Я не хочу жить, там где нет тебя

Начало Октября 2018 год

       — Знаешь, Сим, я бы вот так всю жизнь хотела бы прожить — смотреть на небо, радоваться моменту и не о чём не париться. — говорит девушка, выдыхая дым сигареты, стоя на краю крыши многоэтажного здания, опираясь о хлипкие перила. Она повернула голову через плечо наблюдая за Серафимом. Парень с вьющимися, тёмно русыми волосами, одетый в белую футболку и чёрные рваные джинсы, расположился неподалёку на собственном чёрном пальто, смотря куда-то в небо, время от времени посматривая на невысокую фигуру девушки с фиолетово-синим каре, одетая в красные штаны в клетку, чёрную косуху, под которой видна чёрная футболка с полосатыми рукавами, а на шее висят всяческие цепочки.        — А разве ты не этим занимаешься круглые сутки? — усмехнулся Серафим. Алиса недовольно нахмурила брови.        — Я серьёзно. — говорит она, словно обиженный ребёнок, только не хватает демонстративно топнуть ногой. Она не довольна тем, что её философию он воспринимает не всерьёз. Парень смеётся, прикрывая глаза. Она понимает, что может ему доверят, хоть порой Сидорин и ведёт себя не серьёзно. Крапивина понимает, что на самом деле он слушает её. Черты лица девушки тут же разглаживаются, а глаза снова устремляясь вперёд, вдоль зданий и улиц.        Закат, солнце начинает заходить за горизонт. Город словно на ладони. Люди напоминают крошечных муравьёв. Одни бегут по своим делам, другие спокойно прогуливаются. Кто-то только что вышел из магазина с полными пакетами, кто-то ждёт автобус на остановке, кто-то переходит дорогу… Такие мелочи, но они заставляют задуматься о жизни. Быстры темп, мы не можем остановиться, чтобы просто вдохнуть воздуха, мы быстро идём и вместе с этим быстро проходит и наша жизнь. Мы не задумывается о других людях, нам плевать на их проблемы, слишком занятые чтобы кому-то помочь.        Серафим и Алиса не разделяют жизнь простых людей. Жизнь для парня перевернулась в один миг, встретив он эту девушку. Вечные тусовки стали неотъемлемой частью их жизни. Сидорин — обычный музыкант-любитель, выкладывающий в сеть свои треки и имеющий более менее какую-то публику. Крапивина — обычная студентка, сбежавшая от своих родителей. Где бы они не были они всегда были вместе.        Алиса не может долго злиться на Серафима за глупые шутки и подколы. Она выкидывает окурок, разварачиваясь к парню и плюхаясь рядом с ним.

Эй Алиса, покажи таблы, лезвия, ножи Проводи на этажи покажи как жить Эй Алиса, покажи глубину твоей души Проводи на этажи покажи как жить

***

Май 2018 год

       Они вместе не так давно, но такое ощущение, словно знали друг друга всю жизнь. Если бы не тот рекламный пост в ВКонтакте, вряд-ли бы они сейчас лежали друг с другом, кто вообще знает как бы сложилась их судьба. Алису сразу заинтересовала рекламная запись гласящая «Любите рок? Тогда вам стоит заглянуть сюда…» и прикреплённая фотография, обрезанная так что не видно лица, парня сидящего на кортах, в рваных джинсах. Кликнув по предоставленной ссылке, девушку перенесли на страничку паблика. В строке названий большими буквами было написано «МУККА», а число подписчиков не превышало и ста. Крапивина начала листать ленту. Постов было немного, так что она быстро до листала до низа попутно включая один из треков, прикреплённый к записи. В наушниках тут же раздался мелодичный звук гитары. Через пару секунд запел и исполнитель с грубым мужским голосом обработанным в автотюне. Что-то зацепило Алису. Она редко чекает музыку из рекламных постов и ещё более редко она ей нравилась, но сейчас всё было абсолютно по-другому. Девушка не могла оторваться от прослушиваний всех, на данный момент, пяти песен. Она тут же подписалась, пролайкала все посты и добавила треки в свой плей-лист. После чего решила зайти на страницу этого исполнителя. В контактах весел один человек «Мукка Мукка», не было сомнений, что это был он. Зайдя на страницу Алиса не увидела нечего нового. Фотки без лица, репосты со своего паблика и открытые аудиозаписи со своими треками. Даже самой Алисе неизвестна собственная мотивация написать ему. После того поста прошла неделя, но не было ни дня, когда бы она не думала о нём.

Алиса Крапивина 23:06 Привет. Наткнулась на твой паблик совершенно случайно, однако он меня стразу же зацепил. Хотела сказать, что мне очень нравиться твоя музыка. Чувствуется, что ты вкладываешь в каждый трек все свои усилия. Удачи в начинаниях, я уверена, что тебя ждёт успех.

       Крапивина специально написала так поздно, когда Мукка был не в сети. В некотором роде, она просто сгорала от стыда. Глупая девочка пишет какие-то наивные сообщения поддержки. Наверняка он просто посмеётся над ней или даже не увидит её сообщение.        Какого же было удивление Алисы, когда она увидела, что музыкант зашёл в сеть через минуту после отправки её сообщения. В коленях ударила лёгкая дрожь, смотря на своё сообщение выделенное синим цветом. Ещё минута и оно перестало светиться. Прочитал.

«Мукка Мукка печатает…»

       Ответ не заставил себя долго ждать, но для Алисы время словно замедлилось, растягивая момент.        Мукка Мукка 23:09        Привет. Спасибо за поддержку) Рад, что моя музыка хоть кому-то нравиться

***

Начало Октября 2018 год

       — О чём задумалась? — поворачивает голову к ней Серафим. Сейчас их лица очень близко друг к другу, что можно ощутить дыхание. Алиса смотрит в его голубые глаза, её губы растягиваются в мягкой улыбке, а пара прядей падают ей на лицо. Парень аккуратно смахивает их, так же не открывая взгляда от девушки. Глаза — это её самая яркая и бросающаяся при встрече деталь. Врождённая гетерохромия, ставшая причиной вечных вопросов и насмешки над ней. Однако Сидорин не понимал этого, ему напротив нравилась эта необычная черта в её внешности. В целом внешность Алисы была неординарной: крашенные волосы, септум, проколотый язык, георгины и татуировки. Это нравилось парню. Он не мог поверить, что нашёл свой идеал, который подходит по всем параметрам. А может он просто слишком влюблён и не замечает изъянов.        — Да так, не о чём. — говорит Крапивина. Только музыкант убрал от её лица руку, как девушка тут же перехватила её, прижимая к своей щеке и прикрывая глаза. Ощущение тёплой большой ладони, от которой исходит привычный запах сигарет. На этом фоне, её маленькая, тонкая кисть с короткими пальцами, кажется кошечьей лапкой. Серафим притягивает Алису ближе к себе, зарываясь носом в её волосы, вдыхая запах шампуня. — Помнишь тот день, когда мы впервые встретились? — шепчет она.        — Такое забудешь. — усмехается парень.

***

Конец Июля 2018 год

       Алиса сидела на опшарпаной остановке, ногой придерживая большой чёрный чемодан. Дорога выдалась не лёгкой, но путь «Усинск — Выкса» был преодолён, а это главное. Два часа езды до вокзала, две пересадки на самолете, три часа езды до пункта назначения и наконец она на месте. Этого момента, Крапивина ждала несколько месяцев, и наконец, накопив достаточно денег на билеты на самолёт, только чтобы встретиться с Серафимом. К тому же, ещё одна вещь не давала им встретиться — учёба девушки, из-за чего она смогла поехать к нему только в конце июля. Родители, узнав о её намерении пытались не дать ей уехать в другой город за несколько тысяч километров, но Алису это не остановило. Пусть они и знакомы всего пару месяцев, но за такое короткое время уже успели стать хорошими друзьями. Крапивина сидела как на иголках, в предвкушении долгожданной встречи. Она смотрела на экран телефона, в ожидании когда он напишет ей куда идти. Однако сообщения всё не приходили и не приходили.        — Алиса! — голос вдалеке. Алиса подняла голову. Тут же сердце было готово выпрыгнуть из груди, когда она увидела его силуэт. Это точно был Серафим, ошибки быть не может. Чёрные джинсы рваные на коленях, белая футболка и джинсовка сверху. Крапивина подскочила с места, подбегая к подходящему Сидорину и бросаясь к нему на шею, лбом упираясь в его плечо, крепко обнимая руками. Он здесь. Она чувствует его. Это кажется нереальным сном. Сколько времени они переписывались, созванивались, общались по видео звонку, а тут реальная встреча. Парень обнимает её в ответ. Они не верят в происходящее, словно если они отпустят друг друга, то исчезнут. Алиса аккуратно вытирает подоспевшие слёзы, чтобы подводка не потекла.

***

Начало Октября 2018 год

       Алиса положила голову на плечо Серафима, продолжая держать его руку, переплетая пальцы. Парень закурил сигарету. Небо начало темнеть, стали появляться, пока ещё, бледные звёзды, а в некоторых окнах зажёгся свет. Ветер начал усиливаться. Они сидели в тишине, не нужно было слов чтобы понять друг друга. Они просто наслаждались моментом проведённым вместе. Наверное, сложно представить более влюблённую пару чем Серафим и Алиса. Их связывает многое: одни и те же цели, мечты, взгляды на жизнь, музыка… а самое главное — мефедрон. Обычная история, «от одного раза нечего не будет» после чего плотно подсели.        Серафим перевёл взгляд с зданий на Алису. По её бледным щекам стекала тонкая дорожка слёз. Это заставило сильнее сжать её руку и прижать к себе.        — Серафим… — тихо позвала она его. — Я хочу всегда быть с тобой. Но что если всё это закончиться? В один момент завтра не наступит. Жизнь закончиться. Мы каждый день рискуем жизнью, ради удовольствия. А что если оно погубит нас? Мне страшно…        Гнетущие мысли съедают её изнутри, вызывая жгучую боль где-то в сердце. Она боится того, что ждёт её впереди. Страх неизвестного пугал. Горькие слёзы стекали по лицо с большей скоростью. Она боится потерять всё что имеет, а в особенности свою любовь. Алиса всегда мыслила позитивно, многие считали её легкомысленной и ветреной, живущей одним днём, но лишь Серафим видел как она переживает из-за всяких пустяков, смотрит в даль и видит будущее. Она хочет быть счастливой, она счастлива рядом с ним, но страх и тревога с каждым днём всё сильнее давит.        — Всё в порядке, я с тобой. — говорит Сидорин, губами касаясь её лба, вытирая её слёзы ладонью. Слова девушки заставляют его самого задуматься. Он всей душой любит свою гранж принцессу, которая с момента их знакомства никогда не оставляла его, во всём помогала и поддерживала. Её благополучие стоит на первом месте для него. Парень не может представить жизнь без неё. Он сделает всё чтобы только чтобы увидеть её улыбку. Серафим резко отстраняет Алису от себя, берёт её лицо в свои ладони и смотрит прямо в глаза. — Мы бросим. Я тебе обещаю…        Вибрация телефона в кармане заставляет их оторваться друг от друга. Сидорин отворачивается в сторону, вставая на ноги и подносит телефон к уху. Крапивина вытирает слёзы с глаз. Пусть он сказал коротко, но его слова вселили в неё надежду. Девушка боится, что однажды наркотики заберут его, она не сможет этого пережить. Она встаёт в след парню, хватая его за руку.        — Да? — говорит Серафим в трубку. В ответ нечёткая речь вперемешку с громкой музыкой и смехом на фоне. Алиса не смогла разобрать слов. Что-то вроде «вечеринка», «будет мефедрон», «приезжайте». Парень смотрит на девушку в ожидании её ответа. Та кивает в знак согласия. — Да, хорошо, будем через 10 минут. — говорит Серафим и вешает трубку, убирая телефон обратно в карман. — Данил пригласил на тусу. Сказал будет меф. — коротко объяснил Сидорин, вместе с девушкой направляясь к выходу с крыши. — В последний раз?        — В последний раз. — кивает Крапивина, крепко держа его руку, стараясь не отставать. Этот последний раз будет окончательно последним.

Тут так тепло. Давай поговорим — И ты откроешься мне, как зип-лок. Уже меняться рано, и мне понять пора бы, Что не убежать от тебя босиком.

       Поднявшись на пятый этаж дома, Серафим и Алиса постучались в хлипкую дверь, за которой раздавалась громкая музыка. И как только соседи не вызвали полицию? Стучаться пришлось громко, чтобы бухой в хлам Данил услышал и наконец открыл. Через минут пять дверь открылась. В нос ударил резкий запах алкоголя и дым сигарет. На пороге их встретил Данил с растрёпанными волосами, без футболки и с недопитой банкой пива.        — Сима, Лиса, вы как раз во время! — воскликнул пьяный друг, пропуская их внутрь и кидаясь с дружескими объятиями. Коридор выглядел так себе. Куртки накинутые друг на друга на единственной вешалке, гора ботинок, пустые бутылки и пара людей лежащий на полу без сознания.        — А мне кажется мы наоборот поздно. — говорит Крапивина указывая на людей. Данил смеётся. Квартира настолько прокурена, что дым плотной пеленой стоял перед глазами. Сделав небольшой шаг вперёд, девушка наступила на чью-то руку, тут же пошатнувшись назад, а человек даже не отреагировал. А жив ли он вообще? Вечеринка началась далеко не 10 минут назад, а скорее всего шла уже часов 5 не меньше.        — Ну вы располагайтесь, а я пойду. Если что ищите в гостиной. — Данил уже хотел уходить, как вспомнил что-то и обратно повернулся к ним. — Ах, да. Нам наконец удалось связаться с перевозчиком, у него были небольшие проблемы, просит прощение за долгое ожидание. — с этими словами парень вручил в руку Сидорина маленький белый пакетик, тот дал ему в ответ крупную купюру. Хозяин дома взял её, убирая в задний карман и удалился в комнату. Испытывать судьбу и идти за Данилом Серафим и Алиса не стали, со стороны было видно, что в гостиной творился пиздец, как, собственно, и во всей квартире. Ни одного трезвого человека: либо все в говно и валяются на полу, либо все так же в говно, но ещё более менее держаться на ногах.        Парень с девушкой прошли на кухню, аккуратно переступая через пьяные тела. Это было единственное тихое место, куда не проникала музыка и можно было говорить нормально. К тому же, так как все в хлам никто не придёт сюда и единственным посторонним человеком была девушка у стены и та без сознания. Серафим закрыл за собой дверь. Узкая кухня, почти не где развернуться. Алиса взяла с кухонного столика бутылку вина, крутя её в руках. Чуть меньше половины. На запах вроде нормально. Она залпом выпивает остатки, выкидывая бутылку в переполненный мусорный пакет. Тем временем парень разбирается с мефедроном, высыпая немного на стол и, с помощью бумажной купюрой, собирает порошок в две дорожки. Он повернулся к сзади стоящей девушке. Крапивина протянула Сидорину бутылку виски. Тот ухмыльнулся, принимая бутылку с её рук, выпивая.        — Это будет последний пакетик. — говорит девушка. Парень кивает в ответ, выкидывая допитую бутылку. Он скручивает деньгу в трубочку, нагибаясь к столу, вдыхая через ноздрю одну дорожку порошка. Наркотик проник в лёгкие, немного неприятно отдаваясь в носу. Серафим отстранился, вытирая нос от остатков порошка, жмуря глаза. Он передал трубочку Алисе. Та повторила действия парня. Она схватилась рукой за лицо, второй рукой держась за край стола, удерживая равновесие. Так они и стояли, привыкая к ощущениям. Каждый раз, как новый. Через пару минут эффект дал о себе знать, ударяя в голову. Девушка убрала руки от лица. Чувство лёгкости. Оно заставляет забыть о проблемах. В глазах начало плыть. Крапивина засмеялась, начиная пританцовывать странный танец под музыку из соседней комнаты. Сейчас ей было наплевать на всё. Она вместе с Серафимом, а в их головах уже гуляет дурь. Эйфория накрывала их. Мефедрон даёт очень яркие эмоции, но не на долго. Возможно, что именно из-за этого у Алисы расшатались нервы. Под наркотиком она не о чём не заботиться, отдаваясь, а когда возвращается в реальный мир, то начинает боятся. Девушка встаёт на носочки, пытаясь обнять парня за шею, но из-за разницы в росте это было сделать не так просто. Сидорин наклоняется к ней и её руки обвивают его шею. Опьянённые глаза с широкими зрачками смотрят на него, а губы растягиваются в улыбке. Парень обнимает её в ответ. Девушка прикрывает глаза, целуя его в губы. Серафим сразу же углубляет поцелуй, прижимая её к себе. Через пару секунд они отстраняются, тяжело дыша. Правая рука Алисы зарывается в его волосы.        — Серафим, поехали домой. — шепчет Крапивина. — Эта вечеринка полный отстой.        — Полностью тебя поддерживаю. — отвечает Сидорин. Немного пошатываясь из стороны в сторону, парень и девушка выходят из кухни, направляясь к выходу. Они не раздевались и не разувались, так что без препятствий смогли тихо уйти из квартиры.        По дороге вниз Серафим вызвал такси. На улице уже стемнело, было достаточно поздно. Весь день они провели на крыше. Глоток свежего воздуха заставил взбодриться, как ни как в прокуренной квартире не особо подышишь. К подъезду подъехала жёлтая машина. Алиса и Серафим сели на заднее сидение. Назвав адрес водителю, машина тронулась. Девушка взяла парня за руку и уткнувшись носом ему в плечо, начала сопеть. Резко, её начало клонить в сон. Сидорин так же начал чувствовать усталость, но спать ему не хотелось. Он упёрся щекой о её лоб, наблюдая за сменяющимися пейзажами за окном с приоткрытыми глазами. Мефедрон не собирался так быстро отпускать, из-за чего парень продолжал чувствовать эйфорию. Он перевёл взгляд на Алису. Она спокойно спала, иногда жмуря глаза и брови.

***

Начало Августа 2018 год

       Вечер выдался на славу. Завтра в 7 утра вылет обратно домой, по этому Серафим и Алиса решили напоследок отметить последний день их встречи. Целых три недели они были вместе и это их последний день. И грустно и весело одновременно. Крапивина уже привыкла 24 на 7 быть рядом с Сидориным. Все дни они то и делали, что гуляли, бухали и веселились. Парень познакомил её со своими друзьями и родственниками. Родителям девушка очень даже понравилась.        И вот, после нескольких часов гулянки на улице, парень и девушка приходят домой. Они садятся на кухне, продолжая пить оставшиеся две бутылки. На фоне с телефона играет одна из песен Серафима. Алиса курит сигарету. Повисло молчание, каждый думает о своём. В голове крутятся события всех недель. Как же этого будет не хватать девушке. Она вновь вернётся домой к строгим родителям, правилам, скучной жизни и рутине в институте.        — Я буду очень скучать по этим трём неделям. — нарушает тишину Крапивина.        — Я тоже. Так не хочется чтобы ты уезжала. — говорит Сидорин. Девушка делает глубокий затяг дыма. В глазах всё плывёт. От выпитого алкоголя мысли перемешиваются между собой. Её словно качает из стороны в сторону. Хочется рыдать от осознания, что всё уже кончилось, но слёзы не идут. Парень бросает на стол прозрачный пакетик. Девушка без слов его понимает, доставая из кармана завалявшуюся сотку и тушит окурок в пепельницу. Они сыпят порошок на стол, занюхивая мефедрон. Последний раз. Последний раз они сидят вместе, видят друг друга, пьют и нюхают. Неизвестно когда будет следующий раз. Кайф тут же ударяет в пьяную голову Алисы. Она начинает подпевать песне. Проблемы уходят на второй план, словно завтра они не расстанутся. Крапивина смотрит на парня. Тот ловит трипп, не замечая её взгляда. Губы девушки растягиваются в улыбке. Она хочет чтобы этот момент не заканчивался. Алиса ловит себя на мысли, что Серафим ей не безразличен.        — Серафим. — зовёт она его. Парень смотрит на неё в ответ. — А ты знаешь… Я люблю тебя. — Крапивина сама не верит, что это говорит. Мозг не слушает команд и она говорит то, что прикажет ей сердце. Девушка складывает руки на стол, пряча в них лицо и смеётся. Чувство стыда и неловкости перемешиваются и заставляют её краснеть за такие слова. Парень встаёт из-за стола, придвигая стул ближе к девушке. Серафим берёт её лицо в свои ладони и смотрит прямо в глаза.        — А ты знаешь… Я тоже тебя люблю. — улыбается он, целуя в лоб. Сидорин отпускает её лицо, смеётся и трёт уставшие глаза. — Бля, казалась бы, 24 года, а я краснею как школьник…        Алиса смеётся в ответ. Словно от сердца отлегло. На душе тут же стало легко. Любовь оказалось сильнее наркотика, который пытался заменить настоящий дофамин искусственным. Только девушка хотела что-то сказать, как трек на телефоне сменился следующим.

Ты пахнешь, как белые камни. Сама независимость, рисуешь maestro и viza И даже, если ты станешь парнем, Я тебя трахну и выпилюсь, такая вот жиза. Так ванильно не бывает. Так ванильно не бывает, нет

       В ту же секунду кухня наполнилась смехом. Эта песня была как раз во время. Алиса встала с места начиная подпевать и нелепо танцевать. Ни то, ни то особо у неё не получалось из-за выпитого. Ноги не всегда слушались, то и дело спотыкаясь об друг об друга, а заплетающиеся язык не попадал в слова. Но главное что они вместе и их чувства взаимны.        Когда песня кончилась, Алиса остановилась, пытаясь перевести дыхание. Она села на колени Серафима, обнимая за шею и щекой упираясь в его щёку.        — Так ванильно не бывает. — повторил парень слова песни, гладя девушку по волосам.        — Я так надеюсь, что это наши искренние чувства, а не то что мы поддались моменту и наркотикам. — говорит Крапивина немного погрустнев. Серафим целует её в щёку.        — Что под мефом, что без него, я люблю тебя. — говорит он. Алиса смотрит ему в глаза. Парень совершенно серьёзен. Он приближается к её губам и осторожно целует, словно боясь спугнуть. Девушка зарывается рукой в его волосы, прижимаясь ближе. Серафим углубляет поцелуй, обнимая её за талию. Пульс участился, а сердце начинает биться чаще. Из-за нехватки воздуха им всё же приходиться отстраниться.        — Уже достаточно поздно, надо бы лечь спать, а то мы утром не проснёмся. — говорит Крапивина, взяв телефон со стола и выключает музыку. Она слезает с колен Сидорина и они идут в комнату, попутно выключая свет. Комната освещена лишь светом встающего солнца с улицы. Серафим берёт Алису за руку, вовлекая в новый поцелуй. Они перемещаются на кровать, не отрываясь друг от друга. Сидорин отстраняется, нависая сверху, спускаясь к её шее. Девушка стягивает с него футболку, откидывая её в сторону, парень повторяет тоже самое с её кофтой. Её лицо приобретает розоватый оттенок. Дыхание сбивается, она не может поверить в происходящее. Серафим берёт Алису за руку, крепко переплетая их пальцы. С губ девушки срывается стон. Сейчас она была совершенно другой, не той Алисой, которую он привык видеть. Она смущалась, была такой беззащитной и хрупкой, до этого он видел в ней только сильную и уверенную девушку, которая в большой компании была как лучший друг.        Он очень рад, что признался ей, но в тоже время не может отпустить её обратно после того, что было. Завтра она улетит обратно в Усинск и неизвестно когда они ещё смогут встретиться. Если бы был способ им быть вместе всегда…

***

Начало Октября 2018 год

       Алиса лениво потёрла глаза. Мефедрон уже отпустил, из-за чего голова немного побаливала и звенела. Девушка привстала, оглядываясь. Всё это время она лежала на кровати, укрытая плотным одеялом. Она не помнит, как оказалась у себя дома. В привычной грязной и маленькой, но уже так полюбившийся, квартире. Небольшая комнатка с кроватью, шкафом, столом и телевизором, плавно переходящая в кухню. На часах зелёным цветом светились цифры 00:35, долго же Крапивина находилась в отключке. В комнате темно, единственным источником света был телевизор, стоящий напротив с включённым фильмом на минимальном звуке. На полу оперившись спиной о кровать сидел Серафим, закутанный в плед с тарелкой чипсов. Алиса потянулась, слыша тихий хруст затёкших костей и соприкосновение ткани с обнажённой кожей. Похоже, что Сидорин дотащил её до дома, раздел и уложил спать. Девушка свесила руку с кровати, касаясь его плеча. Парень повернул голову к ней.        — Как спалось? — спросил он, ухмыляясь. Алиса приближается к нему, целуя в щёку, нет смысла отвечать на этот риторический вопрос. Парень протягивает ей банку энергетика. Та принимает его, делает два глотка и отдаёт обратно.        — Ты всё это время не спал? — спрашивает она.        — Нет. Мы приехали на такси, я дотащил тебя до квартиры и уложил спать. Сам я пошёл в магазин, затариться едой и всё остальное время залипал в ютуб. — отвечает Серафим. Девушка встаёт с кровати, тут же обратно накидывая на себя одеяло. Под ним было тепло, а без него по телу тут же пробежал холод, заставляя съёжиться и покрыться мурашками, тем более учитывая, что на ней одно лишь бельё.        — Блядь, хули так холодно? — жалуется Алиса, в темноте пытаясь найти свою одежду, которая заботливо весит на стуле.        — Отключили отопление за неуплату. Завтра заплачу. — говорит Серафим. — Пока возьми мой свитер.        Крапивина в темноте нащупывает мягкую ткань чёрного свитера, натягивая его на себя. В нём и правда теплее. Большие рукава закрывают кисти рук, а сам свитер достигает чуть ли не до колен. Девушка подошла к окну. Звёздное небо и яркие огоньки ночного города. Они заставляли задуматься о чём-то. Множество мыслей пролетали за секунду в голове, но ни одна не задерживалась на долго. Алиса откинула мысли в сторону, отходя от окна и садясь рядом с Серафимом на пол. Она проникла к нему под плед, кладя голову на плечо, прибавляя звук на телевизоре. На экране шёл какой-то боевик с экшен сценами. С кровати спрыгнул с тихим мурлыканьем белый пушистый кот Пельмешка. Он лёг на ноги девушки, требуя внимания и ласки. Та начала его гладить по спине, что очень нравилось коту и он начал мурчать громче. Пельмешка ещё будучи котёнком был подарен Алисе по случаю окончания школы. С тех пор они всегда вместе, по этому первым делом переезжая в Санкт-Петербург девушка взяла кота с собой. Он быстро привык к новой обстановке и подружился с Серафимом. Так они и живут втроём.        — У нас остался меф? — спросила Крапивина, вспоминая, что они израсходовали не весь пакетик. Но в глубине души она надеется получить утвердительный ответ.        — Да. На ещё один раз хватит. — ответил Сидорин. — Похоже это был не совсем последний раз.        — Получается, что так. — усмехнулась она. Как ни как деньги уже заплачены, не хочется выбрасывать их. — Пообещай, что этот раз будет точно последним.        — Обещаю. — сказал он, целуя её в висок.

***

Начало Августа 2018 год

       — Как прошёл полёт? — поинтересовался Серафим. Они целых три дня не контактировали. Сначала перелёт на первом самолёте, затем на втором, после отсып после долгих перелётов. Алиса всё ещё живёт с родителями и по случаю её возвращения они устроили самый настоящий допрос, засыпая её вопросами и требуя ответы. Да ещё и два старших брата пристали. Наконец это закончилось и она могла нормально сидеть в своей комнате в одиночестве. Из-за того, что Крапивина долго не заходила в сеть Сидорин засыпал её каждодневными сообщениями и пропущенными звонками.        — Как и обычно. Долго, нудно, скучно… — ответила девушка, сидя за рабочим столом перед ноутбуком, поджимая ноги под стул. Казалось только пару дней назад они виделись живьём, а теперь опять порознь друг от друга и остаётся только любоваться изображением на экране ноутбука. Слава такой вещи как скайп, иначе и вовсе всё было грустнее.        — Без тебя квартира опустела… — сказал он. Парень выглядел как-то паршиво после её ухода: мешки под глазами, помятое лицо и взъерошенные волосы. В кадр веб камеры попадала пепельница и бутылка пива. Он вспоминает о времени проведённым с ней, а в особенности последний день.        — У меня тоже самое. — сказала девушка почёсывая затылок. — Надо готовиться к новому учебному году, а в голове только мысли о тебе… Алиса протягивает пальцы к экрану, касаясь изображения, если бы они были рядом она бы почувствовала тепло его кожи. Серафим улыбается, прислоняя ладонь к экрану и их руки словно соприкасаются. Она улыбается глядя на него.        — Алис… — зовёт её Сидорин. Убирая руку от экрана        — Да? — говорит Крапивина засмотревшись в экран, повторяя движение.        — Давай переедим в Питер. — предлагает парень, отпивая содержимое бутылки. — Нам давно не по 18, мы ни от кого не зависим. Зачем сидеть в этих скучных городах? Давай махнём в более перспективный город, где будем только мы вдвоём.        Глаза девушки в ту же секунду загорелись счастьем и надеждой. Дыхание перехватило. Она мягко улыбнулась. Алиса всегда хотела переехать из своего города, но так как она студентка с небольшой стипендией и зарплатой на подработке, ей приходилось откладывать эту идею на потом. Сидорин же давно грезил идеей переехать в большой город и откладывал на это немного денег.        — Серафим, это бы было ахуенно. — говорит воодушевлённая девушка. — Но мне как-то слабо представляется как мы это провернём…        — Я долго думал над этим. В те дни, когда ты летела на самолёте и не могла со мной общаться, я придумал план. — начал рассказывать Серафим. — У меня есть небольшие сбережения, прибавим к этому немного от тебя и мы сможем позволить себе небольшую комнату…        — Я согласна. — перебивает его Алиса. — Если я буду с тобой, то я на всё согласна. Я брошу институт, мы уедим и я смогу поступить в Питере.        — Нет, погоди. — говорит парень. — Если для тебя важен институт, то я готов подождать пока ты его закончишь.        — В этом нет необходимости. У меня нормальные оценки, меня смогут принять. Где я учусь сейчас меня насильно отправила мама, так что я буду даже рада бросить эту хуйню и сбежать с тобой. — объяснила Крапивина. Казалось бы, это было безрассудно. Бросать всё и уезжать с парнем, которого ты знаешь меньше полугода. За такое короткое время он успел стать дня неё самым дорогим человеком.        — Чтож… — усмехается Сидорин. — Я вижу только одни плюсы. Подавай документы в институт, к началу сентября мы уже должны быть в Питере…

***

Октябрь 2018 год

       Яркий свет проникал сквозь не зашторенные окна, падая полосами на пол. Серафим не хотя открыл глаза. Вот как на зло — в будние дни ни как не можешь проснуться по утрам, а в выходные рано просыпаешься. Принимая сидячее положение, он протёр глаза. Алиса, что спала на его плече, упала на подушку, сонно что-то бурча и открывая глаза. Из-за того, что она резко дёрнулась, Пельмешка вскочил на лапы, спрыгнул с кровати и убежал куда-то в середину комнаты, начиная умываться.        — Извини, разбудил. — говорит Сидорин, уже поднимающейся девушке. Он приближается к ней и целует в висок. Обычным движением руки он запустил цепную реакцию, в ходе которой разбудил сразу двоих.        — Да нормально. — отмахивается Крапивина. Так как она спит у стены, девушка встаёт на колени, проползая по кровати и становиться на пол.        — Есть чё пожрать? — спрашивает Серафим, взяв телефон с тумбочки и проверяя соц сети.        — Ща что-нибудь приготовлю. — говорит Алиса, подходя к холодильнику. Парень идёт в ванну, умывает лицо и чистит зубы, параллельно проверяя сообщения. Как всегда что-то написывают друзья, он быстро отвечает, пролистывая ленту.        Выйдя из ванны через пару минут, Серафим подходит к Алисе. Она стоит у плиты, чувствуется запах яичницы. Банально, но за то вкусно. Девушка выкладывает порции на две тарелки и ставит на стол. Парень принимается уплетать завтрак, пока Алиса уходит в ванну. Радует что, сегодня выходной. Никуда торопиться не надо, можно спокойно посидеть дома. Конечно, Крапивина не лучший кулинар, она и вовсе особо готовить не умеет, но базовым знаниям обучена, так что и этого достаточно, к тому же Сидорин не жалуется, он вообще умеет только доширак заваривать. Через пару минут Алиса выходит из ванны. Она всё так же ходит в его свитере, хотя отопление включили неделю назад. Девушка садиться напротив Серафима, начиная есть свою половину.        — Как там с ипихой? — спросила она. — Не могу дождаться. Демка «Девочки с каре» просто ахуенна.        — Не то слово. Когда она выйдет все просто ахуеют. — воодушевлённо ответил парень. — У меня уже готовы две песни. Что на счёт «Девочка с каре»… А чёт в голову нечего не лезет, вдохновения не хватает. Первый куплет написан, припев есть, а что писать во втором я в душе не ебу.        — Я думаю ты ещё обязательно придумаешь. — говорит девушка, кладя ладонь на его руку. — Пиздец, подумать только. Ты столько песен написал, когда мы стали встречаться, а теперь и вот — целая песня посвящённая мне. Бля, ты меня слишком балуешь.        — Ну, а как же ещё. — усмехнулся парень. — Ты, можно сказать, являешься моей музой. Кто бы мог подумать, что песни, которые я придумал, вдруг станут реальностью. Это судьба.        — Как будто ты веришь в судьбу. — усмехнулась в ответ Алиса.        — После того, как повстречал тебя — да. — ответил Серафим.

А у меня во дворе ходит девочка с каре, Она любит мефедрон, она любит мефедрон.

***

Сентябрь 2018

       Серафим достаёт из кармана штанов ключ, вставляет его в замочную скважину и проворачивает пару раз. Дверь щёлкает и открывается. Парень и девушка заходят внутрь, затаскивая чемоданы и сумки, бросая их на пол. Квартира маленькая, состоящая из трёх комнат: гостиной объединённой с кухней и раздельной ванной и туалетом. Голые полы с толстым слоем грязи, старая кровать в углу и разрисованные стены. Это всё что они могли себе позволить. Съёмка квартиры стоит дёшево и есть какая ни какая есть мебель. Жить можно.        — Ебать, вот это панк рок. — говорит Алиса оглядываясь и читая надписи на стене. Похоже, хозяйка квартиры давно ослепла, раз сдаёт её, не зная о бардаке. Или она сдаёт квартиру лишь панкам.        — В принципе, жаловаться поздно. Я уже заплатил за три месяца вперёд. — говорит Серафим, вместе с девушкой осматривая стены.        — Я и не жалуюсь. Помою пол, вытру пыль, заставим полки, купим посуды и вполне можно жить. — отвечает Крапивина и забирается на кровать, прямо в обуви. — Мне нравиться.        Сидорин смеётся глядя на неё, прыгающую на кровати. Ему и самому плевать на обстановку в квартире, главное, что теперь Алиса рядом с ним.        Сегодня, наконец и свершился их долгожданный план. Так как Выкса находилась ближе к Санкт-Петербург, Серафим летел чуть меньше суток и утром уже был там. Он встретился с хозяйкой, с которой они переговорили, подписали бумаги и она дала ключ. После чего, парень пару часов ждал Алису, которой лететь нужно было дольше. Он встретил её с такси и они прошли к, уже своей, квартире.        Теперь они могли жить вместе, как и хотели. Сидорин подошёл к девушке ближе. Та перестала прыгать и обняла парня за шею, теперь это можно было сделать спокойно, не обращая внимание на рост. Он обнял её в ответ, приблизился к лицу и поцеловал. Как только Алиса расслабилась и начала отвечать, Серафим резко разорвал поцелуй, беря её под колени и забрасывая к себе на плечо. Испуг сменился громким смехом. Девушка рефлекторно вцепилась руками ему в спину, хоть и понимая, что он её держит крепко и не позволит упасть.        — Серафим!!! — воскликнула она не переставая смеяться. — Поставь меня на пол!!!        — А что есть я скажу нет? — с этими словами Сидорин начал ходить по комнате, продолжая держать Крапивину на плече. Их отвлёк лязгающий звук. Они замолчали, не понимая от куда он доноситься. Парень поставил девушку на пол. Звук был рядом, в этой комнате, но что или кто его создавал было неизвестно. Неожиданно, Алиса засмеялась.        — Бля, Пельмеш, сорян, я забыла про тебя. — говорит она, подходя к разбросанным у двери вещам. Под непонимающий взгляд парня, девушка открывает сумку-переноску, из которой выпрыгивает кот. Он по хозяйски обходит квартиру и словно человек рассматривает вещи. Пельмешка прыгает на окно, смотря на город и ярко светящие солнце. Крапивина подходит к нему, гладя по голове.        — Ты, кстати, подала документы в институт? — спрашивает Сидорин.        — Да. Пусть и с запозданием, но меня приняли. Они вошли в моё положение, так что на следующей неделе я уже начну учиться. — ответила девушка.

***

Октябрь 2018

       Алиса натянула на ноги привычные клетчатые штаны с ремнём, на котором висят цепи разной длинны, а на верх надела полосатую кофту.        — Куда-то собираешься? — спросил Серафим.        — Да так, надо запастись выпивкой, мои сигареты кончились, да и есть нечего. — ответила она.        — Давай я схожу. — вызвался парень. — Хочу к тому же немного прогуляться.        — Ну, как скажешь. — не стала возражать девушка. Она взяла блокнот с ручкой, быстро написав небольшой список продуктов. Оторвав лист, Крапивина отдала его Сидорину. Тот принял список, быстро пробежавшись по нему глазами и убрал в карман. — У тебя есть сигареты?        — Нет. — помотал головой он. — Утром только последнюю скурил.        — Бля… А я со вчерашнего дня не курила. Только быстрей, хорошо? — говорит девушка, провожая его до двери. Серафим накидывает куртку.        — Хорошо, я быстро. — говорит он, целуя её в висок и удаляясь за дверь. Крапивина закрывает дверь, уходя вглубь комнаты, без сил падая на кровать. Переодеваться было лень. Пельмешка запрыгивает к ней на кровать и трётся о её руку.        Серафим направляется в ближайшую Пятёрочку. Погода была хорошей. Тёплое солнце, лёгкий ветер дул в лицо. Нечего не предвещало беды, напротив, было хорошее настроение. Зайдя в магазин, он взял корзинку, проходя мимо прилавка, попутно кидая в неё продукты.        Алиса подняла голову, глядя на кота. Тот требовал внимания. Девушка опустила руку на его голову, начиная чесать. Пельмешка прикрыл глаза, тихо мурлыкая. Крапивина сфокусировала зрение на тумбочку сзади него. Среди всякого хлама и разбросанных вещей лежал прозрачный пакетик на одну треть наполненный белым порошком. Она тут же приняла сидячее положение, протягивая руки к пакетику. В голове всплыли флэшбеки недельной давности. Та самая вечеринка Данила, где он и вручил им мефедрон, тот самый разговор с Серафимом вечером того же дня.        Сидорин отправился к кассе, пробивая товары и не забывая взять сигареты. Он оплатил покупку, убирая всё в белый тонкий пакет и вышел на улицу.        Алиса держала перед собой мефедрон. Внутренний голос призывал её последний раз получить кайф. Она металась между этим и чувством выкинуть его. Сколько проблем и расшатанных нервов принёс наркотик. Но жажда последний раз получить эйфорию пересилила. Крапивина рассыпала его на кухонный стол, скручивая пятьдесят рублей, найденных в ящике.        По дороге домой Серафим закурил сигарету, присаживаясь на лавочку. Его никак не хотели покидать мысли о предстоящем небольшом альбоме. Планировалось пять треков. Два из них уже готовые лежат и ждут своего часа. Остальные два не готовы, в том числе и «гвоздь программы» — Девочка с каре. Парень не как не мог придумать последние строчки.        В голову ударила привычная лёгкость. Бумажка упала из рук Алисы. Девушка поднялась с стола. Резко чувство удовольствия сменилось тяжестью в лёгких. Она не успела ухватиться за край стола, падая на пол. Тело вдруг стало таким тяжёлым и неповоротливым. Мышцы свила судорога. Испуганный кот забился в угу, громка мяукая, но Крапивина уже его не слышала. В ушах раздавался громкий звон.        «Я хочу побывать на твоём выступлении. Даже если никто не придёт, знай, что я всегда буду рядом. Я не пропущу ни одного твоего концерта» — в памяти всплыли привычные черты лицо Алисы и её голос. Сидорин отвлёкся от своих мыслей. «Она ведь ждёт меня дома» — вспомнил он, вставая с места, направляясь домой.        Сердце бешено билось об рёбра. Алиса сжалась на полу, поджимая ноги. Тело пробирает дрожь. С ужасом она осознаёт, что не может вдохнуть. Словно что-то придавило лёгкие. Перед глазами плыло, а изо рта текла пена.        Поднимаясь по лестнице, парень добрался до заветной двери, открывая её. Он застыл на пороге, смотря на лежащую у стола Алису. Серафим бросил пакет и откинул куртку, бросаясь к ней. Он увидел рассыпанный порошок на столе. Парень начал трясти её.        — Алиса! Алиса! Алиса, ты слышишь меня? — кричал он в панике. Серафима парализовал страх. Девушка не слышит его и даже не реагирует. Её глаза закатаны и она еле дышит. По лицу стекают слёзы. Крапивину начинает тошнить. Она не в состоянии повернуть голову. Сидорин тащит её в туалет, переворачивая на живот, чтобы она не задохнулась в собственной рвоте и держит её голову над унитазом. Он достаёт за кармана телефон, набирая номер скорой.       — Прошу, срочно приезжайте. Передозировка. — кричит парень в трубку и отбрасывает телефон в сторону. Действия как в тумане, он не может поверить в происходящее, только сегодня утром девушка была здоровой и мило улыбалась ему, а теперь находиться в полумёртвом состоянии. На его глазах умирает самый дорогой для него человек, а всё что он может сделать — смотреть и молиться, что скоро ей окажут помощь. Алиса хрипит, с её рта уже идёт пена. Серафим давит ей на живот, чтобы она быстрее проблевалась. Парень смотрит на неё. Губы девушки начинают синеть, а стеклянные глаза смотрят в пустоту. Он вытаскивает её из туалета, волоча в ванную. Как на зло в аптечке нечего нет.        — Алиса! Алиса, прошу не покидай меня! — кричит Сидорин, садясь рядом с ней и придерживая её голову руками. Где же чёртава скорая, когда она так нужна? Парень бьёт её по щекам, пытаясь привести в чувство. Он понимает, что скорее всего ей уже не помочь, но до последнего не хочет в это верить. С ужасом Сидорин понимает, что перестаёт чувствовать напор её тела, Крапивина лежит в его руках словно тряпичная кукла.        — Алиса, очнись! — кричит он в пустоту. Нервы не выдерживают и парень набирает в ладони холодную воду и выливает на лицо Алисы. Та шелохнулась, моргая и хватая ртом воздух, подавая признаки жизни.        — Серафим… — из приоткрытых губ слышится тихий шепот. Парень немного успокаивается, обратно садиться к Крапивиной. Смотря ей в глаза, убирая мокрые волосы от её лица назад.        — Я рядом, Алиса. — говорит Серафим крепко хватая её за ослабленную руку. — Держись, скорая уже в пути.        — Серафим… — зрение Алисы фокусируется на парне, она расплывчато, но видит его. Её губы растягиваются в лёгкой улыбке и Сидорин чувствует, как рука девушки совсем чучуть сжала его руку. — Я… люблю тебя… — веки медленно начинают закрываться, её пальцы ослабевают, а сознание начинает теряться. Голова запрокидывается назад. Она чувствует как силы покидают тело. Теперь, девушка не чувствует ни эйфории, ни жгучей боли.        — Алиса! Алиса, нет! — говорит Серафим, поддерживая её голову. — Алиса, открой глаза!        Он трясёт её, но всё тщетно. Девушка больше не проснётся. Сидорин берёт её руку. Пульс постепенно пропадает, а сердце останавливается. Парень обнимает бездыханное хрупкое тело девушки. Слёзы сами собой льются из глаз. Он рыдает. Рыдает настолько громко на сколько может, сильнее прижимая к себе тело, гладя её по волосам.        — Алиса, прошу, не оставляй меня.

А у меня во дворе, тело девочки с каре Тело девочки с каре обнимаю, как баре.

***

Октябрь 2018

       Звонок на телефон. На экране светиться «Мама» и фотография Алисы, ещё без пирсинга на лице и крашенных волос, вместе с серьёзной женщиной с длинными волосами. Серафим поднимает трубку.        — Да? — говорит он. На том концу раздаётся кашель, женщина удивлена, что трубку подняла не Крапивина.        — Прошу вас огорчить, Серафим Сидорин, но вы плохо вписываетесь в роль моей дочери. — говорит она. — Можно мне к телефону Алису?        — Что вы хотите от неё? — спросил парень.        — Мне надо вразумить её и уговорить, чтобы она уехала обратно в Усинск. — четно признаётся женщина.        — Даже если бы Алиса была здесь, то вы знаете, чтобы она ответила вам. — ответил Серафим.        С самого начала, когда Серафим и Алиса начали общаться, родители Алисы были против. Они всегда во всём контролировали девушку, что ей абсолютно не нравилось. Она то и дело на зло перечила им. Как-то, во время разговора по видео звонку, её мама увидела с кем общается дочь. Она расспросила Алису обо всё и той пришлось рассказать. С тех пор Сидорин стал центром всего плохого. Родители пытались ей запретить с ним общаться, но Крапивина их не слушала. Когда она вернулась с трёхнедельного «отдыха» в Выксе, то на неё вывалился весь шквал придирок и «негатива». А после того, как девушка улетела жить в Питер, не было ни дня, когда бы родители не звонили ей с просьбами вернуться. Чаще всего девушка просто не брала трубку. В целом, нельзя сказать, что они «тираны». Крапивина много раз говорила, как сильно любит своих родителей и как она благодарна им за всё, но их слишком консервативные взгляды лишали её свободы выбора.        — Что значит «если была здесь»? Где она? — требовательным тоном просила женщина. Серафим не хотел говорить о смерти, но понимал, что её родители должны об этом знать. К тому же, если бы он не был настроен на этот разговор, то просто бы скинул вызов.       — Алиса… Она… — начал говорить парень. Почему-то так трудно говорить эти слова. — Она умерла.        Повисло секундное молчание.        — Что? — переспрашивает женщина, надеясь что она ослышалась или это всё глупая шутка.        — Она умерла три дня назад от передозировки наркотиками. — ответил Серафим. Он всё же сказал это, но на душе стало только тяжелее. На том конце замолчали. Послышались всхлипы и шмыгание носом. Мать Алисы схватилась за сердце. Она потеряла дар речи, стараясь уложить всё в голове. По лицу бежали горькие слёзы.        — Ты её давёл. Ты её убил! — говорила женщина. Её голос срывается в истерике. — Из-за тебя она умерла. Моя единственная, несчастная дочь… Которая связалась с тобой! Ты подсадил её на наркотики! У Алисы могло бы быть великое будущее, а ты разом перечеркнул всё… Она много ещё чего кричала в трубку, но Серафим уже её не слушал. Мама любит Алису и всегда её любила, но по своему. Своей любовью. Парень молча выслушал всё, пока на том конце не послышались короткие гудки. Какого это, услышать о смерти своей дочери?

***

Октябрь 2019

       Серафим устало шёл домой. На часах давно уже за полночь. Парень выпивал которую бутылку, заглушаю боль. Сегодня исполнился ровно год после смерти Алисы. Если бы она дожила, то ей был бы 21 год. Такая молодая. А сколько бы она ещё прожила, если бы не мефедрон?        За этот год изменилось многое, очень многое. Сидорин стал более известным музыкантом с большой аудиторией. Через месяц после смерти девушки, он выпустил ип «Девочка с каре», принёсший ему известность. Алиса так и не услышала полный трек, который был написан про и для неё.        Она так хотела побывать на концерте Серафима, но не успела. Выступая на сцене, парень то и дело ловил себя на мысли, что ищет Крапивину в толпе. Он так заигрывается, отдавая свою душу вместе с треками, что постоянно забывался. Алисы больше нет. Девушка умерла на его руках, Сидорин видел её смерть, видел её похороны, но до сих пор надеется, что в толпе фанатов увидит её.        Шатаясь на каждом шагу, Серафим зашёл в комнату. Скинув ботинки и куртку, он прошёл в комнату не включая свет. Парень давно съехал с той квартиры, сняв более просторную и ближе к центру Санкт-Петербурга. В глубине пыльной кладовки, в большой коробке, он хранит её вещи. Сидорин и сам не знает зачем, просто не хочет их выкидывать.        После популярности, к нему стали клеится девушки, но они ему не нужны. Они не знают его настоящего, они и не хотят знать. Им нужна лишь обложка, а Сидорину нужна лишь Крапивина. Она понимала его, как никто другой.        Парень сел на кровать, делая глоток виски из бутылки. На кровать запрыгнул Пельмешка. Кот также переживал смерть Алисы. Пару дней он бегал ко квартире в её поисках. Он громко мяукал, лежал на её вещах, спал рядом с дверью, в ожидании, когда она вернётся. А после того, как понял, что его хозяйка не придёт, Пельмешка стал менее активным. Большую часть времени он сидит на окне, и возможно также пытается найти Крапивину среди толпы. Пельмешка потёрся об руки Серафима.        Мефедрон больше не вставляет. Парень ни раз пытался умереть от передозировки, но нечего не выходило. После некоторого времени, его друга, что торговал наркотиками, поймали. А через ещё некоторое время, Сидорин и во все бросил. Он понимает, что Алиса наверняка хотела бы чтобы он жил и продолжал писать треки.        Конечно, нельзя сказать, что жизнь Серафима превратилась в ад без неё. Нет. В его жизни случается и хорошее, много хорошего. Просто без Крапивиной жить стало сложнее.        Парень поднимает голову. На стуле висит его чёрный свитер. Девушка очень любила носить его футболки и кофты, да и Сидорину нравилось, как они выглядят на ней. Он поднялся с места, подходя к стулу и надел свитер поверх футболки. Очень долгое время парень не носил его. Казалось, что в ткани остался запах её духов. От мыслей его отвлёк Пельмешка, который прыгнул на подоконник, смотря на улицу. Серафим не придал этому значения. «Пора бы проветриться.» — подумал он, идя на балкон, попутно взяв с собой пачку сигарет. От всех этих нахлынувших воспоминаний болела голова. Выйдя на узкий балкон, в лицо тут же ударил ветер из-за не застеклённого окна. Свитер был очень тёплым и по этому Сидорин не придал значение холоду. Он поджёг сигарету, затягивая дым.        Только сейчас парень понял значение её слов, произнесённых в последние дни её жизни. Алиса очень боялась смерти, как и своей, так и Серафима. Только одна мысль об этом пугала её. Не то что бы парень относился скептически к её страхам, он думал, что сможет защитить её от всего, но в итоге не смог.        Кого винить? Данила, что предоставил им мефедрон? Или скорую помощь, что не приехала во время? Нет. В смерти Алисы Серафим винил лишь себя. Если бы он остался с ней. Если бы пришёл раньше. Если бы мог привести в чувства. Если бы выкинул этот злосчастный пакетик. Но в тот момент его не было рядом. Не было рядом с дорогим человеком, который мучился от боли медленно умирая на полу.        Лёгкие, незаметные, белые хлопья падали с неба. Год назад была совсем другая погода: тёплая и солнечная. Казалось, что ничего плохого не случиться в тот день. Серафим подошёл ближе к окну, упиваясь руками в каркас. Он поднял руку перед собой, ладонью наверх. Пару снежинок упали на кожу, тут же исчезая, оставляя после себя еле заметный мокрый след. С глаз парня капали холодные слёзы. Если бы только Алиса была рядом…

Я не хочу жить И кто бы мне помог Согреться в ветерок Из этих холодных ног Я не хочу жить И я так одинок Но греет душу кот и мой тёплый свитерок Я не хочу жить… Медленно тлеют окурки, колются тело и руки Это «гейм ова», но ничья Медленно тлеют окурки, и заплетаются руки Но в отрожении лишь я Я не хочу жить, там где нет тебя Тёплый свитерок и я очень одинок Я не хочу жить, там где нет тебя Тёплый свитерок и я очень одинок