Один не сможет жить спокойно, пока жив ДРУГОЙ

Теперь на очереди были переговоры с мадам Максим. И это было небанально. Лорд Волдеморт в свое время пытался наладить сотрудничество с великанами и не особенно преуспел. Во времена Салазара на великанов уже смотрели исключительно как на объект уничтожения, хотя самые старинные - уже в то время – легенды говорили о властителях, которым удавалось поставить их на службу. Языка их никто не знал, их психология никого не интересовала, обсуждались только заклятия и другие магические приемы, которые могли их уничтожить. Но кто-то же умел с ними обращаться, раз такие существа, как мадам Максим и Хагрид, вообще появились на свет! Хагрид, похоже, был слишком травмирован тем, что их с отцом бросила мать, и или не интересовался своей семейной историей, или просто не успел расспросить отца, ведь тот умер слишком рано. Может быть, мадам Максим, сумевшая получить высшее магическое образование и выглядящая гораздо более ухоженной и благополучной, обладает большим объемом сведений? Но как втереться к ней в доверие, не раскрыв при этом собственных секретов? А их раскрывать не следовало – мадам Максим, судя по всему, неплохо относилась к Дамблдору, если это, конечно, не было игрой. Гарри и Северус разработали схематический план действий, и Гарри занялся его претворением в жизнь. Для начала он поговорил с Гермионой – разумеется, в пустом классе со всеми возможными заглушающими заклинаниями. Было решено сыграть на свойственном большинству женщин инстинкту сватать все, что движется. - Что ты хотел, Гарри? - Э-э-э... Ты заметила, как Хагрид смотрит на мадам Максим? - Еще бы! - Я подумал... Может, попробовать их свести? - Гарри! - А что? Ты же знаешь, таких, как они, явно совсем немного... - Ты хочешь сказать, что им трудно найти пару? - Ну да. - Но Хагрид... И мадам Максим... Ты думаешь, он ей тоже нравится? - Может быть, пока и не нравится. Но им нужно хотя бы больше общаться! В крайнем случае, они могут просто подружиться. А если он ей в конце концов все-таки понравится... Смотри, Гермиона. Хагрид в свое время не доучился, и, как мы знаем, не по своей вине. А ведь он сильный волшебник, иначе не смог бы использовать обломки своей палочки! - Ты думаешь, что мадам Максим могла бы на него повлиять?.. - Ну да! Ты же влияешь на нас с Роном! Немного лести никогда не повредит. Гермиона задумалась. - И что ты предлагаешь делать нам? - О. Давай скажем Хагриду, что тебя интересует Шармбатон – известно, что там обучаются в основном девушки, в отличие от Дурмстранга, и ты вполне можешь заинтересоваться особенностями тамошней программы. Ты хочешь встретиться с мадам Максим. Но ее нужно заинтересовать, не будет же она просто так выкладывать их секреты! - И как же ты предлагаешь ее заинтересовать? - Очень просто – предложить выпить чаю в моем обществе. Еще бы, про Гарри Поттера наслышаны все, и мадам профессор явно не откажется. - Гарри, это гениально! Давай попробуем. Кто поговорит с Хагридом? - Лучше ты. Ведь это ты хочешь узнать про Шармбатон? Гарри не сомневался, что Гермиона сумеет внушить Хагриду именно то, что нужно, и взять организацию первой встречи на себя. Хагрид, разумеется, с радостью согласился «помочь Гермионе встретиться с мадам Максим», якобы под видом встречи с Гарри. Это была не слишком хитрая для него схема, к тому же полувеликан был более чем заинтересован в такой встрече сам. На этот раз решили на всякий случай обойтись без записок. Хагриду в любом случае предстояло время от времени видеться с директрисой Шармбатона у стойла пегасов, и он сумел пригласить ту на чай «с тем самым Гарри Поттером, который его друг». Гермиона заранее привела в порядок его хижину и с помощью хогвартских эльфов позаботилась о более пристойном, чем обычно, угощении. Гарри добавил изысканные пирожные от Кричера. Рона позвали в последний момент – поскольку в деле был замешан Хагрид, вряд ли все это удалось бы сохранить от него в тайне, к тому же Уизли мог обидеться, что его не позвали на угощение, хотя особого интереса к мадам Максим не испытывал. Он наверняка предпочел бы вечер с Флер. И вот чаепитие состоялось. Гарри, представляя Гермиону, воспользовался случаем и подробно рассказал про ее роль в процессе Клювокрыла, заодно кратко упомянув про возобновленное следствие и большую вероятность того, что Хагрид будет полностью оправдан. Мадам Максим взглянула на смущенного полувеликана с гораздо большим интересом, а Гермиона ловко ввернула по-французски, якобы не желая смущать его еще больше, что Хагрид, дескать, очень знающий магозоолог и мог бы не только преподавать Уход за магическими существами, но и публиковать собственные труды – разумеется, с должной редактурой! Глаза прекрасной француженки разгорелись еще больше. Гарри, который французского якобы не знал, сумел намекнуть на то, что полувеликана слишком опекает Дамблдор, и этот намек был понят. Кроме того, в самый разгар чаепития Гарри извлек из сумки перо Клювокрыла. Хагрид ахнул и чуть не зарыдал. Гарри ограничился тем, что сказал полувеликану, что его попросили передать это перо – якобы неизвестно кто. Однако, объясняя это, он посмотрел в сторону мадам Максим и подмигнул. Это можно было принять за случайный жест, но француженка все поняла правильно и восхищенно ахнула. Гермиона, которая не была в курсе истории «чудесного» спасения гиппогрифа, догадалась не задавать вопросов прямо там, а позднее Гарри собирался сказать ей, что в этой истории замешан Блэк, и убедить в том, что сам узнал обо всем случайно. Что возьмешь с безрассудного Сириуса! Про Шармбатон мадам Максим рассказала немногое, но это немногое стоило того. Оказалось, что Шармбатон и Дурмстранг издавна поделили между собой звания преимущественно женской и преимущественно мужской европейских магических школ, среди прочего, благодаря местоположению. Более суровые условия Дурмстранга предполагали большее внимание, уделявшееся там физической подготовке воспитанников, а мягкий климат Южной Франции создавал лучшие условия для занятий на свежем воздухе. Многие девушки занимались гербологией, а кроме того, в традиционно более толерантной Франции привечали всяческих «полукровок», родившихся в результате межвидовых браков, а те зачастую были предрасположены к разного рода стихийной магии, также требовавшей открытого пространства. Когда-то стихийную магию изучали и в Британии, но увы, «новые веяния», распространившиеся в двадцатом веке, практически похоронили этот предмет, а новые исследования специалисты предпочитали держать в тайне или, как минимум, публиковать заграницей. Гарри предоставился удобный случай намекнуть на то, что сам он эти «новые веяния» не приветствует, что вызвало подозрительный взгляд со стороны Гермионы, - что же, рано или поздно ей придется это объяснить! – и одобрительную усмешку со стороны мадам Максим. Начало сотрудничеству было положено. О Турнире они не говорили, но после этого исторического чаепития два полувеликана начали больше общаться между собой, и Гарри не сомневался, что Хагрид расскажет мадам Максим о драконах. Флер, разумеется, уже была в курсе, но Гарри расчитывал на то, что директриса, возможно, подскажет своей ученице что-то ценное по поводу будущего «сценария» (о существовании которого Флер ей не могла рассказать из-за обета).