Один не сможет жить спокойно, пока жив ДРУГОЙ

- Для такого рассказа больше подошел бы какой-нибудь паб, но... Это помещение, если и не располагает к доверию, по крайней мере, позволяет не отвлекаться на меры безопасности. Так что воспользуемся им до конца – вы правы, лишний раз напрягать гоблинов не стоит. Кроме всего прочего, продолжительные переговоры в их глазах – признак неуверенности в том, чего, собственно, хотят стороны, а такая ситуация для них непонятна и подозрительна. Чтобы убедить вас в том, что я более не стремлюсь к личной власти, мне придется начать с самого начала. Я учился в Дурмстранге и рано увлекся темной магией, это пишут во всех моих биографиях. О чем там не пишут, так это о том, что я увлекался еще и тогдашними социальными теориями. Как вы знаете, в начале века они были очень популярны, а в некоторых странах даже привели к революции. В то время я никак не был связан с Россией и не видел разрушительных последствий тамошней революции, поэтому идея «всеобщего блага» казалась мне чрезвычайно привлекательной. Когда я попал в Англию, к своей тетке, и встретил там юного Альбуса Дамблдора, я нашел в нем единомышленника. Мы не были законченными идеалистами и предполагали, что для воцарения этого самого «всеобщего блага» нам потребуется сила. Много силы. И Дамблдоры, и моя тетка Бэгшот жили в Годриковой Лощине, - месте, более других связанном с легендой о братьях Певерелл. Если я не ошибаюсь, мистер Поттер, ваша история тоже связана с этим местом? - Да. То, что история Гарри Поттера и лорда Волдеморта связана с Годриковой Лощиной, было широко известно. А вот про то, что оттуда был Дамблдор, ни Гарри, ни Снейп раньше не знали. Это было странно. - Вам ведь известна легенда о Певереллах? - Нет. - Нет, не известна. - Если подумать, это не очень удивляет, вам обоим в детстве не читали магических сказок. («Интересно, откуда он знает, что Северусу в детстве не читали магических сказок?» - подумал Гарри). Вкратце, легенда такова: жили когда-то братья Антиохус, Кадмус и Игнотус Певереллы, и однажды на узком мосту они встретили саму Смерть. Смерть одарила их дарами по их собственному выбору: Антиохус, стремившийся к власти, получил непобедимую Старшую Палочку, Кадмус, у которого незадолго до этого умерла невеста, получил Воскрешающий Камень, а младший, Игнотус, получил Мантию-невидимку. В конце концов Антиохуса убили хитростью, Кадмус вернул с того света свою невесту и даже женился на ней, но по-настоящему живой она все-таки не была, и он от отчаяния покончил с собой, а вот Игнотус жил долго и счастливо, скрываясь под своей Мантией от самой Смерти, и умер добровольно в глубокой старости. Неизвестно, были ли дети у Антиохуса, потому что Старшая Палочка передавалась не путем наследования, - ее можно заполучить, только победив предыдущего владельца. А вот у Кадмуса и Игнотуса дети были, их Дары переходили по наследству и в конце концов затерялись, потому что наследование, очевидно, в какой-то момент пошло по женской линии. Вместе с легендой о братьях Певерелл, которая с течением времени превратилась просто в детскую сказку, откуда-то возникло представление о том, что если объединить все три дара, можно получить невиданную силу. Последователи этой идеи образовали нечто вроде секты. Они узнают друг друга по символу Даров Смерти – вот такому. Гриндевальд мановением руки призвал пергамент, перо и чернильницу и нарисовал круг, вписанный в треугольник и пересеченный вертикальной линией. - Вам знаком этот знак? - Нет. - Нет. Это не было правдой. Узнал ли Снейп знак Даров Смерти, неизвестно, а вот Гарри его узнал. Этот знак был на камне в перстне деда, Марволо Гонта, том самом перстне, который до недавнего времени был крестражем лорда Волдеморта. Крайне интересно. Но Гриндевальду было необязательно про это знать. Кроме того, его слова навели Гарри на мысль о необходимости узнать, что за мантию он получил в наследство от Поттеров. Не та ли эта мантия? К сожалению, то, что касается наследства Поттеров, станет для него доступно только через три года... Хотя, может быть, и раньше. Нужно поговорить с Сириусом. Гриндевальд между тем продолжил. - Насколько мне известно, Альбус и после ссоры, которой кончились наши отношения, продолжал поиски Даров Смерти. Как и я, собственно. Но я преуспел больше – мне удалось найти и заполучить Старшую Палочку. Чего я добился с ее помощью, вам, я полагаю, известно. Я действительно добился огромного могущества. А власть опьяняет. В погоне за еще большей властью я принял ошибочное решение заключить союз с магглами, которые также провозглашали себя приверженцами идеи «всеобщего блага». Кончилось это для них плохо – они заключили союз с Россией, где идеи «всеобщего блага» к тому времени были доведены до абсурда. Там это привело к тотальному порабощению населения и уничтожению немалой его части. К сожалению, как мне слишком поздно стало известно, потери затронули и магический мир... Гриндевальд помолчал. Эта страница истории была почти неизвестна Гарри и Снейпу, и они слушали очень внимательно. - Более того. На территории России и тех стран, которые она захватила начиная с XVII века, или «республик», как их потом стали называть, пострадали главным образом чистокровные. Маггловской пропаганде удалось зомбировать большое число магглорожденных, и, попадая в волшебный мир, многие из них становились доносчиками и диверсантами. Через восемь лет после моей «дуэли» с Дамблдором тот маггл, который обладал абсолютной властью на территории России, умер, и массовое уничтожение магов и магглов прекратилось. Но, боюсь, истинный масштаб произошедшей трагедии оценить трудно, он слишком велик. Однако некоторым семьям удалось бежать, и только в последние годы они заново налаживают связи с родиной. Хотя многие из более молодых магов уже родились в Западной Европе или на других континентах, и их магия не так привязана к российским местам силы... У лорда Волдеморта был такой соратник, из «молодых» русских магов – Антонин Долохов. Достаточно сильный маг, несмотря на отрыв от «родной почвы». Кстати, учитывая интерес Гриндевальда к этой группе магов... Гриндевальд как будто угадал ход его мыслей и усмехнулся. - Совершенно верно, мистер Поттер. Антонин Долохов был моим шпионом при лорде Волдеморте. Снейп широко раскрыл глаза. Ничего себе! - Без Волдеморта Антонин стал для меня бесполезен. Кроме того, с его темпераментом... Я решил, что пусть лучше отсидится в Азкабане до вашего воскрешения. Тут уже широко раскрыл глаза Гарри. - Вы знали?.. - Знал ли я про хоркруксы? Естественно! Поведение лорда Волдеморта в последние годы перед исчезновением не оставляло в этом ни малейших сомнений. Кроме того, я знал, что вас не принял род Слизеринов. - Откуда? Это было тайной за семью замками, тем более что лорд Волдеморт, обладая фамильным медальоном, доставшимся ему от покойной Хефцибы Смит, официально провозгласил себя потомком Салазара. - От гоблинов, откуда же еще. - Господин Гриндевальд, но как вам удалось добиться их доверия? Если не секрет? - От вас, господа, - не секрет. Речь не идет о доверии, с гоблинами это практически невозможно. Банальный подкуп. Ну, не совсем банальный... К концу маггловской войны, разразившейся после того, как бывшие союзники поссорились, мне удалось получить в свое распоряжение маггловские сокровища и магические артефакты, которым буквально не было цены. Кое-что из этого было просто опасно хранить, да и негде, и я «поделился» с гоблинами. Например, подлинное магическое «сокровище Приама», обнаруженное Шлиманом в Трое, оригинал «Янтарной комнаты», вывезенный моими маггловскими союзниками из Петербурга, - и это только самые известные из этих сокровищ. Золото и часть артефактов я оставил себе, а некоторые артефакты заново купил у гоблинов – вы ведь знаете, что они рассматривают приобретение у них артефактов скорее как аренду, особенно когда речь идет об оружии. Так что, поверьте, я себя не обделил. Кстати, мистер Поттер, если у вас возникнет нужда в деньгах до вашего совершеннолетия, можете мной располагать. - Спасибо, господин Гриндевальд, я буду иметь это в виду. Разумеется, Гарри не собирался брать у Гриндевальда деньги, но само по себе его предложение говорило о многом. Похоже, он действительно очень заинтересован в сотрудничестве. Между тем, Гриндевальд продолжил свой рассказ. - После «победы» Альбуса Дамблдора меня якобы заключили в Нурменгард. Впрочем, я действительно большую часть времени живу именно там, - это мой собственный замок, я его проектировал, строил и зачаровывал. Там неплохая библиотека... И Гарри, и Снейп были уверены в том, что Гриндевальд, мягко говоря, скромничает. Без сомнения, библиотека Нуменгарда была богатейшей. - ...И чудесные, совершенно безлюдные места вокруг. Однако все это время я старался быть в курсе событий. Я весьма интересовался карьерой и предполагаемыми реформами лорда Волдеморта, взгляды которого во многом были похожи на мои собственные. Однако вскоре стало ясно, что создание крестражей постепенно разрушает его психику. Возможно, в какой-то момент я даже решил бы вмешаться, но до этого не дошло, - Волдеморт исчез вместе с Гарри Поттером. Про вашу жизнь у магглов, мистер Поттер, мне не было известно, - если бы я знал о том, что Дамблдор отправил вас к магглам, я бы предпринял меры, чтобы это исправить. - Почему? - Потому что предполагал, что вы станете сильным и необычным магом, раз пережили Аваду Кедавру. Все время, со своего якобы ареста и до вашего рождения, я посвятил исследованиям баланса магии в мире. Разочаровавшись в идее «всеобщего блага» и в силовых методах его достижения, я, представьте, пришел к выводу, что на самом деле благом для магического мира является разнообразие, в том числе и разнообразие форм магии и их сочетания. Я не оставляю надежду найти оставшиеся два Дара Смерти, но уже не для того, чтобы ими владеть, а для того, чтобы понять, что же, собственно, дает их сочетание. Это не могло быть могущество, и уж, конечно, это не могла быть власть над смертью. В этих словах Гарри почувствовал противоречие. - Но если вы все же хотите соединить все три Дара, почему вы отказались от Старшей Палочки? Гриндевальд улыбнулся. - А вы внимательны, мистер Поттер! Во-первых, Старшая Палочка почти всегда передается не просто победителю, а именно убийце предыдущего хозяина. Только отказавшись от нее добровольно, я смог в каком-то смысле ее обмануть. А во-вторых, общаясь с магглами, я привык пользоваться беспалочковой магией, мне понравилось, и теперь я хожу с палочкой только в общественных местах - в основном для того, чтобы не выделяться среди других волшебников. Еще в разгаре своей политической деятельности я научился менять внешность, не прибегая к оборотному зелью, и о том, что печально известный узник Нурменгарда свободно перемещается по всему магическому и маггловскому миру, знают только гоблины, - ну, вот, теперь и вы тоже. Что же, если так, то это серьезная демонстрация доверия. - Чем же вы намерены заняться после того, как мы с вами уберем со сцены Дамблдора? - Я собираюсь продолжить свои исследования... Ну, и там видно будет. Это прозвучало не очень убедительно. Однако Гарри подумал, что проблемы нужно решать по мере их возникновения, - если Гриндевальд даст непреложный обет в том, что не собирается стремиться к власти, лучшего союзника и представить себе нельзя. Пока, во всяком случае. А там действительно будет видно. У Гарри оставался всего один, но очень важный вопрос к Гриндевальду. - Господин Гридевальд, а почему вы не хотите избавиться от Дамблдора прямо сейчас?