In ortu solis

— Скоро будем в Гондоре. Нужно ничем не выдать себя до определенного момента. Потом будем действовать по ситуации. — сказал Арагорн в полдень следующего дня, когда на горизонте эльфийский взгляд мог различить едва заметные очертания берега. — Спорим, в этот раз победа будет на моей стороне? — усмехнувшись, тихо сказал Гимли Леголасу и Эктелиону. — Мечтай, — ответил черноволосый эльф. Леголас тихо фыркнул и лишь хитро улыбнулся, обмениваясь взглядами с Эктелионом. — Мальчишки. — закатив глаза, сказала Аредэль сестре, когда они проходили мимо. Эльфы и гном, услышав ее, подняли на нее наигранно оскорблённые взгляды. Но уже в следующую секунду эльфийка, сверкнув глазами, шепнула: — Спорим, мы с Нимродель вас обыграем? — и усмехнувшись, прошла дальше, ведя за собой сестру. Эльфам и гному оставалось лишь недоуменно проводить их взглядами. — Мне кажется, или нам только что бросили вызов? — проговорил Эктелион, переводя взгляд на Гимли и Леголаса. — Похоже на то. — ответил ему светловолосый принц и все трое переглянулись между собой с хитрыми улыбками, — Вы думаете о том же, о чем и я? — Объединимся! — сказал Гимли. Эльфы утвердительно кивнули. *** Прошло где-то с час, когда пиратские корабли, покачиваясь на волнах, пристали к берегу. Братство и призраки ждали удобного момента, чтобы вступить в бой. Тут раздался недовольный крик орка: — Вечно опаздываете, пиратское отродье! Слезайте со своих кораблей! Подав знак, Арагорн первый спрыгнул с корабля, мечом снеся голову говорившей твари. За Странником на сушу сошли эльфы и гном, а после, с остальных судов появлялась Проклятая Армия. Призраки быстро передвигались, разя орков на своем пути, которые не могли причинить призракам никакого вреда. Уже потерявшие надежду воины Рохана, вмиг оживились заметив прибывшее подкрепление и с новыми силами ринулись в бой. Гимли уже налево и направо рубил орков, выкрикивая время от времени: — Пятнадцать! Шестнадцать! Эктелион, находившийся рядом с гномом, крикнул ему: — Двадцать семь! Пока гном и эльф были заняты счётом поверженных врагов, Нимродель с Аредэль успели превратить в пепел не меньше сотни орков. Нимродель ненадолго отвлеклась, выискивая взглядом Леголаса. Заметив его на огромном муммаке, она замерла, наблюдая за эльфом тревожными глазами. Но, к счастью, тревожиться было незачем, так как, эльф довольно быстро обезвредил харадрима, управлявшего животным и сейчас муммак сокращал численность армии Саурона, топча орков и людей, не успевших скрыться из-под его ног. Почувствовав на себе чей-то взгляд, Леголас быстро нашел его обладательницу и успокаивающе улыбнулся ей, показывая, что волноваться не о чем. Нимродель облегчённо выдохнула и едва успела увернуться от мелькнувшего перед лицом меча. В последний момент эльфийка отразила удар, насквозь пронзая тело врага. Краем глаза она увидела какое-то движение в нескольких метрах от себя. Обернувшись, Нимродель увидела Ангмарского Короля-Чародея верхом на назгуле, который склонился над королем Теоденом. Король не мог пошевелиться, его придавило к земле тело его мертвого коня. Назгул собирался уже убить короля, когда между ними возникла Эовин. Одним ударом девушка насквозь пронзила чародея мечом. Корчась от боли, Ангмарский Король рассыпался в пыль вместе с назгулом. Эовин упала на колени перед королем. Нимродель обвела взглядом поле боя, отметив, что призрачная армия Короля Мертвых уничтожила оставшихся орков, которые не успели бежать. Недалеко от себя эльфийка заметила Аредэль и Эктелиона с Гимли. До нее долетели обрывки их разговора. — У нас сто восемьдесят семь орков и сорок харадримов! — радостно сообщил Гимли Аредэль. — Что ж, это, конечно, достойно восхищения, но у нас с Нимродель триста одиннадцать в общем счёте. — с усмешкой ответила гному эльфийка. — Так не честно, вы использовали магию! — недовольно буркнул гном под смех лориэнской принцессы. Нимродель тихо усмехнулась и собиралась подойти к ним, но вдруг раздался возглас: — Мерри! Мерри! Мерри! Мерри, это я. Это Пиппин. — хоббит бежал к своему другу, лежавшему на земле среди других тел. Нимродель взглядом нашла Гэндальфа и указала ему на хоббитов. Убедившись, что хоббиты в надёжных руках, эльфийка отправилась на поиски Арагорна и Леголаса. Оба оказались у тела Теодена вместе с Эовин и Эомером. Оставив брата и сестру, Арагорн поманил эльфов за собой. Когда они отошли на достаточное расстояние, Элессар сказал: — Надо найти погибших воинов Рохана и похоронить, а тела орков и харадримов сжечь подальше отсюда. — Я займусь этим. — сказал Леголас и ушел за Гимли и Эктелионом. Нимродель некоторое время молчала. — Павшие воины многое сделали для победы, будет неправильно не почтить их память. — сказала она, посмотрев на Арагорна. — К сожалению, сейчас не лучшее время, чтобы устраивать пир в их честь, да и крепость не пригодна для этого, а народ слишком напуган, чтобы праздновать. — задумчиво проговорил Элессар и, после недолгого молчания, добавил — Найди Гэндальфа, нужно решить, что нам делать дальше. Соберёмся на закате в тронном зале. Нимродель кивнула и, развернувшись, ушла сообщить магу о решении Арагорна.