Bad time.

— Ты же убил его... — прошептал Дрим, смотря на прах друга и не веря в это. Инк без эмоцианально смотрел на прах, но было видно, что на краях у глазниц собирались капли от слёз. Он сделал это не по своей воли. — Я хотел... Чтобы все были счастливы, — проговорил он. — НО ТЫ ЖЕ УБИЛ ЕГО! На руку художника стала капать вода и когда он посмотрел на вверх, то увидел плачущего Мечту. Он тихо всхлипывал, молясь, чтобы всё было хорошо, что это просто кошмар и он вот вот проснётся. — Ты меня хорошо раскусил Кросс, — сказал Инк, хитро улыбаясь. Из темноты вышли два наёмника, которые держали Кросса. — Кросс... Это правда ты... — Дрим слегка улыбнулся. Угнетающая обстановка лишь ухудшала его состояние. И это понимали все. — Отпусти Дрима. — проговорил Эррор сквозь зубы. — С чего бы? — Ты же видишь как ему плохо! Вы же вроде бы друзья, так почему же ты не хочешь ему помочь?! Инк улыбнулся. Он достал нож из заднего кармана джинсов и поднес к горлу монохромного. Сделав небольшой надрез, послышались шипящие звуки. Стройка крови стала стекать по шеи, попадая на белоснежную одежду. — В чем смысл отпускать его, если не получишь от этого удовольствия? — он облизнул лезвие. Но на этом он не остановился. Он воткнул в руку Кросса нож и отпустил лезвие так, чтобы оно продолжало торчать, заставляя меченосца дольше страдать. Он засмеялся, но по скулам потекли слезы. — Я бы хотел остановиться, но уже слишком поздно. Я должен довести дело до конца. Художник собрал в пузырёк прах Голубики, перед этим прося у него прощения. — Кросс, сделаешь мне одолжение? — названный поднял взгляд на Инка. — Могу ли я нарисовать кое-что твоей кровью? Возражений не последовало. Защитник достал нож из руки заложника, а после схватил кисть и намочил её кровью. Он нарисовал что-то в виде пентаграммы. На пустые клетки этой пентаграммы он насыпал прах БлуБэрри, а в закрашенные прах Даста. — Зачем тебе их прах? — спросил Эррор. — БлуБэрри... Был последним наследником вселенной АндерСвап. То есть он единственный кто выжил. — глаза Инка выражали безумие. — А Даст ключ. Тот самый ключ к которому Блу стремился. Его влечение к этому скелету привело к погибели их обоих. Я знал, что в тот день Даст должен был умереть, поэтому дал ему ту роль. А Голубика был готов умереть сегодня, так как знал всё! — Что ты несёшь?... — сквозь зубы произнес Глючный. — Он специально завёл вас сюда! Он хотел, чтобы вы получили это удовольствие. Увидеть как мир уничтожается! Перед глазами всё плыло. Нет... Ни Кросс, ни Рипер не могли так поступить. Неужели они и вправду играли в эту игру ради удовольствия? — Я лишь хочу, чтобы все были счастливы! — сквозь слезы проговорил Инк. — Я просто хочу их вернуть... Он упал на колени и взял в руки кисть. Лишь сделав один взмах, и они все оказались в поле. Ни домов, ни людей. Никаких наручников на руках, никаких пленных. — Я думаю это конец. — Инк, послушай!... — проговорил Эррор. — Мы можем это обсудить лишь остановись! Кросс подбежал к Дриму и взял на руки. Второй был без сознания весь в садинах и царапинах. Монохромный и сам не понял, как не потерял сознание от ножевых ран, но его главной целью, на данный момент, было защитить Мечту. Рипер сидел на своей косе и смотрел с высока на то, что происходило, но вскоре исчез, так как должен был найти Гено. Киллер стоял, не шевелясь. Голова опущена. — Смерть Найтмера... — Что? — спросил Инк. — Зачем ты убил его?! — Убийца перешёл на крик. — Это было случайностью. Я послал своих людей убить Дрима, так как яблоко могло мне помочь в этом деле. Но так получилось, что там оказался Найт. Ну, и мои люди убили его. В глазницах пустота. Киллер держал руки в карманах, которые медленно окрашивались в красный из-за крови. — Ради чего ты это делал?... — Я хотел, чтобы все были счастливы! — Ты убил их!! Как по твоему мы будем счастливы, когда ты убил дорогих нам людей?! Как мы посмотрим им в глаза, когда они будут стоять живыми перед нами?! Убив их, мы сделал нас несчастней, чем мы были... Ты чудовище, а не создатель!! Слова эхом прошлись в голове у Художника. Он выронил кисть из рук и схватился за голову. Она гудела с такой силой, что казалось, что она готова была взорваться. — Заткнись!! Ты ничего не понимаешь!! — Как раз таки ты ничего не понимаешь. Инк отпустил руки и улыбнулся. По скулам потекли новые слёзы. И он рассмеялся. — Не понимаю?... Ты бы знал как много раз миры перезапускались... Как много родных мне людей пропадали!! У меня и собственного мира не было! Ни брата, ни Андайн, ни Альфис, ни Ториель. Никого!! Киллер и вправду поспешил с выводами. Он совершенно не знал через что пришлось Инку пройти. Хоть и его мир был не идеален, но у художника всё равно его не было. Душа хаотично менялась с сердца на прицел и наоборот. Он не знал как поступить правильно. — Инк... Ты же понимаешь, что только что убил своего лучшего друга. Дорогого тебе человека... Глазницы стали шире. Убийца смог зацепить Защитника лишь одной фразой, но настолько болезненной, что тот на секунду остановился. — Я знаю. Тьма стала его поглощать. Он улыбнулся небу, которое имел над головой. Увидел солнце, которое только начало расцветать и произнес: — Я надеюсь, что вы меня простите. Он закрыл глазницы, а по скулам вновь потекли ненавистные им слёзы. Но... Холод, который он чувствовал стал исчезать. Он почувствовал тепло, которое согревало его хрупкое тело. — Почему?... — Потому что ты — идиот. Эррора вместе с Инком поглотила тьма.

* * *

Они оба оказались в лагающей мультивселенной. Вот только Инк лагал куда сильнее, чем Эррор или даже сама мультивселенная. — Что происходит? — Я нарушил обещание, которое сам себе дал. Я уничтожил вселенную. Глитч начал медленно понимать, что происходит с художником, но когда он, до конца, это осознал, Инк вскрикнул. — Больно?! — спросил Эррор, медленно подходя. — Не подходи! — рявкнул защитник, — Иначе тоже начнёшь самоуничтожаться! — Что?... Только сейчас Инк понял, что сказал. Тело начало ещё сильнее колоть. — Я умираю, Эррор. Мультивселенная отвергает меня из-за моей глупой ошибки. — Ты не можешь... — Могу. Если я умру, то тогда она вернётся в прежнее русло, но будет уже вместо меня. — Но кто тогда тебя заменит?! — глючный перешёл на крик. — Папер и Градиент! Они друг друга отлично дополняют и смогут заменить меня! — То есть... Всё что было между нами... Было просто ради рождения двоих детей, которые должны были тебя заменить. — Нет... — Ты меня использовал?! Ты — лживый лгун. — НЕТ. Я правда люблю тебя, Эррор. Но пойми, что если я не пожертвую собой, то все умрут. — БлуБэрри, Даст и Найтмер... Будут живы? — Да. Я клянусь. — Хорошо. Он всё еще продолжал подходить к своему любовнику. Их зрачки встретились и Инк постарался отойти подальше, но глючный успел схватить его за руку. — Больше ты не уйдёшь. — Эррор, нет! — крикнул художник, когда увидел, что Эррора стал лагать ещё сильнее. — Остановись! — В чём смысл жизни, если в ней нет тебя, Инк... Ты подарил мне желание жить, замечательных друзей, у нас с тобой двое детей. Я не хочу терять тебя. Я люблю тебя. Эррор взял Инка за подбородок и соприкоснулся своим черепом о его, сводя всё в нежный поцелуй от которого никто не мог отпрянуть, ведь возможно он был последним для них обоих. — Прости, Эррор. Это были последние слова Инка. Он оттолкнул глючного от себя и с помощью Брумми создал портал, чтобы тот смог уйти. — Инк, подожди!! Но было поздно. Он проснулся в анти-пустоте.

* * *

Прошло около трёх месяцев со времен уничтожения вселенной. Как бы Эррор не пытался найти Инка у него не получалось. Он путешествовал по вселенным, спрашивая у разных Сансов о художнике. Но никто даже не слышал его имени. Как будто этого скелета не существовало и Глитч выдумал его. Даже ПаперДжем и Градиент не знали о нем. Инк исчез и память о нем исчезла у всех, кроме Эррора. Лишь он один помнил Защитника, который не раз пытался всех спасти. Иногда он думал, что это был слишком реалистичный сон, но тогда рядом с ним всегда лежал бежевый шарф и он понимал, что Художник был жив. Пожертовав собой и памятью о себе, Инк ушёл из мира, лишив его друзей воспоминаний о том кошмаре. — Но разве ярких воспоминаний не было, а? Опять ты сделал что-то, не обдумав. Ну ты и идиот! — крикнул в пустоту Эррор. — Я знаю.