Кролик. Пасхальный Кролик

Песочный Человек радостно поманил к себе Кролика и наконец-то обнял. -Песочник, - добродушно сказал Гектор, похлопывая по спине хранителя добрых снов, - как я рад тебя видеть, дружище... Ну все. Ладно. Хватит обниматься. Но Песочник на радостях только крепче сжал Кролика в пухлых ручках. -Песочник... Песочник! - еле вырвался Кролик, запыхавшись и приглаживая шерсть на загривке. - Прости, но я заволновался. Объятия что-то затянулись. Песочник сердито нахмурился, и над его головой возник большой золотистый кукиш. Кролик облегченно выдохнул. -Вот и прекрасно, а то, брат, как-то не по себе стало. Чертов Северянин. Надо было притвориться, что он по-прежнему мертв... Тогда не пришлось бы терпеть дудение бубенчиков на трубах и церемонию приветствия. Это все Северянин. Капуста брюссельская, как он фонтанирует идеями! Такую бы энергию да в мирное русло. Северянин сказал, что крепкие объятия только укрепят силу духа в отряде хранителей - и вот Кролик, чувствуя себя идиотом, неловко подошел к Ледяному Джеку. Они здорово тогда вырвались из лап Кромешника и этих троих жутких духов - победить их, увы, не удалось, зато они спасли Марру. Джек замялся и похлопал Кролика по плечу: -Ты у нас теперь неубиваемый Кенгуру. Кролик недобро блеснул глазами, но ничего не сказал. Джек - он такой Джек... Вечно носится с этим чертовым прозвищем. Ну ничего. Кролик попытался смягчиться: -Ладно, брат, давай... - Он кашлянул. - Обнимемся, может? -Э-э-э, вот этого не надо, - испуганно уперся Ледяной Джек, - вот еще! Не хватало, чтобы кролик-качок меня обнимал! Да у меня же будет стресс... -Кузбайшара! - провозгласил один из йети и, растрогавшись, бросился обнимать сразу Кролика и Джека. Кролик похлопал по спине йети с обреченным лицом, а Джек, всячески стараясь вырваться, извивался, как уж. Наконец, ему это удалось: он пригладил непокорные белые волосы и пролепетал: -Да, Кролик, по тебе тут многие скучали. -Особенно я, - вставил вдруг женский голосок. Кролик обернулся. Зубная Фея! Зубные крохи! Несколько фей-колибри радостно закружили вокруг своей властительницы. И Марра. Он замирал каждый раз, как видел ее - от боли, потому что она теперь была слабее обычного, и от счастья. Потому что теперь она принадлежала ему. Подруги тесно обнялись: Фея поддерживала Марру за талию. Девушка еле стояла; она все еще выглядела так же противоестественно, как и в те страшные дни, что пришлось ей пережить - но теперь на ее лице сверкала прежняя добрая улыбка. -Иди ко мне, - тихо сказала она, и Кролик уже был тут как тут, - Туффиана уже замучилась, наверное, со мной. -Ничего подобного! - запротестовала Фея, слегка покраснев. - Дорогая, ты же знаешь, как я рада, что мы теперь снова вместе. Гектор осторожно обнял Марру за талию, придерживая и прижимая к себе. -Римский-Корсаков и Шостакович в ту же степь, - прошептал Северянин, подталкивая Песочника, - они все-таки вместе! Песочник довольно закивал. Ледяной Джек лишь тихонько фыркнул. -Ох, Марра, зря ты так обнадеживаешь ушастого. Теперь тебе спасу от него не будет. Он же кролик, в конце концов. - И Джек прыснул со смеху, сгибаясь пополам. - Инстинкт у него, в конце концов... -Ага. И животный магнетизм. - Буркнул Кролик, обиженно насупившись. - Не слушай, дорогая, это он завидует. -Кто? - Джек от удивления даже выпятил нижнюю губу. - Я?! Чему?! Ушастый, посмотри на себя! -Метр восемьдесят три, стальные нервы, мастер тай-цзы и любитель греческой кухни! - не смутился Кролик. Северянин довольно улыбнулся. Все как всегда.