А ты простишь истинного, который тебя изнасиловал и бросил?

Запах женных шин. Мрак. Холод, за спиной стоящий смерти, которая так и норовит протянуть к тебе свои когтистые холодные ладони, с которых стекает кровь сотней потерявших жизнь людей. Сколько жизней забрали эти руки? Сколько людей ещё умрут? Сколько ещё погубит? А эти самые руки тянутся к Тэхёну, который, даже с места, не может сдвинуться. Страх … Онемение. У него нет никого. Он — один. Мрак поглащает его. Он овладевает его девственным телом. Захватывает его жалкую душонку, которая до этого была не порочной. Практически, детской. Но он теперь один. Тьма сгущается, полностью поглотив. Без возврата и шанса на спасение. Но он не перестанет идти в перёд. Не перестанет бороться. У него есть, для кого жить. За кого бороться. У него есть Чимин и обязательно будет истинный. Но смерти всё равно. Она уже близка, к своей цели, забрать его, практически, прикасаясь к медовой кожи на шее Тэхёна. Тэ вскрикивает. Машина на полной скорости врезаеться в другую, сотворяя одну из самых масштабных катастров за последний год в Сеуле. Там находятся родители Тэ. Там его кровинушки. Отец пытаеться предотвратить аварию. Вжимает педаль тормоза вниз и выворачивает руль на 360, но уже поздно. Подушки безопасности выбираются из-за своего укрытия, пытаясь спасти пассажиров. Сильный удар приходится на бок машины с водительской стороны, не давая ни малейшого шанса на спасение, ремень безопасности сдерживает от удара об стекло. Ничего не исправить. Смерть махнула косой, потверждая решимость своего решения. Тэ бросается на помошь, но его самого с силой сбивает чьё-то авто. Боль. Прошибает до кончиков волос.

***

Тэ вскрикивает. Тяжёлый вздох и глаза на мокром месте. Это был всего лишь сон. Страшный сон. Ему опять снился кошмар. Боль не исчезает и он скручиваеться на кровате. Течка — период, в который омега готов (а) зачать, а после выносить и произвести на свет потомство. Происходит раз в 4-6 месяцев. Очень болезниная хрень. В комнату влетаеть Хосок, подбигая падает на колени, не разбирая куда. -Тэ, малыш, ты как? … Твоя первая? — Омега, поскуливая, кивнул, сжавшись в комочек в виде эмбриона, — блокаторы … Тебе нужны блокаторы, — Хорс расстеренно подлетает и, не теряя ни минуты, бежит к папе, по пути роняя что-то из мебели, — папа, у Тэхёна началась течка … -Так оттрахай его. Не вижу проблемы. -Он — мой друг. Нельзя. Да и я жду свою омегу … У тебя есть блокаторы? -Ну, допустим есть. Но твоему дружку придёться отрабатывать всё до копеечки. -Хорошо, но дай ему блокаторы. Я больше не могу держатся, — простонал Хо, — я в школу, — всё, терпению цитрусового конец. Папа лишь хмыкнул, бродя по бедной комнате пьяными взглядом.

***

Больно. Как же часто Тэ стал встречаться с этим понятием. Чимина рядом нет. Родителей нет. Альфы нет. Денег нет. Жилья нет. Но есть Хосок, и будет альфа! -А — а — а., — Задница ужасно зудит. Тело ломит. Жар. Не хватает альфы. Своего … Шоколада… М — м — м, Хосока… У него такой приятный запах… Нет. Нельзя. Хосок — друг… Почти, брат. В комнату заходит папа, куда-то убежавшего, Хосока. Его можно понять. Ведь течные омеги сносят крышу и не реагировать на феромоны омег, которые обильно выделяются в этот период, не могут даже беты. Мистер Чон склонился над Тэхёном, пожирая его плотоядным взглядом. -Течка? Ты же вкурсе, что за блокаторы — нужно платить, малыш. А они не мало стоят, — Тэ лишь кивнул, давая понять, что услышал и взял на заметку. Тот лишь хмыкнул, кидая на кровать упаковку, таких необходимых сейчас омеге блокаторов, — чтобы через час в моём доме и духу твоего не было. Усёк? -Да-а., — Прохрипел омега. Хоть за это спосибо. Он живёт у Хосока уже больше полумесяца, а работу таки не нашёл. Что делать не знает. Единственный оставшийся зароботок в таком возрасте, осталося лишь проституция. Но вишнёвый не хочет изменять своему суженому. Хочется остаться для него непорочными, верным. Но деньги — нужны. Если и сегодня ему откажут в работе… Значит прейдёться переступать через свои ёбанные принципы и ложиться под незнакомого альфу. Ви даже не знает, что хуже, стать шлюхой или бомжом… Но он понимает выбор остаётся за ним. Он не хочет сидеть на шее Хосока, который работает дни и ночи напролёт, потому что Тэ не может найти работу. Надо что-то решать и желательно сегодня. Промычам от дикой боли в животе и зуда в заднице, блондин спускает ножки на холодный кафель, тело от таких монипуляций ведёт, покрывается табунами мурашек, разум кроет не вынасимо, а возбуждение давит на и так отказывающийся понимать мозг. Заципив кончиками прохладных пальцев желаемую упаковку, руки не слушались хозяина, омега даже уронил упаковку, тихо матерясь, он сползает с промокшого постельного белья, которое придётся жостко отстирывать от собственной смазки. Длиные пальчики медленно крадуться к упаковки, которая нарочито долго не открывается, с горем пополами, неуклюжий омега глотает кругляшок таблетки. Руки ели держат, начинают постепенно труситься, подводя хозяина и всё же не выдержуют. Как же больно… За это время Чимин не разу не появлялся, вишнёвый пытался ему дозвониться, но всё чётно, возможно с ним что-то случилось. Наконец блокаторы подействовали, поток смазки уменьшился, а возбуждения стало сходить. У него в запасе ещё около 40 минут. В школу он уже не пойдёт. Смысла нет, течный же. Стоит пойти на поиски работы, может в этот раз повезёт больше.

***

-Простите, молодой человек, но мы не можем принять вас в ряды наших сотрудников, ведь вы ещё не совершенолетний, да и омега. Ещё раз простите. -Пожалуйста мне очень нужна работа. Я всё буду делать… -Поймите, я не могу принять вас на работу. Я понимаю, но мне не позволено. Тэ тяжело вздыхает, ведь это была последняя ваканция, он за нее пол — месяца бегал, весь Сеул обшнырил, но всё — никак, везде говорят нет. Остаётся лишь один вариант — проституция. Он уже не кажется столь абсурдным и недосягаемым, как сейчас. Похоже это его судьба. Дверь со стуком распахнулась и на пороге стоял альфа чуть выше самого омеги. У него красивые мятные волосы, карие глаза, наглая ухмылка, которую так и хотелось стереть. Он оценивающим взглядом смотрел на вишнёвого. -Оу, простите помешал… -Нет, Шуга, этот молодой человек уже уходит. -А по какому поводу приходил? — Заминтересованно приподняв бровь, поинтересовался мятный. -Работу искал., — Вымолвил со вздохом омежка. -Не принимают? -Ухмыльнулся Шуга, Тэхёну остаётся лишь положительно кивнуть, — а сколько же тебе, ангелочек? -17 — М, совсем маленький. Могу предложить вакансию в своём клубе. Но это вакансия проститутки. А портить такого не прочного, как ты — грех. Но тебе, ведь очень нужна работа… И ты наверно, не согласи -. -Согласен. -Ну, вот и отлично, малыш, пойдем со мной. Мои люди проведут тебе инструктаж. И увидимся позже, — Альфа напоследок, помохал ручкой, опешевшему администратору и мягко подталкнул омегу к выходу.

***

Ну вот Ким Тэхён начинается твоя совершенно новая болезниная жизнь.