The Scenes They Should Have Shown in Season 10

Хотя ему и было уже за двадцать, а потребление алкоголя являлось для него вполне законным даже на условно-досрочном освобождении, Микки пил не для того, чтобы напиться, как в более юные годы. Он провел большую часть своего подросткового возраста, накачиваясь алкоголем, который только мог достать, и наслаждаясь получаемым от него освобождением. Годы в тюрьме и слишком много текилы в Мексике позволяли Микки опрокинуть пару кружек пива то тут, то там, но не прикладываться к бутылке так сильно, как раньше. Может быть, подсознательно он воздерживался от этого дерьма, потому что не хотел, чтобы Йен сделал то же самое. Он ничего не говорил по этому поводу, но Микки становилось не по себе, когда Йен делал хотя бы маленький глоток алкоголя, принимая во внимание лекарства, которые он принимал. Всякий раз, когда у Микки возникало желание заговорить о лекарствах Йена, он напоминал себе, как плохо проходили подобные разговоры в прошлом, и сдерживался. У рыжего всё шло хорошо. Не было нужды создавать проблему там, где ее не было. Время от времени Микки переставал думать о последствиях и хорошенько напивался, как раньше. Это было нетипично для него – отказываться от контроля, разве что, если он был наедине с Йеном, но были исключения из всех стандартов, которых он придерживался, особенно когда Кев лил как из ведра в честь их с Галлагером помолвки. - Я думал, что стану рэпером, когда мне было восемь, - заявил Микки, проводя кончиком пальца по краю стакана. - Как Эминем. Это действительно злой белый чувак рэпер. Йен уставился на брюнета так, словно тот только что признался, что он серийный убийца, прежде чем разразиться хохотом. - Серьезно? - Да, - ответил Микки, ощетинившись, и в его голосе прозвучал вызов, который он только мог в себе найти по отношению к тому, на что ему было наплевать. - Ты даже рэп не слушаешь. А тогда слушал? - Нет. - Почему рэп, а не хэви-метал-рок или что-то в этом роде? Ты же играл на гитаре. - Я едва играл на гитаре, - поправил Микки. - Я украл одну и протрахался с ней некоторое время. Йен кивнул, слизывая улыбку с губ, и жестом попросил Кева дать Микки еще выпить. - Эта хрень становится интересной. Наполни его. - Разве это не твоя работа? - Кев ухмыльнулся, плеснув еще немного дешевой водки в почти пустой стакан Микки. - Эй, эй, - проворчал Микки. - Я еще не настолько пьян, чтобы считать твою тупую задницу смешной. - Тогда продолжай пить. Там, откуда это взялось, есть еще, - пообещал Кев, протягивая руку через барную стойку, чтобы взъерошить волосы Микки. Оттолкнув его руку, брюнет быстро поправил волосы, прежде чем повернуться к Йену, который хихикал над их обменом репликами. - Тебе лучше говорить о водке, - предупредил Микки. - И это тоже, - кивнув, произнес Кев, прежде чем направиться к группе парней, сидящих в конце бара. - Не могу дождаться, когда наполню тебя, - тихо произнес Йен, положив руку на поясницу Микки. Когда он приблизил пальцы к поясу джинсов парня, тот одобрительно замурлыкал. - Собираюсь сделать это так хорошо. - Лучше бы так и было. - Вдарю так же хорошо, как ты бы хотел сделать это в барах, будучи DJ Микки Микс. Сморщив нос, Микки усмехнулся, услышав это прозвище. - Я бы не назвал себя настолько тупо. - А как бы тебя тогда звали? Брюнет пожал плечами и произнес: - Мы с Мэнди собирались создать группу. Называли бы себя M&M. Для Йена это был конец: он так хохотал, что лицо его стало свекольно-красным. - Я был бы крутым парнем. Но думаю, мне бы пришлось отбрить Мэнди, чтобы сделать это... - Никто не смог бы понять ни слова из того, что ты читаешь. - Иди нахуй, - предупреждающе сказал Микки, ухмыляясь, когда Йен наклонился, чтобы соединить их губы. - Мне нравится твой маленький мямлящий ротик, - успокаивающе заверил рыжий, еще пару раз чмокнув его, прежде чем отстраниться. – У тебя вкус водки. - Потому что ты, блядь, продолжаешь заливать её мне в глотку. Подозреваю, что ты пытаешься напоить меня, Галлагер. Думаешь, только так тебе что-то перепадет? - Знаю, что это не так, - заверил Йен, потянувшись через Микки, чтобы схватить его за левую руку. Он скользнул пальцами по кольцу, которое надел своему возлюбленному несколько часов назад. - Это дерьмо в значительной степени гарантия. - Твой член – вот гарантия, - поправил его Микки, хрюкнув, когда допил остатки своего напитка. – Блядь, - крепко сжав веки, он заставил себя не обращать внимания на огонь, разливающийся по горлу. Он знал, что был навеселе, когда говорил о M&M вслух, но последний глоток ударил ему прямо в голову, из-за чего он засмеялся, сильно и громко. - Что смешного, малыш? – с удивлением спросил ошеломленный Йен. - Ты собираешься выйти замуж. - Да, за тебя... - Гребаный задрот, - усмехнулся Микки. - Ты всегда был немного занудой. Всё злился из-за того, что я ворую всякое дерьмо в Kash&Grab. О! Я Йен, - он насмешливо развел руками. - У тебя совсем отсутствует гражданский патриотизм?! - Ты сказал "Да", - напомнил Йен, защищаясь. - Ты даже не дал мне закончить делать предложение. Так что ты, мой жених, и есть задрот. - Я просто настоящий гей. - Серьезно? - Угу, - промычал Микки, щелкнув Йена по уху. Он пьяно взвизгнул от радости, когда Йен дал ему щелчок в ответ с глупой ухмылкой на его веснушчатом лице. - Это все, на что ты способен, верзила? Маленький пидорский щелчок? - Ты первый это сделал. Хочешь пощечину? - предложил Йен, игриво хлопнув Микки по щеке. - У меня есть пощечина для тебя. (Тут имеется в виду пощечина типа бабской, без особой силы. Еще называется сучья пощечина). Они обменивались дерзкими похлопываниями по лицу, пока Микки не откинулся слишком далеко назад на барном стуле и не рухнул на пол. Потрясенное выражение на лице рыжего заставило его рассмеяться еще громче. - Ты в порядке? - спросил Йен, поспешив к Микки, как только сообразил, что случилось, а затем пронзительно закричал, когда тот дернулся вперед, чтобы легонько ударить его по яйцам. – Мудак. - Ты толкнул меня со стула, - заявил Микки, перекатываясь в попытке избежать расплаты Йена. - Ты сам упал! - воскликнул рыжий, изо всех сил пытаясь добраться до паха брюнета. - Эй, тупицы, - позвал их Кев с дальнего конца стойки. - Никаких прелюдий на моем полу. - Прелюдия - это поедание задницы и щипание сосков. А эта хуйня меня не заводит, - солгал Микки, поправляя свой стояк и пытаясь встать на дрожащие ноги. - Мне надо отлить. - Я провожу тебя, - тут же подхватил Йен, обнимая жениха за талию. В любое другое время Микки упрекнул бы Йена за то, что он считает его слишком пьяным, чтобы куда-то пойти самостоятельно: он привык заботиться о себе сам. Однако сейчас брюнет не стал этого делать, считая победой то, что он сможет заставить своего мужчину трахнуть его в туалете. - В сортире не трахаться, - предупредил Кев. - Разве геи не там этим занимаются? - язвительно заметил Томми, заработав по среднему пальцу от направляющихся в сторону туалета парней. Как только они вошли в туалет, Микки тут же потянулся к ремню Йена. - Трахни меня. - Я не буду тебя трахать в туалете «Алиби», - ощетинился Йен, отталкивая от себя нетерпеливые руки Микки. - Мы делали это здесь, наверное, раз сто. - Я не собираюсь тебя трахать в туалете «Алиби» в вечер нашей помолвки, - уточнил Йен, глядя на то, как в ответ Микки закатил глаза. - Тогда поиграй со мной немного пальцами. Йен ухмыльнулся и скользнул рукой под пояс джинсов Микки, наклоняясь, чтобы соединить их рты. Они жадно целовались, пока Йен дразнил его дырочку подушечкой среднего пальца, в то время как руки Микки, крепко обхватившие шею рыжего, заставляли парня целовать брюнета с еще большей силой. - Добавь еще один, - задыхаясь, потребовал Микки, отворачиваясь от Йена, чтобы опереться локтями на раковину и дать своему жениху лучший доступ. Йен сделал, как ему было сказано, вдавливая и вынимая два пальца из Микки, одновременно наклонившись вперед, чтобы прильнуть губами к задней части его шеи. - Трахни меня, детка, - взмолился брюнет, поворачивая голову так, чтобы смотреть прямо в расширенные зрачки Йена. – Мне это нужно. - Я хочу, чтобы сегодня это было чем-то особенным...романтичным. - А я хочу, чтобы ты перестал быть такой сучкой. Я буду говорить всякую милую хуйню, пока ты будешь долбить меня, хорошо? Вздохнув, Йен снял ремень и приспустил трусы. - Хорошо, но потом мы сделаем это нежно и романтично дома, - Йен шлепнул Микки по заднице, намекая, что ему следует принять нужную позу. Брюнет прикусил нижнюю губу, когда Йен резко толкнулся в его отверстие. - Ммм, да, - он застонал, когда почувствовал, что Йен полностью вошел в него, а затем добавил. – Не могу дождаться дня, когда этот член станет моим до конца жизни. - Было бы лучше, если бы ты сказал, что не можешь дождаться, когда я стану твоим, - пробормотал Йен, начиная врезаться в Микки именно так, как тому нравилось. - Да, и это тоже... – ответил брюнет, вытягивая шею и показывая Йену, что он хочет поцелуя. Когда рыжий подчинился и скользнул языком в рот Микки, тот положил руку на его щеку и выдохнул в поцелуй. - Я люблю тебя. - Я люблю тебя сильнее, Мик, - ответил Йен, крепко схватив своего жениха за бедра и трахая его еще сильнее. Микки сосредоточился на том, чтобы дрочить свой член, в то время как Йен продолжал придерживаться жесткого ритма. Настойчивый стук в дверь не помешал им двигаться к своей цели. - Да ладно, - заскулил Кев. – Людям нужно поссать. - Мы почти закончили, - крикнул Микки в ответ, прежде чем прошептать Йену. – Засади мне по самые яйца. Йен улыбнулся и схватил Микки за плечи, оттягивая его тело назад и погружая свой член еще глубже. - Блядь, - простонал брюнет, выстреливая спермой на и без того липкий пол. Он почти мурлыкал, чувствуя, как Йен раскрашивает своим семенем его внутренние стенки. Когда они отдышались, Микки поправил в зеркале прическу и улыбнулся Йену, подошедшему сзади, чтобы поцеловать его в щеку. - Тебе лучше быть готовым ко второму раунду, - заявил рыжий. - Разве я когда-нибудь отказывался от хет-трика? - Хет-трик - это три. Микки поиграл бровями и одарил своего жениха озорной ухмылкой. Они вышли из туалета рука об руку, не обращая внимания на очень раздраженного Кева, стоявшего прямо за дверью. - Лучше бы вы убрали за собой, - предупредил мужчина. - Это место - настоящая дыра, - напомнил Микки, подталкивая Йена к выходу из заведения. - Спасибо за выпивку, - крикнул Йен, следуя за брюнетом. Теперь они должны были заняться любовью.