Когда ты улыбаешься.

Задний двор поместья Учих освещал тусклый свет звезд. Пьяные мысли блондина так перепутались, что ему, видимо, от напряженности казалось, что этот самый небосвод завис, не говоря уже о том, что любые процессы в его голове тоже не особо работали. Как всегда, впрочем. Узумаки смотрел на спину Мадары, будто бы собирался прожечь в нем дыру или вовсе сжечь, однако улыбаться от этого он не перестал. — Сколько мне ждать, когда ты успокоишься? — растрепал свои волосы юноша, пробубнив себе под нос. Такое безразличное молчание от Мадары казалось просто убийственным, ведь даже их споры, ссоры и разногласия показывали хоть какие-то чувства к Наруто, для которого внимание со стороны этого мужчины действительно являлось утопией. — Все будет, как было, — заявляет темноволосый, даже не оборачиваясь. В этот момент привычную улыбку на лице парня смывает волной эмоций, которые тот не смог передать мимикой, лишь потупил взгляд, до последнего надеясь понять, что это все происходит не с ним, а с кем-то другим. Учиха резко обернулся и зашагал в сторону Наруто. Шаг — Узумаки выпрямил и напряг спину, ожидая чего-нибудь опасного, думая, что мужчина вот-вот что-нибудь выкинет; Второй шаг — Он хочет оценить ситуацию, но почему-то мысли в кучу не собираются, а в голове тревожным звоном бьется мысль о свободном месте в сердце Мадары; Третий шаг и протянутая рука — Узумаки послушно берет протянутую ему ладонь. Клетки обоих, кажется, заполнились дикой агонией, вытесняя одиночество, которое до боли знакомо им двоим. Все недостатки, которые искал Наруто в Мадаре, утонули лишь из-за сжатой ладони. Тонкие бледные губы брюнета тронула мимолетная улыбка, которая все же не скрылась от голубых глаз. Ноги Наруто подкосились то ли от выпитого, то ли от этой самой улыбки, но Мадара успел его подхватить за талию, придерживая. Он чувствовал, как тело в его руках буквально рассыпается, и они оба могли поклясться, что где-то вдалеке от их близости (даже от такой!) вдалеке взорвались тысячи планет. — Все будет, как было, Наруто, — повторяет Учиха, отпуская парня, и возвращается в дом, оставляя парня стоять одного на заднем дворе. Задний двор поместья Учих освещал яркий свет звезд. Зависшее небо двинулось.