Путеводная

***

      Следующие несколько дней прошли, как в сказочном сне. Светлое время суток Поперечный проводил за интересными разговорами с Егором, который на удивление комика согласился остаться, а по вечерам ловил приходы музы и засиживался до поздней ночи, прислушиваясь к тишине своей квартиры. Эта тишина больше не заставляла проседать итак истончившиеся нервы, не давила на уши. С появлением в доме еще одного человека она стала обволакивающей, мягкой и лишь помогала творческим порывам Дани воплотиться на белых листах. В мешки под глазами парня больше нельзя было набрать кило картошки, от них остались едва заметные фиолетовые тени, шести-семи часов сна вполне хватало для отдыха. В целом Данила преобразился, он больше не думал над каждым словом, что должно вылететь изо рта, не нужно было и волноваться из-за возможных ответных реакций Крида. В обществе певца он чувствовал себя уверенно. Обычно рыжий уставал от контакта с людьми, от собственных вынужденно наигранных реакций и жестов. После очередного выступления он сидел в машине ни жив ни мертв, пока его неизбежно везли в родные пенаты, а мысли комом ворочались в тяжелой голове. Настоящего Поперечного, сокрытого под клоунской маской, знали только самые близкие — его родители. Уставшего, удивительно спокойного и хладнокровного парня, который иногда может искренне пошутить и посмеяться. Того, что копается внутри себя ежедневно, ненавидя и презирая свои недостатки, осознавая всю свою никчемность по сравнению с окружающими, взять того же Егора Крида. У певца целые толпы бесконечно любящих людей. Только намекни — выстроится очередь из желающих поддержать и приголубить. Да, он похож на приятный глазу манекен; да, его образ ненатуральный и пафосный. Но какая разница? Его любят, уважают и ценят, это ли не главное? А вот Даню без его припаянной к коже маски вряд ли кто-то узнает, и уж точно никто не сможет полюбить. Поперечный всегда знал, что друзья и девушки рядом с ним ровно настолько, на сколько хватит его образа беспечного весельчака и повесы. Он убедился в этом в очередной раз, когда несколько месяцев назад девушка без лишних объяснений собрала свои вещи и ушла, напоследок бросив хлесткое "я начинала отношения с интересным стэндапером, а получила скучного мима в депрессии".       Сейчас же, в обществе Егора, Даня расцвел. Все печали отступили на второй план, на самокопание банально не было настроения и времени. Рядом был человек, которого рыжий боготворил (ничего подобного!), к которому стремился, которым восхищался. Свет от исполнителя был настолько ярким, что, казалось, он был способен все убить психо-бактерии в мозгу Дани, будто кварцевая лампа.       В основном парни проводили время дома за бесконечными разговорами и развлечениями, редко выбираясь в магазин возле дома за провиантом. Поперечный каждый раз смеялся с того, как тщательно маскировался Крид на такие прогулки: опущенный козырек кепки, капюшон. Играли во все, что только можно представить: карты, лото, догонялки, монополия, игрушки на консоли и прочее. Иногда, после очередной шуточной перепалки или боя подушками, Егор садился на диван или кровать, опираясь на спинку мебели, а Даня аккуратно укладывал голову ему на колени и лежал с закрытыми глазами. Они не говорили об этом, было незачем нарушать атмосферу словами. Просто обоим было хорошо и приятно, а значит, так и должно было быть. Как-то раз Даня ощутил невесомое прикосновение ко лбу и едва заметно приподнял уголки губ, точно зная, что блондин поймет. И тот понял, повел ладонью дальше, уже смелее положил руку на рыжие пряди, поглаживая. В тот день они провели так целую вечность, пока у Поперечного не заурчало в животе. Замерший Егор, дыша через раз от восторга, гладил Даню по голове, а тот жмурился и улыбался, не открывая глаз.       Егор раскинулся, заняв своей тушкой почти всю площадь кровати. С боем, еле слышно матерясь и откидывая ногу певца в сторону, Даня отвоевал себе кусок пространства и тут же уселся, открыл излюбленную книгу на загнутой страничке. Увлекшись и вникнув в сюжет, комик поминутно перелистывал страницы. Рядом мерно дышало небесное божество.        — Слушай, я забронировал место в самолете, вылет завтра вечером... Извини, — зачем-то прибавил блондин, приподнявшись и виновато взглянув на сидящего рядом парня. Даня чуть не выронил изо рта чупа-чупс, в шутку презентованный новым другом.        — Ну ты как всегда во время, мужик. — Сообщил рыжий, откладывая томик Айзека Азимова в сторону. — Это твоя фишка, да? Внезапно приезжать и так же внезапно сваливать?       Певец не ответил, потянулся за подушкой и подсунул ее под голову. Незаконченный диалог повис в воздухе.        — Не хотелось вспоминать, что скоро вылет в Москву, — внезапно высказался Егор, вперив взгляд в белый потолок и заложив руки за голову. — Но ты же понимаешь, скоро тур, нужно готовиться, репетировать...        — Да ясно, я же всю эту чепуху на своей шкуре знаю, только в меньших масштабах, — перебил его Даня, щеки которого начали наливаться румянцем от злости. — Ты бы хоть заранее сказал, за несколько дней! Я из-за "своевременной" новости просрал возможность с тобой в Эрмитаж сходить!       Комик зачем-то снова схватил книгу, покрутил ее в руках, а затем размахнулся и несильно запустил ею в лежащий на комоде плед. Снаряд попал точно в цель.       Только приехал, и уже снова обратно, разве же это честно? Даня только успел привыкнуть, сблизиться со своей мечтой, а она уже приобрела билет на рейс в обратную сторону... Рыжий обиженно скрестил руки на груди и ощутимо упал назад, больно стукнувшись головой о локоть певца. Егор зачем-то тут перекатился на бок, перехватил Поперечного, быстро чмокнул того в ушибленную макушку и, заключив в крепкие объятия, уткнулся носом в шею Дани.        — Хуево ты вину заглаживаешь, — злобно прокомментировал парень. В душе разливалось тепло, сердце будто окунули в горячий мед, но блондину не обязательно об этом знать. — Выходит, у нас еще целые сутки?        — Выходит, так... — прошептали в шею, обжигая кожу горячим дыханием.       Злиться хотелось, но не получалось. По факту, было странно даже то, что Егор в принципе провел эти дни с Даней, так что нельзя было сетовать на его отъезд. В конце концов, не виноват же он в своей популярности и в плотном графике выступлений. Удивительно, что Крид вообще выкроил недельку для рыжего комика, и даже прилетел из Москвы сюда, в Петербург.        — Почитать тебе? — на выдохе спросил Даня, сам не зная, зачем. Абсурдная мысль просто перекочевала из извилин на язык.        — Почитай. — Так же тихо согласился Егор, распуская кольцо рук.       Рыжий резво подскочил, от чего закружилась голова, и потрусил к комоду. Повыпендривался, блин, закинул книжку через полкомнаты... Теперь сам же и отдуваешься. С кислой миной парень схватил томик и пересек комнату, направляясь обратно. Второй раз за день открывая запомненную страничку, он поудобнее сел у изголовья, скрестив ноги по-восточному, и оперся на спинку кровати. Егор перекатился на бок и устроился рядом, поджав под себя колени и подсунув под голову одну руку. Вторую он закинул на Даню, обхватив того поперек живота. Комик ласково улыбнулся, не веря в происходящее. Может, это до сих пор тот сон, где Егор называл его своей невестой? Но тогда скоро Данила проснется в одиночестве, со спутанными мыслями и разбитыми надеждами... Обычно, когда люди понимают, что находятся во сне, он быстро обрывается. А потому Даня будет всеми силами верить, что это не сновидение, и наслаждаться каждым моментом с таким домашним Егором на собственной постели.        — "Если уж разговор зашел о странных роботах, — сказал он громко, — так мне однажды довелось иметь дело с таким, который нарушил Первый Закон..."       Источником света в комнате сейчас служил яркий светильник, и Даня даже не заметил, как за окном окончательно стемнело. Погружаясь в повествование, он не отвлекался ни на что и с наслаждением вчитывался в печатные строки. Читать вслух было в новинку, но парень быстро к этому привык. Голос приятно наполнял покой, царивший в квартире.       Увлекшись и отложив томик только тогда, когда начали слипаться глаза, рыжий бросил взгляд на лежащего рядом человека и обомлел от восхищения. Всеми фибрами души он чувствовал, как сердечная мышца скручивается до боли, будто влажная тряпка. Зрелище было до боли умиляющим и желанным. Блондин, ровно дыша и сопя в область Даниного бедра, уснул под звучание голоса комика. Руку с пояса рыжего он так и не убрал, и теперь мягко обхватывал корпус молодого человека, даря тепло и спокойствие.       Поперечный неслышно потянулся к светильнику, чтобы выключить мешающий свет, и замер, когда певец заворочался. Но Егор только вздохнул и крепче обхватил пояс рыжего, притягивая того к себе поближе и довольно при этом улыбаясь сквозь сон. Не прекращая думать о том, что желание под бой курантов в далеком 2016-ом все-таки сбылось, Даня щелкнул выключателем. Комната погрузилась во тьму. Аккуратно, стараясь не потревожить сон парня, Поперечный сполз ниже и устроился поудобнее. Егор, не просыпаясь, что-то неразборчиво пробубнил и положил голову на грудную клетку комика, все так же перехватывая его поперек пояса. Данила счастливо улыбнулся, приобнял такого близкого сейчас Егора за плечи и опустил веки. Атеист уснул, моля всех возможных богов о том, чтобы на этот раз наваждение не развеялось, и такой родной и любимый человек остался рядом навсегда.

***

      Сборы прошли второпях. Ребята засиделись за просмотром "Живой стали" на ноуте и совершенно не заметили, как пробило пять часов. Самолет был на 18:30.       Егор метко закидывал шмотки в сумку, находя и собирая их по всей Даниной хатке. Рыжий наблюдал за ним и не представлял, чем он может помочь, когда внезапная идея пронзила сознание. Поперечный подскочил к шкафу, вытягивая оттуда искомую вещицу. Сложив ее в четыре раза, он быстро засунул вещь в сумку и отошел. Мечущийся по квартире певец не заметил подвоха и со спокойной душой закинул сумку на плечо, будучи уже одетым и обутым. Комик изъявил непонятное вечно мерзнущему Булаткину желание проводить его на рейс в ледяную питерскую погоду, и теперь поспешно натягивал зеленые кроссовки. Оба парня вылетели из дома, когда такси уже ждало у подъезда.        — В следующий раз одевайся потеплее, модник, — усмехнулся Даня, поправляя ворот кожаной куртки парня напротив. Брать теплые вещи Поперечного певец наотрез отказался, заявив, что ему вовсе не холодно и вообще, "чего ты придумываешь, да не замерзну я".        — В следующий раз ты приедешь в Москву, а не наоборот. — В ответ улыбнулся Егор, приподнимая голову и стараясь не потерять из поля зрения заботливого комика, усердно застегивающего молнию кожанки под самую шею.       Поперечный по просьбе парня замотался по самые глаза в шарф, а сам певец законспирировался с помощью черной медицинской маски и опущенной кепки, что ему одолжил новый друг. Вокруг кипела жизнь, люди куда-то торопились, переговаривались друг с другом: кто-то возмущенно ругался, кто-то заразительно смеялся.       Пора.        — Знаешь, я рад, что мы увиделись. Повторюсь, я не парюсь из-за твоих шуток, Дань. И ты оказался хорошим парнем, правда. — Егор пожал руку стоящему рядом комику и мельком глянул на табло: посадка уже началась.        — Мужик, ты охуенный, знай это. Хотя тебе это и без моих слов понятно. — Заявил Данила, поджимая губы и наблюдая неуверенную улыбку певца. — И все-таки жаль, что ты заскочил всего на неделю. Столько всего не успели сделать...        — Ничего, успеем. Я же не последний раз тебя вижу, рыжий, — усмехнувшись, Булаткин позволил себе большее проявление эмоций и кратковременно стиснул Поперечного в объятиях. — Это была лучшая поездка в Петербург из всех возможных, Данька...       Поперечный пребывал в эйфории. Таких слов он и не ожидал услышать от, казалось бы, недосягаемой звезды, на которую он любовался с земли несколько лет подряд. Похлопав Крида по спине, он отстранился и последний раз оглядел своего человека. Ему нравилось называть так Егора. Хотя бы в мыслях... В конце концов, они спали на одной кровати. И Егор жался, как котенок, поближе. Быть может, у Поперечного еще есть шанс завербовать звезду на весь жизненный век наперед?        — Как приедешь, загляни в сумку, там небольшой презент! — Прокричал парень уже в спину резво отдаляющемуся силуэту и усмехнулся. Ох и смеху будет, когда певец найдет в вещах этот сюрприз. Ухмыляясь, рыжий проводил взглядом Егора и, развернувшись, двинулся на выход. Теперь дома у блондина будет вещица из квартиры Поперечного.       Шансы приватизировать Егора Крида стремительно росли.