Между Нью-Йорком и Сторибруком... (Однажды под Рождество)

Серый промозглый вечер вползал в гостиную Эммы и Генри. Она сидела с айфоном в гостиной и всё не решалась набрать её. Ту, с кем нужно было поговорить о своих чувствах. *** Они жили в небольшой квартирке с двумя спальнями в Нью-Йорке. Генри учился в шестом классе, а Эмма работала в полицейском департаменте. Совсем недавно она сдала экзамен на должность детектива, а ещё очень любила вечерами после обеда играть на кавакинью (прим. маленькая португальская гитара), чем порой очень раздражала сына. Но блондинка ничего не могла с собой поделать. А пару месяцев назад на одном форуме любителей бразильско-португальской музыки она познакомилась с некой Реджиной Миллс, которая играла на гитаре. Женщина жила в каком-то маленьком городке в штате Мэн. Незаметно их общение переросло в нечто большее и вот они уже обмениваются сообщениями в мессенджере: желают друг другу доброе утро и спокойной ночи. Несколько раз созванивались в скайпе, за чем застал маму Генри. Он ухмыльнулся и спросил, не заревнует ли её Уолш, на что блондинка бросила сыну: - Брысь, молодой человек! Иди переодевайся и мой руки. - Уолш? – удивилась Реджина. – Ты мне про него не рассказывала. - Да что рассказывать? Мы вместе работаем. И всё. Не бери в голову. - Угу… - послышался голос подростка. – Как же. А кто вчера ходил на свидание? - Я его прибью, когда-нибудь, - недовольно сказала блондинка и вдруг ей показалось, что в глазах Миллс промелькнула какая-то тоска. Но в следующее мгновение брюнетка снова улыбнулась своей мягкой обворожительной улыбкой. - Извини, но нам нужно попрощаться. Сама понимаешь, время перед Рождеством, хлопоты, всё такое… - И всё же, Реджина, кем ты работаешь? Обо мне ты знаешь, а я о тебе лишь то, то ты живёшь в Мэне и всё. - Давай потом, Эмма. Мне и правда нужно бежать, - и Миллс отключила видео. - Чёрт! – Эмма кинула айфон на стол и пошла готовить ланч. Почему ей было неприятно то, что Реджина узнала про сержанта Скотта. И неужели ей не показалось, что женщина расстроилась? И поэтому так быстро завершила их разговор. *** Реджину Миллс на самом деле звали дела. Близилось Рождество и пока в Сторибруке только-только снова начала зарождаться магия, приходилось всё строго контролировать. И да, она расстроилась, когда Генри упомянул какого-то Уолша. Реджина понимала, что с Эммой она вряд ли встретится в реальной жизни: Сторибрук находился под куполом, под который обычному человеку не было прохода. И всё же… Она ревновала? Да, это нужно было признать, Реджина Миллс ревновала Эмму. Реджина надела пальто и открыла дверь в приёмную. За столом сидела Белль – её секретарша. А рядом со столом стоял никто иной, как мистер Голд: главный маг города. - Белль, я десятый раз за этот год прошу: выходи за меня замуж. - И я в десятый раз говорю, что согласна, мистер Голд. Но позже. А сейчас у нас на носу Рождество. Вы сами знаете, что это волшебный праздник, а у нас с этим небольшие проблемы. - Я бы даже сказала, огромные! – подала голос Миллс. – Мистер Голд, вы сумели восстановить рецепт зелья памяти? А то Лерой в очередной раз так напился, что не помнит, как чуть не въехал в здание библиотеки. Утверждает, что это была просто наледь на дороге. Маг повернулся, оперевшись на свою трость и улыбнулся: - Вы же знаете, мадам мэр, я сейчас занят волшебной палочкой. - И как успехи? – спросила Миллс. - Я поручил Зелёной её доработать. - Динь? – мэр закатила глаза. – Эта мошка у Голубой не справлялась со своими обязанностями, думаете, что под вашим руководством что-то измениться? Ладно, мне пора. Когда я приду, Белль, с тебя отчёт о том, как идут дела с поставкой льда для коктейлей. Ты нашла Кристоффа? Если нет, то найди его до того, как я вернусь в мэрию. Поняла? Реджина вышла из приёмной и её каблуки зацокали по полу коридора по направлению к лестнице. - Ведьма, - прошептала Белль, когда цоканье стихло. – Простите мистер Голд, мне нужно заниматься делами. *** Эмма с Генри достали из кладовки ёлку, что купили в прошлом году. Ель была высокая и достигала потолка, если на верхушке была звезда. Мальчик уже не верил в Санту, но всё же Рождество считал волшебным праздником и, несмотря ни на что, верил в какое-то чудо. Это было чудесное время, когда мальчик вдруг позабыл, что он – одиннадцатилетний подросток и превратился в малыша лет пяти. Мама и сын надели колпаки эльфов и стали наряжать ёлку, дурачась и кидая друг в друга мишуру. - Ты пригласишь Уолша на Рождество? – спросил Свон, стоя на стуле, пытаясь насадить звезду на макушку. Сделав это, он обернулся на мать, которая стояла в задумчивости. Женщина повела плечом. Парнишка видел в глазах матери сомнение. – Он – неплохой. - Ну да, неплохой. - И он мне нравится. Блондинка усмехнулась. - Я думаю с ним расстаться. Генри спрыгнул со стула и поставил его на место. - Ну что ж, ладно. Как я понимаю, тебе нравится Реджина? Эмма посмотрела на сына открыв рот, а в зелёных глазах было удивление. На что сын улыбнулся: - Ну мам, я же всё вижу и слышу. Постоянные эти твои залипания в телефоне. Твоё лицо прямо сияет, когда ты с ней общаешься. - Правда? Это так очевидно? – пробормотала блондинка. - Угу. И если что знай, я не против. Нам не помешала бы тут нормальная женская рука. - Ах! – Свон чуть не задохнулась от возмущения, но сын был прав: хозяйка из неё никакая. Она почти никогда не готовила, они постоянно заказывали еду на дом. Порой мебель покрывалась неплохим слоем пыли и Генри приходилось брать эту проблему на себя. Эмма даже порой ленилась помыть пару тарелок, оправдывая себя усталостью после долгой смены. Да что говорить, иногда они ели прямо из контейнеров, хотя против этого сын не возражал. Ему нравились вечера, когда они с мамой сидели возле телевизора и рубились в приставку, уплетая лапшу или пиццу. Он пил колу, а блондинка – пиво. Он мечтал, что рано или поздно к ним присоединиться Уолш, сержант Скотт, но раз его маме больше по душе женщина из какого-то маленького городка, это было, наверное, даже лучше. Его мама больше напоминала Генри папу: ходила в качалку при участке, могла вырубить мужчину одной левой, могла сама починить машину, а вот испечь торт женщина не могла. Верхом её кулинарного творчества были омлет, панкейки и какао на завтрак. И если эта Реджина Миллс окажется такой, какой он себе её представлял, то и он будет очень счастлив. Иногда ему снились сны, которые он забывал под утро. Но в этих снах был какой-то домашний уют и запах духов с чуть горьковатым ароматом. Больше ничего не оставалось, сны всегда выветривались, как только он просыпался, оставляя после себя грустную ностальгию. И объяснение своим чувствам подросток не находил. *** Реджина вошла в свой пустой холодный особняк на Миффлин стрит, 108. Этому огромному дому не хватало заливистого детского смеха и… твёрдой руки? Женщина закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, закрыв глаза. Ещё мгновение и ей казалось, что с лестницы сбежит маленький мальчик и воскликнет: - Мамочка, ты вернулась! - и она откроет малышу свои объятия. Но никто не слетит с лестницы. Никто не встретит ей у порога с виноватым лицом: - Еда опять подгорела. Придётся заказывать у бабули… Чёрт, что это с ней? Почему вдруг такие мысли вдруг возникли? Она всегда была одна. Но всё же… Откуда эта тоска по несбывшемуся? Да, когда-то у неё была мысль усыновить ребёнка. Но она так и не воплотила её, испугавшись, что не сможет дать ребёнку всей той любви, теплоты и счастья, что было нужно. Мадам мэр помнила, что Голд ей нашёл ребёнка. Этот старый лис. Но в какой-то момент она просто не поехала в Бостон за младенцем. А потом оказалось, что мальчика, которого она собиралась усыновить, мать решила оставить себе. В последний момент. И Злая Королева решила, что не судьба. Женщина усталым шагом прошла в кабинет и достала из бара штоф с кальвадосом. Сегодня она имеет право выпить пару стаканчиков: Кристофф пропал, видимо решил где-то спрятаться со своей невестой; волшебная палочка как была в подвешенном состоянии, так и оставалась. Что уж говорить о зелье памяти? Мэр чувствовала, что это зелье нужно не только для городского пьяницы, что находился сейчас в участке. Она каким-то шестым чувством понимала, что это зелье важно для неё! И может этот колдун специально водит её за нос? О, если бы у неё были все ингредиенты! Но свиток с рецептом был у Голда, и Миллс ничего не могла с этим поделать. Волшебство в Сторибруке было. Но было каким-то… половинчатым, что ли. Почему? Реджина Миллс чувствовала, что тут что-то не так. Что? Она не могла понять. Но что-то говорило женщине, что здесь что-то не чисто. И это нужно выяснить… До Рождества? А ещё была Эмма Свон. Женщина, с которой она познакомилась на форуме любителей бразильско-португальской музыки. Кавакинью?! Почему они вдруг начали общаться? *** «Я бы вас скорее представила со скрипкой», - просто тогда написала Свон. – «Не с гитарой.» «Вы почти угадали», - ответила тогда Миллс. – «мои очень далёкие предки были мариачи. (прим. латиноамериканские музыканты) Прапрадед играл на гитарроне (прим. «Большая гитара»). Я захотела продолжить традицию, но инструмент был слишком большим для меня. Скрипка? Нет. Не знаю, почему, но я выбрала гитару.» В тот вечер они просто общались на тему любимых инструментов, но под конец беседы Эмма вдруг спросила, можно ли с Реджиной как-нибудь созвониться в скайпе, на что неожиданно получила утвердительный ответ. И в тот вечер, вернее полночи они проболтали как старые знакомые. В скайпе. И Эмме казалось, что она знает эту женщину очень давно. А Миллс тоже ощущала, что их связывает очень многое… Очень многое… *** Шериф Хамберт сидел в своём офисе и крутил в руках небольшой пузырёк, в котором мерцала голубоватая жидкость. Это было «Отворотное зелье». Не так давно мужчина стал замечать за мэром странное поведение. Проведя небольшое расследование, шериф узнал, что его бывшая любовница завела какой-то виртуальный роман. И пусть эта некая Эмма Свон не несла никакой опасности, так жила далеко за пределами купола, в котором находился Сторибрук и никоем образом не могла под него попасть, но Грэм хотел обратно вернуть внимание брюнетки. Хамберт решился пойти к магу мистеру Голду, который ещё хранил остатки колдовства и искал способы его возродить. И попросил у него зелье, специально приготовленное для определённого человека. Голд знал, кому предназначалось оно, но сделал вид, что ему безразлично. Единственное, что маг попросил у шерифа, так это услугу, которую он сможет потребовать в любой момент. Грэм не думая, согласился. Что ещё от него будет нужно колдуну? А вот Реджину он хотел вернуть. Конечно, тут ни о какой любви не могло быть и речи. Мужчине просто нравилось сжимать это красивое тело и иметь женщину. - Ну что, мадам мэр… - мечтательно расплылся в улыбке Хамберт. Всё, что ему не доставало, так это волос брюнетки, который он кинет в зелье и то будет завершено. Потом просто останется заставить Миллс выпить его. Но тут Хамберт не видел сложности. Он хотел пригласить мадам мэр на прощальный ужин. Нет, ланч. «Дружеский ланч». Они разопьют бутылочку её любимого каберне, куда он добавит напиток. На него он не подействует, а вот на Реджину сразу же. И брюнетка сотрёт все контакты Свон отовсюду. И шериф уже мысленно потирал руки, считая, что всё уже свершилось. *** У Эммы было хорошее настроение и она сидела в гостиной на диване по-турецки и играла на кавакинью. Сын, закатив глаза, закрыл дверь своей комнаты. Но мама была в хорошем настроении, и он не хотел её трогать. Он надеялся, что Эмма ещё немного поиграет и снова залипнет в телефоне, как обычно по вечерам. И если он её не будет трогать, то завтра он уговорит сходить её в «Macy’s», где она что-нибудь ему купит. А потом они зайдут в итальянский ресторанчик и наедятся пиццы. Генри просто обожал так проводить время с мамой. Порой ему чего-то не хватало, но он старался не обращать на это внимания. *** Был субботний вечер и Грэм вдруг решил её пригласить на ланч к себе домой. - Это просто дружеский ланч, Реджина, - заверил мужчина. – К тому же городские проблемы мне не позволили к тебе прийти к тебе вчера с отчётом. Миллс прикрыла глаза. Еженедельный отчёт… Еженедельный отчёт… - Хорошо, шериф, - как можно отстранённее сказала мадам мэр. – Только давайте не у вас. Хамберт сдержал недовольный вздох. Чёрт! Если не у него, то где? Явно не на Миффлин стрит. Миллс точно его туда не пригласит. В кафе у бабули Лукас тоже нельзя. Там он не сможет незаметно подсыпать зелье. В парке! - В городском парке, - предложил мужчина. – У пруда. Погода, вроде завтра морозная, но солнечная. Так обещают. - Мистер Хамберт, - устало вздохнула Реджина. – Давайте, может, перенесём на понедельник? - Чуть больше недели до Рождества, мадам мэр… Скорее всего, у вас не будет свободной минутки, - убедительно сказал Хамберт. Миллс хотелось послать к чертям этот отчёт, но она понимала, что как градоначальник, она обязана его принять. *** Вчера вечером не городские проблемы не позволили Хамберту явиться на городское собрание. Он в это время находился в доме мадам мэр, вернее в её спальне. На его счастье, окна спальни закрывали непроницаемые тяжёлые шторы чёрного цвета, поэтому никто с наружи не обратил на него внимание. Мужчина очень тщательно осмотрел кровать, но ни одного волоса не обнаружил. Он посмел войти в ванную комнату, где висел махровый халат. Тщетно. Он открыл корзину для белья и…вуаля: на полотенце обнаружился чёрный волос! Грэм достал из куртки флакон с зельем и открыв его, очень осторожно просунул в горлышко волос. Волос засветился ярким золотым светом на мгновение окрасив жидкость в бирюзовый цвет. Но лишь на мгновение, а после зелье снова стало голубым. *** Хамберт издалека заметил одинокую фигуру в светлом кашемировом пальто и шляпе ему в тон. На руках Миллс были тёплые чёрные перчатки, но женщина всё равно зябко поводила плечами. Увидев шерифа, она в отчаянии закатила глаза. Она уже пожалела, что согласилась встретиться с ним в парке. Всё вполне могло подождать до понедельника. - Реджина! – воскликнул Грэм. – Я очень виноват перед тобой. Вот, держи, согрейся, горячий какао с корицей. Как ты любишь. Хамберт держал два бумажных стаканчика, а подмышкой была папка. Стаканчики были светло-коричневого цвета с силуэтом лица вдовы Лукас и надпись: «От бабули». Крышка была тёмно-коричневого цвета. Примерно год назад миссис Лукас освоила для себя новый сервис: «Еда на вынос», который сразу стал пользоваться спросом. - Спасибо, - недовольно пробормотала Миллс, но какао приняла. Она хотела хотя бы немного согреться и забрать папку, чтобы ознакомиться с отчётом дома, в тепле. Она не видела, как выжидающие смотрел на неё шериф, скрываясь за своим стаканчиком с кофе. Реджина прикрыла глаза, выдыхая через дырку в крышке аромат. Бабуля Лукас готовила отменный какао и пусть тот был не в кружке, а бумажном стаканчике, это ничуть не портило его вкус, она знала. Женщина поднесла стаканчик к губам и на мгновение ей почудилось, что к аромату какао примешивается ещё что-то. Да нет, ей верно показалось. Миллс сделала глоток и… чуть пошатнулась. На мгновение перед глазами потемнело, и она едва не упала. Хамберт кинул папку на скамейку и успел подхватить брюнетку за локоть. Миллс тряхнула головой, пытаясь понять, что с ней сейчас вдруг произошло. Она холодно посмотрела на шерифа и тот отступил. Она снова сделала глоток. - Всё хорошо, Реджина? – как будто обеспокоенно спросил Хамберт. - Отлично, - отрезала женщина. Мадам мэр поставила стаканчик на скамейку и взяла папку в руки. - Слушай, может всё же переберёмся куда-нибудь в более тёплое местечко? – спросил Грэм. - Шериф, неужели сразу нельзя было об этом подумать? – отрезала Миллс. – Вам так хотелось заставить меня мёрзнуть? У меня дома, кстати, есть отличный кальвадос, если не забыли, - усмехнулась мэр. – Он, по крайней мере согревает лучше, чем бабушкино какао, - и брюнетка без сожаления, вдруг, выкинула стаканчик в урну. Хамберт целовал Реджину в шею, которую та ему подставила, откинувшись на подушках, в другой всё был стакан с кальвадосом. Они встретились в парке в девятом часу, сейчас же уже было начало второго и до вечера Миллс не собиралась выставлять шерифа за дверь. Неожиданно у неё зазвонил сотовый. - Чёрт, кому вздумалось мне мешать? – недовольно пробормотала женщина, отталкивая Грэма и поставив напиток на тумбочку, взяла в руки мобильник. - Руби? – поморщилась Реджина, - что надо этому волчонку? Да! - Ой, Реджина? Я не вовремя? – удивилась Лукас. - Весьма. Что хотела? На том конце, казалось оторопели от такого ответа. - Ты забыла, что у нас сегодня девичник? Ты обещала рассказать про Эмму. - Эмму? – нахмурилась Миллс. Что-то знакомое было в этом имени. - Эмму Свон. Тут Реджина вспомнила. С этой женщиной она познакомилась в интернете. Они обе интересовались латиноамериканской музыкой. Но почему она должна была рассказывать о ней Руби и… с кем там у неё намечалась вечеринка? Эльзой? Да ладно? Она связалась с этими двумя? Хорошо хоть не с сестрой Эльзы! Дурёхой – болтушкой! - Девичник придётся отменить. Мне нечего рассказывать про Эмму. – и отключилась. - Что такое? – нахмурилась Руби и посмотрела напротив неё сидящую Эльзу. – Она сказала, что девичник отменяется, ей нечего рассказывать. - Что-то тут не так, - покачала головой Эльза. – Я бы сказала, что это чем-то похоже на заклятье… «Искажённого зрения» … Но, тут немного… что-то другое. Не знаю. - Надо спросить Белль! - догадалась Шапка. – Она точно сможет выяснить, что случилось с нашей Королевой! *** Свон, наконец, набралась смелости, чтоб поговорить о своих чувствах с Реджиной и набрала её номер. Если даже Генри поддерживает её? Она должна попытать счастье. «Реджина, давай попробуем,» - пробормотала блондинка. Обычно Миллс сразу брала трубку, но сегодня почему-то включился автоответчик. Это Эмме не понравилось. Но женщина подумала, что может быть просто брюнетка занята, всякое может случиться. Но когда она позвонила через минут пятнадцать, всё повторилось. Ещё раз набрав Реджину через десять минут, Свон снова услышала автоответчик. - Блять, пробормотала в отчаянии блондинка. – Что у тебя случилось? Снова набрав номер Реджины уже через пять минут, Эмма в который раз услышала: - Здравствуйте. Да, это Реджина Миллс. Если я не поднимаю трубку, значит я занята. Оставьте ваше сообщение, и я вам перезвоню, если посчитаю его важным. Тон был по деловому холодным. Но Эмма не обратила на это внимания. Кто записывает шутливые записи на автоответчик? - Привет, Реджи, - сказала Эмма. – Просто хотела узнать, как у тебя дела? Ты, и правда, наверное, занята. Сегодня, так понимаю мы не поболтаем. Сладких снов тебе... И … эм… Я бы очень хотела завтра услышать твой голос. Хочу тебе … Кхм… Нам надо поговорить. Эмма отключилась и бросила трубку на диван. Свон чувствовала себя смущённой как никогда. Такое же смущение, она, наверное, ощущала, когда Нил признался ей в любви. Этот ублюдок, который потом бросил её беременную! *** - То, о чём вы говорите, очень похоже на заклятье «Отворотного зелья». Румпель.... Мистер Голд… О, я кажется поняла! – в отчаянии воскликнула девушка. – Нам нужно срочно спасать мадам мэр. Если мы не сделаем это до Рождества… - Что для этого нужно? – спросила Эльза. - Поцелуй настоящей любви, - во один голос ответили Руби и Белль.