Джентльменское соглашение

Слава проснулся от стука в дверь. С удивлением обнаружил, что рука, которую он вчера порезал, была перевязана. Подумать об этом он не успел: в дверь продолжали настойчиво стучать. Слава распахнул ее и увидел Женю, которая держала кучу коробок. — Ты не спеши, можешь еще постоять. Мне совсем не тяжело, — Карелин смутился и отпрыгнул в сторону. Женщина занесла коробки внутрь и аккуратно опустила их на пол, — С днем рождения! Она крепко обняла Славу. — Спасибо большое, — улыбнулся мальчик и громко зевнул. — Я тебя разбудила? Ну ничего, самое время. Ты в чем собираешься пойти сегодня? — Видимо в том, что вы принесли, — сказал Слава, глядя на коробки, набитые одеждой. — Отлично. Почему-то я думала, что ты будешь сопротивляться, — Карелин сел на кровать и принялся наблюдать за тем, как Женя достает заранее подготовленные наряды, — Я предлагаю тебе надеть вот этот черный костюм-тройку с белой рубашкой. А Мирон, наоборот, наденет белый костюм и черную рубашку. Что думаешь? Слава поморщился от упоминания своего нареченного. — Окей, давайте, — пожал плечами мальчик — Что не так? — в лоб спросила Женя. — Да все нормально. — Крой как? На счет размеров не беспокойся, мы сейчас просто смотрим. Портной подгонит сразу после примерки. — Нормально все, давайте вот этот. — Ну-ка отвечай, — Женя стояла на своем. Она видела, что Слава не в восторге. А ей очень хотелось, чтобы он был в восторге, — Слушай, я же не зря тащила все это, так что переставай стесняться и помоги мне сделать мою работу. Женя терпеливо сложила руки на коленях, готовая препираться хоть весь день. Слава смущенно потер затылок. — Ну, немножко скучно. Женя удивленно моргнула, а потом вновь зарылась в коробки. — Что на счет этого? — она достала коричневый костюм, — А жилетку на два тона светлее? — Нормально… — Ты очень плохо врешь, так что начинай говорить правду, — Женя пригрозила ему пальцем. — Цвет какой-то грязный. Как грязь. — Грязный как грязь? — рассмеялась вампирша, — И ведь точнее не скажешь. Окей, как тебе такой вариант. Немножко повеселее? — А как цвет называется? — вдруг спросил Карелин. — Циан. — Я запомню. Это самый ужасный цвет, который я когда-либо видел, — выдал Карелин, а потом сразу же пожалел. Громкий смех Жени разлетелся по комнате и Славе полегчало. Он был рад, что они на одной волне. Дальше костюмы летели на пол один за другим. Черные костюмы Слава вычеркнул сразу. Количество коробок уменьшилось вдвое. В целом, ему даже нравилось выбирать одежду с Женей. Она была веселой и знала много цветов, о которых Слава даже не слышал. Например вердепомовый. Карелин очень хотел куда-нибудь прицепить этот вердепомовый платок, но Женя сказала, что его нужно складывать в кармашек пиджака. Слава хотел надеть его как шарф, но тот предательски не налез. Потом Карелин все таки сдал позиции и согласился повязать платок на запястье. Женя еще долго спорила, но в итоге они сошлись на том, что Слава может забрать вердепомовый платочек себе и надеть на выпускной. Пиджак цвета Красного Моря они выкинули потому, что он был совсем не красный. Женя пыталась оправдать этот цвет, доказывая, что Красное море тоже не красное, но Славе не было до этого дела. Название должно соответствовать ожиданиям. Как, например, вердепомовый. Карелин с любовью погладил свой новый платочек. Один брендовый костюм был забракован потому, что напомнил Славе фильм Мальчик в Полосатой Пижаме. Другой был один в один как у папы Томми из мультика Ох Уж Эти Детки. А третий потому, что Слава утверждал, будто не достоин носить костюм как у Профессора Икс. Потом Карелин еще долго объяснял Жене, что это персонаж комиксов, где вампиры - очень редкие создания и используют свои способности во благо общества. — И что же делает этот Профессор Икс? — Он нереально крутой телепат, — со знанием дела начал Слава, — Он может телепатически общаться с любым человеком на Земле, создавать и стирать воспоминания, наносить психические удары и даже переносить сознание из одного тела в другое! — Кажется я знаю такого вампира в реальной жизни, — усмехнулась Женя. Слава либо не заметил ее слов, либо предпочел не замечать. — А еще он говорит на всех языках мира потому, что может транслировать мысли любому существу и оно его поймет. — А вот так точно не бывает, — Слава вновь проигнорировал женщину. Он мог говорить на эту тему часами. — Чарльз Ксавье - обращенный вампир. То есть изначально он был намного слабее других вампиров, но он все равно нереальная имба! И при этом он навсегда сохранил в себе человеческое. То есть он не считает вампиров высшим звеном эволюции и верит в мирное сосуществование двух видов. Это делает Профессора Икс самым крутым персонажем во вселенной Марвел! — И поэтому ты не достоин носить костюм как у него? — Именно. — И что будем надевать? — задумчиво потянула вампирша. — Не знаю, — Слава плюхнулся на кровать прямо на разноцветные костюмы, — Я хочу быть дивой, как Дэвид Боуи. А тут все такое не очень. А ты могла бы… — Ты не пойдешь в вердепомовом костюме, — отрезала женщина. — Это вообще-то мой день рождения, — насупился Слава. Женя задумалась. В целом можно было достать какой-нибудь пиджак в этом цвете, но в чем тогда пойдет Мирон? Они должны хотя бы нормально смотреться вместе и женщина сильно сомневалась, что у Мирона завалялся запасной костюм на такой случай. Надо было что-то придумывать, иначе они просидят тут весь день. Вампирша подумала, что, возможно, Слава просто тянет время, чтобы не ходить на прием. А так дело точно не пойдет. — Тебе нравится гридеперлевый? — спросила Женя. — Гридеперлевый… — распробовал слово Карелин, — Звучит прикольно. А можно посмотреть? — Нельзя. Либо да, либо нет. — Акция все или ничего? — Разрешу посмотреть, если согласишься надеть костюм в этом цвете. — Тогда я хочу взять свой платочек! — Ну хорошо, — сдалась Женя. — Тогда ладно. Показывай, на что я подписался! Радостная, она вытащила серый костюм. Славик хмуро его разглядывал и щупал со всех сторон. Скучно конечно. Карелин считал, что если выебываться, то на полную. Слава зашел в ванную и переоделся. Конечно, стоило ожидать подвоха. Но он сделал это не ради себя, а ради платочка. Слава аккуратно сложил его в нагрудный карман пиджака и вернулся в комнату. Покрутился. — Ну не дуйся. Зато у тебя самый красивый платок-паше, — улыбнулась Женя. Она достала портной метр и принялась делать замеры, подкалывая их булавками в нужных местах. — Можно туда цветочек сложить? — с надеждой спросил Слава, глядя на петличку в лацкане пиджака. — Можно. Какие цветы тебе нравятся? — Да без разницы, — Женя подняла его руки, — Главное чтоб к платочку подходили. — Если что, Мирону нравятся розы. — А мне что с этого, — смутился Слава. Надевать розы сразу расхотелось. — Обычно супруги выбирают бутоньерки из одного цветка. — Давайте пионы, — нашелся Карелин. На самом деле он плохо представлял как выглядят пионы. — Ну вот и все, — Женя записала размеры на бумажке. Слава снял костюм, стараясь сохранить все булавки на местах. — Если портной не перекрасит этот костюм, то обратно можно не возвращать, — пошутил Карелин. — Даже не думай об этом. Лучше скажи, почему ты сегодня весь на взводе? — В смысле? — Что-то случилось? — Не знаю, — Слава повел плечами, стряхивая это странное ощущение, — Будто во сне у меня было озарение, но я забыл его. И забыл на счет чего было озарение. — С этим можно работать. Точно не из-за сегодняшнего приема? — Если только самую малость, — Слава отвернулся в окно и увидел те самые ворота, за которыми вчера стоял Дмитрий Федорович. Лучше бы он так там и стоял, — А как на вампира влияет Правило Хорошего Тона? Женя удивилась вопросу и отложила в сторону костюмы, которые до этого собирала по всей комнате. Она присела на подоконник рядом со Славой. Тот молча глядел на внутренний дворик. — Сама никогда не испытывала, но в целом это похоже на экстремальную тревожность. Теоретически, такие вампиры могут зайти в дом без приглашения, но будут чувствовать себя максимально некомфортно. Это какая-то форма Обсессивно Компульсивного Расстройства. Слышал о таком? — Что-то слышал. — А что, тебе уже нужно давать разрешение на вход в усадьбу? — Женя смотрела на Славу. Он не услышал ее вопроса, — Ну ладно, ты спускайся на кухню. Тебя спрашивал главный повар. А я пойду. Женя уже складывала коробки друг на друга, чтобы было легче нести, как ее остановил взгляд мальчика. Он словно искал что-то. Женщина вопросительно выгнула бровь. — А можно мой платочек обратно? — Конечно можно, — улыбнулась вампирша. Какой же это все-таки был замечательный мальчик.

~*~

Когда Женя вернулась с костюмом, Слава уже успел позвонить домой и поесть. Саша Ресторатор носился по кухне, раздавая указания направо и налево, но все же нашел минутку поздравить Карелина с совершеннолетием. Слава надел костюм, а Женя красиво сложила платочек в карман пиджака. Теперь тот аккуратно выглядывал веселой вердепомовой полоской. — Выглядишь просто отлично! Спускайся вниз, будете с Мироном встречать гостей. А я побежала по делам, встретимся вечером! Женя махнула ему рукой, а Слава нехотя спустился по лестнице. Мирон уже ждал его. — С днем рождения! — улыбнулся мужчина. Он тоже был в костюме, только синего цвета. В руках и в петличке у него находились две одинаковые бутоньерки. — Спасибо, — кисло ответил Слава. — Подойди-ка, — мальчик послушно встал перед вампиром, избегая смотреть ему в лицо, — Замечательно выглядишь. Мужчина аккуратно вдел живой цветок в петличку и закрепил булавкой. — Спасибо. Помолчали. Слава глядел куда угодно, только не на своего жениха. — Пионовая роза - отличный выбор. — Это пионовая роза? — выплюнул Слава. — Да. Это ведь ты выбирал? — Я хотел пионы, — теперь Карелин смотрел на бутоньерку как на своего главного врага. — Я запомню. В следующий раз возьмем пионы, окей? — Окей, — Слава подумал, что Женя была настоящей предательницей. Сначала она рассказывает Мирону про воду, теперь выбирает компромисс между розами и пионами. Произвол. Мирон совсем не понимал этого мальчика. За два неполных дня, что Слава провел в усадьбе, он успел всем приглянуться. Создавалось впечатление, что только со своим женихом он вел себя как совершенно другой человек. — Слава, мы ведь ссоримся не из-за цветов, да? Что происходит? Я что-то сделал не так? — Мирон несмело взял Славу за руку, привлекая к своим словам внимание. Тот, наконец, поднял взгляд на вампира. Федоров выглядел как котенок, которого не кормили весь день, прогнали под дождь и пнули напоследок. Короче говоря, жалко. — Все нормально. Мы вроде должны были идти встречать гостей. — Подождут. Что случилось? — Ничего. — Прости меня? — За что? — брови Карелина полезли вверх против воли. — Пока не знаю. Как пойму - нормально извинюсь. Слава постарался сдержать улыбку. В конце концов, это Мирон тут мудак, которому было насрать на него, пока не подоспел варик попить кровушки. Но было что-то приятное в том, что великий и могучий Оксимирон сейчас смотрит на него снизу-вверх и просит прощения. — Буду ждать твоих извинений, — Карелин лукаво улыбнулся. Мирон почти физически чувствовал, как Слава празднует эту маленькую победу. В обычный день Мирон обязательно докопался бы до правды. В обычный день. Но сегодня Федоров объявит свою помолвку. Погода стояла облачная, а значит прием они проведут частично на улице. С утра он получил имейл о сотрудничестве, который очень скоро обернется шестизначной суммой на банковском счету. На праздник съехались старые друзья, которых он не видел много лет. Все приготовления взяла на себя Женя и единственное его задание на сегодня — делать своего жениха счастливым. Да и можно ли злиться на Славу вообще, когда он радуется таким мелочам, как принесенные извинения. Впрочем, об этом стоило подумать. Быть может и было за что извиняться. Карелин попытался выдернуть ладонь, но Мирон положил его руку себе на локоть. Он сделал глубокий вдох. Это было ошибкой. Федоров сходил с ума от того, что только тонкий бинт отделяет его от пореза на руке мальчика. Слава проследил за взглядом вампира. — Это я вчера порезался. Сам не помню когда. Ну что, погнали? Мирон чувствовал быстрый пульс на лучевой артерии. Сердце Славы стучало как бешеное и качало сладкую кровь. Федоров с большим трудом отогнал эти мысли. Он, конечно, еще подумает об этом. Когда будет один. Встречали гостей в просторной зале с высокими потолками. Прозрачные двери были распахнуты и выходили в сад, где расположились столики на высоких ножках. Двое мальчиков в голубых рубашках играли в догонялки. Чуть поодаль выступала акапелла группа из пяти девушек. Как только они вошли, все взгляды обратились к хозяевам вечера. Гости вежливо улыбались, ожидая когда Мирон сам представит своего жениха. Все были одеты в официальные костюмы и длинные платья. Они разговаривали тихими голосами, в которых сквозило чувство собственной важности, и мерно потягивали напитки из высоких фужеров. Тогда Слава впервые понял, что значит выражение пригубить бокал. И даже смеялись эти гости не как обычно. В их раскрытых ртах то и дело сверкали острые клыки. Это особенно удивило Карелина. В школе клыки выпускать не полагалось. А может это правило было только в их школе, ведь там собрали трех единственных людей-школьников в городе. Светло, его самого и сестренку Олю. Это было жутковато. Слава, конечно, как-то попросил Замая показать клыки. Но у Андрея они были не острые. Как обычные зубы, только длиннее. А тут собрались настоящие саблезубые тигры. Слава почувствовал опасность. Предки словно нашептывали ему на ухо, уговаривали браться за вилы и факелы. Карелин понял, что нужно как можно быстрее взять себя в руки. Они чувствуют страх. По крайней мере некоторые - точно. — Я кое-что забыл в комнате. Ты иди, а я потом догоню. — Слава, прошу тебя, успокойся. Все присутствующие - мои давние знакомые. Они никогда не причинят тебе вреда, — угадал его мысли Мирон. — Я не волнуюсь! — Тогда тебе определенно не нужно ничего забирать из своей комнаты самому. Просто попросим прислугу. Карелин пытливо посмотрел на Мирона, но блекло-голубые глаза выражали только беспокойство. Вампир все еще держал Славу под локоть и терпеливо ждал. — Ладно, может быть я немного волнуюсь, — сдался мальчик, — Нет, я пиздец как волнуюсь. Я, блять, умру на месте от разрыва сердца. А там, напоминаю, находится вся моя кровь. — Ты когда-нибудь был среди большого скопления старых вампиров? — Да. Нет. Не знаю, не важно. Прошу тебя, можно я пойду? — умоляюще протянул Слава. Вампир что-то решил для себя. — Для меня прежде всего - твой комфорт. Пошли, — Мирон дернулся к выходу. — А ты куда? — Я тебя не оставлю в таком состоянии. — Блять, нет. Это же твоя тусовка, — Слава раздраженно свел пальцы на переносице, — И я не хочу доставлять проблем. — Как твое душевное состояние может быть проблемой? Пошли. Если хочешь побыть один, я посижу в соседней комнате. Слава видел, как на них начинают оглядываться гости. Он почти слышал их осуждающие шепотки. И меньше всего ему хотелось, чтобы саблезубые вампиры начали его ненавидеть. Или, если уж на то пошло, ненавидеть Мирона. — Давай останемся. — Ты уверен? — удивился Мирон. На его лбу залегли морщины. — Да, — твердо сказал Слава, — Забудь все, что я только что сказал. Мирон что-то взвесил и предложил компромисс. Опять эти ебаные компромиссы. — Если позволишь, я бы хотел присутствовать в твоем сознании. Только на самом верхнем уровне. И если что-то случится, тебе не придется ничего говорить. Мы сразу уходим. — А до этого ты никогда не был в моем сознании? — не подумав выпалил Слава. Мирона его слова явно задели. — Это неэтично для телепата вторгаться в чужое сознание без спроса. Конечно же я бы никогда себе такого не позволил, — Мирон сильно сжал челюсть и недовольно отвернулся. — Я не знал. — Ничего страшного. Нам еще многое предстоит узнать друг о друге, — устало вздохнул Федоров. — Ладно, тогда милости прошу к нашему шалашу, — улыбнулся Слава. — Благодарю за проявленное доверие, — кивнул Мирон и заправил мальчику за ухо прядь волос. Невесомым движением вампир коснулся его виска и оказался в сознании своего жениха. — Алло? — подумал Слава. — Я тебя слышу, — в голове прозвучал голос Мирона. — И что еще ты слышишь? — Ничего конкретного, если ты не обращаешься ко мне. Чувствую общее состояние организма. Например он чувствовал, что висок мальчика словно горит. Именно там, где Мирон наладил контакт. — Слышал? — Я же говорил. Я не слышу мысли, которые не обращены ко мне. — Просто проверял. Ну что, пошли знакомиться? — Конечно. И Мирон повел его по залу. Думать с прослушкой было странно. Слава на пробу еще несколько раз обосрал музыку Мирона, но тот, кажется, действительно его не слышал. Они начали слева и по очереди подходили ко всем гостям. Мирон вежливо здоровался и представлял Славу. Обычно вампиры перекидывались только парой фраз, но на одном из них Мирон остановился и завел разговор. — Это Волков Глеб Юрьевич, — прозвучал голос в голове Карелина, — Мой старый друг. Он был знаменитым композитором в царское время. Во избежание преследования, он покинул город после Февральской. Глеб Юрьевич любит про это рассказывать. Слава намек понял. Он повнимательнее рассмотрел этого Глеба Юрьевича. Первым привлекли внимание его хитрые глаза-щелки на небритом лице. Одежда на нем была простая, но хорошая. Костюм выглаженный, но скроенный в советской манере. Лакированные туфли ухоженные, но сразу было понятно, что их часто носили. Этот вампир выглядел будто прожил жизнь, а потом родился заново. Он смотрел на все как на уже решенную задачу, поэтому ему оставалось только посмеиваться над окружающей суетой. — А вы, значит, тот самый Волков? — поинтересовался Слава. — Был когда-то тот самый. А теперь, наверное, просто какой-то, — узнавание будто польстило и смутило его одновременно. — Не прибедняйся, — улыбнулся Мирон и кивнул Карелину. Надо же, одобрил, — Твои произведения еще не скоро забудут. — Было бы замечательно, если бы меня запомнили за музыку. Повисло какое-то странное молчание. Мирон явно выкупил отсылочку, но объяснять не спешил. Суфлер из него вышел так себе. — Вы знаете, я пишу в школе доклад про революцию семнадцатого года. Собираю показания очевидцев. Может, вы могли бы мне помочь? — А я выгляжу таким старым? — Что? Нет, конечно, я просто… — Шутка, — усмехнулся Глеб Юрьевич, — Давай лучше спросим об этом у Мирона. — Я потом ему расскажу, — отрезал Федоров, обращаясь к вампиру. Ну да, давайте теперь говорить в третьем лице об участниках разговора. Дожили. — А ты все-таки спроси, — Волков подмигнул Славе и взял бокал шампанского у официанта. Мирон повел Карелина дальше. Теперь допрос был неизбежен. — А ты все-таки расскажи, — подумал Слава. Громко, четко. Так, чтобы вампир обязательно услышал. — Я плохо помню те годы, — постарался отмахнуться Мирон. Голос в голове отдавал раздражением. — Ты же говорил, что нам предстоит узнать друг друга получше. Я не могу упустить такую возможность, — повисла долгая тишина. Кажется, тут нужно было остановиться, но Слава не стал. Ему что, одному тут должно быть стремно, — Алло? — Я не помню эти годы потому, что провел почти три года в опиумном бреду на озере Иссык-Куль, — бросил Мирон. Снова наступила тишина. Мирон в реальной жизни покраснел от смущения. Это было даже мило. Тем временем Слава пытался сообразить, как бы помягче объяснить Мирону, что на свете бывают вещи и пострашнее наркоты. — И что, это такая большая тайна? — подумал Карелин. Мирон только сильнее зарделся. Хотел помягче, но получилось как обычно. — А тебе так не кажется? — У нас за гаражами каждый день шыряются. Я как-то попробовал, но на вкус как известка. — Смотри, давай так тебе объясню: вот ты помнишь падение метеорита в Челябинске? — Допустим. — В каком году это было? — Это что, тест по новейшей истории? — Я к тому, что за свою долгую жизнь мог стать свидетелем множества исторических событий. Но тогда они не казались важными. Прибежали, помахали кулаками и разошлись. Такое бывало тысячи раз. — И царскую семью тоже тысячи раз расстреливали? — Я видел много царей, Слава. К тому же, когда я вернулся в Петербург, красные уже вовсю играли в правительство. Я и подумать не мог, что это всерьез. — А ты, значит, буржуй? — Слава, я был лично знаком с Николаем Вторым. Естественно я - буржуй. — Ну хорошо хоть признался, и на том спасибо. То есть за помощью в истории к тебе не обращаться? — Можешь обращаться, но я помню только то, что делал сам в это время. — И опиумный бред на озере Иссык-Куль? — Слава постарался подумать об этой фразе как о дружеском подколе. Интересно, чувствовал ли Мирон интонацию, когда они мысленно переговаривались. — Ну ладно, может, не в деталях, — усмехнулся Мирон. Чувствовал или нет, но они поняли друг друга, — Так ты говоришь, как известка? За гаражами? Ты в курсе, мой дорогой, что добавляют в насвай? — Смотри, к нам подходят. Представь-ка меня! Смех Мирона эхом отдался в голове. Слава подумал, что у Мирона очень приятный смех. А потом тут же отогнал эти мысли и принялся перемножать двузначные числа. Все таки прослушка. Мирон представил Славу вампирам во фраках и цилиндрах. Женщины с ними томно обмахивались веерами. — Это молодые вампиры, — услышал Слава в голове, — Их обратили в начале двадцатого века. У них сейчас модно играть в старину. Кажется Мирон пытался сказать что-то еще, но эти вампиры слишком громко разговаривали. Карелин не запомнил ни одного имени, только сплошной галдеж из ничего не значащих фраз. — Так что ты пытался сказать, пока тебя не перебили? — подумал Слава, обращаясь к Мирону. — Не бери в голову. Они, должно быть, давно не видели человека так близко. Вот и перевозбудились. Посмотрите-ка кто пришел. Слава посмотрел. К ним шагал симпатичный и, казалось, совсем молодой вампир. Однако внешний вид редко был показателем возраста. Очень вероятно, что парнишка годился Славке в деды. Костюм у него был черный, рубашка тоже черная и только бабочка сияла красным пятном. Карелину его вид напомнил клип одной панк-группы, где девушка вылезает из гроба и танцует как балерина. — Здравствуй, Денис. Знакомься, это мой жених, Вячеслав. — Здравствуйте. Очень приятно с вами познакомиться, — молодой вампир пожал Славе руку. — Ну и куда же тебя жизнь занесла на этот раз, — усмехнулся Мирон. Карелину показалось, что сделал он это не совсем по-доброму. — Был в Англии. С Настей. — И чем занимались? — Жили. Было пиздец как неловко. А Слава все никак не мог понять, почему лицо Дениса было таким знакомым. — Это хорошо. Что же, приятно видеть тебя в добром здравии. Анастасии передавай привет. — Не смогу, к сожалению, — Денис свирепо сверкнул глазами. — Мои соболезнования, — после недолгой паузы ответил Мирон. — Да пошел ты к черту со своими соболезнованиями! — молодой вампир всплеснул руками и оскалил клыки. Федоров отодвинул Славу себе за спину. Как настоящий рыцарь, бля. — Давай ты успокоишься. — Не надо меня успокаивать! Ты, блять, должен был мне. Ебаный ты мудак. Должен был, — позади словно из ниоткуда выросли два высоких охранника. Один из них положил руку Денису на плечо и тот мгновенно успокоился, глядя куда-то в пустоту. — Дар-транквилизатор. Вот реально полезная штука для вышибалы, — Мирон непонимающе посмотрел на Славу. Кажется он подумал слишком громко. — Денису успокоительное. Возьмите из отцовских запасов. Нам тут не нужны сцены. Охранники одновременно кивнули и увели буйного вампира из залы. Взгляды, до этого направленные на них, тут же попрятались. — Мирон, я думаю, что сейчас мне необходим переводчик с вампирского. Это что сейчас было? — подумал Слава. Теперь уже намеренно. — Старая история. Я удивлен, что ты не знаешь. — Он показался мне знакомым. — Это Денис Василенко, — пока Слава безуспешно копался в памяти, Мирон взял высокий бокал с подноса и осушил его залпом. — А теперь перевод с мироновского, пожалуйста. — Впрочем, может и хорошо, что ты не знаешь. Эта история обросла нездоровым количеством слухов. Если коротко, много лет назад Денис связался с девушкой. Она была человеком. Когда-то Денис оказал мне большую услугу и попросил вернуть долг. Вот и все. — Ты должен был ее обратить? — удивился Слава. — Не должен был. И не мог. — Почему? — Во-первых, это незаконно. Во-вторых - неэтично. — Что-то ты много затираешь про этику, а на самом деле? — Карелин ни на секунду не верил, что Мирон не мог отредактировать законы или перенастроить моральный компас если понадобится. — Слава, я же не монстр, — укорил его Мирон, — По контракту человек имеет право на Укус по собственному желанию. И Анастасия получила бы его от вампира, за которым у нее закреплен контракт. Но она не хотела. — И этот Денис хотел, чтобы ты обратил ее против воли? — В целом, да. — Вот мудак. — Не будь так строг. Любовь толкает на необдуманные поступки. Он должен быть благодарен за тридцаток счастливых лет, которые они провели вместе. Однажды он поблагодарит меня за то, что я сделал. Или, точнее, за то, что не сделал. — А почему именно ты должен был ее укусить? — Только вампиры с контрактом могут производить несанкционированные обращения. — Блять, если бы ты, прикрываясь контрактом со мной, обратил человека против воли… — Договаривай. — Не знаю. Я бы никогда тебя не простил. Мирон в реальной жизни подарил ему долгий внимательный взгляд, от которого Слава поежился. Он уже хотел спросить, имеет ли он право на Укус, когда к ним резко подошел другой вампир. Он обнял Мирона, словно они лучшие друзья. — Это твой лучший друг? — Нет, это Степанов. Кажется они не были лучшими друзьями. — Ну привет, Миро. А ты, должно быть, тот самый мальчик, который окольцевал хозяина вечера. Будем знакомы, Александр Степанов, — сказал вампир, будто ожидал, что Славе это имя что-то скажет. Он заметил, что вампир не ждал, пока его представят, а взял инициативу в свои руки. Наверное это значило, что Слава тоже может заговорить первым. Тем более, что Мирон стоял и тупил. — Это я. Очень приятно. Только вряд ли можно сказать, что окольцевал. — Ах да, ведь единственное кольцо у Миро находится прямо над головой, верно? — В смысле нимб? — не догнал Слава. — А ты смышленый парень! — рассмеялся Степанов, показывая клыки, — Отличный платок-паше, кстати. Хотя я только подумал, а Мирон уже знал, верно? —он громко рассмеялся над собственной шуткой. Слава вспомнил, как Мирон резко реагирует на такие обвинения. Вот и сейчас он был сам не свой. — Спасибо большое. Только я имел ввиду, что мы еще не женаты. — Искренне желаю тебе удачи в этом деле, — вампир улыбнулся и похлопал Славу по плечу. Да так, что он слегка осел. И зачем было так ебошить. Степанов пошел дальше, а Федоров потянул Славу на балкон. — Подышим, — только и сказал он. С одной стороны просторная зала выходила в сад, но там вовсю развлекались гости. С другой был балкон, на котором они остались совершенно одни. Внизу открывался вид на вечнозеленые деревья, которые Слава уже успел заценить. — Ему понравился мой платочек, — сказал Слава вслух. Мысленное общение утомляло. Нужно было слишком много думать. — Просто решил козырнуть тем, что выучил новое слово. А что, Степанов и тебя расположил к себе? — со злостью спросил Мирон. Они определенно не лучшие друзья. — Нет, просто мне тоже нравится мой платочек. Вообще мудень какой-то. — Мягко сказано, — ответил Мирон, но мысли его были явно не здесь. — Если что, я правда имел ввиду, что мы еще не женаты. — Да, я так и понял, — отмахнулся было вампир, но вдруг передумал, — Нет, знаешь, спасибо тебе. Мирон обернулся. Его блеклые глаза казались еще светлее под облачным небом. — Чего уж там, — Слава потер затылок. Что-то он вообще не догонял что происходит. — Правда. Я рад, что ты со мной. Он отвернулся, оставляя Славу гадать, что же это могло значить. Карелин постарался максимально тихо подумать о том, как будет пересказывать события сегодняшнего дня Замаю. — Значит, тут все твои старые знакомые? — Слава облокотился на кованые перила. Мирон поддержал его, когда он совершенно по-уебански запаниковал в толпе саблезубых вампиров. Теперь нужно было сделать то же самое. — Я не говорил, что мне здесь все рады. Или что я всем рад. Я сказал, что никто не посмеет тебя тронуть и это правда. Слава не знал как на это реагировать, поэтому перевел взгляд на деревья. Ему подумалось, что тут могла бы быть красивая метафора. Наверное Мирон сейчас такие и придумывал. Что-то про деревья, которые не может выдернуть из земли даже самый лютый ветер, если корни пущены достаточно глубоко. Да, Мирон определенно использовал бы слово лютый. Некстати вспомнилось, что Слава тоже только сегодня узнал словосочетание платок-паше. Интересно, что они так не поделили с этим Степановым. Мирон наконец надышался и снова стал собой. Собранным, вежливым и обходительным. Но Славу уже было не обмануть. Он-то все видел. Мирон подошел ближе. Так, что Слава чувствовал теплое дыхание на своей шее. Вампир поправил ему бутоньерку и пригладил лацканы пиджака. — Мне тоже нравится твой платочек.