Снежная Королева

       Наступило Рождество. Во время подготовки к праздничному балу Лилит немного подружилась с сэром Николасом — почти безголовым Ником. Местному полтергейсту нравилась красивая, по его мнению, девушка, которая могла пригвоздить одним взглядом. Приведение то и дело норовило ухлестнуть за молодой дамой. В шутку, разумеется. — Моё почтение, Королева, — чуть склонился в галантном жесте парящий призрак и снял голову, словно шляпу, вмиг вернув её обратно. — Вы сегодня особенно прекрасны. — Благодарю, сэр Николас, — Лилит изобразила лёгкий реверанс. Ей нравилась эта игра, и она с удовольствием её поддерживала. — Я был бы счастлив, если бы Вы позволили мне пригласить Вас на праздничный ужин, прекрасная Лилит. — Призрак снова склонился и застыл в ожидании.        Где-то справа от него хохотнул Красный Барон и скрылся в стене, пробурчав что-то вроде «Размечтался, болван набитый». Глаза Ника наполнились яростью и обидой, а кулаки сильно сжались. — С удовольствием, сэр Николас, — снисходительно улыбнулась Лилит. Я загляну к Вам на чай. Обсудим местные новости. — Благодарю, Королева! Я безмерно счастлив! — Пролепетал полтергейст и сделал сальто в воздухе. — Жду Вас в гостиной призраков сразу же после пира в Большом Зале! До встречи, дорогая Лилит! — Ник поклонился и исчез в стене.        Лилит прыснула от смеха и направилась в кабинет к Сивилле Трелони.

***

       Интерьер личного кабинета прорицателя напоминал обстановку трейлера для хиппи: яркие узорчатые ковры, полупрозрачные занавески, вычурные светильники, изобилие свечей на любых поверхностях — от полок, до пола. Под потолком парили ловцы снов. Множество. Все они были разного размера, типа и формы. Посреди кабинета стоял большой круглый стол с шаром для прорицаний, а в воздухе витал запах сандала. Сивилла Трелони сидела за кофейным столиком и медитировала над кружкой с чаем. Лилит умиляла эта вычурная женщина, однако она и боялась того, что превратится в такую же слегка (а может и не слегка) сумасшедшую даму, если увлечётся прорицаниями. Видения пугали её не своим содержанием, а тем, что подталкивали стать… такой же. — Сивилла, здравствуй! — Тихо произнесла волшебница, закрыв за собой дверь. — А? Что? — Трелони отвлеклась от далёких раздумий и медленно вернулась в реальность. — Лилит, это ты. Проходи, садись. Будешь чай с гвоздикой? — Лилит кивнула, а прорицатель потянулась к большому золотистому самовару, разливая ароматный напиток по очаровательным фарфоровым чашечкам. — Сивилла, я хотела спросить… — Лилит слегка замялась, — а все ли твои видения сбывались? Можно ли их вызывать? — Что тебя гложет, дорогая? — обеспокоенно пролепетала Трелони. Собеседница неоднозначно пожала плечами. — Видения трактуются по-разному. Иногда их можно воспринять буквально, а иногда они — лишь намёк, образ каких-то событий… Контролировать их нельзя. Любой прорицатель — это проводник, а не созидатель. — А бывало ли у тебя так, что некоторые видения меняются со временем? Меняется их финальный исход… — Лилит закусила губу, боясь болтнуть лишнего. — О да, милая, конечно, — Сивилла посмотрела на собеседницу так, будто бы перед ней сидит второкурсница, а не коллега. — Есть видения, а есть — прорицания. Видения непостоянны. Они меняются от некоторых твоих действий, которые затрагивают ход той или иной линии жизни. Прорицания же абсолютно постоянны. Они впечатываются в сознание. Если ты когда-нибудь ощутишь прорицание, ты поймёшь. А события видений можно менять… только… осторожно… — чудаковатая женщина закончила свой монолог и провалилась в размышления. Внезапно она взяла из рук Лилит недопитый чай и всколыхнула всплывшие чаинки. — Я вижу, да, вижу… Только змея растопит холодное сердце, а в любви этой — гибель. Видишь, — Трелони подвинулась к Лилит и указала на расступившиеся чаинки, — смерть нависла над обоими, а решить это можно лишь отравив себя ядом судьбы! — Женщина договорила и обмякла.        Лилит ухватила Трелони под руки, чтобы та не упала. — Сивилла, очнись! Как ты? — Девушка отлевитировала прорицателя, и когда та открыла глаза — подала стакан воды. — Отдыхай. Я позову мадам Помфри и зайду к тебе немного позже. — Я в порядке, милая, — улыбнулась чудаковатая женщина, — я только немного посплю… — Трелони не успела договорить, как провалилась в крепкий сон.

***

       До рождественского пира оставалось всего пару часов. Лилит достала из шкафа одно из двух своих праздничных платьев. Оно было простого кроя, чёрное, из натуральных тканей. Девушка нахмурилась и стала выводить замысловатые узоры палочкой над предметом гардероба. Первый взмах и платье сменило свой цвет на изумрудный. Второй — ткань стала бархатной. Третий взмах и платье удлинилось вдвое. Девушка примерила его и оценила результат своей работы: на ней аккуратно лежало длинное изумрудное платье в пол с закрытым декольте, длинными рукавами и открытой спиной. Вырез на спине был глубоким, но не выходил за рамки приличия. Девушка оценила вид со спины и взмахом палочки добавила две широкие перекрёстные ленты из шифона, которые визуально немного прикрывали и так довольно целомудренный вырез. Девушке хотелось чего-то более открытого, однако статус не позволял ей выходить за рамки приличия. Собрав волосы в аккуратную нарочито небрежную прическу, девушка в последний раз оценила свой внешний вид и направилась в Большой Зал.

***

      Рождество в Хогвартсе стало самым ярким и запоминающимся событием в жизни волшебницы: невероятно высокая и пушистая ель, заботливо украшенная профессором Флитвиком; огромные рождественские венки; омела, появляющаяся то тут, то там; магический снегопад под потолком Большого Зала; призраки в праздничных нарядах, снующие повсюду и строящие козни всем присутствующим; и, конечно же, счастливые и нарядные ученики. Дети были абсолютно счастливы. Каждое лицо в Большом Зале светилось сегодня. Лилит залюбовалась парочками, робко держащимися за руки и боязливыми первогодками, для которых этот праздник в Хогвартсе, как и для неё самой, был первым в жизни. Весёлая музыка переливами звучала, отбиваясь от стен, а весёлый гомон студентов звенел по всему залу, нарастая и переходя в один клубок бессвязных звуков.        Лилит подошла к столу и заняла своё место — вторая слева, рядом с Северусом. Женщина поприветствовала присутствующих. — Помона, Сивилла, я бы хотела дождаться утра, но, боюсь я уеду по неотложным делам, поэтому хотела бы вручить вам подарки сейчас, — Лилит достала два свёртка и вручила их близсидящим женщинам. — Ох, милая! — Изумилась профессор Стебль и приняла подарок, разворачивая. — Спасибо, мне так приятно! — Лилит, ты очень добра, — поддержала коллегу Трелони, принимая из рук ведьмы подарок. — Помона, это усовершенствованный гигрометр, который не только показывает процент влажности, но и регулирует её самостоятельно, в зависимости от необходимых установок. А также сканирует магический потенциал растения. Тебе больше не придётся размахивать палочкой направо и налево в своих теплицах. Все показатели будут всегда на виду. — Лилит, это восхитительно! — Изумлённо хохотнула Стебль. — Спасибо, дорогая! — Женщина кинулась обнимать коллегу. — А для тебя, Сивилла, я заказала браслет с перуанскими рунами, — искоса поглядывающий на приторную сцену Снейп удивлённо повёл бровью. — Это накопитель магического потенциала. Как только у тебя снова будет мощный всплеск энергии при очередном видении, браслет впитает в себя часть твоей магии и сохранит баланс в твоём теле. Я бы хотела, чтобы ты больше не падала на пол и оставалась всегда в сознании во время прорицаний. — Ох, Лилит! — На глазах прорицателя проступили слёзы. — Это такой дорогой подарок! Я копила на него, как только узнала о его создании… Я даже не знаю, как тебя благодарить! — Женщина, следуя примеру Помоны Стебль, подошла к Лилит и крепко обняла. — Пустяки, Сивилла, — отмахнулась Барлоу. — Ты перестала быть мне чужой за эти полгода, и я волнуюсь за тебя. Ну и мне порядком надоело подхватывать тебя на каждом повороте. — Женщины в унисон хохотнули. — Наш подарок будет ждать тебя под елью утром, милая, — произнесла Помона. — Мы не знали, что ты уезжаешь так скоро, поэтому заказали его ровно к 5 утра. — Спасибо заранее, — улыбнулась Лилит. Девушка ещё немного поболтала с профессорами и плавно повернулась к Снейпу. — Не утруждайте себя потугами сдружиться со мной, мисс Барлоу, — едко произнёс зельевар. — Я не намерен вести с Вами светскую беседу. У вас есть, кому присесть на уши. — Как грубо, Северус, — наигранно серьёзно изрекла Лилит. — Вообще… у меня есть подарок для Вас. — Бровь Снейпа поползла вверх, а губы поджались в недовольстве. — Прошу, просто примите его… В благодарность за моё обучение. — Лилит протянула небольшую коробочку, перевязанную серебристой лентой. В ней лежала вакуумная колба. В колбе был запечатан лиловый цветок майорана. Он ярко переливался розоватым светом и слегка покачивался внутри сосуда. — Это… — Я знаю, что это, мисс Барлоу, — перебил девушку зельевар. — Но откуда Вы узнали, что мне он будет интересен? — Простая наблюдательность, профессор, — Лилит улыбнулась уголком рта. — В последнюю нашу встречу на ваших руках были следы крапивницы, а пахло от Вас пряными травами. Скорее всего, побегами землестоя. Я предположила, что Вы варите зелье «Осколков души», в состав которого водит такой редкий ингредиент… Я сходила в запретный лес и осмотрела берег Чёрного озера. Все цветки были стоптаны кентаврами. В общем, я решила, что на поиски цветка Вы потратите драгоценное время, и зелье, возможно, будет испорчено. Я навела справки по старым знакомым… Оказалось, что у одного из друзей как раз имелся нужный ингредиент… — Девушка закончила свою речь и перевела дыхание. — Что ж… — в глазах Снейпа Лилит прочла хорошо скрытое удивление. Волшебник взмахнул рукой под столом и наложил заглушающие чары и иллюзию на их часть стола. — Возможно, из Вас и выйдет шпион. Благодарю Вас за подарок, но больше в мои дела не лезьте. — Мужчина сурово поджал губы, а Лилит понимающе кивнула. Снейп развеял чары, положил цветок в карман и отвернулся.

***

       Директор произнёс традиционную поздравительную речь и объявил об открытии бала, пригласив профессора Макгонагалл открыть праздник первым танцем. Женщина смущённо вложила свою морщинистую руку в ладонь Альбуса и закружилась с ним в лёгком вальсе. Студенты и профессоры принялись приглашать друг друга. К Лилит подлетел почти безголовый Ник и уверенно поклонился, приглашая подарить ему танец. Девушка снисходительно улыбнулась и приняла предложение. Когда дебютный вальс затих, на смену ему пришла энергичная молодёжная музыка, и дети разбежались в рассыпную, ритмично двигаясь в такт популярной мелодии. Такая смена традиций была идеей молодёжного движения борьбы за права студентов, основателями которого стали близнецы Уизли. Они собрали петицию и обжаловали решение педсовета насчёт репертуара на празднике. Лилит прыснула и направилась прочь из Большого Зала.

***

       Девушка, как и обещала, на часок заглянула к сэру Николасу. Войдя в гостиную призраков, Лилит узрела картину полнейшего хаоса. Приведения шныряли из стороны в сторону, комната была абсолютно разрушена: Кровавый Барон о чём-то пылко спорил с Пивзом, и оба не стеснялись крушить всё вокруг и бросаться предметами интерьера. — Я видел, видел его своими глазами! — Разрывался от криков Пивз. — Да что ты там видел! Ничего уж там нет, — кричал Кровавый Барон.        Ник заметил Лилит и поспешил к своей гостье. — Королева, благодарю, что почтили меня своим присутствием! — Поклонился полтергейст. — Прошу простить меня за этот исключительный беспорядок, но эти чёртовы приведения — абсолютные дикари! — Закрой рот, Ник! — прокричал кто-то из призраков. — Да как ты!.. — Сэр Николас, давайте прогуляемся по Хогвартсу, в таком случае, — учтиво улыбнулась Лилит. — Моя дорогая, с Вами я отправлюсь хоть за Грань! — зарделся призрак и подал даме руку.

***

— Скажите, сэр, — начала ведьма, когда они покинули тот балаган и направились вдоль освещённых факелами коридоров, — о чём так жарко спорили Пивз с Бароном? — О сущем пустяке, моя дорогая, — отмахнулся Ник. — Пивз утверждает, что видел Василиска в Тайной Комнате, а Барон уверен, что никакой тайной комнаты и самого Василиска не существует. — А как считаете Вы? — Лилит заинтересовано развернулась к приведению. — Моя дорогая, я самолично защитил юнца от этой гадкой змеи в прошлом году! — восторженно пролепетал Ник. — Останки этой гадюки всё ещё гниют в подземелье. — Ох, что вы! — изумилась девушка. — Сэр Николас, прошу Вас, покажите мне их! — Королева, зачем вам этот иссохший мешок с костями? — искренне недоумевал Николас. — Я работаю над одним противоядием… — загадочно призналась Лилит, — и совсем сломала голову, где же достать яд подобной необычной змеи… — Что ж, — Ник выпрямил спину и взял Лилит под руку, — идёмте.

***

— Расскажите, сэр Николас, как Вы умерли? — абсолютно серьёзно спросила ведьма, пока они шли по извилистым коридорам. — Ох, дорогая, — с ностальгией выдохнул призрак, — это было в далёком 1492 году. Я жил при дворе Генриха VII. Однажды придворная дама, звали её леди Маредит Августина Бофорт, намекнула мне о том, что ей нужна помощь в делах женского туалета… Она была до того дурна собой, что ей пророчили остаться старой девой. Она была добра, и я вызвался помочь… Но ошибся в расчётах и вместо нежной кожи, розовых щёчек, курносого носа и пухлых губ она обрела клыки! Наутро меня заперли в темнице, а уже вечером следующего дня — 31 октября, приговорили к смерти. Эти болваны били меня по шее тупым топором 45 раз! В результате, моя голова так и не была полностью отделена от туловища… — Это ужасно… — Лилит огорчённо вздохнула. — Ещё бы! — обозлился призрак на собственный рассказ. — Если бы не эти остолопы, я бы уже давно состоял в «Клубе обезглавленных охотников»! Эх… — Мне так жаль, что я ничем не могу Вам помочь… — Милая, Вы дарите мне своё общество! — воспрянул духом Ник. — Чего же ещё может желать старое приведение? Вот. Мы пришли. — Почти безголовый Ник расправил свой костюм и прошептал что-то рядом с умывальником в женском туалете. Перед ними открылся длинный тоннель. — Вы говорите на парселтанге, сэр Николас? — удивилась Лилит. — Что Вы, дорогая! Я просто слышал эту фразу столько раз, что невольно запомнил. — Ник неуверенно передёрнул плечами и потянул девушку за руку вниз по тоннелю.