relax time

Чонин так устал. У него болят руки, ноги, ломит всё тело после беспрерывных долгих танцев. Мальчишка готовится к отборочному туру на танцевальный фестиваль, и если он действительно хочет пройти, то нужно приложить как можно больше усилий к этому действу. И он прикладывает. Танцует каждый божий день часов по пять, если не больше. Каникулы в школе позволяют торчать в съёмном зале лучшего друга как можно дольше, пока не наступает время подработки. Но она всего два раза в неделю, так что это не напрягает так сильно, как могло бы. И вот, с его лица ручьём течёт пот, челка прилипла ко лбу, и тело как-то чешется всё неприятно, но Ян чувствует себя невероятно. Потому что ему кажется, что он готов. Парень тянет руку к бутылке с водой, которая стоит недалеко от него, и жадно пьёт, стоит только крышке отлететь куда-то в сторону. – Вот это ты водохлёб конечно, – в двери появляется высокая фигура, ярко улыбающаяся, с волосами кудрявыми, – Я смотрю, ты усердно работал сегодня.. в прочем, как и всегда. Нин тихо пищит, спешно вытирает лицо растянутой чёрной футболкой и чуть смущается от похвалы. Это Чан. Тот самый лучший друг и, по совместительству, лучший хён, который всегда помогает ему во всём ещё с младшей школы. Они познакомились благодаря новой должности отца Яна. Кристофер – старший сын его коллеги. Его семья как-то пришла к семье Нина на деловой ужин. Всё прошло хорошо. Они начали собираться чаще. И с того момента в жизни Чонина поменялось всё: впервые дни не казались такими обыденными и серыми. После они стали встречаться вне ужинов, просто ходить в гости друг к другу, в кино на только что вышедшие фильмы.. и сами не заметили, как стали друг для друга незаменимыми лучшими друзьями. Яну всегда казалось, что из-за разницы в возрасте (а это целых четыре года), он может надоедать старшему, но последний наоборот твердит о том, что без младшего ему тяжело. Он – его маленький личный лучик счастья. – Ты сегодня рано, Чан-хён, – Нин с явной тяжестью поднимается с места и улыбается, по-лисья щуря глазки. – Меня отпустили со студии, вот и пришёл тебя проведать, – парень хмыкает и заходит в помещение, пропитанное теплом. Окна внутри запотевшие, зеркала, хоть и немного, но тоже покрылись пеленой. – Как ты один так сильно надышал здесь? – Ну зал же маленький, хён, – мальчишка улыбается, отмахивается и убегает в раздевалку, чтобы старший не лез к нему, такому потному и грязному, с объятиями. – Не сбегай от меня, Чонин-а! – Банчан смеётся и медленно идёт следом.

***

Проходит минут двадцать, после которых к Чану выходит его лучик с мокрыми волосами и в свежей сменной одежде, от которой до сих пор веет порошком с нотками лаванды. На его шее наклеены лечебные пластыри, облегчающие боль в мышцах, и старшему это не нравится абсолютно. – Ты не слишком изводишь себя? – он старается звучать как можно спокойнее, но беспокойство во взгляде от Яна не скрывается. Младший подходит к нему и садится рядом на небольшом диване, улыбаясь во все тридцать два. – Всё хорошо! – парнишка светится так ярко, что аж не по себе становится. – Мне нужно стараться, чтобы точно пройти. Фестиваль ведь серьёзный. Тем более.. – Чонин отводит взгляд и неловко мнёт края своей футболки, – Я ведь обещал родителям, что это всё не просто так. Они должны понять, насколько сильно я люблю это «увлечение», чтобы они позволили мне заниматься этим на полном серьёзе. – Ты молодец, Нинни, – Крис даже в противовес ничего сказать не может. Да, он не согласен с тем, что Ян так сильно загоняет себя, но в то же время.. он борется ради своей мечты. Так что его можно понять. Чан хлопает его по плечу в утешающем жесте, а мальчишка хватается за него и щурится. Больновато. Может, он просто драматизирует в силу своей усталости, но всё же. – Ох, прости.. – Бан растеряно мотает головой, а потом вдруг преображается: словно в голову его пришла идея гениальная. – Хочешь, я сделаю тебе лечебный массаж? – Чего? – Младший в непонятках даже про больное плечо забывает, вытягивается весь в любопытстве и смотрит своими узкими глазами из-под отросшей челки внимательно. – Массаж, говорю, лечебный. Он помогает мышцам окончательно расслабиться. Ты ведь можешь задержаться сейчас, да? Насколько я помню, у тебя нет подработки сегодня, – Кристофер улыбается по-доброму, ждёт ответа от слегка растерянного Нина. А последний что, разве может посметь отказать? Друг ведь помочь хочет. Даже, может это и неловко, но раз старший утверждает, что от массажа ему станет лучше, стоит довериться и проверить! – А давай! – тут же восклицает Ян и хихикает, когда своим бурным ответом удивляет самого Криса.

***

Чонин снял кофту по просьбе хёна и лёг на диван животом вниз, вытянув руки над головой. Кисти свисали с дивана, так что в ожидании парнишка то и дело царапал короткими ногтями обивку, или просто по-разному игрался с ней, чтобы хоть чем-то занять руки. Лежать в таком положении сначала было немного неудобно и даже прохладно, но, когда Бан вернулся, Ян уже более-менее привык к контрасту температур. – Не пугайся сейчас, хорошо? «Банчан говорит странные вещи», – думается Нину, пока он вдруг не вздрагивает и тихо скулит от того, что чувствует, как на разгоряченную от душа спину выдавливают что-то невероятно холодное. – Прости. Но я же предупредил тебя, – Чан следит за тем, как тело младшего покрывается мурашками и лишь хихикает на это, начиная растирать пахнущий персиком крем по всей спине друга, не забывая про плечи и бока. – А зачем это нужно? – В инете читал, что перед массажем нужно хорошо разогреть спину и мышцы, да и после этого крема у тебя спинка будет мягонькая, как попка младенца. – Фу, что за сравнения? – Парнишка мотает головой и тихо смеётся. – А ты руки помыл перед тем, как меня тут мять? – Конечно нет, всю пыль с полок собрал для начала, а потом начал об тебя обмазывать. – Противный ты, хён. Комната наполняется тихими смешками, пока, в определённый момент, Крис не входит во вкус.. Кожа у парнишки не идеальная, сверху, на спине, даже покрыта маленькими прыщиками и родинками, но у Кристофера к этому нет никакого отвращения. А вот мелкий слегка стесняется, поэтому ёрзает на месте, стоит только провести руками выше поясницы. – Ян-и, лежи спокойно, я не смогу ничего сделать, если ты будешь так дрыгаться, – старший вздыхает и начинает осторожно мять кожу, медленно поднимаясь снизу вверх. – Прости, х-хён, – парнишка тычется носом в подушку дивана, а когда слегка намозоленные пальцы проходятся по бокам, вдруг пищит и сжимает подлокотник ладонями. – Эй, – слышится откуда-то сверху. Бан наклоняется, смотрит обеспокоено, а цепи, навешанные на его шею, холодным металлом обжигают кожу, из-за чего младший снова издаёт странные смущающие звуки. – Да просто щекотно! – и он снова затыкается, уже пряча всё лицо. Вот только порозовевшие острые ушки никуда не денешь. Они выглядывают из-под мокрых темных волос и забавляют старшего. – Тогда потерпи. Я буду аккуратен, – Крис улыбается уголками губ и продолжает разминать уставшую спину. Но когда дело доходит до плеч, парень замирает в замешательстве прикусывает губу, думая, как бы так сесть, чтобы было удобнее с ними работать. – Сядь на меня, хён. – ..Чего? – Не хило так подвис. – Ну, в смысле, сядь сверху, чтобы тебе было удобнее. Я прямо чувствую, в каком ты замешательстве там сидишь, – Ян хихикает и укладывает одну руку под голову, потому что лежать в одном положении аж 20 минут для него кажется практически невыносимым, – И, ожидая все твои вопросы.. Не бойся, не раздавишь. «Раз сказал, что не раздавлю, то ладно», – думается Бану, и он седлает бёдра младшего со спины, стараясь разместиться так, чтобы не сильно придавливать его к дивану: одну ногу оставляет касающейся пола, а вторую размещает между Нином и спинкой дивана. И приступает к плечам: гладит, мнёт в разных местах, стараясь не дотрагиваться до мест с аккуратно наклеенными пластырями, на что слышит сдавленное мычание друга. Крису кажется, что он делает больно, так что пытается убрать руки, но его вдруг хватают цепкие пальцы и пытаются вернуть ладони обратно. Чан не противится. Кристофер чувствуют, как за ним наблюдают краем глаза, так что решает возобновить начатое: ведёт большими пальцами по коже, надавливает в нескольких точках и растирает, а потом вдруг вздрагивает крупно, ведь Чонин выдаёт совсем непривычное: – Вот здесь.. Хён... – Он чуть приподнимает голову, сам льнёт к горячим ладоням, – Было так х-хорошо, хён, – Ян сейчас напоминает ненасытного кота, которого нужно приласкать. Бан себе в этом не отказывает: старший оглаживает его плечи, пробегаясь по коже ногтями, вызывая крупную дрожь у мальчика под ним. – Всё хорошо? – Вдруг интересуется Банчан. Друг лишь еле заметно кивает. И тогда парень ведёт ладонью по всей спине, сверху вниз, надавливая на позвонки, заставляя младшего прогибаться в пояснице и приподниматься на локтях от таких касаний. А когда рука в той же самой манере идёт вверх, Нин тяжело выдыхает сквозь зубы и тычется влажной макушкой в широкую ладонь. А у старшего голова идёт от этого Чонина кругом. Видеть лучшего друга таким робким, податливым прямо сейчас, невероятно странно. Ведь раньше не было моментов, в которые бы было так.. откровенно и неловко? А может Крис просто слепой и не замечал ничего подобного между ними никогда? «Бл... », – гулко раздаётся в сознании, когда Ян чуть разворачивается и открывает своё очаровательное лицо: у него губы искусаны слегка, щёки распалённые и взгляд такой странный, словно туманной дымкой затянутый, что в горле пересыхает, а руки сами надавливают на спину и лезут под рёбра, заставляя мальчика приоткрыть рот в недоумении и блаженстве..? Бану так сложно распознать эту эмоцию на его лице.. – Х-хён? – Мм? – Не смотри на меня.. Так. – Как? – Словно набросишься на меня сейчас..