Пионы распускаются на рассвете

Закатное солнце светилось кроваво-красным так же ярко, как на его орденских одеждах. Вэнь Юань стоял под ветвями раскидистого дерева на площадке перед установленными к началу ночной охоты помостами и задумчиво смотрел на темнеющее небо, медленно проглатывающее остатки алых лучей. По мере того, как все вокруг погружалось во тьму, на помостах начинали зажигать факелы, и вскоре площадка была озарена трепещущим светом огня. Оставалось совсем немного до начала, так что парень огляделся, выискивая в толпе знакомые лица. Вот стайка птенчиков ордена Гу Су Лань, вот фиолетовое облако адептов Юнь Мэн Цзян, детишки из Цин Хэ Не как обычно прячутся где-то позади, а вот и золотые паруса Лань Лин Цзинь, а значит, где-то там должен быть и… — Да уж, последний раз, когда на моей памяти ночную охоту устраивал орден Ци Шань Вэнь, все это закончилось не слишком хорошо, — вдруг раздался голос совсем рядом, и Вэнь Юань невольно вздрогнул, оборачиваясь. Его лицо тут же озарилось радостной улыбкой, при виде остановившегося рядом мужчины в черных одеждах. — Старейшина! — Э-э-э, — недовольно протянул тот и погрозил юноше пальцем. — И почему ты больше не зовешь меня Сянь-гэгэ, а? — Ну, я… — Вэнь Юань смешливо заулыбался, собираясь как-то оправдаться, но вдруг его глаза засияли восторгом. — Гэгэ! — Да-да, вот так, — отозвался Вэй У Сянь, не сразу сообразив, что обращаются вовсе не к нему, а после, повернув голову и увидев рядом мертвенно бледное лицо призрачного генерала, снова скорчил недовольную рожу. — И почему это он — гэгэ, а я нет?! — Прошу прощения, — тут же равнодушно отозвался Вэнь Нин. — Ты-то чего извиняешься? — вздохнул мужчина, наблюдая, как неблагодарный воспитанник тихонько покатывается со смеху. — И где это шатается Лань Чжань? С ним-то ты так безобразничать не стал бы! — Ханьгуань-цзюнь сейчас с адептами своего ордена, — пожал плечами юноша, кивая в сторону стайки «гусят» и заодно замечая среди них знакомое лицо. — Ему сейчас не до нас. Вэй Ин обиженно фыркнул, снова вызывая на лице Вэнь Юаня улыбку, а затем окинул взглядом группу молодых людей в золотом. — Сегодня последняя охота Цзинь Лина, да? До того, как он официально станет главой. — Мне-то какое дело. — Разве вы не друзья? — Какие еще друзья?! — возмутился парень. — Этот парень невозможный идиот! Вечно строит из себя невесть что! — А ты нет? — Разумеется нет! Теперь настала очередь Вэй У Сяня смеяться. Пока эти двое по очереди заставляли друг друга возмущенно фырчать, Вэнь Нин стоял рядом, взирая на них с видом очень уставшей матери и иногда поглядывал в сторону ясно выделяющейся на фоне молодых адептов фигуры Ханьгуан-цзюня, явно надеясь, что тот вернется поскорее и прекратит его страдания. Вскоре раздался удар в гонг, возвещающий о скором начале охоты, и Вэй Ин подтолкнул юношу в спину. — Хватит пререкаться и ступай к своим, пока не ушли без тебя! Вэнь Юань снисходительно покосился на мужчину и повернулся к Вэнь Нину. — Гэгэ, пожелай мне удачи! — Иди уже! С легкой улыбкой наблюдая за поспешившим к остальным молодым адептам своего ордена парнем, Вэй Ин вдруг поднял голову к небу и вздохнул как-то грустно. — А мы с тобой… первый раз здесь и встретились, верно? — Так и есть, господин Вэй. Протискиваясь сквозь толпу в сторону товарищей, Вэнь Юань успел перекинуться парой фраз с Цзин И, прежде чем оказаться среди таких же, как у него красно-белых одежд, пробравшись в первую шеренгу, чтобы получше видеть происходящее на трибунах. Второй удар гонга известил о начале приветственной речи, и, пока глава ордена долго вещал что-то невероятно скучное, парень зазевался, и активные товарищи очень быстро спихнули его в самый край, толкаясь и вытягивая шеи, в попытках увидеть кого-нибудь из знати. — Эй! — возмутился Вэнь Юань, когда, в очередной раз совсем не деликатно отодвинутый в сторону, он налетел на кого-то рядом. — Полегче! — Я смотрю, манеры адептов ордена Вэнь все еще оставляют желать лучшего, — раздался позади ядовитый голос, и, обернувшись, юноша наткнулся взглядом на яркие золотые одежды. — А ты все так же щедр на комплименты, — Вэнь Юань улыбнулся, окинув собеседника оценивающим взглядом. — Я слышал, сегодня твоя последняя ночная охота, господин Цзинь? — Не зови меня так! — Цзинь Лин недовольно откинул на спину собранные в хвост волосы, — Даже когда я стану главой ордена, никто не запретит мне участвовать в охоте! — не очень уверенно заявил он, продолжая с вызовом смотреть на парня. — Я не собираюсь тебе поддаваться по этому поводу, — сладко протянул Вэнь Юань. — Кто еще кому будет поддаваться?! — моментально вспыхнул Цзинь Лин, гневно сводя брови. — Смотри как бы ты не попал под стрелу! — Это угроза? Все знают, что я стреляю лучше тебя, так что можешь не стараться! — Кто это «все»?! Да даже Фея талантливее, чем ты! Парень уже раскрыл было рот, чтобы ответить на это оскорбление, но его прервал третий удар гонга, означающий, что ночная охота началась. Цзинь Лин демонстративно хмыкнул и отвернулся, зашагав в сторону ущелий, гордо вскинув голову, а Вэнь Юань снисходительно усмехнулся ему в спину и тут же поспешил следом, окруженный воодушевленными товарищами. Почти сразу они свернули куда-то и затерялись среди скал, разбившись на группы по трое и быстро потеряв из виду адептов других орденов. Юноша вдохновенно пускал стрелы направо и налево, пока в небе вспыхивали разноцветные символы орденов, и старался не обращать внимания на часто мелькающий золотой пион. Впрочем, вскоре он совсем увлекся охотой и перестал замечать что-либо помимо попадающихся на пути тварей. Азарт потихоньку захватывал разум, и, рьяно прорываясь из ущелья в густой лес, юный Вэнь даже не заметил, когда отбился от товарищей, оставшись совсем один. Правда, это его не особенно расстроило, и юноша продолжил избавляться от монстров, углубляясь в чащу, покрывавшую склоны горы. Под ногами шуршал гравий, пока парень шагал вперед, оглядываясь по сторонам. Вокруг неожиданно стало заметно тише, и Вэнь Юань невольно прислушался. Звуки битвы и разрывающиеся в небе орденские знаки гулко отдавались где-то за спиной, а прямо спереди шел какой-то новый звук. Юноша накинул стрелу на тетиву и решительно устремился к нему, вглядываясь в темноту, пока не разглядел среди деревьев сверкающие молнией знакомые золотые одежды. Видимо, не он один решил забраться подальше, чтобы заполучить побольше добычи. Вэнь Юань ехидно заулыбался и пустил стрелу, просвистевшую прямо перед носом Цзинь Лина. Едва острие пронзило тело существа, в небе вспыхнуло алое солнце, а парень в золотом гневно обернулся к нахально ворвавшемуся на его территорию Вэню. — Он был мой! — Был твой, стал мой! — юноша насмешливо взглянул на готового закипеть от гнева Цзинь Лина. — Добыча не подписана, золотце. Так кто, говоришь, лучше стреляет из лука? — Ах ты! Наконец терпение Цзинь Лина лопнуло, и он набросился на парня, в гневе вцепляясь в воротник красно-белых одежд. Вэнь Юань в долгу не остался, схватив обидчика за локти. На несколько минут завязалась неловкая потасовка.Каждый не желал ни уступать, ни первым отпустить другого, так что какое-то время они так и кружились по земле, пока нога Вэнь Юаня не скользнула по мелким камешкам. Юноша упал, утягивая за собой соперника, и они кубарем покатились по склону, собирая на себя всю грязь и раздирая одежду. Чувствуя, как чужая рука вдруг отпустила его воротник и обняла голову, прижимая ближе, он невольно сделал то же самое, защищая от ударов. Благо, склон оказался невысоким. Когда им наконец удалось остановиться, юный Вэнь обнаружил, что оказался сверху, и на какое-то время замер, переводя дыхание и разглядывая лицо оказавшегося под ним Цзинь Лина. С растрепавшимися волосами и ссадинами на лице он выглядел неожиданно очаровательно, так что парень невольно засмотрелся, не собираясь вставать, и даже наоборот склонился еще ниже, приближаясь к чужому лицу, словно зачарованный. — Ты что делаешь? — тут же сурово поинтересовался Цзинь Лин. — А ты? — чужая рука все еще весьма недвусмысленно обнимала его, но теперь уже за шею. Вэнь Юань склонился еще ближе, чувствуя под своим телом чужое, такое же горячее и живое, и выдохнул, ощущая, как собственное дыхание отражается от губ парня. — Не смей! — Цзинь Лин смотрел зло, но больше никаких попыток остановить его не предпринимал, и Вэнь Юань, больше не в силах (да и не собираясь) сдерживаться, наконец поцеловал, вжимая в землю всем телом. Он целовал совершенно неумело, неловко тыкаясь носом в чужую щеку, но едва ощутил робкий ответный поцелуй, мгновенно воспрял духом, продолжая влажно терзать чужие губы, а от ощущения скользнувшей в волосы руки, судорожно выдохнул прямо в поцелуй и только прижался ближе. Еще нескоро он смог оторваться от парня, тяжело дыша и так же завороженно разглядывая его покрасневшее лицо с блестящими от слюны и чуть припухшими губами. А потом наконец сел. Следом за ним осторожно сел и Цзинь Лин. На какое-то время в воздухе повисло неловкое молчание. Никто из них сейчас не смог бы внятно объяснить, что это сейчас было, так что эту тишину слова разорвали совсем нескоро. — Я определенно целуюсь лучше тебя. — Чего-о?! — глаза будущего главы ордена возмущенно округлились. — Плохо расслышал? Я. Целуюсь. Лучше. Тебя. — мгновенно откликнулся Вэнь Юань и тут же за это поплатился. Теперь его больно вдавило в землю навалившимся сверху телом, а губы оказались во власти чужих, жадно пожирающих, готовых едва ли не проглотить. Цзинь Лин тоже целовал неумело, но яростно, словно и правда стремился победить в этом, и оторвался только когда совсем перестало хватать воздуха. — Ну, и что ты теперь скажешь? — он победно взглянул на парня, тяжело дыша и чуть приподнимаясь над ним. — Я… — Вэнь Юань снова замер, не в силах оторвать взгляд от чужого лица. — Я думаю, нам нужно проверить еще раз.