сплочённые одной бедой

Тео бежал так быстро, как мог. Он нёсся подальше от злосчастного дома из которого доносились вслед ругательства отца. Будучи далеко неспортивным мальчиком уже после первых тридцати секунд бега, его легкие скукожились до размера младенческого кулачка, и Декер зашёлся хриплым кашлем, однако не остановился. Он бежал по пустынным улицам, которые за всю свою жизнь редко встречали людей. Налаченные ботинки, выглаженные штаны и белая рубашка, превратились в песчаную одежду. Добежав до последнего дома на улице, Тео остановился, переводя дух. Из дома доносились вопли и шумы борьбы. - Получай, щенок. Твоя мать что, не учила тебя манерам? Она была такой же blyad`uy, как и ты. – Звук удара. Кто-то старается бежать. Падает мебель. Кричит мужчина. – Я с тобой еще не закончил! Беги ssiklo, вернёшься домой, и я от тебя живого места не оставлю! Входная дверь раскрывается нараспашку, чуть не слетая с петель, а вниз по ступенькам сбегает Борис, будто заранее зная, что на улице его покорно ждёт Тео. Кудрявый подбегает к другу, не поднимая на него взгляда так, что волосы скрывают лицо. Безмолвно, не обменявшись вопросом: «куда идём»? мальчики инстинктивно побежали туда, куда вела их, объединённая одним горем, душа. Обоим не хватало воздуха. Жадно вдыхая кислород, они остановились у обрыва, с которого открывался вид на ночной Нью-Йорк, залитый красной краской заходящего солнца. Тео с трудом отвёл взгляд от чарующего взор вида и с беспокойством взглянул на друга, который до сих пор прятал лицо в кудрявых волосах. Декер протянул ладонь, чтобы убрать прядь, но Борис будто предвидел его желание и, укрывшись сильнее, залез рукой в задний карман джинс, вытащил пару таблеток, размером с колорадского жука. - Готов получить жёсткий приход, Поттер? Они просто улётные, ты такие ещё не пробовал. - Ты уверен, что мы сможем это проглотить?- Тео захватил двумя пальцами таблетку и начал сомневался, что его гортань настолько широкая. «Тебе скоро и не такое предстоит заглатывать», - тихо произнёс Борис так, что Тео не разобрал слов, но решил, что стоит попробовать. Таблетка застряла в горле и твёрдо решила остаться там, не двигаясь ни взад, ни вперёд. Теодор стал хрипеть, краснеть и казалось, что он прямо здесь откинет копыта, но Борис зашёл со спины, сомкнул длинные руки под рёбрами друга и вдавил его в себя с такой силы, что таблетка вылетела в траву, окаймлённую, только что вышедшей на горизонт, луной. - Ой, я не успел сказать тебе, что её надо разделить на две части, - слишком спокойно ухмыльнулся Боря. - Не успел?! Ты даже не старался! – Сдавленно просипел Тео, а затем ткнул Борю в правый бок, а потом в левый, а затем повалил его на землю и в пол силы тыкал по всему телу так, что Боря увертывался, как уж и смеялся. Смеялся, пока не выкрикнул: «Ай»! и не скривился от боли. - Я слишком сильно ткнул? Вот и по заслугам тебе! – Теодор сидел верхом на друге и победно смотрел на корчащегося Бориса, потому что знал, что сейчас он окажется снизу. Но Борис не распрямлялся, из глаз потекли слёзы, а сам он как-то сжался, словно птенчик. Тео медленно, будто боясь спугнуть добычу, потянулся к тощим рукам Бори и оторвал их от заплаканного лица. Под глазом светился синяк и разбитая в кровь губа. Также не спеша, смотря в испуганные глаза друга, Теодор постепенно спускался к низу футболки, поднял её и пожалел об этом. На худом бледном теле изображена целая картина, картина, которую Тео раньше не видел ни в одном из музеев. Кожа Бори словно полотно, на котором творил взбешённый художник, используя вместо кистей и красок собственные кулаки. Серо-бурое созвездие из гематом переплеталось воедино и свирепой волной заполоняло все участки кожи, не оставляя ни единой проплешины света. Теодору внезапно тоже захотелось плакать. Он понурил голову, и слёзы не переставая полились на жуткую картину. - Эй, слабак, ты чего расплакался? – Борис улыбался и нарочито старался поймать взгляд друга, - подотри сопли, Поттер. И слезь, в конце концов, с меня. - Это говоришь мне ты? Секунду назад ты крючился от боли и рыдал, как маленький мальчик! - Нарываешься, Поттер? – Борис сделал вид, что разозлился и накинулся на Тео, как пантера на кусок мяса. - Я покажу тебе маленького мальчика! Двое стали кататься по седой траве, и по-мальчишечьи играясь. Когда силы покинули их, Боря достал оставшуюся таблетку, разделил надвое, проглотил свою половину, а вторую протянул Теодору. Как только желаемый эффект был достигнут, друзья распластались на холодной земле и смотрели в усыпанное звёздами ночное небо. Борис протянул открытую ладонь, не поворачивая головы. Теодор вложил свою ладонь в его, и так они лежали, держась за руки и получая лютый приход. Белые огоньки кружились, мерцали, образуя фигуры и сюжеты, которые создавало их богатое воображение. Прошло всего три минуты, а им казалось, словно они лежат здесь вечность лет. - Обещай, что в следующий раз дашь ему отпор? – Отстранённо произнёс Тео. - А ты обещай, что всегда будешь рядом. – Также безучастно прошептал Борис. Теодор не ответил, но крепче сжал его ладонь в своей, закрыл глаза и улыбнулся. Борис улыбался тоже.