Я не Гарри Поттер!

       — Так, посмотрим, кто нам попался, — злорадно произнес над головой Фенрир. Гарри перевернули на спину. Луч света от волшебной палочки упал на его лицо. Сивый расхохотался: — Ну, этого надо будет запивать сливочным пивом, не то в глотке застрянет! Что с тобой такое, рожа? Гарри не ответил. — Я сказал, — повторил Сивый, и Гарри получил удар под дых, от которого сложился пополам, — что с тобой такое? — Ужалили, — просипел Гарри. — Ага, похоже на то, — сказал второй голос. — Фамилия? — прорычал Фенрир. — Дадли, — ответил Гарри. — Полное имя? — Вернон… Вернон Дадли. — Проверь по списку, Струпьяр, — велел Сивый. Гарри услышал, как он подошел к Рону. Гарри думал только о том, чтобы будет лучше, если их убьют сразу. Ну, или пусть хотя бы не трогают Гермиону: она слишком хрупкая для пыток, быстро сломается. Струпьяр и Сивый долго спорили и подумывали сдать их в Министерство, но желание и выслужиться перед Лордом пересилило. Они аппарировали заложников в Малфой-мэнор. Гарри дернулся было, пытаясь стряхнуть руку Сивого, но это было совершенно бесполезно. Он был зажат между Роном и Гермионой, и все равно не смог бы отделиться от группы. Пленники повалились друг на друга, приземляясь на загородной аллее. Гарри глазами-щелочками разглядел чугунные ворота, а за ними — что-то вроде подъездной дорожки. Он перевел дух. Все-таки худшего пока не случилось: Волан-де-Морта здесь нет. Один из егерей подошел к воротам и потряс решетку. — Как нам войти? Тут заперто, Сивый! Я никак… Тьфу, черт! Он в страхе отдернул руки. Непонятной формы завитки чугунной решетки зашевелились, складываясь в свирепую морду, которая лязгающим голосом пролаяла: — Цель посещения? — Мы Поттера поймали! — победно проревел Сивый. — Мы поймали Гарри Поттера! Створки ворот распахнулись. — Пошли! — скомандовал Сивый своим людям. Пленников втолкнули в ворота и погнали по дорожке между живыми изгородями, приглушающими шаги. Гарри увидел вверху призрачно-белый силуэт и понял, что это павлин-альбинос. Поттер споткнулся, и Фенрир снова вздернул его на ноги. Теперь он заковылял боком, стараясь попадать в такт с другими пленниками. — В чем дело? — осведомился холодный женский голос. — Мы пришли к Тому-Кого-Нельзя-Называть! — проскрежетал Фенрир. — Кто вы? — Меня-то вы знаете! — в голосе оборотня звучала обида. — Я — Фенрир Сивый! Мы поймали Гарри Поттера! Сивый вытащил Гарри на свет, отчего другим пленникам пришлось, перебирая ногами, сдвинуться по кругу. — Он, видите ли, маленько опух, сударыня, но это точно он! — вмешался Струпьяр. — Вы посмотрите получше, видите шрам? А на девчонку гляньте! Та самая грязнокровка, что вместе с ним путешествует, мэм! Он это, ясен цапень, и волшебную палочку мы прихватили. Вот, сударыня… Нарцисса Малфой вгляделась в раздутое лицо Гарри. Струпьяр подал ей волшебную палочку из терновника. Она подняла брови. — Ведите их в дом! — приказала Нарцисса. Пленников пинками погнали вверх по широким ступеням и втолкнули в просторную прихожую с портретами, висящими на стенах. — Следуйте за мной! Мой сын Драко приехал из школы на Пасхальные каникулы. Если это Гарри Поттер, он его узнает. После ночной темноты в гостиной было ослепительно светло. Даже с почти закрытыми глазами Гарри видел, что комната огромна. С потолка свисала хрустальная люстра, на темно-фиолетовых стенах висели еще портреты. Из кресел у резного мраморного камина поднялись два человека. — Что такое? Знакомый, лениво растягивающий слова голос Люциуса Малфоя резал слух. Гарри стало понастоящему страшно — он не видел пути к спасению. Страх помогал отгородиться от мыслей Волан-де-Морта, хоть шрам все еще горел. — Они говорят, что поймали Поттера, — произнес холодный голос Нарциссы. — Драко, подойди. Гарри не смел прямо посмотреть на Драко. Краем глаза он видел высокую, чуть выше себя, фигуру, бледное лицо с заостренным подбородком — размытое пятно в обрамлении светлых, почти белых волос. Сивый подтолкнул пленников так, что Гарри оказался прямо под люстрой. — Ну, что скажете? — проскрежетал оборотень. Прямо против Гарри висело над камином огромное зеркало в резной золоченой раме. Он увидел свое отражение — впервые с тех пор, как они покинули дом на площади Гриммо. Лицо у Гарри раздулось до невероятных размеров. Оно было розовым и блестело. Заклинание Гермионы исказило каждую черточку. Черные волосы доставали до плеч, на подбородке лежала темная тень. Не знай Гарри, что это он здесь стоит, сам бы удивился: кто это надел его очки? Он решил хранить молчание, думая, что голос наверняка его выдаст, и все-таки старался не смотреть в глаза подошедшему Драко. — Ну что, Драко? — с жадным интересом спросил Люциус Малфой. — Это он? Это Гарри Поттер? — Н-не знаю… Не уверен, — ответил Драко. Он старался держаться как можно дальше от Сивого и явно боялся посмотреть на Гарри, точно также как Гарри боялся посмотреть на него. — Да ты погляди хорошенько! Подойди к нему поближе! Гарри никогда не слышал такого волнения в голосе Люциуса. — Драко, если мы передадим Поттера в руки Темного Лорда, нам все прос… — Давайте-ка не будем забывать, кто его поймал на самом деле, а, мистер Малфой? — с угрозой проговорил Фенрир. — Конечно-конечно! — нетерпеливо отозвался Люциус. Он сам приблизился к Гарри, так что тот, хоть и заплывшими глазами, во всех подробностях мог разглядеть обычно такое равнодушное бледное лицо. Гарри смотрел из-за раздувшейся маски своего лица, как и-зза тюремной решетки. — Что вы с ним сделали? — спросил Фенрира старший Малфой. — Почему он в таком состоянии? — Это не мы! — На мой взгляд, похоже на Жалящее заклинание, — объявил Люциус. Серые глаза внимательно осмотрели лоб Гарри. — Здесь что-то виднеется, — прошептал он. — Может быть, и шрам, только туго натянутый… Драко, иди сюда, посмотри как следует! Как ты считаешь? Теперь лицо Драко тоже оказалось прямо перед Гарри. Они с отцом были удивительно похожи, только старший Малфой был вне себя от волнения, в то время как Драко смотрел на Гарри неохотно и даже, кажется, со страхом. — Не знаю я, — пробормотал он и отошел к Нарциссе, стоявшей у камина: — Мы должны знать наверняка, Люциус! — крикнула она мужу холодным, ясным голосом. — Нужно совершенно точно убедиться, что это Поттер, прежде чем вызывать Темного Лорда… Эти люди сказали, что взяли его волшебную палочку, — прибавила она, разглядывая палочку из терновника, — однако она совсем не подходит под описание Олливандера. Если тут ошибка и мы зря побеспокоим Темного Лорда… Помнишь, что он сделал с Долоховым и Роулом? За спиной у Гарри открылась дверь. Послышался женский голос, при звуке которого Гарри окончательно перепугался. — Что здесь происходит? В чем дело, Цисси? Беллатриса Лестрейндж медленно обошла пленников кругом и остановилась справа от Гарри, глядя на Гермиону изпод тяжелых век. — Это же та самая грязнокровка! — вполголоса проговорила она. — Это Грейнджер? — Да, да, Грейнджер! — откликнулся Люциус. — А рядом с ней, похоже, Поттер! Поттер и его друзья попались, наконец-то! — Поттер? — взвизгнула Беллатриса и попятилась, чтобы лучше рассмотреть Гарри. — Ты уверен? Так нужно поскорее известить Темного Лорда! Гарри думал о том, как выпутываться из этой ситуации. И тут его осенило: - Леди, я не имею к Поттеру никакого отношения. Меня зовут Вернон Дадли. - Поклянись жизнью и магией, щенок! - Белла была в предвкушении расправы. Если не она или Тёмный Лорд, то откат убьёт мальчишку, и она бросит к ногам своего Господина его голову. Но у Поттера фамилия являлась диагнозом, притом неизлечимым. - А можно мне мою палочку? Ему вернули палочку. И он, сжав волю в кулак, произнёс фразу, которая должна была лишить его жизни: - Я клянусь Магией и своей Жизнью, что не являюсь Гарри Джеймсом Поттером и не имею к Роду Поттер никакого отношения. Люмос! Все ожидали взрыва, искр, агонии и мучений, но никак не того, что произошло. На палочке загорелся маленький огонёк. Белла ухмыльнулась. А Гарри не выдержал повисшей тишины и этой непредвиденной новости: - Чего? Что значит, что я не Поттер?! Я же, чертов Поттер, и всегда им был! - Доигрался, старый манипулятор... - сказала Белла, - А сейчас мы пойдем в Гринготтс, что бы пройти проверку крови.