несмотря на то, что он явно сдерживался, чтобы не засадить мне по самое горло, я чувствовала, что имела особую власть над ним. — Я могу и кончить, Мишель… Свободной рукой провела по его обнаженной груди, давая понять, что я именно этого и хочу. Второй продолжала массировать остальную часть. — Твой язык, — выдохнул он, когда я активно начала работать им. Шершавым языком чувствовала выступающие вены на стволе. Затем скользила верх к уздечке, и обратно вниз. Движения перестали терять свою медлительность. С каждым новым толчком, я чувствовала как темп рос. В какой-то момент, Брэндон вовсе прижал меня к себе и на секунду замер. После чего я поняла, что он достиг своего пика. — Я сейчас… Голос его хриплый и сексуальный. Как только в горле появляется приятное ощущение тепла, Брэндон отпустил меня, и я с интересом позволяю себе попробовать белесое семя на вкус. Излишки стекали по краям губ, но Брэндон успел смахнуть до того, как они испачкают одежду. Затем он склонился надо мной и с какой-то жадностью впился в мои покрасневшие губы. — А ты полна сюрпризов, лапуля, — сказал он мне прямо в губы. — Возможно. Кто знает.