Один не сможет жить спокойно, пока жив ДРУГОЙ

Лезвие меча Годрика Гриффиндора проткнуло нёбо василиска, и голова змея, потерявшего контроль над огромным телом, обрушилась вниз. Гарри Поттер не успел одернуть руку, и один из клыков зацепил его плечо. Яд василиска убивает мгновенно. Фоукс, не веря, что всё кончено, быстро, но плавно опустился на тело мальчика, казавшееся таким хрупким. И заплакал. Видимо, душа Гарри не успела отлететь – и вернулась. Мальчик открыл глаза. Фоукс обрадованно курлыкнул. Гарри огляделся. Он лежал рядом с мертвым василиском. Рядом были упавшие меч Гриффиндора и его собственная палочка. Чуть дальше валялся дневник Тома Риддла, сейчас казавшийся простой тетрадкой в старомодном переплете. В стороне пыталась приподняться Джинни. Та-ак... Меч, феникс, девчонка. Дневник, его дневник. Палочка. Палочка Гарри... Мертвый василиск. С василиском понадобится помощь. Снейп наверняка поклялся защищать Гарри в память о своей... о его матери. Малфой? Нет, ведь это он и отдал его крестраж. Уж лучше Снейп. Что именно произошло, Гарри не знал. Но хотел бы узнать. Пророчество... Похоже, сбылось-таки то пророчество. Один не сможет жить спокойно, пока жив ДРУГОЙ. Пока вообще был другой. Пока они не стали одним человеком. Об этом и было пророчество. Яд василиска был смертельным, но убивал тело, а не душу. И тем более не мог убить душу, у которой не было тела. Слезы феникса воскрешают. Вот только вторая душа не была цельной, а второго тела для воскрешения не было вовсе. И обломки второй души – и тот, что был в дневнике, и тот, что с прошлого года неприкаянно носился по волшебному замку и в округе, не имея возможности никак повлиять на события, и те, что были в других крестражах, - соединились с душой того, кого при жизни звали Гарри Поттером. В Лимбе время течет по-другому. У новой души, получившей всё, чем был Лорд Волдеморт, и всё, чем был Гарри Поттер, было достаточно времени для того, чтобы привыкнуть... к самой себе. У воскресшего мальчика не было никакого раздвоения личности. Опыт и знания Волдеморта, его же темперамент в молодости, когда был создан первый крестраж, смелость и привязанности совсем юного Гарри достаточно гармонично объединились в совершенно новую личность. Сам себя новый Гарри решил называть прежним именем, чтобы нечаянно не выдать никому свою новую сущность. Анализируя прошлое, можно будет пользоваться соответствующими именами, - Том, Том Марволо Риддл, Лорд Волдеморт, Гарри. А кто он теперь на самом деле? Волшебника определяет не имя и даже не происхождение, а магия. Если бы кровь играла решающую роль сама по себе, было бы невозможно, например, принятие в род. Или магическое усыновление. Или его, Лорда Волдеморта, полукровки, могущество. Ему не нужно принимать род. Том Марволо Риддл не стал лордом Гонтом потому, что когда после смерти дяди он попытался это сделать, у него уже было два крестража. Теперь должно получиться. Кроме того, он был наследником Поттеров. А теперь, похоже, еще и Гриффиндора. Ах, да, и Слизерина! Кстати, надо бы вернуть медальон из пещеры... Потом. В нынешнем теле всем своим могуществом он еще явно не обладал. Ведь "Гарри" – несовершеннолетний! Зато после совершеннолетия ему не будет равных. И это пока нужно скрывать. Дамблдор, якобы самый могущественный маг современности, не потерпит соперничества. Он не собирался уничтожать Гарри, доверяя пророчеству в своем собственном толковании, – как оказалось, неверном. Но если Лорд Волдеморт не появится снова... Значит, нужна угроза его появления. Метка. Снейп. Да, без Снейпа не обойтись. У Дамблдора вряд ли есть доступ к другим носителям метки, значит, именно Снейп сможет сообщить ему об «ожившей» метке. Если захочет. А Гарри сможет добиться того, чтобы он захотел. Будучи почти сумасшедшим, но все-таки изначально очень умным магом, «Волдеморт» не мог не оценить стабилизирующего эффекта, которое оказало на него соединение с молодым и еще совершенно душевно здоровым «Томом» и юным также здоровым «Гарри». И чего меня понесло тогда к Поттерам? Может быть, мы должны были соединиться уже тогда? Но «Гарри» был совсем младенцем, это было бы ужасно! Хорошо, что все сложилось так, как сложилось. К сожалению, Гарри Поттер слишком знаменит. Он не может расчитывать на непредвзятое отношение к себе большинства окружающих. Собственно, это не так уж и страшно, хотя неприятно. А вот Снейп, например, им не слишком очарован, мягко говоря. Опять Снейп... И вот, он совершил еще один подвиг. Жаль василиска... Но если его смерть была необходима для осуществления пророчества, наверное, поделать было ничего нельзя. Хоть на что-то пригодился этот глупый крестраж. Кстати, о крестражах. Эту историю можно слить Дамблдору. И заодно хотя бы на время отвести от себя его подозрения. Гарри, пользуясь тем, что Джинни еще не поднялась на ноги и не может увидеть, что именно он делает, встал и собрал свои вещи, а заодно подобрал выпавший клык василиска. На всякий случай повернувшись так, чтобы девчонке точно ничего не было видно, он проткнул уже ненужную тетрадку мечом Гриффиндора и немного повернул лезвие, чтобы слегка разлохматить края дыры. После этого аккуратно капнул немного яда – остальное пригодится зельевару. Точнее, для того, чтобы заинтересовать зельевара. После этого мальчик окружил клык непроницаемой оболочкой с помощью стандартного зельеварческого заклинания и спрятал в карман. Дневник отправился туда же – разумеется, без всякого заклинания, ведь «Гарри Поттер» его еще не знает. - Джинни, пойдем! В подземном коридоре их ждали Рон и Локхарт. Не успел Гарри задуматься о том, как бы выбраться наверх и при этом не выдать своего умения левитировать, как на выручку пришел Фоукс. Полезный фамилиар, который, похоже, не прочь поступить к нему на службу, - но рано, тоже еще рано, Дамблдор может что-то заподозрить. Гарри заговорщически подмигнул фениксу и ухватился за хвостовые перья. ... Дамблдору без труда удалось впарить слегка подредактированную историю и всучить изуродованный дневник. Гарри уже собирался наконец сбежать и отправиться в подземелья, когда в кабинет ворвался Люциус Малфой, почему-то в сопровождении этого сумасшедшего домовика, Добби. Кстати, домовик может пригодиться... Да и Люциуса можно заодно проучить. Дамблдор охотно отдал Гарри уже бесполезную тетрадь. Нагнав Малфоя в коридоре, Гарри сумел разозлить его еще больше, запихнув дневник в собственный грязный и мокрый носок и сунув ему прямо в руки. Зельевары брезгливыми не бывают, а вот лорды – еще как! Люциус предсказуемо отбросил вонючую «обертку» драгоценного когда-то крестража... Свободных эльфов не бывает, для того, чтобы существовать, они должны быть привязаны к источнику магии, родовому или такому, как Хогвартс. Но Гарри не собирался отдавать эльфа в Хогвартс, и как только Добби «освободился» от предыдущего хозяина, незаметно рассек заклинанием собственное запястье и брызнул кровью на голову домовика. Добби поклонился новому хозяину. «Перенеси меня к личным комнатам профессора Снейпа!» - шепнул ему Гарри. «А теперь скройся на кухне!» Домовик послушно исчез. Гарри постучал в дверь.