Коса Смерти: старые шрамы

Ангел удивленно взглянул на свой меч, наткнувшийся на преграду, поднял глаза и увидел перед собой стройного зеленоглазого брюнета. Он держал Косу одной рукой, а второй небрежно поправлял длинные волосы. — Отойди, Себастьянчик! — Жнец улыбнулся во все шестьдесят четыре зуба, и Себастьян с недоумением уставился на него. Это был Сатклифф собственной персоной. В красном плаще, с безумной улыбкой и черными волосами. — Ты?! — только и выдохнул тот, глядя, как Грелль, казалось, без труда сдерживает оружие Габриэля. Во всем должно быть Равновесие. Когда Ангелы и Демоны начали очередную войну, казалось, они сотрут в порошок шар Земной, и тогда в битву вмешалась Третья Сила. Сама Смерть. — Нахал! — не выдержал Габриель. — Мальчишка! Не в Совете, без звания, сопляк! И ты выступил против меня?! — и Ангел стал расправлять крылья — свое сильнейшее оружие. — Уноси задницу, Грелль! — крикнул Себастьян. — Вот как… — тихо проговорил Грелль. — Ты нарушаешь Договор Трех Сил, а я — нахал? Ты пожалеешь о своих словах, Ангел, — и Жнец скинул плащ, оставшись в черных брюках и такой же черной рубашке. — Это и правда он! — присвистнул Себастьян, прикрывая собой Сиэля, который отказался уйти без него. Ти Спирс следил за Греллем, но тот двигался так быстро, что Уильям почти сразу потерял его из виду. Но вскоре до слуха Жнеца донеслись шум и грохот — где-то рухнула стена. — Сатклифф! Наконец-то я арестую эту рвань! — и Спирс ринулся выполнять долг перед Департаментом. Картина, открывшаяся его взору, впечатляла: Грелль обвинял Архангела Габриэля в нарушении Договора! — Что тут происходит? Но на него никто не обратил внимания. Габриэль усмехаясь, говорил: — Вот Дьявол… — Не поминай папино имя всуе! — прошипел Михаэлис. -… вас больше, — рассуждал Ангел. — Но ничего. Убью всех! — он выправил крылья, и в Грелля полетели металлические перья, настолько острые, что разрезали камень. Ти Спирс в немом шоке глядел на прямое нарушение, но понимал, что против Ангела такой силы все они ничего не стоят и, вероятно, погибнут в последующие секунды. Он отскочил в сторону, так далеко, как смог, Себастьян и Сиэль последовали его примеру, и только Грелль остался стоять на месте: — Убьешь? Убьешь саму Смерть, Габриэль? Будь на моем месте кто другой, испугался бы! — он поднял Косу острием к себе и мягко провел по черепу двумя пальцами: — Мorte aeterna! — и его заволокло черной дымкой. Сквозь нее слышался безумный смех Красного Жнеца. — Мorte aeterna! (лат. «смерть вечна») — Невозможно! Высший Жнец! Алистер же перебил весь Департамент, всех Старейшин! Какого черта? — Габриэль, казалось, был слегка напуган. Он уже больше тысячи лет не видел Хранителей Договора со стороны Департамента и был уверен, что все мертвы. — Алистер? Что ты о нем знаешь? Я бы на твоем месте отвечал! — услышали все голос низкий и хриплый, совсем не как у Грелля. Черная дымка рассеивалась медленно, и как все не напрягали глаза, не могли ничего разглядеть. — Ты знаешь, Габриэль, я — тот, кто способен стереть тебя в порошок, тот, кто бережет равновесие. Легко за это нарушение ты не отделаешься. Миру не нужна новая война! — Он хочет мести. Ангелы обязаны ему уничтожением Высших Жнецов. Нас ничего не сдерживает теперь! К Люциферу Договор! А ты, реликт чертов, откуда взялся? Воплощающихся же не осталось! — расхохотался Габриель. И тут дымка рассеялась. Ти Спирс и Сиэль испуганно охнули. В воздухе висела фигура в черном окровавленном плаще. С плаща непрерывно текла темно-алая кровь, кисти рук были как у скелета, костяные пальцы сжимали косу, которая была теперь длиннее и больше. Вместо красивого лица был череп со свисающими с него кусками плоти. Ангел нервно сглотнул, крепче сжимая меч. — Давненько я этого не видел! — выдохнул Себастьян. — Что это за херня? — прошептал Ти Спирс. — Высший Жнец, Уильям. Только Высшие Жнецы владеют Магией Смерти. Они — само ее воплощение. С плаща Жнеца непрерывным потоком течет кровь тех, чьи жизни забрала его Коса. Чем их больше, тем он сильнее. Я не ошибусь, если скажу, что Красный Жнец сейчас сильнейший из ныне живущих Богов Смерти. Может, разве что, Гробовщик еще. Но давно я не видел, чтобы Жнецы сражались в своем истинном воплощении. Только в войне Трех Сил, когда Жнецы пришли усмирять нас и Ангелов, чтобы мы мироздание не разнесли, — объяснял Себастьян. — Это все бабушкины сказки! — Ти Спирс никогда не верил в то, что Жнецы обладают настолько огромной силой. Наверное, потому что сам вряд ли достигнет такого уровня. — Сама Смерть… — тихо повторил Габриэль, готовясь к атаке, но вдруг беспомощно вскрикнул: за самую малую долю секунды Жнец оказался за его спиной, приставив ему острие косы к горлу, а другой рукой обхватив его кисть. Тот продолжал пронзительно кричать — кожу что-то прожигало до мяса, причиняя жуткую боль. — Где Алистер? — прошипел Греллиан. — Говори, и я убью тебя быстро. Кровь грешников на моих руках сожжет тебя, пречистый ты мой! — и уже спокойнее. — Мы — Хранители Договора, Габриэль! Как ты смеешь? — А как я смел натравить Алистера на Департамент? — прохрипел Габриэль, который от боли уже с трудом понимал, что он говорит. — Красный Жнец, Люцифер тебя дери, ты умрешь после меня! Алистер доберется до тебя и твоего дружка, Сатклифф! И в тот же миг голова Габриэля отделилась от шеи, а кровь на плаще Смерти окрасилась в белый цвет на пару секунд. Он осквернил Косу кровью одной из Трех Сил. — Чертовы Ангелы! — Грелль в ярости разрубил тело Габриэля пополам, вызвав у Сиэля приступ рвоты. Тот и забыл, насколько жесток Красный Жнец. А тот выпустил косу из рук и сел на землю. Через несколько минут он вернул себе прежний вид, поднял плащ и надел очки: — Иди работать, Ти Спирс! Хватит охранять меня! — и попробовал уйти. Но демоны тоже быстры.