Мы не стоим на месте

Уже, наверное, третий час шел по счету с того момента, как Лея и Мадара покинули пределы Конохагакуре. Мужчина заранее отослал ястреба с письмом Первому Хокаге, чтобы Тобирама рано не радовался и не переводил Учиху и Узумаки в группу предателей. Записка мужчины была пропитана уверенностью и нежеланием менять мнение, так как он твердо указал, что они с Леей отправились в местность, где планируется образование Деревни, Скрытой в Тумане. Это будет одновременно и доказательно верности Узумаки, и возможность узнать больше о потенциальных врагах. Мадара зарекался, мол, силы Леи ему просто необходимы для этого задания, на которое он сам их назначил. Учиха уже представлял перекошенное лицо Тобирамы и нервный смех Хаширамы, который попытается хоть как-то успокоить брата и прикрыть Мадару. Но плевать. Учиху интересовало сейчас другое, и это не выдохшаяся Лея, идущая рядом с ним (а они уже не бежали), и не то, как глупо он поступил и какое тупое оправдание всему придумал, а скорей странное угнетающее чувство. Мадара чувствовал, что по пятам за ним следует Зецу, пытаясь понять, что Учиха будет делать, однако он не мог его чувствовать так, как раньше. Это было достаточно странно. Он кинул взгляд на девчонку, которая уже, казалось, сделает шаг и рухнет на землю. В груди что-то кольнуло, но Мадара отмахнулся от этого наваждения. Его интересовал вопрос о том, чувствовала ли Лея присутствие Зецу, ведь раньше она могла это делать очень хорошо. Узумаки словила его взгляд и ответила ему, только в свой вложила ненависть и презрение по отношению к человеку, который уже битый час заставлял ее бежать без остановки. Радовало только то, что они перешли на ходьбу. — Че вылупился? — фыркнула Узумаки. — Чувствуешь что-то странное? — внезапно спросил Мадара, глядя на девушку с некой заинтересованностью. — Ты верно шутишь, — прошептала Лея, закусив губу, — нет. — она фыркнула. — Нет, я нихрена, мать твою, не чувствую. У меня не сбилось дыхание, я не чувствую, что моя башка сейчас разорвется на куски, не чувствую, что, блин, у меня сердце уже где-то в горле бьется, а чакра перешла линию минимума еще пару километров назад. Ты об этом? Мадара протяжно вздохнул и отвернулся. Лея его молчание расценила, как пощечину со злой фразой: «Мне плевать, шевели своими ногами, если не хочешь сдохнуть, слабачка». — Сам такой, — прошипела Лея, а только потом поняла, что собственную мысль восприняла как фразу Мадары. — М? Какой? — Учиха хмыкнул и изумленно посмотрел на девушку, у которой, по всей видимости, уже галлюцинации от усталости начались. — Красивый, — Лея повернулась и смерила Учиху пустым взглядом, из-за которого легкая волна мурашек побеспокоила его спину. — Деревня поблизости тут, — Мадара отвернулся снова, ускоряя шаг. — Идем быстрее, найдем, где остановиться, и отдохнем. — Пообещай, — прошептала девушка, — пообещай, что мы тут останемся на два дня, а не только на ночь. Я хочу выспаться. — Мне без разницы, чего ты хочешь. Если наше пребывание будет опасно, то мы покинем деревню незамедлительно, — Учиха хмыкнул, — я точно, по крайней мере, покину, а ты…можешь отсыпаться, пока тебя не догонит отряд из Конохи и не прибьет к чертям. — Конченный, — прошипела Лея. — Что? — Мадара не сразу понял, что шептала эта девчонка, поэтому перевел на нее взгляд своих спокойных глаз. — Конченный ты человек, вот что, — Лея смерила Учиху пронизывающим взглядом. — Ты дико меня бесишь. — Это взаимно, не переживай, убогая женщина, — Мадара отвернулся, внутренне пытаясь успокоить свое негодование по поводу того, что какая-то слишком много думающая о себе девица решила давить на него, отпуская достаточно мерзкие и грязные фразы. — Ты, похоже, воспитывалась в среде обычных ремесленников, которые и дали тебе понимание того, что нужно быть сильной и спокойной в общении со всеми, однако в пустую голову твою знаний не было вложено, к сожалению. — Закрой рот, если не имеешь представления обо мне. Я говорю так, как думаю, не вижу смысла в субординации, потому что ты равен мне. Ты не выше меня, по крайней мере, на данный момент. — То есть, ты не отрицаешь того, что раньше якшалась среди обычных представителей Гуна*? — Мадара ухмыльнулся. — Как же бессмысленно с тобой говорить, — послышался легкий вздох. — Даже если я и была представителем низшего сословия, какое это имеет значение? Сейчас я дочь Аори, то есть вполне могу считаться частью Ши**, — Лея вздохнула, — это все не имеет смысла. Тебе важно мое происхождение? — Смешно, — Мадара притворно хохотнул, ледяным взглядом сверля девушку, — ты полагаешь, что тот факт, что твоя мама вышла за человека, который является представителем сословия Ши, она стала выше по статусу? Тем более ты? Происхождение невозможно изменить. — Мадара, я не понимаю, к чему этот разговор. Я горжусь тем, что я дочь своей матери, и даже тот факт, что я родилась в низшем классе, не имеет для меня значения. Я росла в любви и понимании, вот что важно. Чего я не могу сказать о тебе, — Лея ухмыльнулась и ускорила шаг. — Тебя ведь недолюбливал Тадзуна-сама, бедный сиротка-Мадара? — Узумаки засмеялась и заскочила на ветку дерева, впоследствии уносясь куда-то вперед. — Сучка, — прошипел Учиха и активировал шаринган. — Слушай, иди найди, где нам остановиться, а мне нужно кое-то сделать, — Лея выразительно глянула на Учиху, а тот впился ей в глаза, пытаясь передать всю свою злость и недовольство из-за того, что она просто уходит по своим делам, а его, человека, который попытался ей помочь, который пошел на все это ради простой девчонки, со спокойной душой кидает. — Ты должна была все это делать сама, я тебе не помощник. Пока у нас общие цели, заруби себе на носу, но я не обязан помогать тебе, — Мадара фыркнул и показательно развернулся от девушки, шествуя вглубь деревни. — Послушай, — Лея ухмыльнулась, — ты прав, да, но… в чем твоя проблема? Ты все равно будешь искать место для себя, чтобы переночевать, почему бы не замолвить и за меня словечко? — Что мне это даст? На данный момент, кроме какой-то безбашенной хрени, ты ничего не внесла в мою жизнь. Только слова, а я, как какой-то идиот, должен вестись на эту чушь, но подтверждений никаких. — Тц, — Лея подошла к остановившемуся Учихе и положила руки на его плечи, — я не лгу тебе. И никогда не солгу, — Узумаки прошептала эту фразу, глядя куда-то вне этой реальности. Мадара вздохнул, но так и не смог нормально выдохнуть. Эта фраза была ему неимоверно знакома, и какое-то странное чувство родилось в его душе. Нечто подобное говорил ему Хаширама, зарекаясь о мире, буквально несколько лет назад. Но сейчас…сейчас Мадаре кажется, что он просто зря во все это поверил. Какой толк тогда верить ей? Они же все такие. Лживые люди. Учиха повернулся и глянул на девушку, которая подняла тут же свой взгляд на него. Он бы так и дальше, по крайней мере, в течение нескольких секунд, всматривался в глаза Узумаки, но девушка просто подняла кисти рук выше, кладя их на щеки Мадары. Учиха затаил дыхание, пытаясь понять, чего Лея хочет этим добиться, но его подсознание молчало. Молчала и девушка. Она просто ухватилась за лицо мужчины и прикоснулась своим лбом к его. — Успокойся и поверь мне. Хотя бы на те моменты, пока мы рядом, — прошептала Узумаки. — С чего я должен…- Учиха только успел сказать пол фразы, но был прерван спокойной улыбкой девушки. — Во всяком случае, я верю тебе. Можешь просто относится ко мне более лояльно, и, я думаю, что-то да изменится. — Звучит глупо, — Мадара хмыкнул и накрыл своими ладонями руки девушки, медленно их убирая со своего лица, — глупо надеться. Лея пробуравила его тяжелым взглядом. Учиха же сжал ее кисти рук и мягко улыбнулся, но сделал это достаточно быстро, посему Узумаки даже глазом не повела. — Допустим, — прошептал он. — Я не верю тебе, но буду рассчитывать на тебя… — Пусть так, Учиха, я большего не ждала, — Лея резко вырвала руки из лап громоздкого мужчины и криво усмехнулась. Мадара слегка опешил, когда почувствовал губы девушки на своих, но все равно прикрыл глаза, пытаясь раствориться в этом странном, но приятном ощущении. — Считай это скреплением нашего недо-договора о том, что ты примирился со мной…- Лея глянула на Учиху, пытаясь прочесть в его взгляде хоть какую-то эмоцию. — Какого черта? — Мадара хмыкнул. — Ты — идиотка. Узумаки свела брови на переносице. — Не переступай границы, девчонка. — О каких границах ты говоришь? — Узумаки захохотала. — У нас с тобой нет границ. Уже нет. И ты, полагаю, это уже понял. Мы связаны ровно с того момента, когда ты решил выслушать меня. А сейчас… Лея растворилась в воздухе, но Учиха где-то за спиной ощущал ее удаляющуюся чакру. Усмешка расползлась по его лицу, и Мадара прикрыл глаза, шествуя в недры деревни. Узумаки помнила эту местность. Здесь не так давно она оставалась сама, когда еще ее клан не прибыл в Конохагакуре. Простое поселение с добрыми людьми, которые кроме работы в поле, пустых разговоров с семьей, улыбок от детей и наслаждения во время поедания последнего куска хлеба на всю семью не знали. Возможно, именно поэтому они были счастливы. Счастливы в неведении. Сейчас она намеревалась отыскать в лесу одно место, где она оставила на сохранность свои слишком ценные для переноса пожитки. Девушка нашла его достаточно быстро, так как хорошо запомнила это огромное дерево, в корнях которого похоронен небольшой мешок со свитком внутри. Лея не знала, почему хотела перестраховаться именно таким образом, ведь, по сути, она могла использовать фуиндзюцу и спрятать этот свиток в других своих свитках, но она боялась. Боялась, что его случайно обнаружат, что почувствуют небольшой шлейф странной чакры, которой он пропитан. Она не могла опростоволоситься и потерять эту вещь. Ни за что. Узумаки направлялась уже ко входу в деревню, когда слабость с новой волной накатила на нее, и девушка присела на землю, пытаясь отдышаться. — Устала, дорогая? — раздалось поблизости, и по спине Леи прошелся табун мурашек. Интонация говорящего ей была не по нраву. — Может, помочь тебе? Девушка подняла взгляд на мужчину, который стоял ближе к ней, пока остальная свора находилась чуть позади, и закусила губу. Три парня. Примерно около 25-27 лет каждому. На вид обычные гражданские, но Лея, даже не имея чакры, смогла почувствовать легкие веянья ее от них. И смотрят они на нее явно не так, как смотрят люди, которые хотят помочь. Взгляд плотоядный и ужасно пошлый, отчего у Узумаки ком в горле встал. — Ты, конечно, выглядишь, как замухрышка, но явно лучше, чем многие наши бабы, — говорящий до этого парень опять разразился тирадой, мерзко посмеиваясь. — И я рад буду тебе помочь. Как и мои друзья. Ты ведь не местная? А мы очень гостеприимные. Он даже не останавливался, чтобы вздохнуть и продолжить говорить, а кидал слова подряд и очень быстро. Лея не знала, что делать, так как сил не было даже просто встать. Чертов Мадара. — Ну чего ты молчишь, милая? — парень подошел к девушке и схватил ее за волосы, поднимая на ноги. Она уже чувствовала, что некоторые клоки остались у него меж пальцев. Было больно. — Отпусти, ублюдок, — прошипела Лея. — О, так ты не немая. Уже хорошо, не хочется, знаешь ли, — он приблизил свое отвратительное лицо к ее, обдавая противным дыханием, пока остальные парни приближались к ним, — чтобы ты молчала, пока я буду тебя трахать, гребаная сука. Сердце Леи застучало с неимоверной скоростью. Она скривилась и плюнула в лицо обидчику, потому что больше ни на что способна не была. — Вот сука, — прошипел он, откидывая девушку в сторону и вытирая лицо. Затем он замахнулся и пнул Узумаки со всей силы в живот, из-за чего у нее перехватило дыхание и хлынула кровь изо рта. — Блять, — прошептала девушка, пока ее под руки брали двое других парней, фиксируя, чтобы она не двинулась. — Ну что, наигралась? — прошептал один из ублюдков, приближаясь к ней, — Продолжим наше знакомство? — Если ты продолжишь, — прохрипела девушка, — если вы продолжите, поверь, я не пискну, но я вернусь, когда мои силы станут прежними и выпотрошу вас, как свиней. — Звучит интересно. Но почему ты так уверена, что выживешь, тварь? — парень ухмыльнулся, а потом сорвал с Леи верх ее кимоно, оголяя полную грудь. — Жаль, конечно, убивать тебя. Но, поверь, я подумаю над этим, если ты будешь хорошей подстилкой, — он со всей силы зажал ее сосок рукой, но Узумаки просто прикусила губу и нахмурилась. Затем он полностью спустил ее одежды, а потом и избавился от белья, оглядывая Лею с ног до голову, задерживаясь на ее просто адски гневном взгляде, а также на искусанных уже чуть ли не в мясо губах. — Интересное зрелище, — захохотал он и провел рукой по животу девушки, останавливаясь на бедрах, после чего он развел ее ноги, попутно избавляя и себя от нижней части одежды. Лея от стыда и самоненависти прикрыла глаза и дернулась. — Я убью вас, суки, — шептала они, — убью, убью, убью… Парень, причем в компании остальных, развергся все тем же мерзким смехом. — Ну да, — он резко перестал смеяться, — как будто кто-то даст тебе возможность. Болью разразилось все нутро девушки в последующую секунду, и она сильно зажмурилась, продолжая истошно откусывать куски плоти от своих губ. Было отвратительно держать внутри себя нечто подобное, как член этого ублюдка. Но выбора ей никто не давал изначально. Она просто молилась, чтобы они поскорей закончили и убили ее. В данную секунду она больше ничего не хотела. Пытаться что-то сделать для людей, пытаться спасти судьбу каждого из них - для чего? Чтобы потом такие ублюдки насиловали другую девушку вместо нее? — Вы…- прошептала девушка, — вы все умрете…каждый гребаный человек… Она подняла безумный взор на парня, который продолжал входить в нее, не обращая внимание на ее тихий шепот. — Глупо надеться…- повторила девушка фразу Мадары. — На людей. Казалось, что трое парней просто не слышат ее, хотя с каждой фразой Лея повышала тон, то ли пытаясь забыться, то ли заглушить боль. — Сдохните, — заорала девушка, и свиток, который выпал из ее кимоно некоторое время назад, открылся, отдавая синим свечением. Из него вырвалось непонятное существо, которое было одновременно похоже на волка, но при этом имело более ярко выраженные клыки, когти и хвост. Они были длиннее и в разы толще. Животное впилось зубами в ногу насильника, отшвыривая того подальше от девушки. Двое парней, державших ее, тут же отпустили и попытались сбежать. Волк же покрылся маленькими молниями, а потом набросила на них, разрывая на куски с такой ненавистью, что уже спустя пару мгновений прямо возле Леи лежала куча кусков мяса, которые волк с удовольствием поедал. Рвотный позыв начался у девушки, а отсутствующий взгляд переместился на насильника, который корчился от боли у основания какого-то дерева. В глазах Леи опять поселилась жгучая ненависть, и, какзалось бы, только благодаря этому, она встала и спокойно подошла к парню, который замер на мнговенье, вглядываясь в голую девушку, с головы до ног покрытую кровью его друзей. От нее исходила просто убийственная аура, из-за чего насильник невольно сглотнул, забыв о своей боли. — Я говорила, — прошипела девушка, пока насладившийся поздним ужином волк вставал рядом с ней. Он потерся своей головой о ноги девушки, и Лея почувствовала еще больший прилив силы и ненависти, которую просто невозможно держать в себе. — Умри, — одно слово, после которого по всей округе раздавался душераздирающий крик о помощи в течение пары минут, но потом все стихло. Узумаки подошла к своему не до конца уцелевшему кимоно, накинув его на себя. После подняла свиток, на котором было выведено всего несколько символов. — Ненависть — источник силы. Акихиро проводник этой силы, а владеющий — хранитель, — прочитала Лея, не понимая смысла фразы до конца. — Акихиро, — прошептала она, и волк оказался у ее ног, сразу же приклоняясь. — Свободен, — отвесила приказ девушка, после чего волк исчез, как и надпись со свитка. — Лея? — спустя пару мгновений она почувствовала чакру Мадары. — Я почувствовал странную энергетику, ты ее источник? — он огляделся, приземляясь рядом с девушкой. — Что произошло? — Учиха был серьезен. — Ничего, — одна фраза и опустошенный взгляд послужил ответом мужчине. Девушка обошла его и последовала в сторону деревни. — Ты идешь? — спокойно спросила она, оглядываясь на застывшего Мадару. — Да, — ответил он, не понимая ничего. Но точно решил, что узнает во что бы то ни стало. Эта чакра ему очень не понравилась. Лея же совершенно ничего не понимала. Все произошедшее будто было кошмаром. И самое странное, что вся ненависть испарилась с исчезновением волка. — Какой гребаный бред, — легкий шепот дошел до Мадары, пока они шли, но никто не решался продолжать разговор. Девушка молилась, чтобы это действительно все это ей приснилось.