Игра в прятки

Луи заглядывает в спальню утром перед выходом в надежде что Гарри вернулся на ночь. Не вернулся. Одеяло скомкано точно также, каким Луи оставил его вчера. Он каждую секунду чувствует себя на грани срыва и все было бы совсем по-другому, если бы Гарри был рядом. Пусть даже не разговаривал с ним, просто маячил перед глазами. Гарри всегда был способен сделать настроение Луи лучше, даже в самые сложные моменты. Луи любит это больше всего — объятия со спины, нежные поцелуи в шею и нашёптывание каких-то бессмысленных глупостей, которые каким-то образом становятся своего рода якорем для старшего. Гарри часто садится к Луи на колени, чтобы отвлечь его от забот и начинает покрывать маленькими поцелуями все ещё лицо, пока тот не начнёт смеяться. Томлинсон закрывает дверь, надевает чёрную толстовку и выходит из дома, все ещё надеясь, что Гарри будет там до его возвращения. Очевидно, никто не встречает его с улыбкой и радости в их глазах не много. Собственно, как и у Луи. Он подозревает к чему приведёт разговор. Лорен вздыхает, когда он, не сказав ни слова, садится и бросает телефон на стол. Она будто и сама не знает с чего начать. Что ж, признаться честно, Томлинсон ожидал увидеть Саймона, так что, на самом деле, всё не так уж и плохо, как могло быть. Лорен не садится напротив, она делает несколько шагов из стороны в сторону, пока наконец не останавливается и устремляет свой взгляд на парня. — Я даже не буду начинать говорить о том, как безответственно это было с твоей стороны, Луи, — произносит она, и шатену кажется, будто её слова рвут тишину, которая хоть как-то оберегала его до этого. — Но что, чёрт возьми, с тобой случилось вчера? Ты не брал трубку почти целый день. Луи закатывает глаза, не собираясь давать ответа. И менеджер это прекрасно понимает. — Что с Гарри? Он тоже сбрасывает все звонки. Почему он не пришёл на встречу? — Если бы я сам, блять, знал, что с Гарри, — бормочет он себе под нос. Лорен этого не замечает. — Нам придётся встретиться с ним отдельно, если ты не будешь идти на контакт, ты же понимаешь, — она наконец садится, смотрит на Луи, ожидая какой-то реакции, после чего открывает ноутбук. — Не стоит, — наконец произносит он. — Я всё понимаю. — Вот и хорошо, — она делает глубокий вдох и голос становится более спокойным. — Тогда нам нужно найти доступные способы решения возникшей проблемы. Мы советовались с командой вчера и все пришли к единому заключению. — А наше с Гарри мнение не учитывается? — Ты можешь сначала послушать? — Луи снова закатывает глаза и кивает, еле слышно говоря «ладно». — Мы организуем несколько интервью, в которых вас спросят о ситуации на первом концерте. — Что на счёт тура? Мы выезжаем во Францию через два дня, — спрашивает Томлинсон. — Нам нужно, чтобы одно интервью вышло перед концертом. Придётся записать его завтра, если у нас получится. Конечно, маловероятно, что мы успеем уложиться в такие короткие сроки. Мы также думали о пресс-конференции в Париже, в день концерта. — Ладно. И что... Что мы должны сказать? — Гарри будет молчать. Он не умеет врать о ваших отношениях. Всё что ему нужно, это подтверждать твои слова, — рассказывает Лорен. — А я... — Ты скажешь о том, что вам обоим надоели слухи о ваших отношениях и это всё не правда. Сделав предложение Гарри, ты посмеялся над всеми догадками фанатов. Это был как бы пранк над зрителями. — Нет, — сразу же решительно отвечает он. — Я никогда не скажу этого. — Луи! — Я не смогу сказать о том что я посмеялся над догадками, потому что все они — чистая правда! Я приложил максимум усилий, чтобы дать понять людям, что они правы. Нет, Лорен. Никогда. — Луи, не глупи пожалуйста. И не вынуждай нас заставлять Гарри говорить всё это. — Люди видели, что я был искренен тогда, — возражает он. — Я не буду врать. — Ты срываешь концерты! — Да почему мы просто не можем раскрыть наши отношения наконец? — Луи сам не ожидает, насколько он повышает тон. Он даже вскакивает со своего места. — Почему я не могу выйти на банальную прогулку со своим любимым человеком? — У нас были разговоры на этот счёт, Луи. Сядь и успокойся. — Я не буду успокаиваться, потому что это не имеет никакого чертового смысла! — Ты скажешь, что это была шутка и мы продолжим тур. Пожалуйста. Луи. Луи не находит себе места. Он то и дело мечется, а его взгляд устремлён не на Лорен, а где-то за её спиной. На вид на стену противоположного дома из окна. — Луи, ты срываешь тур. Сделай это ради Лиама и Найла. Ради Гарри. Он слышит «Гарри» и моментально впускает в себя эту информацию. Все, конечно же, знали его слабое место и всегда могли этим удачно манипулировать. Ладно, думает Луи, если Гарри злится на него за публичное предложение, то не остаётся ничего, кроме как вернуть всё к прежнему состоянию. — Я сделаю это, — тихо произносит он. Лорен удивлённо смотрит на него. — Правда? — Да. Ладно. Просто... Просто покончим с этим, — не дожидаясь ответа, он выходит из помещения. На улице дождь, и единственное, что может хоть как-то уберечь Луи от него — это капюшон толстовки. Он заталкивает телефон поглубже в карман и бежит к машине. В любом случае, он уже полностью промок за эти пару минут пешей дороги, так что его единственное желание — вернуться домой и замотаться в плед. Он снова попадает под дождь, когда приезжает обратно, так что старается быстрее забежать внутрь. Он слышит возню на кухне и невольно улыбается тому, что Гарри дома. Стайлс, увидев Луи, будто забывает обо всем. В его голосе, конечно, всё ещё звучит обида, но он всё равно никогда не умел так долго игнорировать Луи. Именно он был тем, кто первым шёл просить прощения. Возможно, разговор с Найлом тоже как-то повлиял. — О боже, Лу, ты весь промок, — осторожно произносит младший, и Томлинсон удивленно поднимает свой взгляд на него. Снаружи этого не видно, но внутри он визжит от радости. — Я, эм... Тебе нужно принять горячий душ и переодеться во что-то сухое. Луи поспешно кивает и, ни сказав не слова, уходит из кухни. Возможно, он проводит в душе слишком много времени, позволяя донельзя горячим струям свободно стекать по его телу, заменяя тепло Гарри. Он сильно боится снова вернуться в ту комнату и не застать парня там, или же, что тот передумает и вновь не промолвит ни слова. Он берет одну из футболок Гарри и боксеры из шкафа, перед тем как переодеться и снова вернуться к парню на кухню. Он всё ещё дрожит — то ли горячая вода не спасла его от холода, то ли его донимал сопутствующий страх. В любом случае, зря было отрицать свои переживания. Старший входит еле слышно, босиком, и ещё пару минут наблюдает за парнем. Тот суетится, неуклюже зацепляет собой ручки посуды и по несколько раз все снова поправляет. И как только ему удаётся готовить такие безупречные блюда? Луи чувствует как тепло разливается по его грудной клетке, потому что все так уютно и по-домашнему. Всё обычно. Луи любит обычность. Обычность значит стабильность. А когда в твоей повседневной жизни присутствует Гарри Стайлс в хорошем настроении - где-то наивен, где-то чересчур серьёзен, но всегда отдающий тебе всего себя и позволяющий узнать его душу — то нет ничего привлекательнее стабильности. Когда кудрявый наконец разворачивается и замечает его, он переключает на малый огонь и оставляет кастрюлю на плите, после чего подходит к Луи. Сердце колотится будто сейчас выпрыгнет из груди. Луи понимает, что давно не чувствовал себя так. Это же хорошо? Нужно испытывать весь спектр эмоций? Он никогда не получает агрессии, состоя в отношениях с Гарри, например. Это же не плохо? — Тебе идёт эта футболка, — тихо и смущенно произносит Стайлс, глядя как «the Ramones» свисает с плеча его парня. Они ведь все ещё вместе? — Я скучаю по тебе, — не сдерживается Луи. Ему хочется зарыться под одеяло вместе с Гарри и не вылазить оттуда неделю. Стайлс нерешителен в действиях. Он будто хочет обнять Луи и уверить его, что всё в порядке, но есть какой-то сдерживающий фактор. — Где ты был сегодня? — спрашивает он. Луи не хочет отвечать. — На встрече с Лорен, — признаётся он и видит, как Гарри сразу же меняется в лице. — И... Что вы...? — Мне придётся сказать, что предложение было шуткой на интервью. — И ты согласился сделать это? — Луи показалось, что голос Гарри чуть надломился в этот момент. «О нет, только не начинай плакать, я этого не перенесу» — проносится у него в мыслях. — Я.. Да. Она убедила меня. — Но ты ведь говорил, что сделал это потому что любишь меня, — его голос дрожал. — Так и есть. Но ведь разве ты не обижался на меня все это время из-за того, что хотел чтобы всё было как раньше? — Ты все испортил, Луи! — Гарри выключил плиту, оставив недоготовленные панкейки на ней и уже направлялся к спальне, когда Луи преградил его путь. — Я тебя не понимаю, Хаз, — сказал он. — Я стараюсь делать всё для того, чтобы тебе было хорошо. Даже если для этого придётся уехать в другую страну и не приближаться к тебе даже на 1000 километров. — Так сделай это, пожалуйста, — закатывает глаза Гарри и обходит Луи, после чего захлопывает двери прямо перед его носом. Он искренне не понимает, что в этот раз сделал не так. Ведь он делает это ради Гарри, а кажется, что всё стало даже хуже, чем было до этого. Луи садится около закрытой двери и прислушивается к тому, что происходит внутри. Но не слышно не всхлипов, не звуков каких-нибудь глупых видео, ничего. Должно быть, Гарри... Чёрт! Луи не понимает совсем ничего. — Я не уйду отсюда, пока ты не объяснишь мне, что я должен был сделать, — кричит Луи, но, ожидаемо, не получает ответа. — И я сделаю это тотчас же. Всё, что ты попросишь. — Тогда оставь меня в покое, — доносится с той стороны. Это первый раз, когда Луи начинает по-настоящему злиться. Гарри не имеет никакого права так себя вести, когда всё, что Луи делает — это старается позаботиться и защитить его. Тем более после того, как показалось, что всё налаживается между ними. Ему кажется, что он единственный, кто вообще прикладывает какие-либо усилия. И как бы Томлинсону не хотелось просто сдаться и повесить всё на парня, забота о нём всё равно остаётся в приоритете. Он сам не понимает почему. Просто это то, что он чувствует. Он не знает что делать. Ходит взад-вперёд по кухне, время от времени бросая взгляд на брошенное блюдо на остывшей плите. В конце концов, он решается позвонить Джемме. Она ведь его сестра. Наверняка они разговаривали об этой ситуации и она сможет посоветовать что-то. Несколько гудков и... — Луи? — Да, эм... — он сразу замешкался, не зная с чего начать и какой на самом деле его вопрос. И вопрос ли это вообще? Единственное, что хочет понять Луи это «почему я так сильно переживаю из-за всего этого», «почему Гарри так реагирует» и «реши как поступить за меня, пожалуйста, потому что я так сильно устал от этого». — Я просто... — Гарри ещё обижается, да? — сразу же понимает она. — Да, — выдыхает Луи. Когда-нибудь, его сердце перестанет так колотиться и он будет лежать с Гарри перед телевизором, смотреть глупую комедию, гладить его мягкие кудри и целовать его без остановки. Он ведь даже не ожидал, что в их, казалось бы идеальный отношениях когда-нибудь наступят проблемы. — Я не знаю что мне делать, правда. Я стараюсь всё исправить, а оказывается, что я всё только порчу. — Тебя волнует только Гарри, а не проблемы с менеджментом, ведь так? — спрашивает Джемма и он задумывается. Наверное, она права. Тогда что волнует Гарри? — Да, но он наверняка переживает из-за проблем. — Я думаю, тебе стоит доказать ему, что ты сделал предложение потому что правда любишь его. Он просто испугался всего этого. — Я уже всё испортил, — Луи прекращает метушиться и садиться на стул около бара. — Я согласился сказать на интервью, что предложение было шуткой. — Ты серьезно? — Джемма громко разочаровано вздыхает и Луи понимает, что всё куда хуже, чем он ожидал. — Гарри мечтал о предложении, знаешь. Он очень любит тебя. А теперь ты готов просто превратить это в шутку. — Но он ведь знает, что оно было настоящим, — непонимающе произносит Томлинсон. — Ему кажется, будто его чувствами пренебрегают. Луи бросает трубку. И в тот же самый момент чувствует себя ещё большим придурком, чем до этого. Джемме наверняка покажется это грубым жестом. Надо будет перезвонить ей позже и всё объяснить. Но он просто испугался, потому что ему показалось, что выхода совсем нет. Он вроде бы и понимает, что сестра Гарри имела ввиду, но в то же время все её слова и события за последний день смешиваются в голове Луи и превращаются в одну огромную серую давящую тучу, которая не дает ему нормально мыслить. Он не знает, как он должен поступить на интервью через два дня.