Игра в прятки

У них остаётся несколько дней перерыва перед тем, как отправиться в Берлин. Честно говоря, парни допускали мысль о том, что тур сорван, но никакой информации по поводу этого не было. Менеджмент молчал и по поводу ситуации на интервью. Они ни разу не связывались с Луи с того дня. С одной стороны, это даже дало парням морально отдохнуть от всего происходящего, но в то же время, вопрос все ещё оставался нерешенным, а это ужасно давило на каждого из них. Луи обновляет ленту твиттера, попутно наблюдая за тем, как Гарри доедает панкейки и опирается на спинку стула, подняв ноги и отставив тарелку в сторону. — Волнуешься? — спрашивает Луи, блокируя экран телефона и оставляя его на столешнице. Он и сам, если честно, волнуется. Возможно Гарри и замечал все эти маленькие признаки его тревожности за последние дни. Луи все равно надеялся, что нет, потому что он бы не хотел, чтобы его парень проецировал это все на себя. У них был заслуженный отдых, и им стоило воспользоваться в полной мере. — Не знаю, — пожимает плечами Гарри. И он честен. Он не до конца понимает, что сейчас испытывает. Из-за того, что они находились в подвешенном состоянии практически месяц, а вопрос, похоже, так и не близится к разрешению, он перестал понимать, чувствует ли он тревогу на данный момент. Лишь потому, что это стало обычным состоянием. — А ты? Луи вздыхает и подходит к Гарри, наклоняясь и обнимая его со спины. — Больше нет, чем да, — отвечает он. — Я чувствую, что завтра всё решится. Гарри сглатывает и Луи чувствует это напряжение. Хоть и физически они близки. Луи скользит рукой к кисти Гарри и они переплетают пальцы, после чего кудрявый подносит ладонь Луи к губам, чтобы поцеловать. — Лу, — произносит он совсем тихо и тот даже напрягается. — Я не говорил тебе этого, но я горжусь тобой. Луи буквально замирает на секунду, даже не замечая как Гарри встаёт со стула, чтобы повернуться к нему и обнять. Он теряется в руках Гарри, теряет счёт времени и связь с реальностью. В этот момент, он чувствует такую безопасность, что все сомнения исчезают.

***

В утренних перелётах были как свои плюсы, так и минусы. Конечно же, Луи пришлось прикладывать просто неописуемые усилия, чтобы просто подняться с кровати в пять часов утра, а позже разбудить и Гарри, который безумно мило сопел под боком. Так что Луи даже довелось почувствовать некий стыд за то, что он лишает парня такого сладкого сна. Неоспоримым плюсом, конечно же, было то, что они могли вдоволь отоспаться в самолете. Это как раз таки один из тех тёплых моментов, когда оба буквально проваливаются в сон, обнимая друг друга. Обычно, один из них находится в полудреме, лёжа у второго на коленях, а тот перебирает его волосы. Но в этот раз, за окном все ещё темно, в сон накрывает обоих. Добравшись до гостиницы, они еле еле доползают до своего (на этот раз общего) номера и, сняв с себя всю одежду и бросив чемоданы у входа, залезают под свежее одеяло. — Во сколько нам надо быть на репетиции? — сонно бормочет Гарри Толминсону в ухо, даже не открывая глаз и тот устало стонет. — Шесть, кажется, — отвечает он. — Тогда мы можем провести весь день в кровати? — Ага, — старший зевает и, обнимая тепло тело рядом, закрывает глаза и засыпает в считанные секунды. — Люблю тебя, — машинально бормочет он, прежде чем провалиться в сон, но Гарри это улавливает. Будильник звенит в 16:15, после чего парни благополучно продолжают спать, несмотря на то, что раздражающий звук повторяется каждые пять минут. — Черт, Хаз, выключи его, — нахмурившись и не открывая глаз, бормочет Томлинсон, и накрывает голову подушкой, как бы пытаясь изолировать себя от звука. Младший ничего не отвечает. На мгновение звук утихает, но после, с новой силой звенит, будто бы ещё на порядок громче. Луи уверен, что кто-то стоит над его кроватью, пытаясь просверлить ему дыру в голове, потому что даже назойливые звонки менеджеров достают его меньше, чем этот отвратительный рингтон. Он громко стонет и перекатывается на спину, чтобы было легче вытянуть руку. Луи пытается нащупать телефон, но под ладонью только холод от мраморной поверхности тумбочки. — Гарри! — вздыхает он, но кудрявый отвечает не сразу. Томлинсону приходится протереть глаза, чтобы хоть немного разбудить свой мозг, но веки кажутся слишком тяжелыми, так что это удаётся ему с трудом. — Который час, Лу? — слышит он рядом, и этот вопрос заставляет его нервно дернуться. Сон снимает как рукой в тот же момент и он вскакивает на кровати, ища взглядом телефон. — 5:30, — выдыхает он. — Я думал, мы уже опоздали. — Он листает сообщения. Последние — от мамы, Лотти и Джеммы, его друга Стена, и лишь внизу он замечает уведомление от менеджмента. — Водитель приедет в 5:40, у нас есть десять минут, чтобы собраться. — Отлично, — саркастически вздыхает Гарри и лениво встаёт с кровати. — Достанешь мне какую-то одежду? — зевая спрашивает он и, не дождавшись ответа, уходит в ванную. На удивление, им удаётся прибыть вовремя. Ещё более удивителен тот факт, что их не встречают разъярённые менеджеры и не тыкают с порога в глупые инструкции по тому что и как говорить, в какую сторону смотреть, и как дышать. Конечно же, у них ведь нет повода для переживаний. Это обыкновенный концерт, на котором Гарри и Луи возможно будут слишком много взаимодействовать друг с другом и это подогреет парочку новых слухов, но это то, что происходит и обычно, так что этот момент частенько предпочитали упускать из виду. Самое главное в сложившейся ситуации — то, что за концертом не следует никакого интервью или пресс-конференции, а значит, Лорен уверена, что Луи не придёт в голову ляпнуть что-то неприемлемое. Перед концертом не дают особых наставлений. Да и в целом, Луи чувствует какую-то свободу. Странно, но создаётся такое ощущение, что менеджмент немного ослабил хватку и у парней теперь появилась хоть и маленькая, но возможность спокойно дышать. И Луи собирается воспользоваться ею на полную. Он не сводит глаз с Гарри практически во время каждой песни. Некоторые касания, как бы невзначай, выглядят намного больше, чем дружескими. Гарри улыбается ему, а Луи пару раз подходит, чтобы что-то прошептать. Он заставляет Гарри искренне смеяться, как маленького ребёнка, а его глаза сиять. И даже если во время исполнения Little Things, Луи откровенно поёт ему серенаду, ни для кого это не становится новостью. Пауза в перерыве между этой песней и следующей кажется Луи идеальнейшей возможностью. Он берет микрофон с голубой наклейкой и перекидывается парой улыбок с Гарри, прежде чем повернуться к аудитории. — Я знаю, — он делает паузу и прокашливается. Ему кажется, что миллионы пар глаз таращатся на него самого и он сейчас совершает самый правильный поступок в его жизни. Он не оборачивается, чтобы проверить реакцию парней, хоть это и довольно интересно. Но Томлинсон итак знает, что они в любом случае его поддержат, так что волнение наполняет адреналином кровь и это все выливается лишь в позитивные переживания. — Я знаю, что вы ждёте комментариев по поводу предложения, — продолжает он. — Всё, что я хочу вам сказать, так это то, что я очень ценю Гарри. Я прочитал несколько статей о том, что предложение было розыгрышем и насмешкой, но я бы никогда не поступил так жестоко. По залу проносится визг и толпа становится такой громкой, что Луи даже не слышит собственного голоса. Концерт никто не прерывает, как это было в прошлый раз. Включается музыка, и программа продолжается, несмотря на то, что аудитория невероятно оживилась и оставалась такой же громкой до самого конца шоу.

***

Глупо было полагать, что в этот раз все пройдёт гладко и без конфликтов. Очевидно, что, как только концерт закончился и парни сошли со сцены, их встретили уже не столь поддерживающие крики, и через несколько минут, оба Луи и Гарри уже молча сидели в кабинете менеджмента, наблюдая со стороны за всей напряженной обстановкой. У них был свой способ чтобы справляться с этим. Что-то, что помогало им как бы сбежать, спастись от чего-то вроде такой ситуации. Сначала они утешали друг друга большим пальцем, похлопывающим по коленке, как бы говоря «я люблю тебя» таким образом. После чего перелетали пальцы под столом, не позволяя это никому увидеть. Луи чувствовал теплоту и нежность рук Гарри, и это как-то отвлекало его от всех негативных эмоций, которые вызывает ситуация. Чего и следовало ожидать, приезжает Саймон. Он просто в бешенстве. Луи кажется, что он никогда не видел его таким злым. — Твоя роль была прописана в контракте, — холодно произносит он, выделяя каждое слово, пока снимает куртку и бросает ее на стулья у входа. — Ты хоть понимаешь, на какую сумму ты попал? — Мне плевать, я заплачу штраф, — спокойно говорит он и Гарри поглаживает его ладонь большим пальцем, давая Луи знать, что все хорошо. — Ты подрываешь репутацию всей группы, — продолжает он, хоть и был немного ошарашен такой уверенностью Томлинсона. — Какого черта ты вообще сделал? Луи не ведётся на их провокации, сам соблюдает спокойствие, и Гарри рядом молчит, что выбивает всех менеджеров из колеи. На какое-то время весь кабинет погружается в тишину и Луи даже закрывает глаза, чтобы попытаться утешить себя. Это давало чувство безопасности. Он не мог сделать ничего более. — Отступать некуда, — внезапно говорит Саймон и буквально каждый человек, находящийся в комнате, шокировано обращает свой взгляд на продюсера. — Прийдется делать красивый каминг-аут. — Он шутит, — ошарашено бормочет Гарри, но Луи, не менее удивлённо, качает головой. — Похоже, что нет. — Мы будем работать над этим. Сейчас вы свободны, — произносит он. — Не вздумайте говорить ничего лишнего. Не публикуйте ничего и не давайте никаких комментариев. Это должно случиться официально.

***

Они лежат на большом мягком диване в отеле и смотрят незамысловатую программу по телевизору, на которую, если честно, не обращают особого внимания. У них нет сил для обсуждения всего произошедшего, хоть внутри у каждого и бушевали эмоции. Неужели это правда? Это правда конец? Это то, за что они оба боролись несколько лет? Все, через что они прошли за последние несколько месяцев правда стоило тех усилий и страданий? Неужели они правда наконец-то станут свободными? Они не обсуждают это друг с другом. Частично из-за усталости, частично из-за неуверенности и страхов, что это так и не сбудется. Но в любом случае, обоим стало хоть немного да легче после сегодняшнего дня. Да и это можно назвать огромнейшим прогрессом. Гарри был очень красивым в полутьме, в растянутой футболке, и в с лохматыми кудрявыми локонами. Свет от телевизора отражает его скулы и Луи кажется, что он влюбляется в Стайлса ещё раз. — Предложение было настоящее, — хочется сказать ему. И он делает это, — Ты так и не дал ответа. Гарри вздыхает, потирает лоб, и Луи уже понимает, что это нельзя считать хорошим знаком. — Лу, я очень сильно тебя люблю, но я не могу. Не сейчас, в самом разгаре проблем с менеджментом. Луи закусывать губу и соглашается, хоть этот ответ и в какой-то степени разочаровывает его. Скорее, не оправдывает ожидания. — Мы не обязаны расписываться сразу, — понимающе кивает Луи. — Просто помолвка. И. Подожди. Я думаю ты заслужил чтобы это было нормально во второй раз. Тот вздергивает бровью и Луи спрыгивает с дивана, чтобы встать на одно колено. — Кольцо сейчас не у меня, но… — он смеётся и Гарри даже слабо улыбается, давая ему понять, что все не так драматично. — Что я нёс тогда? — пытается вспомнить он. — Что я влюбился, как только увидел тебя в том туалете. И я продолжаю влюбляться. Это правда. Я смотрел на тебя весь сегодняшний вечер и в голове вертелось только то, насколько сильно я счастлив, что ты со мной. — Лу… — перебивает его Гарри, но тот мотает головой. — Нет, дай мне закончить, — говорит он, и, вздохнув, продолжает. — Ты — удивительный человек, Гарри Стайлс, и ты заслуживаешь того, чтобы тебя ценили и заботились о тебе. Ты заслуживаешь поддержку, и уважение. Я люблю тебя. И я могу все это тебе дать. Ты выйдешь за меня, Хаз? Он улыбается в ответ, но на лице видна какая-то неопределённость. Луи отгоняет от себя мысли о том, что кудрявый сомневается в нем. Это ведь все из-за менеджмента, да? Пока все не разрешилось? — Я люблю тебя, Лу, — говорит он. — Но можно я дам свой ответ позже? Луи осторожно кивает. Он знает, что Гарри не бросит его. Теперь уже знает. Несмотря на то, сколько сомнений у него возникало, когда ситуация с менеджментом только набирала обороты. Гарри есть здесь и сейчас, а это все, чего он хочет.