Называй меня папочкой

«Сара.»

      Каждое его прикосновение было чем-то особенным. В его руках я была маленькой девочкой, такой желанной и запретной. Я чувствовала себя его Лолитой. Его маленькой дочкой.       Все миги блаженства, пока мы оставались одни у меня дома отпечатались в моей памяти. Он был не тем Аароном, что когда-то прижимал меня к стене и искушал поцелуями, проявлял равнодушие и казался злым главарем криминальной банды. Стало все иначе, он расчесывал мои волосы после ванны, целовал в лоб и после жёсткого секса укутывал в одеяло.       Аарон изменился сам и изменил меня. Он стал мягче, но лишь со мной, а я стала стервозной со всеми, кроме него.       Прошло так мало времени, но он буквально перевернул мою жизнь, расставил все по полочкам, так как он считает это нужным, а я сопротивляться не стала. Мне нравится быть под его контролем и полностью отдаться этим отношениям. Плевать на все слова о любви, все романтические свидания и подарки. Он был моим папочкой, а я осквернённой им Лолитой.       Жаль, что моя мать вернулась домой и место для нашего уединения стало меньше, но разве это могло быть проблемой для двух желающих друг друга людей? — Ты сошёл с ума? Нас же могут увидеть. — Шепчу я, пока Аарон жадно целует мою шею. — Разве адреналин не возбуждает тебя? Страх быть пойманными? — Он оторвался от моей шеи и посмотрел на меня. Его зрачки расширены и кажется, что глаза его и вовсе чёрные. — Скажи мне, Сара. — Возбуждает. — Отрицать то, что является правдой невозможно. Секс в раздевалке магазина и без того маленького торгового центра был тем ещё экстримом. — Тогда тебе придётся быть очень тихой. — Аарон опускает джинсы, задирает мою юбку и поднимает меня, прижимает к стене, а я ногами обвиваю его за талию. И наконец чувствую, как его член скользит во мне. Блаженство. — Ах. — С моих губ слетает тихий стон и тут же большая мужская рука накрывает мой рот. — Ты должна быть тише. — Шепчет он, и я киваю.       Всю свою хоть маленькую, но сознательную жизнь я думала, что первый секс произойдёт у меня после замужества и будет лишь дома в мягкой постели, но с появлением этого мужчины все мои представления о жизни рухнули и если бы мне даже полгода назад сказали, что я буду заниматься сексом в примерочной и тем более до замужества, то я бы громко рассмеялась. Но никакого сожаления у меня нет. Все те чувства, что я испытываю рядом с ним не сравняться ни с чем, и никакие светлые мысли о хранении себя до брака не заставили бы меня передумать. — Позвольте. — Галантно говорит Аарон и опускает меня вниз, а после резко разворачивает к себе спиной и мне приходится руками опереться от стенку, и наблюдать своё отражение в зеркале, но я тут же закрыла глаза. — Смотри, как ты красива. — Аарон шепотом заставляет открыть мне глаза. Моя тушь уже текла от жара, что мы создали, помада была размазана от поцелуев, а щеки покрылись румянцем.       Дикая страсть бушевала между нами, сильное желание, магнетическое притяжение, мы словно были созданы друг для друга. Абсолютно разные, но такие похожие. Каждое его движение во мне заставляло меня задыхаться, а ноги подкашиваться, ещё немного и мой разум покрывается белой пеленой.

***

— За то время, пока меня не было, ты прям расцвела. — Моя мама подходит ко мне и гладит по щеке. — Накрашена, волосы завиты, неужели это мое отсутствие тебе так помогло? — Ну может самую малость. Я просто все взвесила, расставила по своим местам и поняла, что это неплохой город. Да и ваш развод с папой, наверное улучшит все. — Говорю и обнимаю мать. Все же мне не хватало ее материнской заботы и надеюсь, что после того, как проблемы с отцом кое-как уложились, мы сможем жить как дружная семья. — Рада за тебя, милая. Возможно я скоро последую твоему примеру и тоже расставлю в своей голове по местам, и смогу впустить в свою жизнь нового мужчину. — Говорит мама, и раздаётся звонок в дверь. — А пытаться я начала сейчас. — Она поправляет свою прическу и бежит к двери.       В проёме стоял мистер Никсон, отец Дерека с маленьким букетом ромашек и его руки дрожали, будто он школьник и пытается угодить своей любимице. — Джонатан, какая красота. — Она берёт букет, делает глубокий вдох, слушая аромат цветов, а затем отдаёт его мне. — Поставишь в вазу, пожалуйста. — Конечно. — Я беру букет в руки. — Прошу. — Мистер Никсон даёт маме свой локоть, и она радостно хватает его под руку. — Сара, мы не скоро. — Говорит мама, и они скрываются за дверью.       Они словно два школьника, которые влюблены в друг друга и нервничают перед встречей, что мне даже на мгновение я позавидовала своей матери, но из мыслей меня вывел голос Аарона. — О чем задумалась? — От его голоса я вскрикиваю. — Милый букет. — И я понимаю, что до сих пор стою в коридоре с ромашками в руках. — Ты меня напугал! — Я хлопаю его по груди. — Как ты вообще сюда попал? — Ну я был на заднем дворе и заметил, что твоя мама ушла. Поэтому смысла снова атаковывать твои окна камнями я не видел. — Он вынимает букет из моих рук и кладёт на журнальный столик. — Ты не рада меня видеть? — Рада. Всегда рада. — Аарон подходит ближе ко мне и окружает своими объятиями. И вот снова я ощущаю себя маленькой девочкой, готовая любить его всего, такого неромантичного и порой грубого. Он одной рукой обнимает меня за талию, а другой гладит по щеке. — Моя.       Он сводит меня с ума, заставляет хотеть его без остатка, забыть про все принципы и морали. Аарон без всей этой романтичной мишуры и ярлыков был идеалом в моей голове. Прошло так немного времени, но я понимаю, что эта близость переросла в любовь. Да чёрт возьми, я его люблю и таким и сяким. С его прошлым и гадкими мыслями о бывшей, с его характером и со всеми темными уголками его души. Я чувствую эту взаимность, но признаться он мне так и не смог. — Всё равно, даже если её глаза потускнеют, даже тогда я буду с ума сходить от нежности при одном виде её дорогого лица. — Вдруг выдает Аарон. Это безумно знакомые слова. — Гумберт? Это его слова, верно? — Я широко улыбаюсь. — Ты моя Лолита. Только надеюсь ты не уйдёшь от меня. — Он целует меня так трепетно и нежно. — Не уйду, только если сам не оставишь меня. — Мне тогда придётся умереть, иначе я не смогу тебя оставить. — Он хватает меня на руки и усаживает на диван в гостиной. — Не шути так. — Я принимаю привычное положение на коленях мужчины. — Только ради тебя.       Аарон Хилл — мужчина, который стал мне отцом, другом и любовником. Я нуждаюсь в нем, как ни в ком другом. Хочу всегда быть его хорошей девочкой, а он моим папочкой и глубоко в душе надеюсь, что этому никто и ничто не помешает.