Болван

Ваштанианский корабль колонистов

      Протоколы «день-ночь» подходили к постепенной смене очередного витка цикла. Из-за обилия дыма и смога небо едва ли отразило предполагаемые рыжие закатные блики, вместо этого облака, полные зловонных примесей, будто падали на город. Как чёрный рой, они расползались по улочкам, оседали на крышах и заглядывали в окна, в которых то тут, то там зажигался свет. Так постепенно темнело.       За городом в центре высоких монолитов синяя-пресиняя будка проецировала бело-лунный свет. Надпись «Полиция» горела ярче, освещая рыжие листики и две фигуры, которые сидели на пороге убежища духа. Джинни Мэйкерс, закутанная в тёплое-тёплое одеяло, устало осматривала монолиты. На них причудливо играли блики: белые, синие, фиолетовые лучи скользили по многочисленным трещинкам, перемешивались и формировали самые настоящие полотнища сражения. На мгновение чуть ярче зажигалось фиолетовое войско, сумевшее задавить белых и синих, но затем поверженные объединились и перешли в наступление. И в какой-то момент, пока только как маленькая точка, в трещинке заискрился рыжий свет. Джинни, осмотрев монолит напротив, улыбнулась, подмечая всё больше и больше «рыжих лазутчиков», что постепенно обступали мельтешащие туда-сюда белые, синие и фиолетовые пятна.       — Выходит, первый день прошёл совершенно неудачно?       Джинни дрогнула — столь неожиданно оказалось услышать голос духа, о чьём присутствии она позабыла. Малышка глянула вбок, где рядом, опираясь о стену, сидела рыжая. Она сосредоточено орудовала серыми нитками и иголкой над порванной ручкой, пришивая её обратно.       — А ты не можешь сделать так же, как и с формой?       Джинни слегка отодвинула руки и бросила взгляд на вычищенную школьную форму. Она улыбнулась, вспомнив, как множество маленьких-маленьких сенсоров проходили по ткани и моментально очищали её — это было довольно-таки щекотно, особенно когда они остановились на лице, волосах, ручках. Джинни поёжилась, прикрыла глаза и сморщилась, снова ощутив те самые прикосновения на носу и щеках.       От воспоминаний её отвлёк дроид, сидевший на коленях. А5 поднялся на все четыре манипулятора, посмотрел на ойкнувшую девчонку, которая поспешила вернуть руки обратно, и снова шлёпнулся на колени. Дроид «забурчал», и его купол переключился с оранжевого на синий.       Улыбнувшись, Мэйкерс посмотрела на духа, которая кривила губы в снисходительной улыбке. Обе пялились друг на друга ещё некоторое время, а затем рыжая вернулась к починке ручки.       — Нет, — обронила дух. — Подобной установки я ещё не изобрела.       — О, так ты изобретаешь!       — Иногда. И, мелочь, — строго продолжила рыжая, — не увиливай от вопросов. Что случилось в первый день школы?       Джинни моментально сникла. Она отвернулась, посмотрела на монолит, вот только продолжавшие сражения световые пятна более не радовали. Скорее наоборот — стали напоминать то, что произошло в первый день школы несколько лет назад.       — Я рассказала о тебе, — тихо-тихо обронила малышка, надеясь, что дух не услышит и что они снова вернуться к обсуждению каких-нибудь мелочей типа конфет, неба, полного звёзд или тайн комнаты, в которой лишь мельком побывала Джинни.       Но рыжая услышала.       — Глупо. Мой ТАРДИС подделывает и искривляет сканеры, потому его не заметить примитивными технологиями, что существуют у вас в данном сегменте Измерений. У вас даже нет элементарного понимания о телепортации, стабильной гравитации и… — чего уж! — даже протоколы дня-ночи откровенно паршивые и липовые!       Дух фыркнула, качнув головой в сторону монолитов. Шелест листвы стал громче, часть рыжих листиков красиво осыпалась вниз. Наблюдая за их падением, Джинни пыталась понять смысл той речи, что обрушила на неё дух, но большинство слов были такими… странными. Потому малышка удивлённо уставилась на рыжую и обронила:       — А?       — Не важно, — дух покривила губы. — Сказала, сказала. Они не поверили, да?       — Угу. И устроили травлю.       — Травлю? — голос рыжей сел и дрогнул, и Джинни удивлённо осмотрела её.       Лицо духа стало бледнее, растеряли весь цвет яркие пятна веснушек, потускнели и глаза. Джинни самой стало худо — в воспоминаниях предстали старые-старые картинки стычек и угроз, ставших бесконечными. Пытаясь спастись от прошлого, девчонка обронила:       — Угу. Директор даже вызвала… р… родителей.       — И они, конечно, поддержали тебя?       — Нет, — теперь голос задрожал у Джинни. — Они… Они… не поддержали.       Перед глазами явственно предстало обозлённое лицо отца, тревожное — матери, а затем всё окутала темнота. В очередной раз за вечер что-то задавило память о тех событиях, и Джинни почувствовала себя немного лучше, но недостаточно. Глаза закололо.       — Я перестала говорить о тебе сразу же после… Вос-пи-та-тельной беседы, но Марк и другие запомнили ту нелепость.       — И они преследуют до сих пор?       — Да.       — Погано, — на выдохе подтвердила дух.       В поисках поддержки Джинни выпутала одну руку из одеяла и, преодолевая собственный страх, коснулась купола дроида. Она была готова сразу же её отдёрнуть, как вдруг внутри купола зародилось множество-множество золотых искорок. Они подтягивались ближе к тому месту, которого коснулась девчонка, и пальцы лизнуло тепло. Дроид, испустив нейтральный «гук», заурчал, напоминая старого-старого облезшего кота с улицы. «Механический кот», — Джинни улыбнулась мыслям.       — Ты ему нравишься, — рыжая хмыкнула. — Обычно ему никто не нравится или… проходит несколько лет, прежде чем он кому-то доверяет.       — Значит, я особенная?       — Не думаю, — дух нахмурилась, — просто ты ребёнок. К детям, попавшим в беду, он более благосклонен.       «Значит, я не особенная». — Джинни совершенно скисла. Она убрала руку от купола дроида, на что А5 удивлённо гукнул, поднялся на манипуляторах и повернулся лицом к хозяйке. Он затянул низкую трель, окончившуюся громким фырканьем. Джинни ничего не поняла из сказанного им, а вот хозяйка его возмущённо воскликнула:       — А вот и нет!       — Гук!       — Нет!       — Гу-гу-гук! — Дроид замотал корпусом вверх-вниз, подался вперёд. Его искривлённые антеннки вибрировали, а лампочки на их концах удерживали ярко-алый цвет.       — Не-е-е-ет! Это ни капельки не обидно.       «А». — Джинни посмотрела на дроида, на духа и, кажется, догадалась, о чём они спорили. Вздохнув, она пробормотала:       — Вообще-то обидно.       С победным «гуп!», напомнившим Мэйкерс людское «вот!», дроид указал одним манипулятором на Джинни, продолжил чуть тише бурчать и шлёпнулся обратно на колени малышки. «Глаз» всё ещё следил за хозяйкой, когда как купол вернулся к глубокой синеве. Джинни увереннее провела по нему и снова разглядела, как в синеве начали зарождаться золотистые звёздочки.       — Ладно, прости. Социальные контакты это не моё. — Джинни удивлённо посмотрела на духа, которая поднесла к губам нитку и откусила её. Она прицепила иголку к большой серой катушке, скатала остатки в маленький клубок и выкинула куда-то вниз.       — Сорить — плохо, — важно заявила Мэйкерс, найдя в тёмной траве серый катышек.       — Доверять незнакомцам тоже плохо, но ты же доверилась, а?       — Ты не незнакомец, — обиделась Джинни. — Ты дух звёзд.       — О, не начинай! — отмахнулась рыжая, разглядывая пришитую ручку. — У вас даже на уровне звёзд нет, чтобы быть их… ду-у-у-ухом. — Лицо её всё перекосилось, но Джинни удивило совершенно другое.       — Уровень?       — Ты не знаешь? — удивилась рыжая.       Обе так и застыли: дух замерла, удерживая в руках серый рюкзачок Мэйкерс, а Джинни остановила руку на куполе А5, хмурясь всё больше. «Уровень? Какой уровень?» — Джинни надулась. Она осмотрела монолитные камни, скользнула взглядом по рыжим огням окон города вдалеке, затем попыталась разглядеть на плоском горизонте вереницу заводов.       — А! Уровень! — Она зацепилась взглядом за чёрные-чёрные облака.       — Да-а-а?       — Ты, наверное, имеешь в виду стену, что окружает город? — Джинни, озарённая догадкой, глянула на духа.       — Стену?       — Да. Стену. — Джинни указала в сторону плоского горизонта, где сейчас едва проглядывались многочисленные заводы. — Её не увидеть, если не подойти. Но она защищает нас от бед окружающего мира, который… канул в небытие.       Она произнесла остаток фразы так, как говорили по телевизору, специально понизив голос и едва-едва перейдя на шёпот. Впрочем, её стараний не оценили. Дух нахмурилась сильнее, а А5, сидевший до сих пор тихо, отвлёкся от слежки за хозяйкой. Дроид, поднявшись, переводил взгляд с горизонта на Джинни, с Джинни на хозяйку и обратно.       — И где ты это услышала? — с сомнением просипела рыжая.       — Об этом все говорят. — Джинни удивилась тому, что дух об этом не знала. — По телевизору, взрослые, даже в школе изучаем.       Она взяла рюкзачок из рук рыжей и, открыв, принялась в нём копаться. Вскоре под учебником математики она нашла не менее чёрный-чёрный учебник с надписью «ИСТОРИЯ». С победным «ага!» Мэйкерс вытащила его и протянула рыжей, которая с толикой брезгливости взяла ветхий учебник. Дух, сохраняя на своём лице нелепое выражение растерянности, пролистала его.       — Также об этом постоянно говорят власти. Президент.       — О, ну всё понятно. — Рыжая резко захлопнула книжку, на что Джинни зажмурилась, а затем осторожно приоткрыла один глаз, потом другой. Убедившись, что библиотечный учебник выдержал столь грубое обращение, Джинни протянула руку.       — Не веришь — не верь. Но потому у нас в городе постоянно темно и серо. И много дыма. Заводы работают, чтобы нас защищать.       Дух как-то странно осмотрела её, покривила губы, а затем с протяжным «ла-а-адно» вложила учебник обратно в ладошку Мэйкерс. Джинни поспешила спрятать ветхое издание подальше от рыжей. Мэйкерс успела застегнуть верхний клапан, когда на весь город раздалось протяжное завывание.       Сирена исходила со стороны заводов, нарастала и гудела, гудела и гудела. Джинни даже не вздрогнула, но всё равно в страхе уставилась в сторону горизонта.       — Мне пора. — Она выпуталась из одеяла и ловко спрыгнула вниз.       — Стой-стой-стой. — Рыжая спрыгнула следом, наблюдая, как Мэйкерс закидывала на спину рюкзачок. Потревоженный А5 опустился на плечо хозяйки.       — Заводы трубят об окончании смены, — спешно поясняла Джинни, не уверенная, что дух знала об этих особенностях. — Если родители придут домой, а меня не будет, то… — голос снова дрогнул.       — Но ты же можешь попасться.       — Могу. — Девчонка остановилась.       Перед глазами вновь предстали образы мальчишек из класса. Джинни отвернулась от будки, посмотрела в сторону города и шмыгнула носом. Они могли и сейчас укрываться в тенях, выжидать, пока она покинет монолиты, и тогда… Джинни точно не успеет домой.       — Я могу проводить тебя.       — Что? — Не веря услышанному, Джинни вновь повернулась к рыжей и осмотрела её.       — Я могу проводить и проследить за твоей безопасностью, — настаивала дух.       Джинни нахмурилась. Она изучила внешний вид духа: чёрный костюм с золотыми вставками, высокие заляпанные грязью сапоги, растерянное «яркое» лицо, полное таких же «ярких» пятен… Следом вспомнила жителей города — сутулых в серых и грязных одеждах — и покачала головой.       — Ты привлечёшь внимание, — заключила Мэйкерс. Слова дались ей с трудом, потому что голос всё ещё дрожал. — Тем более на велосипеде быстрее.       Дух тяжело вздохнула. Она потопталась на месте, сложив руки на груди. Дроид на её плече продолжал гудеть, смотря в сторону горизонта, где заводы всё трубили об окончании смены. Его купол мигал то жёлтым, то оранжевым, то красным, а трель становилась всё злее и злее. Вдруг дух и девчушка переглянулись, улыбнулись друг другу и одномоментно глянули на А5.       Растерявшись, дроид загудел удивлённо. Манипуляторами он сильнее сжал ткань комбинезона хозяйки, искривлённые антеннки поникли, а купол остановился на жёлтом цвете.       — А5, — коротко обронила дух.       И дроид обо всём догадался. Он заголосил, что есть мочи, поднялся на манипуляторах и закачал куполом туда-сюда. Джинни растерялась.       — Ты же сам говорил о манерах. Тем более тебе я могу доверить безопасность ребёнка.       А5 завопил, споря с хозяйкой.       — Нет, конечно. Ты проследишь за ней с крыш.       Дроид снова испустил недовольную трель.       — Не бухти. Зато так мы будем уверены в безопасности, да? — Дух глянула вниз на девчонку и подмигнула ей.       Джинни заулыбалась, и дроид окончательно сдался. Он плюхнулся обратно на плечо, безвольно опустил свои манипуляторы и только некоторое время обижено голосил. Мэйкерс, не веря в происходящее, осмотрела духа, её дроида и, переполняемая теплотой, подалась вперёд. Она заключила рыжую в крепкие объятия, счастливо проговорив:       — Спасибо!       — Ну всё-всё. — Дух брезгливо отстранила от себя ребёнка, которая не уделила должного внимания проявленной брезгливости. Рыжая опустилась перед ней и щёлкнула девчонку по носу. — Беречь, любить и уважать.       Джинни, продолжая счастливо улыбаться, уверенно кивнула. Ещё через некоторое время она бегом спускалась с холма, а за ней, поднявшись на достаточную высоту, следовал маленький неприметный дроид, отключивший световой диапазон своего купола и антенн.

<…>

ТТ-капсула Изобретателя, Около часа спустя.

      — Мне всё это не нравится, А5, — делилась мыслями Изз, обходя консоль.       Дроид, укрывавшийся в куполе далека, загудел, спешно уточняя, что конкретно не нравилось хозяйке.       — Да всё, — буркнула она. — Токсичная атмосфера, токсичная среда воспитания, токсичные… ваштанианцы. И эта их вера в стену. — Изз медленно остановилась и, сунув руки в передние карманы комбинезона, задумалась. Она обвела взглядом консольную комнату, посмотрела наверх и внимательно изучила звёздную карту.       Созвездия на ней горели нестабильно-алым, постоянно рябили из-за влияния чёрной дыры, с притяжением которой продолжал бороться ваштанианский корабль. «Корабль». — Изз перекатилась с носков на пятки и обратно. — «Стена. Корабль и стена». Она прикрыла глаза, обращаясь к собственной памяти. Перед глазами замелькали выдержки из голокниг, мануалов, энциклопедий и учебников, которые проецировала ей медицинская капсула во время лечебной комы, а следом всё это перебило увиденное в учебнике истории для четвёртого класса.       — Не нравится, — повторила Изз, открывая глаза. А5 подался из купола и, зацепившись задними манипуляторами за стенки убежища, передними постучал по голове хозяйки. — Отстань! — Изз дёрнула вперёд, нахмурившись. Дроид испустил запись механического смеха. — Стена. Стена, стена, стена.       Изз остановилась у лестницы, ведущей на верхний уровень. Она опёрлась руками на перила по бокам, сгорбилась и снова прикрыла глаза. Сознание наполнили нестабильные данные, которые Повелитель времени принялась сортировать по блокам. Дыхание замедлилось, руки сильнее стиснули холодный металл перил, а данные дополнились и собственными воспоминаниями.       «Что-то не сходится. Что-то не сходится», — продолжала стучать мысль, ставшая подобной отчёту о неисправностях ТТ-капсулы. Изз перестала терзать сознание тогда, когда его снова пронзили четыре барабанных удара.       А5, выглядывавший из купола, гукнул, заметив на себе взгляд хозяйки.       — Нет, я пока не знаю. — Изз отцепилась от перил, провела руками по рыжим волосам, приглаживая их, и покачала головой. — Похоже на пропаганду, да? Я вроде читала о таком, не помню, — принялась рассуждать вслух Повелитель времени. — Но зачем пропаганда здесь, на корабле, — она обвела пальцем нестабильную звёздную карту и, принявшись обходить консоль, крутанулась, — запертом в пределах чёрной дыры. Зачем кому-то строить веру в стены, которые отгораживают от небытия… В этом нет смысла и логики. Или они пока скрыты, да? Скрыты от глупой Повелителя времени, вынужденной скрываться здесь, хм.       Изз присела на ступеньку лестницы, уводившей на нижний уровень. Она сложила руки вместе и постучала пальцами по подбородку, продолжая думать. «Вынужденной скрываться здесь», — повторила она и скривилась, зашипев. Сознание пронзила мигрень. Воспоминания одно за другим настигали его, пробуждая те, что касались другого незнакомца. Они стали напоминать пятна — такие же, какие играли на монолитах и сейчас в консольной комнате.       Взгляд Изз скользнул по сине-фиолетовым переливам, прошёлся по обручу верхнего уровня и снова задержался на звёздной карте. В какой-то момент синие, фиолетовые и алые переливы стали гаснуть. Вместо них появлялись рыжие пятна, которых становилось всё больше и больше. Вскоре к рыжим прибавилась желтизна, и они сформировали два горящих солнца, что высились в падающих небесах. Нос уловил запах гари, и…       Та-да-да-дам. Та-да-да-дам. Та-да-да-дам. Та-да-да-дам.       Шикнув, Изз поднялась и стала ходить туда-сюда по среднему уровню. В какой-то момент она не выдержала: подошла к консоли, опустила руки на металл и, чтобы стук не начал донимать снова, стала отбивать его пальцами.       А5 осторожно подал голос.       — Нет, рано возвращаться. — Изз закачала головой и уставилась на экран, выжидая оповещения или входящего сигнала. Но экран продолжал выводить лишь отчёт о стабильном функционировании основных процессов ТТ-капсулы. — Пока рано.       Она сглотнула и снова вспомнила о «стенах».       — Слишком мало данных. — Она подалась назад. — Нужно найти больше. Где найти больше?       Система: «Позвольте встрять в ваш предельно информативный разговор, но почему бы не поискать ответы в больнице, где располагаются турболифты всего колониального корабля?»       Изз удивлённо осмотрела временной ротор, следом консоль и упёрла руки в бока.       — Допустим? Но почему?       Система: «Полагаю, именно в больнице будут располагаться пункты управления уровнем, учитывая близость к турболифтам. Думаю, их скрыли первые поселенцы или… не скрыли и охраняют»       Изз постучала пальцем по переносице, анализируя слова ТТ-капсулы. А5 забурчал, и ТТ-капсула поспешила его осадить.       Система: «Конечно! Кто-то должен знать правду, ведь тогда бы не было бы байки о стенах»       — Мы там были несколько раз, Шторм, когда перемещались вниз.       Система: «Думается, вы искали невнимательно. К тому же тогда ваша цель была турболифты, а не поиск систем»       — Резонно, — согласилась Изз, вспоминая недавний спуск.       Она поднялась на верхний уровень. Достав из верхней секции нанобинокль, Изз присела на подоконник, забралась глубже и принялась изучать раскинувшийся впереди город. На коленках почувствовалась тяжесть — это А5 всё-таки перебрался из купола и также приступил к анализу окружающего пространства.       Повелитель времени вскоре отыскала неприметное здание больницы, навела резкость и пригляделась к зашторенным окошкам. В некоторых отражались светло-синие переливы, некоторые удерживали грязно-жёлтый цвет — такой же горел в обычных зданиях уровня. Изз опустила бинокль, вспоминая серые холодные стены больничного заведения, и растерянно пробормотала:       — Они были пустые.       А5 вопросительно загудел.       — Ну, да, мы бывали там зачастую по ночам, но… Даже стационара не было. Дежурных. И там… слишком тихо для больницы уровня, где повсеместная токсичная атмосфера, — Изз хмыкнула. — Я не знаю. Стоит ли соваться?       А5 потоптался на коленях, поднял визор на хозяйку и завибрировал, воспроизводя урчащие звуки. Изз, отставив нанобинокль, провела пальцами по серому корпусу и улыбнулась.       — Нам ещё не пора возвращаться, вместе с тем… Почему меня это интересует?       А5 заурчал громче в ответ на прикосновения хозяйки.       Система: «Разбавить скуку от пребывания здесь, дожидаясь сигнала?»       — Возможно, — неуверенно согласилась Изз.       Система: «К тому же я зафиксировал колебания измерений в квадранте больницы. Быть может, вас заинтересует»       Коммуникационно-звуковое устройство испустило трель входящего потока данных. Изз клацнула по иконке сообщения. Голограмма присланного отчёта возникла в воздухе, постепенно формируя те самые данные, упомянутые ТТ-капсулой. Изз и А5 осмотрели их, и Повелитель времени нахмурилась ещё больше.       — Это невозможно. — Она поднялась и спешно спустилась к консоли, где вывела эти же данные на экран. — Это невозможно! — повторила она увереннее. — Что это вообще такое?       Система: «Колебания Измерений, точнее искривления их в пределах одного…»       — Да! Но такого рода искривления проецирует ТТ-капсула, если она переведена на вторичные автономные протоколы.       А5 завыл, понимая, к чему клонила хозяйка. Система на этот раз не ответила. Изз накрыла руками лицо и, хныча, просипела в ладони: «Почему иногда не может быть просто что-то… милое?»       Система: «Потому что вы Повелитель времени. Судьба у этой расы такая — влипать в неприятности. Более того родословная прямым текстом предписывает конкретное попадание в неприятности»       А5 закряхтел. Изз резко отняла руки от лица, сердито осмотрела консоль, мигающий весёлыми синими переливами временной ротор и фыркнула. ТТ-капсула явно говорила это со смешком и явно издевалась. Растянув губы в приторной улыбке, Повелитель времени обронила:       — Скверно слышать о судьбе от рациональной органической машины.       Система: «Ну что-о-о поделать, иногда мы полны иррациональных сюрпризов!»       Изз цокнула. Осознав, что спорить с ТАРДИС себе дороже, она вновь изучила данные искривления Измерений, вспомнила лекции о влиянии темпоральных технологий и объектов на окружающее пространство и… припомнила лицо Джинни Мэйкерс. «Что-то не так, — снова настояла Повелитель времени, — и почему меня так это заботит?»       Ощутив тяжесть на плече, она улыбнулась и коснулась пальцами купола А5, а следом, отпрянув от консоли, отправилась в коридоры ТАРДИС. Дроид вопросительно загудел.       — Уж если скрываться, то надо надеть что-то серое и грязное. Джинни права — мы слишком заметны.       А5 не согласился, потому завыл на нейтральной тональности.       — Да. Ты и ТАРДИС портишь здешние примитивные системы. Чудо, конечно, что мы ещё не попались, но всё-таки если мы планируем дольше полазить в больнице, то немного осмотрительности не помешает, хм?       Дроид, раздумывая, загудел, следом согласно гукнул, а потом и вовсе выдал нечто совершенно иррациональное, на что хозяйка возмутилась:       — Не-е-ет! В том жутком халате мы будем ещё больше заметны.       Изз, слушая дальнейшие причитания дроида, улыбнулась и припомнила ещё кое-что. Память другого незнакомца подбросила первые события выхода из анабиоза, когда Повелитель времени показалась на трапе в ярко-розовом халате, у которого на вороте и манжетах красовались пушистые розовые перья.       Судя по весёлой трели А5, дроид также вспомнил то событие.       — Эффектно, не спорю, но не практично!       Дроид фыркнул, выражая знакомое: «Заладила со своим практично!»