Обожатель

11:27 Казалось хуже быть не может. Меня все-таки вырвало. Фу, богатая палитра красок изверглась на пол. И где мне найти сил сползти с кровати и вытереть лужу рвоты, не наблевав новую? — О-о-о-о-о. Зубочистки крепче моих костей будут. Не понимаю, где здесь удовольствие: пить, ширяться, курить. Если такова цена за «настоящее» развлечение, я предпочту довольствоваться типичным чтением и фильмами. Еще можно вишневого сока выпить. О, лучше сейчас не думать о соке. Руслан — ублюдок. Окрепну и прибью тебе. Сдать, не сдам, но ответить заставлю. Что за дрянь он мне скормил? У меня желудок узлом скрутило, не могу пошевелиться, а в кишках будто спицы застряли. А бедная моя голова... Это что, шишка на затылке? Хорошо я вчера приземлился, видимо. Сколько клеток мозга я лишился из-за отравы Руслана? Надо будет пройти тест на айкью, подсчитаю нанесенный ущерб. Я забыл включить телефон! Ожидаемо, десять пропущенных, сообщений — девятнадцать. С кого начать? Да, верно, с лужи блевотины. Вот кто воистину заслуживает внимания! 13:33 Прошло два часа, а я все лежу. Гравитация непосильной стала. Какое все пустое. Невозможно заставить себя встать. А вообще, надо бы вспомнить, зачем мне это делать. Вдруг стоящей мотивации удастся качнуть мой разболтанный мешок с костями. Особенно сейчас, когда тело по ощущениям — пережеванная и выплюнутая на обочину резинка. Неважно, надо вставать. Нет, нет, нет, нет, нет. 14:04 Должно быть, получила смс, что я снова в сети. — Да? — Неужели он соизволил ответить. — Этот голос... — Цени эти редкие мгновения. — Всенепременно. — Неожиданно... — Кто-то записался в библиотеку? — Кто-то шутит на уровне пола. — Кто-то тоже. — Дура. — Где шатался вчера? Трубку не брал, я звонила. Твоя мать вчера весь вечер истерила. — Перепила значит. — А я тут каким боком? — Таким, что ты ее довел. Вчера в угаре я звонил ей? — Додуматься, сказать родной матери, что не хочешь жить с ней. Ничего не помню. — Думаешь с отцом тебе будет лучше, думаешь ему будет дело до тебя? Конечно, мечтай. У него новая семья. Лично я была бы рада, останься ты с ним. Виолетте не до тебя. Ей нужно жизнь налаживать. Думать о будущем. А ты будешь мешать. — Маме повезло, что у нее такая заботливая сестра. — Разумеется, больше ж некому о ней позаботиться. А я-то надеялась появится и другие, я желала ей добра, поэтому и отговорила ее делать аборт. Не то чтобы я усердствовала, это ее право, ей решать, но я все-таки сказала ей, что тогда она обзаведется любящей семьей. Возможно, все же нельзя быть в чем-то уверенным наверняка, да? Но это я оставила при себе. И быть может зря. Посмотри, где и с кем теперь Андрей. Если бы он был настоящим мужчиной, то оставил бы ей все и ушел к своей потаскушке. — Что поделать, придется маме быть настоящей женщиной. — Она и без того самая настоящая! — Не поняла шутки. Свирепствует. — А ты неблагодарный. — Что она от меня-то хочет? — Она родила тебя! — Передай ей за это от меня спасибо. — Все, хватит, отключаюсь. По всей видимости маме Наталья Геннадьевна не звонила (и я тоже), раз вчера ее заботило иное. А отец тогда чего? Позвонит — узнаю, а теперь — уборка! Внимание! Полная боевая готовность: я сползаю. Зараза, забыл про блевотину. Какая же красивая у меня рука теперь. Разноцветная. А вот и отец. Легок на помине, как говорится. Блин, другой рукой надо за телефон хвататься. Черт. Теперь он липкий. Фу. — Привет. — Фу-у, от мобильника несет рвотой. — Привет, Никита. Чего вчера недоступен был, телефон сел? Мне вчера мама твоя звонила. — Понятно, зачем мне вчера звонил ты. — Она сказала, ты хочешь жить со мной. Она так плакала, ты хорошо подумал? Я-то не против, просто и ее жалко. Осталась одна. Похоже она тебя неправильно поняла, раз обвиняла меня в твоем решении. Будто я тебя уговаривал. А я тебя не уговаривал. Я сказал ей, это не так, но она мне не поверила. — Хочешь, чтобы я ей сказал? — Да вряд ли в этом будет смысл. Ты же ее знаешь, если что-то втемяшит себе в голову, то никто ее не переубедит. — По правде сказать, я не определился, с кем буду жить. Мама ошиблась. Толком не выслушала меня и понеслось. — А, ясно, хорошо. Вот как. Кха. А сейчас не знаешь? Знаю, ни с кем из вас. 15:02 — А я уже думал, ты мне не позвонишь. — Я пытался. — Не похоже на упрек. Прекрасно. Мне сейчас не до него. — Ты как? — Как заношенный ботинок: потрепанный и вонючий такой ботинок. — Или презерватив. — Никита, я сказал Наталье Геннадьевне, тебе стало плохо. Запомни, вчера на обеде ты съел испорченный йогурт. — Артур, пожалуйста, ни слова о еде, меня тошнит. — Как скажешь. — Кто меня заменил? — Неужели это может волновать сейчас. — Я же просто спросил. — Наталья Геннадьевна попросила какого-то десятиклассника. Он был среди зрителей. А твои слова отдали Косте. Он и так жаловался на их избыток. Вот же повезло ему. Костя реально человек косяк. — Данила сказал, вы закрыли меня в «212» кабинете, а сами пошли на спектакль. — Он еще меня о кое о чем уведомил, но пока не об этом. — Никто не предполагал, что ты выпрыгнешь через окно. Я до сих пор не верю. Ты хоть цел? Ничего не сломал? — Вроде бы конечности двигаются, болезненно, конечно, но думаю кости целы. — Мой двоюродный брат однажды ногу сломал, щиколотку, если точнее. О переломе узнали спустя день, в школе, он вырубился прямо на уроке. Позвонили в скорую, ну а те уже по пути в больницу обнаружили опухлость у него на ноге. Вот скажи, как можно не почувствовать сломанную кость? Это же сломанная кость, блин. Должны же какие-то импульсы исходить? Наверное. — Нет, у меня вроде все цело. Сугроб смягчил падение, похоже. — Если он там был... Да, был. Вспомнил, вдоль северного крыла кучи снега, дворники постарались и ветер или никто из них. Пофиг. — Да, тебе повезло. — Да, этого больше всего. — К тому же люди под кайфом ничего не ломают. Кха-ха. Бред, однако, редкостный. Кто это придумал? — Кто-то такой же везучий, как я. И под кайфом... как я вчера, и ты... временами. — Он рассказал. — Быстро ответил. Странно, я думал повиснет молчание. — Зачем? — Какая тебе разница. — Серьезно, будешь отнекиваться, как идиот из сериалов? Ты должен бросить. Вдруг я смогу помочь тебе, если буду знать как. — Сам справлюсь. Расслабься. — Зараза, он нервничает. Нужно быть осторожным, а то он сорвется с крючка. Так, буду говорить медленно, с расстановкой. Пускай почувствует безопасность или что он там должен почувствовать по наставлению психологов? Может доверие? Лучше и то и другое. — Ты че сдурел? — Твою мать. Вот тебе и последовал совету психологов. Взял и наорал на него. Диалог нам заказан. Блин. — Это мое дело, Никита. — А ведь я могу это исправить, Артур. Всего одно сообщения будет достаточно. Твои родители живо отреагируют на него. Будь уверен. — Пожалеешь. — Думал услышу тот тон. Тот животный рык. Странно... — Да пофиг, все лучше, чем винить себя за то, что не помешал тебе нанюхаться до смерти. Или как ты там принимаешь: через рот, иглу, может быть анус? Я слышал кишка моментально всасывает. Один даже умер, переборщив. — Учту. — Его голос иссох. Он свирепствует. И ему стыдно. Шанс есть. — Значит не через анус? — Давай оставим анус в покое. — Нет, я не могу — я не про анус вот сейчас — я про... ммм, блин, да ты хоть понимаешь насколько это тупо, насколько это бессмысленно? Это не весело и не круто. Серьезно, это ОТСТОЙ! — Ты чересчур драматизируешь, Ник. Ты на полном серьезе думаешь, что я тут героином закидываюсь. Совсем долбанулся. Хотя бы подумал, где я его возьму. Дубина. — Какая разница, штука которой вы, ребятки, приход ловите, не самая слабая и безопасная, в чем я вчера лично убедился. Спасибо Руслану. — И Даниле, он же у них дилер, хотя данный аспект мне наверняка неизвестен. Не буду раньше времени чины раздавать. — Просто, Ник, тебе дали больше положенного. И формально это был Артем. Хотя инициатива принадлежит Руслану. Пока вы выясняли отношения на полу, Артем заминировал твою бутылку с водой. Рассыпал капсулу. Они за ранее это спланировали. — И им это сойдет с рук, потому что кому-то видится необходимым мнить из себя нуждающимся в куске говна несчастным мудаком. Ты кто у нас: баскетболист или хороший мальчишка? Серьезно, какое ты себе выбрал оправдание? Проблему, так сказать. По классике пошел: тебя не понимают родители? Друзья? Общество? Кто?! На кого ты обижен? Или ты у нас скучающий маргинал тире нигилист с наклонностями хиппи и огромным количеством амбиций в жопе? — Заткни пасть. — Урод хренов! 15:14 Воняет жутко. А теперь еще и рука. Да в чем же дело? Сколько этот кретин добавил мне, что меня все еще не отпускает? Не понимаю, что именно болит. Комната давно перестала вертеться и выровнялась, а меня все равно мутит. Живот... Артем мне крысиного яда скормил что ли? В чем дело? Задница, и та даже болит. У нее-то какие претензии? Ладно, встаю. И вот я стою. Надеюсь, меня надолго хватит. Надеюсь. Одно хорошо: с репетициями покончено. У меня целая неделя впереди. Семь свободных дней. Иначе говоря — масса свободного времени, чтобы оттереть это коричнево-рыжее пятно от ковра. Очевидно, завтрашнее знаменательное событие я встречу в гордом одиночестве. Ну и наплевать. Новогодние праздники давно утратили былую ценность в моем пессимистичном сознании, собственно, именно вследствие моего обращения в ворчливого зануду тяга пересматривать «Один дома» по сто раз каждый год иссякла. Точно, придумал, завтра в полночь я буду развлекаться в компании Кевина Маккалистера, как бы жалко это не прозвучало и не выглядело. А на роль праздничного яства у меня нет ничего кроме крохотного кусочка сыра, который вряд ли дотянет до завтра. О чем я, ему настанет конец прямо сейчас. Десять грамм сыра за сутки: анорексички бы меня похвалили. Какое-то наркотическое отравление, и вот я похож на безнадежного из хосписа. В глаза хоть фонариком свети, они все равно будут выглядеть потухшими и безжизненными. Я похож на грустного зомби, которого не пригласили на вечеринку жрать человечину. И то, тот веселее будет, наверное. Я не знаю, как выглядят грустные зомби. Они все время рычат и плюются, как Костя. На зомби он ничуть не похож, но что не слово, то плевок, а длинная речь вовсе превращается в фонтан. Нужен веер, чтобы отмахиваться от слюней, как теннисной ракеткой от мячика, или защитная маска. Близко к нему лучше не подходить. Залью и засыплю пятно от рвоты растворителем и порошком. Может завтра к утру сойдет. И однозначно на него необходимо свести добрую половину освежителя воздуха. Хм, а когда сиреневый бриз я использовал вместо дезодоранта. Классный запах. Хорошо, что мама увидела, как я наношу его на одежду, кто знает, сколько бы я еще так делал, если бы она не наорала на меня и не треснула баллончиком мне по лбу. Вдруг у кого-нибудь из ребят был такой же освежитель воздуха дома, и он бы почувствовал его на мне? Представляю с каким прозвищем мне бы пришлось блуждать по коридорам в школе, а другого занятия на переменах у меня б не было, ведь в классе — сомнений нет — не нашлось бы ни одного человека, который в здравом уме захотел бы водиться с пробником освежителя воздуха для туалета. Нет, слишком перегружено. Никто в пятом классе не стал бы так напрягаться. Меня бы просто окрестили дегенератом, бомжом или типа того. Кашу сварить что ли. Придется, больше варить нечего. А в магазин я не пойду, да и идти туда особо не с чем. Не нужно было ездить кататься на лыжах. Если бы ни эта дурацкая поездка, у меня бы еще осталось немного денег. И если бы я не проявлял любопытства к Яне, не мнил ее жертвой издевательств и шантажа, то в данную минуту не валялся б на полу голодным, с перекрученными от черт знает чего внутренностями, не пускал слюну и не корчился. Я ничего не чувствую, но при этом отчетливо ощущаю, как все болит и ноет, стонет и тянется. Меня как будто обескровили. Опять голова закружилась и кажется новая лужа рвоты на подходе. Нет уж, еще одну вытирать я не буду. В туалет. Определенно, когда ты так близко видишь собственное отражение в сливе унитаза, дела у тебя плохи. — Бу-э-э-э-э-э-э-э-э. 17:00 Через тридцать один час счетчик обнулится и наступит новый год. Новая жизнь. Смешно, неужели кто-то в это верит? Так или иначе сегодня в полночь доброе число людей по всему миру загадают желание, наивно возлагая надежду на якобы магическое мгновение, способное осуществить их мечты. Придел наивности и отчаянии: некоторые и впрямь надеются, что их желание сбудется. Суеверие — тупизм, и занимает место оно в ряду между астрологией и силой мысли. Отец Артура верит в материальность слов. Что ж, надо будет ему позвонить и посоветовать по чаще повторять «Мой сын в завязке». «И он не законченный идиот». Вот же придурок.