Не спрячешься

(От лица Одри)       Тишина повисла над нами...Она давила на уши, заставляла перевернуться все внутри. Я закрыла глаза и зарыдала. Слезы сами собой катились градом. Нет, этого не могло быть! Подошёл Джон и с силой прижал к себе. Он еле сдерживался.       Я слышала, как Моника рядом тоже плачет, ее успокаивал Виктор. Его голос дрожал, был совсем тихим. Барта я не слышала, по-моему, он куда-то сбежал, как только Мия... Как все произошло. Я часто замечала, как он на неё смотрел, это были не совсем дружеские взгляды. Видимо, она ему была не безразлична. И, видимо, сейчас, он просто не смог находится здесь. Я бы тоже не смогла.       Утробный, глубокий вой, полный боли и горечи, разорвал повисшую тишину, заставив меня вздрогнуть. Макс... Я даже не представляю, какого сейчас ему. Я слышала, как он все ещё в волчьем обличии всхлипывает. Тяжело, больно, не останавливаясь. Столько страданий в этом. Столько боли...       Нам рассказывали, что когда мы теряем свою пару, то физически ощущаем утрату. И эта боль не уходит, не притупляется со временем. Она просто далеко прячется, постоянно напоминая о себе.       Я помню Конрада, когда умерла бабушка. С того дня и до сих пор я больше не видела в нем прежнего деда. Грусть в глазах сопровождала его постоянно.       Я не знаю, сколько мы так простояли. Но это время мне казалось мучительно больным. Я боялась даже посмотреть в сторону брата. Он все так же лежал рядом с телом Мии. Сейчас он просто скулил, утыкаясь носом в ее шею, вдыхая ее запах, видимо стараясь запомнить. Мое сердце готово было разорваться. Если бы я могла забрать хотя бы часть той боли, которую он сейчас испытывает, я бы не задумываясь это сделала!       К нам подошли Моника с Виктором. У блондинки глаза опухли от слез. Я никогда не видела ее такой беззащитной и ...другой. Она сейчас была похожу на маленькую девочку, которую нужно успокоить и защитить. Мия, знала бы ты, что смогла растопить лёд это снежной королевы!       От мыслей о Мии глаза снова защипало. Так, все, надо взять себя в руки. Хотя бы ради брата. Я должна быть сильней.       Нам нужно было уезжать. Я подошла к Максу, положив рядом с ним новую одежду. Погладив его по холке, я тихо сказала: - Макс, мы должны вернуться. Пожалуйста, поедем.       Он даже не обернулся на меня, все так же тяжело всхлипывая. Он не хотел возвращаться. А куда?! В пустую квартиру, которая хранит запах любимой? Или в стаю, где в их комнате все будет напоминать о ней? Я прекрасно понимала. Я бы не смогла. И он не сможет. Это слишком ужасно. Слишком больно.       Мы рассаживались по авто. Вампиры уже были в машине. Было решено, что я поведу машину, на которой приехал Макс. Джон сел вместе с Виктором и Моникой. Они поехали первыми. Я осталась ждать Макса. Он ещё долго лежал рядом с Мией, затем обернулся и уже в человеческом обличии подошёл к машине, аккуратно держа на руках ее тело. Она была, как живая. Только кровь уже не сочилась из ран, на щеках не было привычного румянца, сердце больше не билось...       Макс положил ее на заднее сиденье, потом сам сел туда же. Сгрёб Мию в охапку и просто уткнулся с ее волосы, тихо и часто вздыхая. Он гладил ее, перебирая пряди трясущимися руками, так нежно целовал лицо. У меня сердце сжималось от этого. Столько горечи в этом молчаливом прощании.       Он не проронил ни слова с момента ее смерти. И это было ещё страшней. Лучше бы он бился в конвульсиях, кричал и громил все вокруг, чем вот так вот молча переживал все это в одиночку. Сейчас этот большой и сильный волк был настолько беззащитным! Вся его жизнь за один миг потеряла смысл. Вся его жизнь заключалась в одной хрупкой и упёртой девушке, которую он так яростно прижимал сейчас к себе. Сегодня он умер вместе с ней.       В доме нас уже ждали. Надо было видеть глаза Ральфа и Хелен, Конрада и Шона, когда Макс заносил Мию в дом. Каждый из нас в той или иной степени чувствовал все, что чувствует брат. Но никто не мог ему помочь. Макс поднялся наверх, в свою комнату. Мы не спешили идти за ним. - Одри, - Конрад подошёл ко мне, обняв за плечи, - Она мучилась?       Я снова вспомнила все, что происходило там. К горлу подступил ком, я не смогла ничего сказать, начав захлебываться слезами. Сейчас я дала волю эмоциям. Невозможно было остановить поток тех чувств, что охватили меня. Я даже не представляю, как сейчас себя ощущает Макс, если я так мучаюсь! Боже, это какой-то кошмар.       Дед крепко обнял меня, гладя по спине. Я чувствовала, как он тоже плакал. Хелен рыдала, уткнувшись в плечо Ральфа. Вожак грустно уставился в одну точку. - Это я во всем виноват! - послышался тихий голос Илая. - Это Магола! - я крикнула, - Это он сделал с ней! Вы здесь ни при чем! - Я недостаточно ее обучил! - он покачал головой, - Это будет преследовать меня всю жизнь! Он смахнул рукой слезы, стараясь не показывать их нам.       Снова повисло молчание. Я собралась с силами и решила подняться к Максу. Его нельзя оставлять одного. Только не сейчас.       Уже у дверей его комнаты я остановилась и прислушалась. Он разговаривал. С ней. Он говорил ей о своей любви и бесконечной преданности. Называл ее меленькой...Столько горечи было в его словах. Он с ней прощался. Боже мой, как же это тяжело!       Я старалась сдержать слезы, но они предательски скатывались по щекам крупными каплями. Нос заложило, дышать стало тяжелее. Я легонько толкнула дверь. Та с тихим скрипом открылась. Брат стоял на коленях рядом с кроватью, на которой лежала Мия. Он держал ее руку, целуя каждый пальчик, прижимался щекой к ладони. Сердце сковала тупая боль.       Я подошла к нему, так же встав на колени рядом с братом. Он даже не обратил внимания. Возможно, он даже не заметил меня. Я аккуратно положила руку ему на плечо. Он тихонько вздрогнул, повернувшись ко мне. Лучше бы я не видела его глаза.       Пустые, полные отчаяния и боли. Я снова разрыдалась. Ну что за дура?! Нельзя ему показывать свои эмоции. Ему сейчас намного хуже.       Я посмотрела на Мию. Если бы не глубокие раны, которыми было усыпано все тело, то я бы решила, что она спит. Единственное, что я заметила, то, что место, куда безумец ударил кинжалом, немного подзатянулось. Края раны были меньше. Хотя, может мне показалось, или хотелось, чтобы так было... Я крепко обняла Макса и вышла из комнаты. (От лица Макса)       Боль... сильная, нескончаемая, непрекращающаяся боль. Безысходность и чувство пустоты. Я держал холодную руку любимой... Почему это происходит с нами? Почему ее у меня забрали? - Маленькая, - я сжал ее ладошку сильней, - Ты же обещала быть со мной всегда. Провести каждую секунду своей жизни! Я не хочу жить в мире без тебя!       Я не был готов к этому. Да и разве к этому возможно быть готовым? В один миг я лишился всего, что было дорого мне. Я лишился своей жизни! Я умер вместе с ней там, в лесу. На холодной земле. Я уже тогда умер! Мое сердце остановилось вместе с ее. Я целовал ее руки, гладил волосы. Я хотел запомнить как можно больше. Хотя, куда ещё больше?!       Она врезалась мне в память с первого дня нашего знакомства. Уже тогда я знал, что она моя жизнь. Правда, ей нужно было время, чтобы это понять. Но я знал.       С первых дней нашей совместной жизни я знал, что она будет моей женой. Но почему-то я оттягивал предложение. Все время был уверен, что смогу ее защитить от всего и уже потом, когда все будет позади, я все сделаю, как надо. А потом это дурацкое соглашение между нашей стаей и Объе. И я потерял ее. И вот, когда уже все позади, когда мы снова вместе, когда я сделал все правильно, у меня забрали мою любовь.       Ее забрали насовсем. Бесцеремонно, жестоко отобрали все, ради чего я хотел жить. Сейчас я стою здесь, пытаясь в последний раз запомнить, вырезать в памяти, образ своей любимой, понимая, что для этой жизни я потерян.       Приходила Одри. Она тоже чувствует, что чувствую я. И это паршиво. Паршиво понимать, что твои эмоции знают. Хочется закрыться от всех, убежать, в первую очередь от себя и своей боли, которая будет преследовать постоянно. (От лица Одри)       Я спустилась вниз. Найдя глазами Илая, я подошла к нему. - Мы можем поговорить наедине? Монро посмотрел на меня снизу вверх, кивнул и жестом предложил выйти из дома.       На улице было уже светло. Никто из стаи так и ложился. Я шла впереди Монро в направлении беседки. Когда мы уселись на скамейку, я спросила, глядя ему в глаза: - Илай, вы не верите, что Мия мертва? - он не удивился моему вопросу, но с ответом не спешил. - С чего ты так решила, Одри? Я немного замешкалась. - Просто мне показалось... Ну я не уверена... Не знаю, может это просто мое подсознание хочет этого... - Одри, давай ближе к делу. Ты что-то заметила? - Илай сложил руки в замок и положил их на стол. Я согласно кивнула. - Рассказывай. - Ну я заметила, что рана в груди стала меньше... Может это просто мое не желание мириться с тем, что есть? - я посмотрела ему в глаза. Никогда не замечала, что они изумрудного цвета. - Ты права... Одри, я рассказывал Мие о наших ощущениях относительно нас... В общем, когда что-то происходит с носителями, мы чувствуем это. Очень похоже на ваши волчьи чувства. - он понизил голос и стал говорить очень тихо. - В общем, так как мы с Мией очень много времени проводили вместе, я чувствовал ее всегда. И чувствую до сих пор! - я чуть было не крикнула, но Монро поднял руку, предупреждая меня молчать. - Одри, я прошу, пока ничего никому не говори. Потому что я сам не понимаю, как это возможно. Но она полувампир... она вполне может быть жива. - А как же сердце? У неё сердце не бьется. - я начала соображать немного. - Вот об этом я тебе и говорю. Возможно, ее регенерация работает, но из-за большой потери сил, она могла просто на время перестать работать. А может я ошибаюсь. В любом случае, говорить о чем-то рано. Нужно время. Прошу тебя, не говори никому! Тем более Максу! Не вселяй в него призрачную надежду! Он не переживёт, если наши догадки окажутся догадками! - За кого вы меня держите?! Конечно, я понимаю! И ничего не скажу. Только нам нужно как-то забрать Мию. У нашей стаи умерших принято кремировать...Надо забрать ее у Макса. - Да, ты права. - он покачал головой, что-то обдумывая, - Я поговорю с ним. Отвезу ее к себе. Дома мне будет проще наблюдать за Мией.       Я согласно кивнула. Мы ещё немного посидели и пошли обратно в дом. В душе появился маленький росточек надежды.       С тех пор прошло больше трёх недель. Илай забрал Мию, объяснив тем, что так как она была носителем, ее следует похоронить по их обычаям. Макс на удивление, почти сразу согласился. Правда так ни разу и не приехал к Монро, даже не спрашивал ничего о Мие.       Ему было больно. Он почти ничего не ел и ни с кем не разговаривал, приходил только поздно под вечер, сразу ложился спать. Мы почти не видели его. Я знала, что, в основном, брат бегает по лесу, обернувшись в волка. Так он скрывался от своих чувств. Так ему было легче. Волчьи инстинкты в это время брали верх, и он мог хотя бы на какое-то время выплеснуть всю скопившуюся боль наружу.       Иногда я находила его лежащим, свернувшись в клубок, у озера. Он поднимал голову, глядя пустыми серыми глазами, но взгляд был всегда куда-то сквозь меня, затем снова опускал ее на лапы и так продолжал лежать, не обращая внимания ни на что.       В такие минуты я просто садилась рядом с ним, клала его голову к себе на колени и просто гладила его густую шерсть. Иногда он давал волю свои чувствам. Тогда я слышала, как он тихонько поскуливает, тяжело и сбивчиво дыша. Это какая-то пытка! Я даже не представляю, как он живет с этим!       Мы каждый день созванивались с Илаем, но каждый день он говорил, что все по-прежнему. Раны на теле Мии заметно затянулись, но сердце так и не билось. Сколько это могло продолжаться-никто из нас не знал. С каждым днём надежда на ее оживление становилась все слабее и слабее.       Вампиры приезжали пару раз. Моника была все так же подавлена, правда уже заметно лучше держала себя в руках, нацепив маску суки. Сейчас ее колкости были постоянными спутниками. И только Ван Арт кое-как умудрялся ее сдерживать.       Барт появился спустя две недели. Было видно, что он потрепан. Видимо, где-то шлялся, пытаясь заглушить горе. Собрался в турне. Решил заняться своей карьерой. Наконец-то! Двоих убитых горем я бы не выдержала. Я сама была почти на грани срыва... Моя уверенность в лучшем исходе стремилась к нулю... (От лица Макса)       Почти месяц прошёл со смерти Мии. Почти месяц я существую. Даже не я, а моя оболочка. Я давно уже умер... Куда бы я не бежал, где бы я не пытался спрятаться от своих чувств - все бесполезно. Она оставила меня и забрала с собой все, что было у меня в жизни. Пустота в душе стала моей спутницей. Огромная дыра зияла и постоянно напоминала о себе, кровоточа, разъедая меня изнутри.       Я забросил лагерь, забросил все, что мне было важно, казалось важным...       Целыми днями я либо бегал по лесу, отчаянно ища какого-нибудь зверя покрупней, либо лежал у нашего с Мией озера. В такие моменты я просто пытался заснуть. Во сне я видел мою маленькую. Хоть так я мог находиться с ней рядом. Здесь она смеялась. Такая беззаботная, легкая, живая.       Иногда она приходила ко мне и пристально смотрела, будто с укором. Просила вернуться к прошлой жизни. Я каждый раз ей обещал это сделать и каждый раз, проснувшись, не находил сил сдержать обещание. Прости, маленькая, это сильнее меня.       Иногда ко мне на озеро приходила Одри, принося еду. Дома я почти не ел, не хотелось. Я не обращал на неё внимание, а она не надоедала словами жалости. Она просто сидела рядом. В такие моменты мне становилось легче. За это я был благодарен сестре.       Илай забрал тело Мии, похоронив его где-то на своей земле. Я ни разу не был на ее могиле. И не буду. Это будет последним шагом к примирению с ее смертью. Она все ещё со мной. Мия будет всегда со мной.       Сегодня ровно два месяца с момента, когда я сделал Мие предложение. Хотелось сдохнуть. Вообще меня постоянно сопровождало это желание, но сегодня оно особенно сильно мне глодало душу. Я снова обернулся, убегая вглубь леса. Так мне легче переживать.       Сегодня мне захотелось уехать в то место, где мы были с Мией вдвоём. Туда, где она согласилась связать свою судьбу с моей, пусть совсем ненадолго. То место вызывает только приятные воспоминания. Я хочу вспомнить, как мне было когда-то хорошо. Как я чувствовал себя живым. Взяв с собой пару бутылок бренди, я сел в машину и выехал на трассу.       Прошёл месяц! Всего месяц! Каждый день я проживал, как кошмар. Сегодня я просто хочу напиться до беспамятства, лишь бы не чувствовать. Никогда не верил в рассказы деда о волчьих особенностях. Точнее, не верил, что настолько все плохо. Теперь, переживая каждый день заново смерть любимой, я никому и никогда не пожелаю с этим столкнуться!       Это ощущается на физическом уровне. Будто из тебя вырывают кусок за куском, затем присыпают это солью и заново проделывают то же самое. И от этого не скроешься, не сбежишь. Это преследует тебя постоянно, выворачивая наизнанку всю душу, которая и без того еле жива. И ты пытаешься найти хотя бы одну причину, чтобы не сдохнуть сегодня, но ее так и нет. И каждый день просто на автомате проживаешь. Нет, не так. Существуешь.. Да, это слово лучше подходит. Ты тупо существуешь. Поддаешься течению, как планктон. Без смысла к дальнейшей жизни, без интереса ко всему. Ты просто выпадаешь куда-то в неизвестность. И там нет безмятежности. Там адовое пекло, которое обжигает тебе кожу до пузырей, рвёт твою плоть, ломает каждую кость в без того обессиленном теле. И так изо дня в день... Может, лет через десять-двадцать мне станет легче? Но за это время я просто свихнусь. Ну и пусть. Может быть, в таком случае я найду покой?       Я доехал до нашего места. Того пляжа, где я сделал предложение. Мудак! Чего тянул?! Я тряхнул головой, отбрасывая эти навязчивые мысли. Здесь мне хотелось просто быть. Как и раньше, просто думать. О сделанном, о упущенном. О Мие.       Здесь было так же безмятежно, как и тогда. Только ее не было рядом. Не было смеха, родных глаз, ее мягкой улыбки. Не было смысла моей жизни.       Открыл бутылку, уселся на песок. Море шумело набегающими волнами. Приятный морской ветерок обдувал лицо, трепал непослушные волосы. За это время я совсем перестал за собой следить. Оброс. На лице появилась щетина. Надо побриться. Мия не любила, когда я запускал себя. Для неё я старался быть лучше, хотел быть лучше. На улице все ещё было светло. Наверное, прошло не больше трёх-четырёх часов после приезда. А я уже выпил почти две бутылки, заметно захмелев. Домой я не планировал возвращаться. Этот день я хочу провести здесь, как когда-то мы провели его вместе с Мией. Откинувшись на спину, я лёг на песок и закрыл глаза. Я хотел быстрее заснуть, чтобы вновь встретиться с ней. И мне удалось. Я задремал.       Я слышал, как хлопнула дверь подъехавшей машины. Скорее всего, Одри. Она часто находила меня, не давая мне совсем сойти с ума. Я даже не подумал открыть глаза.       Она села рядом, нежно положив руку мне на голову, мягко погладила. Я приоткрыл глаза, но из-за выпитого, картинка немного была размыта. Но, даже так, я смог разглядеть очертания своей Мии. Я заулыбался, притягивая ее к себе за талию и положив голову на колени. Такой родной и любимый запах! Как я скучал по нему... - Я не хочу просыпаться, маленькая! - я уткнулся головой в ее руку, которой она обхватила мою шею. - Я не справляюсь без тебя! Я сжал ее ещё крепче, чтобы хотя бы во сне не отпускать ее. Она тихонько погладила меня по щеке, невольно заставляя меня дрожать. - Макс, я здесь, рядом. Посмотри на меня! Я замотал головой. Не хочу даже на секунды отрываться от неё. В любой момент она может пропасть, снова оставив меня одного.       Она насильно подняла мою голову, держа ее в своих руках. Для миража она слишком сильна. Я кое-как сфокусировал взгляд на ее лице. Она сидела рядом, смотрела на меня. - Макс, я здесь, слышишь? Милый, я с тобой, я никуда не денусь! До того, как я успел что-то сообразить, Мия меня поцеловала. Так жадно, так сладко. Так, как только она это умеет.       Я окончательно протрезвел. Подскочив с места, я вытаращил на неё глаза. Мия улыбнулась и поднялась на ноги. Я потёр глаза, не веря в происходящее. Сердце заколотилось, как сумасшедшее. Я не нашёл ничего лучше, как просто схватить ее в охапку и прижать к себе со всей силы, все ещё не веря в происходящее. Если это какая-то шутка, то очень жестокая. Либо я просто допился до глюков. Но нет, Мия обняла меня в ответ. Я отчётливо чувствовал ее тёплые прикосновения, ее дыхание у меня на груди. До сих пор не понимая, что происходит, я отстранился от неё - Маленькая, если ты сон, то я не хочу просыпаться. Никогда! - Макс, я здесь! Я жива! Пожалуйста, поверь мне! - она прикоснулась ладонью к моей щеке. Я по привычке закрыл глаза. - Фолл, да очнись же, наконец! - Мия не сильно ударила меня в плечо.       От неожиданности я открыл глаза. Все! Теперь я точно ее видел перед собой! - Мия?! Но как?!