По ту сторону любви.

Pov Ли       Просыпаюсь от плача малышей, долгую минуту пытаюсь понять, где я, и что происходит. Встаю с кровати и на ватных ногах топаю в детскую, прокручивая в мыслях события вчерашней ночи. Мы были на вечеринке, Эрик публично признался мне в чувствах, ох, нас застукали в кладовке во время бурного соития… Осторожно поднимаю сыночка на руки, и вдруг Лиззи влетает в комнату.       — Привет, — улыбается мне, забирая с кроватки Дани, — А вы вчера знатно повеселились, — продолжает с той же озорной улыбкой и подмигивает мне.       — О чём ты, милая? — спрашиваю, прикусывая губу, пока меняю памперс сына.       — Там внизу мистер Колтер, со свежей газетой.       — Господи, скажи, что там нет ничего непристойного, — смотрю на неё умоляюще.       — Ну, как сказать… Тебя совсем не видно, а вот задница Эрика красуется чуть-ли не на всю страницу, — смеётся подруга, придерживая свой внушительный животик.       Покормив малышей, спускаюсь на первый этаж и облегчённо вздыхаю, когда вижу, что свёкра уже нет. Зато, Тоби, похоже, очень весело. Парень смотрит на меня с таким видом, что я понимаю — если он сейчас же не заржёт, то просто лопнет. Эрик кидает на него строгий взгляд, а на меня смотрит виновато, чем вызывает у меня улыбку, а ещё, при виде мужа я вспоминаю, что он делал со мной ночью, и чувствую, как краснею.       — Всем доброе утро, — стараюсь сделать непринуждённый вид, прохожу за стойку и начинаю греметь посудой, в поисках своей чашки.       — Доброе, — отвечает весело Тоб, — Пойду-ка я к Лиззи.       — Милая, посмотри на меня, — Эрик подходит и садится с другой стороны за стойку.       — Я слышала о газете, — бубню себе под нос. — Господи, какой позор! — стараюсь не смотреть на него, что бы не засмеяться в голос. Мне просто необходимо, чтобы Эрик решил, будто я и вправду обиделась.       — Ты ведь не винишь меня в случившемся? — спрашивает всё так же спокойно.       — Конечно нет! Во всём моя вина, это я трахала всех и везде, я натравила на нас того журналиста, и я поимела тебя в подсобке, — заканчиваю речь, наконец поднимая на мужа взгляд.       — Допустим, последнее действительно сделала ты, разве нет?       — Ты такой засранец! — забираю свой кофе и направляюсь к ступенькам.       — Даже не поцелуешь меня? — спрашивает муж с обидой в голосе.       — Не сейчас, я иду к детям, — кидаю через плечо и поднимаюсь на верх. Как только закрываю за собой двери, начинаю смеяться, на что Тоби и Лиззи удивлённо на меня таращутся.       — Что ты затеяла? — спрашивает подруга, сузив глазки.       — Ничего.       Укладываю Дани в кроватку, осторожно целую, чтобы не разбудить. Смотрю на спящего сыночка, малыш мирно сопит, подложив ручку под пухлую щёчку. Господи, как же они на него похожи! Улыбаюсь и выхожу из детской, но когда подхожу к дверям нашей спальни, снова принимаю хмурое выражение лица. Я, чёрт возьми, зла! Конечно я понимаю, что в этом нет прямой вины Эрика, но, всё равно, ему расплачиваться… Захожу в спальню и нахожу мужа, сидящим в кресле. Свет оставляю не включенным, одного ночника на столике рядом с ним достаточно.       Он не сводит с меня взгляда, по одной расстегивает болтики на джинсах, а я стою, не в состоянии двигаться, замерев, наблюдаю. Эрик достает уже эрегированный член, ведёт рукой вверх, совершая круговое движение ладонью по головке, и я забываю, как дышать. Это было моей мечтой чуть ли не с нашей первой встречи, и теперь я наблюдаю, задыхаясь от желания, заменить его руку своей, да что там рукой, скорее, ртом. Делаю глубокий вдох, чувствуя, как жидкий огонь растекается по венам и концентрируется внизу живота.       — Подойди, — шепчет он, осипшим от возбуждения, голосом, и я подчиняюсь, словно под гипнозом. Медленно подхожу, удивляясь тому, что я уже совсем мокрая. Он прикусывает губу, жадно разглядывая моё тело, и я покрываюсь мурашками. Останавливаюсь в шаге от него, опускаясь на край кровати. Он откидывается на спинку кресла, продолжая поглаживать член. На секунду я перевожу взгляд на всего него, на раздвинутые бёдра, расстегнутые пуговицы на груди, что так соблазнительно оголяют стальные мышцы и кубики пресса, на свободную руку, которая покоится на бедре, и наконец на красивое лицо. Весь его вид выражает страсть и обещает безграничное наслаждение. Снова втягиваю воздух носом и возвращаю взгляд на пах.       Он продолжает медленные движения, то и дело лаская бордовую головку с большим пальцем, как ласкает мне клитор. Прикусываю губу и машинально поднимаю одну руку к своей груди, сжимаю затвердевший сосок сквозь тонкую ткань, выгибая при этом спину, другую руку опускаю к киске, развожу бёдра шире и медленно провожу по намокшим от моих соков трусикам. Стонем оба, поднимаю взгляд на мужа и буквально сгораю от страсти, он смотрит, не отрываясь, на мою промежность совершенно диким и голодным взглядом, как и я на его член.       Эрик начинает шумно дышать, тем самым сподвигая меня на большее. Стягиваю мокрый материал в сторону и раскрываю пальцами губы, ласкаю себя средним пальцем и, помимо своего пульса в голове, слышу его утробный рык. Он начинает быстро двигать рукой на члене, другой сжимает подлокотник до хруста костяшек. Я блаженно постанываю, ускоряя движение пальцем внутри себя, выгибаюсь, шире разводя бёдра, но не переставая смотреть на его плоть, которая, кажется, сейчас просто взорвется. Он хрипло стонет, шепчет моё имя, и я моментально прекращаю самоудовлетворение, скатываюсь на колени и тянусь к нему. Стоит мне открыть рот, как Эрик двигается ко мне на встречу, обхватываю головку губами, и он рычит, извергая семя, горячая жидкость сразу бьёт в нёбо, со стоном жадно глотаю всё, до капельки. Выпускаю его изо рта, и Эрик сразу поднимает меня, сажает к себе верхом на колени.       — Моя, — шепчет мне в шею, всё ещё тяжело дыша.       — Только твоя, — улыбаюсь.       — Больше не злишься? — спрашивает, когда немного успокаивает дыхание.       — А кто сказал, что я была зла? — смеюсь.       Эрик отстраняется и смотрит мне в глаза. Pov Эрик       Смотрю на жену, сидящую на моих коленях, и в очередной раз охуеваю от того, что снова повёлся. То, как ей так ловко удаётся постоянно мной манипулировать, не укладывается в голове, выходя за рамки моего понимания. И, что самое странное, я вовсе не могу сказать, что мне это не нравится. Скорее, напротив, я просто тащусь от этого, но всем своим видом вынужден изображать недовольство, дабы окончательно не распустить маленькую засранку, которая, и без того, буквально села мне на голову.       — Ну и отлично, что не злилась, — принимаю нарочито весёлое выражение лица, поцеловав её в кончик носа.       — И что? — смотрит на меня с недоумением. — Ты даже не взбесишься от того, что я соврала?       — Любимая, — говорю спокойно, поднимаясь с кресла, поставив её на пол. — Если бы ты соврала, может я бы и взбесился, — снимаю джинсы и иду к шкафу. — А ты просто снова мной манипулировала, с целью, получить вознаграждение, — надеваю тренировочные штаны и футболку. — Будем считать, что я выдал тебе его авансом, — подмигиваю жене и направляюсь к двери.       — Милый, ты ничего не забыл? — раздражённо окликает меня Ли, явно имея ввиду то, что она осталась не до конца удовлетворённой.       — Ли, ты знаешь, что такое аванс? — поворачиваюсь, уже приоткрыв дверь. — Погугли, родная. Хотя бы остаток своего, незаслуженного, кстати, — поднимаю палец вверх. — Вознаграждения ты должна заслужить.       Выхожу за дверь, а мелкая заноза чешет за мной следом, уже буквально горя от злости.       — И что, я теперь должна буду постоянно отрабатывать свои оргазмы?! — орёт на меня, стреляя молниями из глаз.       За секунду сокращаю расстояние между нами и прижимаю её к стене. Веду носом у её шеи, вдыхая пьянящий аромат, сразу чувствую, как начинаю снова возбуждаться. Но твёрдо решаю, что нужно проучить девчонку.       — Это твоё решение, Ли, — шиплю ей в ушко, изображая злость. — Ты добиваешься своего с помощью манипуляций, и мне это осточертело, — заглядываю в её пылающие глаза. — Если ты хочешь секса или чего-то ещё, просто попроси. Если хочешь грубого секса, попроси! Не обязательно для этого доводить меня до бешенства, — отпускаю девчонку и спускаюсь вниз, где меня уже ждут Итон и Дени.       — Куда ты уходишь? — робко спрашивает она, глядя в мою спину, и от этой робости почему-то болезненно сжимается сердце.       — Никуда я от тебя не денусь, — отвечаю уже более мягко, обернувшись через плечо. — Мы просто позанимаемся в спортзале, в особняке.       Спустившись, приветствую Дени, пожав ему руку и приобняв за плечо, тот машет Ли, и мы втроём выходим из дома.       — Что между вами снова случилось? — спрашивает Итон, пока мы топаем в сторону особняка прямо по газонам, игнорируя дорожки. — Это всё из-за той фотографии?       — Какой ещё фотографии? — включается в разговор Дени, сразу сделав заинтересованное лицо. — Что я снова пропустил?       — Можешь погуглить сегодняшний выпуск Сан-Франсиско кроникл, — говорю, ухмыляясь. — Нет, статья и фотография тут не причем, — обращаюсь уже к Тоби. — Просто решил проучить кое-кого, за то, что постоянно мной манипулирует.       — Ооо! Ну заебись! — друг раздражённо разводит руками. — У тебя получилось, можешь собой гордиться. Она едва не расплакалась, когда мы выходили.       Его слова бьют по больному, и я морщусь, почесывая затылок. Дени, видимо увидев в телефоне статью, начинает ржать в голос, но, глядя на мой жалкий вид, замолкает.       — Блять! Я и так понимаю, что перегнул, — обращаюсь уже к обоим друзьям. — Но эта мелкая сучка уже совсем села на голову, — пытаюсь оправдываться, но сам слышу, что звучу совсем не убедительно.       — Расскажешь? — спрашивает Итон, приподнимая бровь. — Что такого страшного она сделала на этот раз?       — На этот раз вынудила меня, подрочить на неё, — развожу руками. — Сделав вид, что злится за фотографию.       Сучара Дени снова ржёт, а Тоби улыбается, стараясь сдерживаться.       — А если бы она просто попросила, ты бы этого не сделал? — спрашивает он в своей мозгоправской манере, с улыбкой приподняв бровь.       — Да не существует ничего такого, что она бы попросила, и я не сделал! — говорю нервно, на этот раз сам поверив в свою правоту. — В этом всё и дело. Она об этом знает, но всё равно продолжает вертеть мной, как хочет.       — И что, она теперь реально должна отрабатывать все свои оргазмы? — спрашивает вдруг Дени, у которого, кажется, слишком охуенный слух.       — Так, а ну, отъебались от меня, оба! — дёргаю плечами, рявкнув на друзей. — Я делаю то, что считаю нужным.       Наконец мы поднимаемся по ступенькам в особняк. Знаю, что отец на какой-то встрече, но всё равно с надеждой оглядываюсь по сторонам. После смерти деда у меня вдруг появилась особенно острая потребность в обществе отца.       В спортзале злоебучие друзья, по всей видимости, решают, что с меня хватит на сегодня промывания мозгов, и мы просто занимаемся, разговариваем на отвлечённые темы, подъёбываем друг друга и ржём.       В тот момент, когда перехожу на силовые нагрузки, боковым зрением кошусь на жену. Она сидит в углу на скамейке так тихо, что её присутствия никто не замечает. Конечно же, кроме меня, я заметил её появление сразу, как она вошла. Возможно, причиной тому наша с ней связь, не только духовная, но и на уровне химии, а может быть ещё и то, что я постоянно краем глаза поглядывал на дверь, надеясь, что она придёт.       Улыбаюсь своим мыслям и продолжаю тренировку. Спустя пару минут, от высоких нагрузок, вкупе с её горячим взглядом, мне становится жутко жарко. Сажусь передохнуть на тренажёр и снимаю футболку, мокрую насквозь. Поливаю на шею водой из бутылки и незаметно слежу за Ли. В её глазах давно горит знакомый огонь, моя девочка плотно скрещивает ножки и глубоко дышит, теребя в руках свою ветровку.       При виде моего полуобнажённого тела она прикусывает губку и роняет куртку на пол. Кажется, ей больно, потому что она сразу морщится, но не сводит с меня глаз, при этом не замечая, что я уже сам пялюсь на неё, приоткрыв рот, возбуждённый её реакцией и всем её видом. Когда наши взгляды наконец встречаются, моя выдержка летит ко всем чертям.       В считанные секунды оказываюсь рядом с ней. Ли поднимается со скамейки, и я сразу прижимаю её к стене и впиваюсь со стоном в такие желанные, сладкие губы, взяв в ладони её лицо. Слышу, как захлопнулась дверь спортзала. Обернувшись, вижу, что мы остались одни.       — Потерпи секунду, — шепчу Ли, уткнувшись лбом в её лоб. — Я сейчас.       Иду и замыкаю дверь изнутри, чтобы ненароком не нагрянула прислуга, и быстро возвращаюсь к ней. Беру пальцами края её платья и тяну вверх. Ли послушно поднимает ручки, и вот уже платье летит на пол, как совершенно ненужный сейчас элемент. За ним следует её бельё и мои штаны с кроссовками.       Ли обходит меня и толкнув к стене, опускается передо мной на колени. Упираясь спиной в прохладную поверхность, сразу начинаю стонать, как только её губки накрывают напряжённую головку. Она втягивает мой член в свой горячий ротик, и я рефлекторно толкаюсь бёдрами ей навстречу. Её губки и язычок поочерёдно сменяются нежными пальчиками, которые плотно сжимают ствол и скользят по нему вверх вниз, и очень скоро я кончаю, излившись в её рот, выстанывая её имя.       — Я заслужила немного удовольствия? — спрашивает жена, поднимаясь на ноги, и я болезненно хмурюсь от этих слов.       Снова беру в ладони её лицо и целую нежно, она отвечает, вдруг начиная всхлипывать. Обнимаю её, прижимая к груди, и снова чувствую себя последним засранцем.       — Прости, маленькая, — шепчу, ласково поглаживая её по волосам. — Я снова перегнул, прости меня.       — И ты меня прости, — тихо говорит, уткнувшись в мою грудь.       Поднимаю её на руки и кладу на тренажёр спиной. Поставив ноги по обе стороны от скамьи, вхожу, медленно растягивая, до самого упора. Всхлипы девочки переходят в стоны, и она подмахивает бёдрами. Двигаюсь в ней, лаская клитор большим пальцем, второй рукой сжимаю упругую грудь, растирая пальцем по соску выступившую белую каплю. Наконец Ли извивается подо мной и громко стонет, получив долгожданный оргазм.       Останавливаюсь, позволив ей растянуть наслаждение, но сам не тороплюсь получить развязку. Шумно втягиваю воздух носом и подтягиваю её к себе за руку, помогая принять вертикальное положение.       — Малышка, встань на четвереньки, — шепчу в её ушко, рвано дыша, и подаюсь назад, позволяя ей развернуться.       Удобно пристраиваюсь сзади стоя и резко, глубоко толкаюсь в её горячую плоть. Сразу начинаю вбиваться в податливое тело. Ласкаю попу, поглаживаю гибкую спинку, переходя на грудь. Схожу с ума от того, какая она мокрая и тесная. От её стонов и запаха женщины, моей женщины, которую я, долбаёб, почему-то позволяю себе обижать. От злости на себя начинаю вколачиваться в неё ещё сильнее, зная, что это ей нравится не меньше, чем мне. Ли кричит, сильнее отставив попу, и я чувствую, как ритмично сжимаются её мышцы.       — Да, маленькая! — рычу хрипло и с громким стоном кончаю, толкаясь в неё сильнее.       — Я правда бываю невыносимой занозой, — говорит жена тихо, прижимаясь ко мне, пока мы стоим под тёплыми струями в душевой.       — Ты МОЯ невыносимая заноза, — улыбаюсь, целуя её в мокрую макушку. — Я больше не стану тебе обещать, что перестану быть придурком. Потому, что знаю, что не смогу этого сделать, — говорю и чувствую, как в груди всё сжимается в тугой узел. — Просто прощай меня, малышка. Ради Бога, только прощай.