Ревность

— Маринетт, открой Лука сидел уже довольно долгое время возле запертой двери. Но сколько бы он не просил впустить его, в ответ он слышал лишь молчание. Напряжённое, волнительное молчание. По ту сторону было настолько тихо, что он начинал волноваться, действительно ли всё хорошо, однако прекрасно знал, что эта тишина отображает обиду Мари. Он думал, что можно сказать в своё оправдание, но не мог подобрать слов, хотя обычно делал это с помощью музыки, но сейчас, когда рядом нет гитары, как достучаться до неё? Как показать ей то, что он чувствует. Она всегда была очень настырная. Эту черту можно разглядеть после недолгого общения с ней, поэтому сразу можно понять, что открывать она не собирается. Наверняка сидит, обнимая колени и дуется, ожидая каких-то слов. Но каких? Что говорить в таких ситуациях? Это не то, что ты подумала? Скорее это последнее, что можно сказать. А ведь причиной является то, что какая-то девушка, после получения посылки, которую он привёз, стала открыто флиртовать с ним и коснулась кожи его руки. Мари, проходившая неподалёку смогла всё увидеть. Куффен даже не понял, что произошло. И вот теперь, когда он пришёл к ней, она быстро убежала в ванную и закрылась там. Даже не дала и слова сказать. Да, он чувствовал вину. Однако, он даже не понял, о намерениях той девушки, даже лица её не запомнил. Тогда он думал, что совсем скоро сможет накопить нужную сумму, чтоб удивить Маринетт каким-либо подарком. Но вот к чему это привело. В голове промелькнуло, что словами действительно ничего не докажешь, поэтому время действовать. В комнате голубоглазки он нашёл один из предметов, которым можно открыть замок. Конечно, ведь у Мари всегда были такие штучки, дизайнер как никак. Всю получилось настолько быстро, что девушка даже не поняла, что Лука устроил попытку взлома. Дверь распахнулась и как парень и предполагал она упиралась спиной на дверь, поэтому чуть не прокатилась кувырком, но Куффен схватил её за локти и не позволил ей этого. — Ну вот я и достал тебя — улыбнулся Лука, поняв, что теперь она уж точно никуда не денется Маринетт никак не отреагировала, снова молчание и только. Взгляд её был направлен в стену и Куффена это не устроило, ведь не смотря в его сторону, она не увидит его переживаний. Хотя может помогут только прикосновения. Аккуратно, боясь спугнуть её он повернул Мари к себе. Он думал, что она вот-вот сорвётся и убежит, но та была будто под гипнозом и наблюдала со стороны, действуя по ситуации. Он прижал её к себе, обнимая шею и старался не прищемить волосы своими объятиями. Её лицо уткнулось ему в грудь и он сразу почувствовал её одновременно ровное, но такое сбивчивое дыхание. Так они простояли несколько секунд, а потом Лука почувствовал инициативу и от неё, она тоже обняла его, робко и волнительно, прижалась ближе. Будто доказывая себе, что волноваться не о чем, он любит её и никогда бы не стал смотреть на других. Одной рукой он нежно водил по её гладким волосам и вдыхал её ароматный шампунь. Было спокойно, будто бы они и не ссорились, но он всё равно понимал, что они ещё не помирились, даже не смотря на то, что Мари ответила на объятия. Ощущения её маленьких ладоней на своей спине. Как он любил это чувство, как любил касаться её и видеть то, как она шьёт по вечерам, полностью отдаваясь работе. Кто бы знал, что в ней копиться столько ревности и видимо довольно давно. Ему нравилось, что она слушает его музыку, не отвлекаясь даже на срочные дела. Молча ловит звуки и старается не шуметь своими движениями. Мари считала это чем-то необыкновенным и боялась, что когда-нибудь потеряет возможность услышать ту мелодию снова. Маринетт стала тереться своим лбом об футболку Куффена, стараясь уловить этот момент. Каждые моменты проведённые вместе, тоже очень много значат для неё. Она боится забыть, боится, что забудет о чем-то в важном, поэтому всегда записывает все встречи в дневник. Лука знал о нём и в тихоря читал содержимое. Да, ему было немного стыдно за свой поступок найти его, но улыбка с лица не сходила ещё долгое время. — Злишься? Снова молчит, но так мило, что не хочется переспрашивать вновь. Ответом было лишь мотание головы из стороны в сторону. Лука прекрасно понимал, что она сейчас не хочет, чтоб он видел её лица. Потому что наверняка на её щеках присутствует румянец. Но устоять перед таким он не может. — Мари, похоже я сломал замок В тот же миг, она дернулась и отстранившись повернулась назад, чтобы убедиться в его словах. Хоть и не расцепляла рук и стояла всё так же рядом. Луке удалось поймать её за мягкие щёки, на которых действительно оказался румянец и повернуть к себе — Ты же простила меня? — Лгун, — было ответом Маринетт, ведь замок оказался целым. И он добавил причин ей злится, она всегда смущалась находиться рядом с его лицом, но сбежать от этого, в этот раз не получится — Не злюсь — несмотря на все провокации пробубнила та Такая мордашка, заставила Луку улыбнуться, а наблюдая за тем, как она пытается отвести взгляд и вовсе чуть не удержал смешок. А вот Маринетт явно было не до смеха, в который раз она убеждается в том, что Луке нравится заставлять её смущаться. Ресницы непроизвольно задрожали от некой обиды, что не прошло мимо глаз Куффена. Он замечал каждую мелочь, пытаясь разглядеть её эмоции или настроение и каждый раз угадывал, нет, скорее он чувствовал это. И поведение девушки подтверждало его догадки. — Злишься… — на выдохе произнёс парень и впал в безвыходное положение. У него не было идей, как ему действительно загладить свою вину. Денег на подарок он всё ещё не накопил, да и Мари не одобрит такое извинение. На некоторое время он поник и напрягся с вопросом, как же извиниться? Пока Маринетт не повторила фразу — Не злюсь — Маринетт думала, что этот спор затянется, ведь наверняка его ответом снова будет «злишься». Однако, что не говори, это было действительно так. Ревности в ней накопилось достаточно. Особенно в школе, когда он случайно с кем-либо сталкивается. Она часто улавливает разговоры девушек, о том какой он классный. И ведь Мари не может вмешаться в разговор, её поведение показалось бы остальным глупым. Мол, раздувает слона из мухи. И приходиться терпеть это и молча слушать и наблюдать. Но когда видишь, как открыто флиртуют с твоим возлюбленным, что-то внутри ёкает и перерастает в противное чувство, от которого хочется сбежать или спрятаться. Маринетт осознает, что Лука даже не пытался ответить ей взаимностью, но почему обида присутствует? В голове парня возникла только одна идея, но он бы хотел, чтобы это произошло немного в других обстоятельствах. Он был совершенно спокоен, хоть и решался на такой шаг. Ведь раньше они не доходили до такого. Да и Маринетт… Как она отреагирует на это? Пока он обдумываю руки уже перестали мять пухлые щёчки и перешли к кончиками волос. Девушка молча наблюдала, не решаясь сделать даже глубокого вдоха. Медленно он начал приближаться и в процессе, закрыл глаза, он думал, что раз мысль в голове уже появилась, отступать поздно. Всё ближе и ближе, он даже почувствовал сбивчивое дыхание и, решив не медлить стал приближаться быстрее. Его губы коснулись кончиков уст, он почувствовал это и отстранился уже от раскрасневшейся Мари. — П-промахнулся — Лука потёр шею ладонью, поняв, что закрывать глаза было плохой идеей, он немного отошел от своей цели. Тем временем Дюпэн только сейчас поняла смысл его фразы. Когда он только приближался она думала, что это будет лёгкий поцелуй в щёчку, но осознала, что целью явно была не щека. Коснувшись кончиками пальцев до своих губ, оттенок розового на её лице стал более ярким. А взгляд уже отводил, напряжённый от неловкой ситуации, Куффен, всё ещё державшийся за свою шею. Маринетт не смогла смириться с тем, что упустила столь важный момент. Наверное ей стоило проявить инициативу и тогда бы получилось… — Лука? — стоило ему только повернуть голову немного в её сторону, как он почувствовал тёплые губы на своих и был сильно удивлён. Мари долго собирается с мыслями перед такими действиями, наверное она и сама не поняла, что сейчас сделала. Однако факт есть факт. Стоило ей опустить ступни обратно до пола, как она побежала к ванной и снова закрылась там. Неужели снова всё по новой? Но сейчас оба понимали, что долгая тишина и такое препятствие, как дверь, сейчас уместно… Ревность мгновенно растворилась и появится ещё не скоро, а вот воспоминания о первом поцелуе в такой обстановке останутся навсегда.