Самый тихий омут.

Изуку просыпается, когда его слабо трясут за плечо и сонно приоткрывает глаза. — Я отнёс его в кроватку, — шёпотом говорит Бакуго, откидывая плед в сторону и беря омегу на руки. — Теперь пора тебя отнести в кровать. — Зачем тогда будил? — сонно говорит Изуку, прижимаясь к плечу мужа и прикрывая глаза. — Потому что в прошлый раз ты неожиданно проснулся и перепугался, — всё так же шёпотом продолжает говорить Кацуки, неся омегу по коридору. Изуку что-то бормочет в ответ и почти не чувствует, что его кладут в кровать, медленно снимая одежду, после чего кутают в тёплое одеяло. Кацуки целует своего мужа, после чего идёт в душ, смывая с себя усталость трудного дня и идёт на кухню, планируя перекусить что-нибудь лёгкое, просмотреть последние отчёты, возможно разобраться с некоторыми документами и идти спать. День действительно выдался очень сложным, пришлось задержаться на работе, вот его родные и не дождались его, уснув в гостиной на диване. Кацуки открывает дверь холодильника, когда слышит за спиной тихие спешные шаги. Альфа молча достаёт свой быстрый перекус и оборачивается, закрывая дверку. Кейго стоит в дверном проходе, ухватившись за дверной косяк и будто бы выглядывая из коридора в кухню. Волосы его блондинистые, но кудрявые, глаза же ярко-зелёные, по лицу рассыпаны веснушки. Ему уже два, он очень сообразителен, собран, при этом очень тихий и спокойный ребёнок, больше любящий наблюдать и очень редко когда говорит. Эта вечная молчаливость Кейго некоторое время даже настораживала, но Изуку заверил Кацуки в том, что у их сына такой характер и он просто немногословен, это нормально и у него нет никаких отклонений. — Ты почему проснулся? — альфа идёт к столу, краем глаза посматривая на сына. — Папа спит, и ты иди ложись. Но Кейго молчит и продолжает наблюдать за отцом с того же места, явно не решаясь войти в кухню. Он понимает, что время уже очень позднее и папа иногда бывает недоволен, когда мальчишка бродил по дому в столь поздний час, хотя такое бывает очень редко. Отец же к этим ночным блужданиям относился куда спокойнее. — Иди ложись спать, — говорит Бакуго, садясь за стол и уже поворачиваясь к сыну в пол-оборота. Но мальчик лишь отрицательно качает головой. — Хочешь кушать? — спрашивает Кацуки, всё так же пристально наблюдая за сыном. — Ам, — Кейго показывает себе на открытый рот. — Яблоко сойдёт? Твой папа убьёт меня, если я накормлю тебя чем-то сытным. — Содёт, — кивает Кейго, довольно улыбаясь. Бакуго встаёт из-за стола, доставая яблоко и начинает очищать его от кожуры, вырезая фигурки зайчиков. Кейго тем временем пытается усесться на стул, но у него не очень получается, поэтому он лишь топчется с места на место, перебегая от одной стороны к другой. Кацуки только усмехается, ставя тарелку с нарезанными дольками на стол и, подхватив сына, садится за стол, сажая ребёнка себе на колени и пододвигая к нему поближе тарелку, чтобы он сам дотягивался и брал фрукт. Кейго очень доволен, начиная по ломтику брать с тарелки фрукты и медленно их грызть. Он периодически посматривает на отца, прекращая на мгновение есть, но потом вновь возвращается к еде. В последний месяц Кацуки работал очень много и дома почти не бывал, поэтому Кейго обожал вот такие мгновения, когда мог побыть с отцом. — Па спи? — спрашивает Кейго. — Да, папа спит, поэтому ты тоже, как поешь, пойдёшь спать, — говорит Бакуго, доставая телефон и проверяя почту. Отпуск брать ещё рано, а работы в ближайшее время явно поприбавится. — Решили устроить себе ночной перекус? — в кухню тихо заходит Изуку и направляется к холодильнику. — А ты почему не спишь? — Бакуго даже не смотрит на мужа, пролистывая ленту. — Мне показалось, что ты быстро уснул, как только я положил тебя на кровать. — Пить захотелось, — сказал омега, наливая себе апельсиновый сок, подходя к мужу и целуя его в щёку, а так же потрепав сына по волосам, он сел рядом. Давненько они не собирались вот так втроём, всё из-за загруженности Кацуки, но Изуку его не винил. Омега наоборот пытался поддержать своего альфу. — Я тоже хочу зайчиков из яблок, — Изуку посмотрел на тарелку с фруктами. — Ты для меня таких не делал. — Ты меня никогда и не просил, — фыркает Бакуго и смотрит на мужа. — Тебе тоже нарезать? — Нет, давай завтра, нам на сегодня хватит и сока, — говорит Изуку, поглаживая свой живот. Ко второй беременности омеги Бакуго относился куда более спокойно, к тому же они уже выбрали больницу и договорились о партнёрских родах. Да и причин для беспокойства не было – ребёнок развивался нормально, состояние Изуку было хорошим. Совсем скоро их будет четверо, Кейго обещал Изуку, что будет заботливым старшим братиком и обязательно будет помогать папе. Порой Бакуго казалось, что Кейго слишком взрослый для своих лет. — Как думаешь, это будет омега или альфа? — спрашивает Изуку, продолжая поглаживать свой живот. — Три альфы для тебя одного будет слишком, — усмехается Кацуки. — Омега, — говорит Кейго, смотря на живот папы. Изуку только усмехается, но ничего не говорит. У Кейго была удивительная интуиция и он мог точно определять многие вещи, так что в этом вопросе на него можно было положиться. Скорее всего младший Бакуго каким-то образом чувствовал, кто в животе у Изуку. — И будет он похож на папу, да, Кейго? — Кацуки взъерошивает волосы сына. — Ты позаботишься о своём младшем братике? — А если это сестрёнка? — Изуку допивает сок и идёт к раковине, чтобы сполоснуть стакан. — Тогда отца это будет немного беспокоить, — Кацуки выключает телефон и убирает его в карман. — Что? Почему? — Изуку оборачивается и удивлённо смотрит на мужа. — Ну это же девочка… она ведь… — Бакуго совсем не может подобрать слова, чтобы объяснить. — Я просто буду больше о ней волноваться, вот и всё. — То есть о сыне-омеге ты бы так не волновался? — Изуку скрещивает руки на груди. — Ты думаешь девочка будет более слабой? Или… — Я никогда не был с женщинами, понятно? Я не знаю, как у них всё там работает и как я буду заниматься с ней с маленькой? — обеспокоенно говорит альфа. — Да и развиваться она будет совсем по-другому. А ещё да, я считаю её слабее, а значит буду очень обеспокоен, когда она вырастет и начнёт ходить на свидания! Кейго поднимает на отца заинтересованный взгляд. Неужели отец не беспокоится так и о нём? Кейго же ведь тоже вырастет и начнёт ходить на эти непонятные свидания. Разве за него не стоит переживать тоже? — Ну мальчики-омеги тоже слабее, — Изуку задумчиво подбирает слова. — К тому же у нас с тобой есть мамы, что даёт большой шанс в нашем случае рождению девочки. Там не такие уж и большие различия, Кац-чан, она же будет ребёнком. Если тебе будет сложно, я сам буду за ней ухаживать, пока она не подрастёт и не сможет делать это сама. — Я прекрасный отец и я буду заботиться обо всех своих детях, — сухо отрезает Бакуго. — И даже с девочкой я справлюсь. Просто её нужно будет опекать вдвое больше. — Да не нужно, — возражает Изуку. — С ней ничего плохого не случится. — Но девочки такие хрупкие! — Ты же ведь учился вместе с девушками в ЮЭй, они были настолько хрупкими? — решает с другой стороны зайти омега. Бакуго хмурится. Одна Урарака чего стоила. Да и все они, его одноклассницы, были довольно сильны, да, слабее его, конечно же, но Кацуки мог отметить их потенциал. — Я уверен, если у нас будет девочка, то с таким отцом она явно будет уметь обороняться. Ты научишь её всему, чему посчитаешь важным. А теперь всё, все закругляются и спать, завтра рано вставать. Кейго начинает слезать с колен отца и Кацуки его сам ссаживает, мальчишка машет родителям и спешит в свою кроватку. Бакуго молча смотрит на небольшой живот Изуку. Даже если это будет девочка, они справятся. И всё же, Кацуки хотелось, чтобы это был мальчик-омега, хрупкий, нежный, требующий к себе большее количество внимания и любви. — Тебе тоже, герой, пора спать, — Изуку забирает тарелку и моет её. — У тебя слишком много работы, тебе стоит отдыхать побольше. — Я так люблю тебя, — Кацуки обнимает Изуку со спины. — И я люблю тебя, — Изуку оборачивается и целует Бакуго в губы.