Призраки прошлого.

      «Уезжай! Уезжай отсюда! Беги из этого города, пока смерть не поцеловала тебя!..» слышались бесконечные голоса, заставляющие закрывать меня уши. Я стояла на главной площади, под кровавым небом и полной луной, не в состоянии сдвинуться хоть на шаг. Голоса становились все громче, и казалось, еще чуть-чуть и моя голова взорвется от этого гула.             — Хватит! Прошу, хватит! — кричала я, все сильнее давя на уши, будто это поможет. Но никто меня не слышал, хотя вокруг было достаточно людей. Они словно не замечали меня, неспешно идя по своим делам. Я кричала и плакала, пока кто-то не коснулся моего плеча.             — Клара, милая.— послышался мамин голос, но мне совсем не хотелось на него оборачиваться. Предчувствие чего-то плохого, заставило меня замереть на месте. Моя мама обошла меня и взяв в руки мое лицо, посмотрела с обеспокоенным взглядом. Так, она смотрела лишь в двух случаях. Но ни в первом, ни во втором этот взгляд не предвещал ничего хорошего. — Девочка моя, ты совсем бледная.             — Мамочка…— разрыдалась я, падая ей на грудь. — Мне так страшно! Так страшно.             — Дитя мое, ты в безопасности.— прошептала мама, гладя меня по спине. Ее руки перестали быть нежными и складывалось впечатление, что по мне водят сухой веткой. Её грудь перестала быть мягкой и я уперлась во что-то холодное и жесткое. — Ты будешь в безопасности, когда покинешь этот город…       Я неуверенно подняла глаза. Я испытала ужас, видя перед собой изуродованное до безобразия лицо. Оно было не человеческим и глядело на меня черными, ужасающими глазами. Я снова закричала.       Резко вскочив с кровати и чувствуя бешеный стук своего сердца, я видела перед собой ошарашенную маму. Мои глаза в панике бегали по комнате, давая мозгу понять, что я у себя дома.             — Милая, что случилось? Ты кричала.— начала мама, обнимая меня и усаживая на кровать. Я все еще пыталась прийти в себя, качая головой.             — Мама, давай уедем обратно в Калифорнию. — взмолилась я, с ужасом вспоминая свой сон.             — Клара, но вы ведь только сегодня приехали. Я понимаю, что для тебя это тяжело: друзья, твой парень. Но у нас нет другого выбора. К тому же, Делавэр — город твоего отца и только тут, у него остался дом.             — Дело не в этом.— тихо произнесла я, понимая что мне нужны доказательства. Решив попытать удачу, я выложила все как есть. — Мне приснился сон. Нам велели убираться отсюда. Мама, сам дьявол мне об этом говорил.             — Ох, детка, это всего лишь стресс и нежелание принимать действительность. Ты быстро привыкнешь. А сны, это картины твоего подсознания. Все будет хорошо. — она, как и ожидалось, не поверила мне. Это меня злило, но я понимала, что она не тот человек, с которым я делилась всем и рассчитывала на понимание. Как должное, она поцеловала меня в макушку и встала, поправляя свою юбку. — Приводи себя в порядок и спускайся на ужин.       Не став возражать, я попыталась улыбнуться и снова рухнула на кровать. Сон никак не выходил у меня из головы. Может и вправду, мне просто кажется и я себя накручиваю.             — Детка, не задерживайся, иначе все остынет! — донесся снизу голос маман. Я совсем не хотела есть, но не могла ослушаться ее. Подтерев потекшую тушь, я присоединилась к маме. Был включен телевизор, в котором говорилось о пропавшем ребенке из листовок.       «Тиффани Лоуренс пропала двое суток назад. Особые приметы…» — я сосредоточилась на информации диктора, но мама решила выключить телевизор. Я кинула вилку в тарелку и тяжело вздохнула. Жить с этой женщиной становилось невыносимо для меня, особенно после того, как отца посадили в тюрьму.             — Ты не доела, милая! — противной для меня улыбкой, начала мама. С каждой секундой, я ненавидела её все больше, но никогда не выплескивала все это наружу.             — Я просто задумалась, прости. —снова беря злополучную вилку, в ответ улыбнулась я. Проглатывая вместе с мясом обиду и злость. — Я уберу сама, ты можешь идти отдыхать.             — Ты чудо, всегда знаешь, что мне нужно. Люблю тебя.— очередной неискренний обмен улыбками и быстрый уход мамы в гостиную, которая к счастью, находилась дальше всего от кухни.       Накормив остатком ужина свою собаку, я вымыла посуду, стараясь все сделать в лучшем виде, чтоб маман потом не устроила очередную истерику. Поэтому находится с ней в одном доме было настоящей пыткой. Нет, я любила её, но мы все дальше отдалялись друг от друга. И, наверное, не было на свете более чужих людей, чем мы. После ужина, я всегда выгуливала Лютера, поэтому взяв поводок, мы оба радостные выбежали из дома. Лютер был уже не молод, но все так же любил вечерние прогулки. А я не любила сидеть с мамой. Поэтому мы быстро «договорились» и вместе наслаждались теплым вечером.             — Макс! Не убегай далеко! — послышался мужской голос, а на горизонте показался силуэт собаки несущийся прямо на нас. Я знала что сейчас будет и попыталась увести Лютера в противоположную сторону. Но тот, несмотря на свой возраст подскочил, начал лаять и тащить меня к приближающимся, теперь уже двум силуэтам. Проклиная этот день, я уже готовила речь для хозяина Макса, собираясь высказать ему все, что думаю о его собаке без поводка.             — Лютер, ты же воспитанный пес, в чем дело? — ругала белого лабрадора я, все еще пытаясь оттащить его в противоположную сторону. Макс подлетел к нам и начал радостно скакать, обнюхивая моего питомца.             — Не стоит ругать животное за его природу! — запыхавшись и поднимая один палец вверх, произнес парень. Сев рядом с собаками он начал гладить обоих, незаметно пристегивая Макса к поводку.             — Я вас и не ругала.— ответила я, в своей привычной манере, скрестив руки у себя на груди.             — Вот как! Значит в ваших глазах я животное. — подняв на меня взгляд, усмехнулся он.             — Иначе как назвать человека, отпускающего свою собаку гулять без поводка?             — Он выскочил из машины, когда мы остановились у дома моего друга. И я хорошо знаю этот район. Таких как ты, тут точно не было.             — Каких же? — закатывая глаза, я ожидала услышать очередной тупой подкат.             — Смотрящих на других с высока. Здесь все добрые и простые.             — Надо же добавить изюминку в серую массу.— съязвила я, не принимая все на свой счет. Он не знал меня, а поэтому его слова сейчас не имели никакого смысла.             — Как жаль, что я не люблю изюм. Всего доброго, мисс высокомерие. — улыбнулся он, оттаскивая Макса за поводок. Погладив мою собаку, он поспешно удалился, о чем-то беседуя со своим псом.             — Боже, какой придурок.— произнесла я, пока мой лабрадор скакал вокруг. Мы прогулялись еще с получасу и вернулись в дом. Мама занималась какими-то бумагами в гостиной и решив, что лучше её не тревожить, я сразу поднялась к себе в комнату. Предстояла большая работа по распаковке вещей и перестановки в целом. Но сейчас, ни сил ни желания не было. Да и вспомнив сон, хотелось верить что мы здесь ненадолго.       Остатки вечера я провела с телефоном в руках, рассказывая своему парню и друзьям, как мне плохо и как же хочется назад. Они пытались меня утешить, но в глубине души я понимала, что никакой искренности в их словах нет и если я тут задержусь, наши связи сойдут на нет. Сейчас у меня не было ровным счетом ничего и вернуться в свой старый круг общения будет практически невозможно. Это еще одно обстоятельство, сжирающее меня изнутри. Я много думала и не заметила, как заснула, снова видя тот страшный сон, но теперь вместо мамы, там был парень с собакой. Проснувшись в поту, я спустилась выпить стакан воды, обнаружив спящую маму за бумагами. Решив потушить лампу и накрыть её пледом, я подошла ближе. На столе я увидел бумаги, которые лежали хаотично и не имели никакой связи друг с другом. Было ничего не понятно, но и я не пыталась в это вникнуть. Убрав со стола алкоголь, на глаза попалась злосчастная бумага, которая снова разбила мне сердце.             — Доброе утро, дорогая! — заходя в комнату, улыбнулась мама. Я давно уже не спала, все думаю о письме, написанным папой. Он просил маму, не подавать на развод и не говорить мне про него. Я еще больше возненавидела свою мать. Как она могла так поступить с ним? Сейчас, когда мы переживали не лучшие времена для нашей семьи.             — Доброе.— сухо ответила я, отвернувшись к стене. Это заставило меня пожалеть, потому что мама села ко мне на кровать, пытаясь подбодрить.             — Птичка моя, у тебя сегодня первый день в школе. Я понимаю, что ты переживаешь. Я понимаю, что ничего не хочется, но прошу тебя, ради нас с папой. Мы должны несмотря на все трудности идти с высоко поднятой головой. — целуя меня в плечо, поглаживая по руке, взмолилась она. Только вот причина была в другом, а от ее слов меня только тошнило.             — Дай мне пять минут и я буду готова. Завтракать не буду, поем в школе. — не поворачивая голову в ее сторону, проговорила я. Обида и злость не позволяли это сделать. Но мать, скинула все на депрессию и поцеловав меня в голову, вышла из комнаты.       Проведя всю ночь без сна, я заранее собралась в школу, поэтому попросила всего 5 минут на сборы. На мне была полосатая кофта и черные брюки. Ничего неприметного и гламурного, как это было обычно! Не сейчас. Легкий макияж и тугой хвост завершали этот простой образ. До школы мы ехали молча, изредка обмениваясь сухими фразами. Каждая понимала, что сейчас не лучшее время для разговоров.             — Позвонишь, как занятия закончатся. Я заберу тебя.— произнесла мама, пытаясь казаться заботливой.— Не хочу, чтоб мой ребенок тоже пропал.        Я закатила глаза и побрела в сторону школы, погрузившись в свои мысли. Открывая дверь, я понимала, что сейчас начнется обсуждение недели «новенькая в школе». Когда-то, я сама любила поболтать на тему новеньких и никогда не думала, что сама окажусь по ту сторону берега. Вскинув голову и сделав невозмутимое лицо, я шла по коридору ловя любопытные глаза школьников.             — Хэй, красотка, чего такая мина кислая? — спросил высокий парень, возникший передо мной неоткуда. Я попыталась пройти дальше, но тот был настойчив и видимо не собирался отпускать меня. Из толпы слышались смешки и шепот, который только и делал, что нарастал.             — Наверное, потому что твою увидела. Извини, но мне сейчас некогда играть в твоей песочнице.— я попыталась снова пройти, под сопровождение протяжного «у-у» из толпы.             — А ты сладкая.— усмехнулся тот, то и дело загораживая мне дорогу.— Но запомни, что папочке не стоит грубить.             — А то что? Накажешь меня? — спросила я, притянув его за галстук к своему лицу. Обстановка накалялась, но я знала как вести себя с такими парнями. Спасибо прошлому образу жизни. Противно осознавать, что вела себя точно так же.             — Что тут происходит? Кристоф, отстань от неё! — послышался знакомый голос из толпы. Я ослабила хватку, давая галстуку самому сползти с моей руки.             — Тоби, ты как всегда портишь мою жизнь, братец.— закатил глаза парень передо мной, отстраняясь все дальше. Тоби взглянул на меня и я узнала в нем парня с собакой.             — Оу, мисс высокомерие, давно не виделись. — усмехнулся он, двумя пальцами показывая на свои глаза, а после на глаза Кристофа.             — Опять ты. Хотя не важно, я опаздываю на биологию. — прошипела я, проходя дальше Кристофа. В такие моменты важно показать себя, иначе дальше будет только хуже.       Я залетела в кабинет биологии со звонком, поймав на себе презрительные взгляда учителя и одноклассников. «Да что это за школа такая», подумала я садясь за парту. Дальше все как всегда, предстояла «церемония знакомства с новенькой».             — Кларисса, будьте добры, расскажите нам о себе. — послышался старый голос учительницы и все дружно посмотрели в мою сторону. Я встала, слыша шептания в мою сторону.             — Меня зовут Кларисса Митчелл я из Калифорнии. Приехала сюда из-за безвыходной ситуации, и надеюсь что она скоро разрешиться. Больше вам знать не обязательно. — ответила я, пытаясь показать всем, что ко мне лезть не надо. Мне не нужны ни друзья, ни кто-либо еще. Наигранно улыбнувшись, я села на место, а учитель продолжила урок.             — Почему ты такая злая? — послышался голос с задней парты. Я повернулась вскинув бровь. Передо мной предстала кудрявая блондинка.             — Не твое дело.— буркнула я и отвернулась обратно. Но та, словно пыталась меня задеть, снова начала разговор.             — Это все потому, что твой отец сидит в тюрьме? — эта реплика задела меня, но вида я конечно не падала.             — Боже, Лесли, это не твоего ума дела. Не лезь к ней.— вступился за меня другой женский голос.             — Но Карла, я лишь хочу быть дружелюбной. — завопила Лесли, тыкая меня в спину.             — Боюсь, тебя огорчить, но это не те фразы, которые помогают подружиться с людьми. И я бы предпочла не заводить друзей.— ответила я, серьезно посмотрев на девушек. Они словно две противоположности глядели на меня, но понимали по разному.             — Может ты хочешь завести себе девушку? Карла у нас как раз…— начала Лесли, подталкивая подругу в плечо, но та лишь безнадежно покачала головой в унисон со мной. Я снова отвернулась, продолжая делать задание.             — Тебе не кажется, что у нее не все дома, Карла. — спросила у подруги Лесли, заставив нас с брюнеткой в унисон усмехнуться.       Наконец звонок прозвенел и все начали собираться, но никто не покидал кабинет. Это показалось мне странным, и удостоверившись у преподавателя, что можно идти, я поспешила удалиться. Но не успев и шагнуть, на меня вылили ведро непонятной жидкости. Я была с ног до головы покрыта ей. Все фотографировали и смеялись, о чего мне хотелось заплакать и убежать куда подальше. Я посмотрела в толпу, через силу натягивая ухмылку. У одного из парней было ведро в руках и в его лицо я вглядывалась больше всего.             — На, вытрись! — в меня полетела туалетная бумага, но я не сдвинулась с места. Хохот становился невыносимым. И если это было наказанием за то, какой я была стервой с своей старой школе, то это было вполне справедливо.             — Теперь ты не похожа на гламурную принцессу, которая жила как в раю. Но твоего папочку посадили и теперь, ты среди нас. Неожиданно, правда? — послышался голос Кристофа, который шел, толкая всех на своем пути.             — Неудачница! Позор! Фуу! — доносились крики, а Кристоф с усмешкой смотрел на меня в центре всего. Наконец пересилив себя, я улыбнулась ему в ответ, разочарованно, качая головой.       Все это длилось пару минут, но для меня прошла целая вечность. Я почти разревелась у всех на глазах, но благо подоспел Кристоф, который не дал мне это сделать, пробудив ненависть в свою сторону. Заправив прядь волос за ухо, я поспешила удалиться, но свово увидела перед собой грудь новоиспеченного знакомого.             — Что? Хочешь обняться? — спросила я, раскрывая свои объятья. Не думаю, что кто-то хотел оказаться в этой непонятной слизи медленно стекающей по всей моей одежде. Он усмехнулся и пропустил меня, как и вся толпа. Все что-то пытались сказать, чем-то обидеть, но мне было все равно. Я шла, вспоминая утренние слова матери. «Несмотря на все трудности, иди с высоко поднятой головой.» Я чувствовала на себе взгляд и усмешку Кристофа. Человека, перед которым я не заплачу и не упаду никогда. Перед моим врагом. Наконец дойдя до уборной, которой к счастью оказалась не так далеко от кабинета, я показала им средний палец, в частности посвященный ему. Но стоило мне зайти в уборную и остаться одной, тяжелый выдох и слезы, которые ручьем покатились по моему лицу. Мне было обидно и больно. Я понимала, что не вынесу всего этого. Мне хотелось вцепиться в горло Кристофа и придушить его прям там. Он не знал истории моего отца, и уж тем более моей. Но так с омерзением и ненавистью говорил мне тем слова. А остальные. они слова шайка дворовых псов, которые хотят угодить вожаку. Ненависть, вот что я испытывала к ним всем.       Я быстро начала смывать эту слизь, словно позор, который только что испытала. Вслед за мной забежали Лесли и Карла, заставив быстро вытереть слезы и взять себя в руки.             — Ты порядке? — милым до тошноты голосом, спросила Лесли. Она казалась такой безобидной милашкой. Около которой, всегда была Карла. Высокая, смуглая брюнетка, которая защищала Лесли от всего вокруг.             — Тупые вопросы так и сочатся из твоего рта.— ответила я, понимая что могла и не грубить. Но этот вопрос, был самым изнуряющим и ненавистным для меня.             — Прости, она всегда сначала делает, а потом говорит. Мы принесли тебе сменную одежду. — пытаясь быть такой же милой как и подруга, произносит Карла. Но, уж слишком она была стервозной внешности и груба в голосе.             — Если бы вы мне сказали на уроке, что меня ждет такой сюрприз, было бы куда приятнее. Я бы просто вышла через другую дверь и сменная одежда мне не понадобилась бы.             — Прости, мы не могли. Кристоф и его компания бы наказали нас. Тем не менее, возьми. — продолжила брюнетка, протягивая мне свой спортивный костюм.             — Спасибо. Но не лезьте ко мне больше, если не хотите проблем. Кристоф и его компания накажут вас.— с иронией произнесла я, накидывая костюм. Обе девушки за этим наблюдали, подметив, что у меня неплохая фигура. Но сейчас мне было не до этого и их попытки завязать со мной разговор, я сводила на нет. Наконец приведя себя в более менее порядочный вид, я вышла из уборной, где все еще стояла толпа, но Кристофа в ней не было. Остальной день, был ужасен. Мне хотелось чтоб он скорее закончился. Я ненавидела эту школу. Этих учеников. Я ненавидела этот города. Но больше всего, я ненавидела Кристофа.