Точка опоры

Когда Кхан попросил прислать ему все расчеты Боунса, тот стал ворчать, что он же врач, а не астроном, поэтому весь анализ сделан именно с медицинской точки зрения, а объяснять странности астрономических явлений не по его части. Это и решило дело - Джим вызвался заняться этим лично. В конце концов, это и к его теме диссертации в Академии близко, и ничем другим он сейчас толком заняться не может. Он был уверен, что это будет занудной работой, как типовой учебный расчет, которые он терпеть не мог, но и это лучше, чем вовсе ничего не делать. Неожиданности начались с первых же страниц. Боунс анализировал данные восьмидесяти восьми людей. Опечатка? В команде Кхана было восемьдесят четыре человека, троих убил Маркус, в живых осталось восемьдесят и сам Кхан. Откуда еще четверо?! Все прояснилось, когда он стал листать распечатки данных, которые прислал Кхан: напротив четырех имен была пометка "погиб при исполнении, десятого апреля тысяча девятьсот девяносто шестого года". Чуть меньше, чем за год до трибунала. Не то что бы Джим считал людей Кхана полностью неуязвимыми, но и не думал до сих пор, что капитан тоже кого-то терял еще до случая с Маркусом. А потери все же были. Что же за операция это была, из которой не вся команда вышла живой? Кого они спасали, с кем сражались? Он запросил из архива данные о той операции и стал читать дальше, об аномалиях в конце шестидесятых двадцатого века. Джим просматривал наброски Боунса уже третий раз подряд, но никак мог отделаться от мысли, что что-то упустил. Что-то очевидное и очень простое. Он уже где-то видел подобные искажения, очень похожие энергетические всплески, только теперь в общей картине то ли не хватало чего-то важного, ключевого, то ли же было нечто лишнее. Может, посоветоваться с Ухурой или Споком? Если он не ошибается, если с чем-то подобным "Энтерпрайз" уже сталкивался, то они могли запомнить. У Спока потрясающе хорошая память, он же вулканец. Вулканец. Джим тихо выругался и снова пролистал записи Боунса. Так и есть. Совпадение слишком очевидно, чтобы быть просто случайностью. Только все данные идут в неверной последовательности, словно задом наперед и… Тихо пискнула почтовая програма – пришел ответ из архива. Рапорт в пару страниц за подписью Кхана. Беглого взгляда на который достаточно, чтобы понять: Кхан не мог не знать, с чем он тогда столкнулся. Теперешний – точно не мог. Он был слишком хорошо осведомлен о прошлом Спока да и самого Джима, чтобы… чтобы не сложить два и два. Проклятье! Джим сгреб распечатки, схватил планшет с расчетами и поспешил на мостик – у Спока меньше чем через час запланировано очередное обсуждение с ЭБ17, нужно успеть переговорить до этого. – Ты нашел нестыковку в расчетах Маккоя? – спросил вулканец, едва увидев Джима. – Что-то серьезное? – Скорее, в наших расчетах. Смотри сам, – он протянул Споку архивную распечатку, – это рапорт Кхана. А это, – он кивнул на планшет, – сравнение трех космических бурь. Если откинуть уровень их мощности и последовательность некоторых вспышек, то они практически идентичны. Вулканец читал внимательно, то и дело сравнивая один документ с другим, потом покачал головой: – Наверное, мне нужно будет показать это мистеру Споку. Ему будет важно об этом узнать. В его мире Вулкан уцелел, но три века назад были евгенические войны, унесшие миллионы жизней. В нашем мире Вулкан погиб, но зато не было тех войн. Он и сам это знает, но вряд ли связал воедино. Хотя это это логично – если история у миров разная, то и развилка должна была случиться раньше. Судя по всему – в шестидесятых годах двадцатого века. – Капитан, – прервал их разговор Сулу, – я начинаю устанавливать связь? По плану соединение должно быть через минуту. – Устанавливайте, – хмуро кивнул Джим. – Спасибо, что напомнили, Сулу. Спок, я его придушить готов. Он же знал! – Что именно? Точку развилки? Вряд ли. А остальное не так уж и важно. – Капитан, база на связи, – отчеканил Сулу, но Джим только отмахнулся: – Как же не важно?! Спок, неужели ты не понимаешь, что Кхан все знал про корабль и… – Про какой корабль я все знал, капитан? – раздался чуть насмешливый голос Кхана. – «Энтерпрайз» или про «Возмездие»? – Про «Нараду», черт вас побери! – Так вот вы о чем, – он криво улыбнулся. – Полагаю, вы решили покопаться в архивах и нашли информацию о девяносто шестом. С чем вас и поздравляю. Перейдем к более насущным проблемам? – Кхан, – Спок вышел вперед, – до того, как мы перейдем к вопросам починки «Энтерпрайз», я бы все же хотел в двух словах пояснить, что именно нашел капитан Кирк. Вы, полагаю, знаете о причинах того, что произошло с моей планетой. Равно как и о том, что за корабль атаковал «Кельвин» в тридцать третьем году этого века, – он вопросительно посмотрел на Кхана. – Знаю. Продолжайте. – Появление «Нарады» в тридцать третьем году сопровождалось весьма специфической космической бурей. В пятьдесят восьмом аналогичная космическая буря возникла при появлении еще одного корабля. – Я в курсе. В том числе и насчет амбассадора Спока. Вулканец коротко кивнул: –Тогда бду краток. Логично предположить, что в девяносто шестом двадцатого века была такая же буря. – Вы полагаете это важным? – Скорее, сопутствующим важному, Кхан. Дело в том, что аналогичная буря была и в шестидесятых годах того же века. Только ход ее проистекал несколько иначе, масштабы были больше, и завершилась она крайне сильной вспышкой, которая случилось за несколько дней до вашего рождения. Не сомневаюсь, что именно она и дала тот самый внешний фактор для экспериментов. – «Нарада» была уничтожена в девяносто шестом, командор. Я видел это собственными глазами. Корабль не мог спастись или скрыться в червоточине. Никаких подобных явлений там не было. – Не сомневаюсь, что вы правы. Червоточину в пятьдесят шестом создал взрыв «Медузы», туда и затянуло «Нараду». Уверен, что точные расчеты докажут мою теорию: червоточина прошла в прошлое до шестидесятых годов двадцатого века, «Нарада» выпала из нее на тридцать лет раньше, в девяностых. Червоточина окончательно схлопнулась с окончательным разрушением «Медузы» и саморазрушением красной материи. Именно поэтому космическая буря была на порядок сильнее, и на этот раз ее волны шли не только по временной оси, но и против нее, и именно под влиянием этих аномалий первые эксперименты по генной модификации дали неожиданно хороший результат и увели ученых по ложному следу. – Интересная теория, командор. По крайней мере, звучит она логично, – Кхан усмехнулся, на этот раз без иронии. – Если удастся это доказать, это будет любопытный результат. – Но, Кхан, какого черта вы не сказали нам про «Нараду» сразу?! – не выдержал Джим. – Вы же не могли не узнать описание корабля, когда смотрели данные о «Кельвине» и о событиях пятьдесят шестого! – А что именно я должен был вам сказать и когда? – спросил Кхан с плохо сдерживаемой злостью. – И почему вы так уверены, что я обязан был говорить с вами на эту тему, Кирк? Сейчас, когда речь идет о починке «Энтерпрайз»? Или когда вы допрашивали меня после очередной разморозки? Вы серьезно думаете, что я должен был подробно рассказать вам, как где-то за полгода до ложных обвинений я потерял четверых из своих людей? О том, что мы, с нашими – допотопными по теперешним меркам – кораблями почти ничего не могли противопоставить непонятно откуда взявшейся махине, которая снесла недостроенную космическую базу и шла точно на Штаб Звездного Флота, пытаясь разрушить все на своем пути? Что мы прекрасно понимали – дотяни тот корабль до города, от него останутся одни руины? Что наши корабли больше походили на современные шаттлы, и в каждом было по два человека? Что наши залпы по кораблю были ему как слону дробина? Что шаттлы Алекса с Роем и Марка с Чжу был ближе всего к этой дряни, и что они никак не успевали увернуться, поэтому решили идти на таран, в надежде выиграть время для остальных? И что таран вызвал огромный взрыв и корабль начал падать? Какое вам до этого дело?! Или я должен был рассказать вам как на духу, что во время трибунала не раз думал о том, какой смысл защищать тех, кто предает и готов сделать тебя разменной монетой, даже не вникая? Что Марк, Рой, Алекс и Чжу погибли, а предавшее нас командование прожило долгую и весьма неплохую жизнь? Или что когда на «Возмездии» взорвались все торпеды разом, я не мог не вспомнить о «Нараде»? Или вы хотели услышать от меня нечто иное, капитан? Джим чувствовал так, словно его макнули в ведро с ледяной водой. Все верно, Кхан вовсе не обязан был беседовать с ним о прошлом. Да и ни малейшего повода для такого разговора не было. Но… – Какое мне до этого дело? – переспросил он, пытаясь говорить как можно спокойнее, поймал предупреждающий взгляд Спока, но все же продолжил: – Прямое. Мой отец погиб, пытаясь прикрыть эвакуирующихся с «Кельвина» и пошел на таран «Нарады», чтобы ее остановить. Четверть века спустя мы сами столкнулись с этим кораблем и, как нам тогда казалось, победили – потому что командор Спок повел «Медузу» на таран «Нарады», прекрасно понимая, что шансы выжить при этом практически нулевые. Скотти сделал почти невозможное, вытащив Спока с «Медузы» перед самым столкновением. Нам казалось, что мы победили. Но добили эту дрянь именно вы и ваши люди. Кхан пожал плечами: – И в какой момент по-вашему я должен был побеседовать с вами на эту тему? – Не должны, но… Черт, ну вы же сами понимаете, что для меня это важно! Вы не можете этого не понимать. Это же… – он махнул рукой, так и не договорив фразу до конца. Несколько минут прошли в молчании. Первым заговорил Кхан. – Если вас это утешит, Кирк: я занялся усовершенствованием телепорта именно после анализа телепортации с «Медузы». Скорость настройки и захвата объекта в некоторых случаях критический момент, и мне хотелось его оптимизировать. На этом предлагаю закрыть тему и перейти к более актуальным делам.