Save me

— Микки, расскажи, пожалуйста, что случилось. Не волнуйся, это не допрос. Просто расскажи, что помнишь. — Мы шли из столовой, и Бет вдруг остановилась. Она шла-шла и бац! Встала как вкопанная! — Не волнуйся, Микки, продолжай. — Она увидела его... А потом и я увидел... — Кого вы увидели, Микки? — Гейла. Гейла Брима. Он стоял на крыше и потом... потом... — Что произошло потом, Микки? — Он упал! Он пошатнулся, будто его толкнули, и полетел! И... и на земле кровь! И-и-и руки в стороны, и ноги... — Тише-тише, Микки. Возьми воды. — Спасибо, мистер Эклз. — В последнее время тебе ничего не показалось странным в поведении Гейла? — ... — Микки? — Мистер Эклз... я скажу, но только вы никому... — Обещаю, я никому не скажу. — У Гейла были паршивые дела, мистер Эклз. Нет ничего странного, что он оказался на крыше. Может, ему вообще помогли... — Что ты имеешь в виду, Микки. — Его травили. — Кто его травил? — ... — Микки, я никому не скажу. Кто травил Гейла? — Падалеки. Джаред Падалеки. Если кто и убил Гейла, то это он. Когда за учеником закрылась дверь, Дженсен, закрыв глаза, тяжело откинулся на спинку кресла, и та жалобно скрипнула. Глубоко вздохнув, он снял очки и аккуратно положил на стол поверх записей. За эти несколько дней он слышал примерно одно и тоже. И ничего нового Дженсен не узнал. Гейл ходил к нему на терапию три месяца, почти с самого начала учебного года. В семье у парня не очень ладилось, да и почти ни с кем в школе он не дружил, был замкнут и недоверчив. Но Дженсену казалось, что им удалось пройти через это. А пару недель назад Гейл снова стал нервным, скрытным, напуганным. Дженсен старался разговорить его, но всё без толку. С предпоследней их встречи Гейл сбежал чуть ли не сразу же, как пришёл, а на следующий сеанс и вовсе не явился. Он явно избегал Дженсена в коридорах школы весь тот день. Дженсен собирался подойти к нему сам, но... не успел. *** — Кэтти? Ты волнуешься? — Нет, вовсе нет. — Хорошо. Здесь тебе не о чем волноваться, — Дженсен улыбнулся девушке, дождался её неуверенного кивка и задал вопрос: — Можешь рассказать мне, что случилось в тот день? — Я ничего не знаю! Я... я не видела! — Ладно. А о Гейле? Какой он был? — Он... раньше он был нормальным. Таким же, как... — Как кто? Таким же, как кто, Кэтти? — Как... мы. — Но он изменился? — Он же ходил к вам, вы сами знаете. — Я бы хотел узнать, что ты думаешь, — Дженсен снова улыбнулся, стараясь успокоить её. — Я слышала, что его род... у него в семье были... проблемы... вроде. Я не знаю ничего, ладно?! Можно мне уйти уже?! — Конечно, — кивнул Дженсен. — Увидимся на следующей неделе. — Вы что, собираетесь меня весь год тут допрашивать?! — Это распоряжение дирекции школы, Кэтти, — мягко отозвался Дженсен на её выпад. — Я просто стараюсь помочь вам пережить сложную ситуацию. — Мы не были друзьями, я переживу! — Но вы были одноклассниками. — Можно мне уйти уже? — Да, Кэтти, иди. Увидимся через неделю, — сказал Дженсен за секунду до того, как хлопнула дверь его кабинета. *** — Я же не психопатка, да? — Элис, конечно, нет. Это обязательно для всех в связи с… произошедшим. — Я не виновата, мистер Эклз! Честное слово, я не хотела! Я не могла иначе! — Элис, всё хорошо, тебя никто не обвиняет. Просто расскажи, что случилось. — Это же шутка была. Просто шутка! — Какая шутка? — Что Гейл гей. — Тебе это не нравилось? — Да мне всё равно было! Но ребята... — Почему ты решила, что Гейл гей? — Кто-то нашёл его дневник и растрепал всей школе, что Гейл запал на... — На кого? Кто нравился Гейлу? — Вы... — Там было написано моё имя? — Я... не знаю. В дневнике... Не знаю я! — Всё хорошо, Элис. Закрой глаза и сделай вдох. Молодец. Как вы шутили над ним, Элис? — Это парни! Я ничего не делала! — Всё хорошо, Элис. Я тебе верю. — Я... хочу уйти. Можно я пойду? — Да, конечно. Увидимся на следующей неделе. — Я, правда, ничего не делала. — Я знаю, Элис. *** — Надолго эта байда? – спросил очередной ученик, перекидывая футбольный мяч из одной руки в другую. — Ты куда-то торопишься, Блейк? — Вообще-то, да. У меня тренировка. Тренер с меня шкуру спустит, если опоздаю. — Ваш тренер строго следит за дисциплиной, да? — Это точно! С нашим тренером шутки плохи! – Блейк нервно хмыкнул и передёрнул плечами. — Но я вам ничего не говорил, – быстро добавил он. Дженсен понимающе кивнул и сказал: — Мой тренер в школе устраивал нам весёлую жизнь за любой проступок. Мог даже вздуть нас! Говорил… как же там было... – Дженсен пощёлкал пальцами, вспоминая, — если в уши не доходит… — Надо в печень постучать, — Блейк снова хмыкнул и присмотрелся к Дженсену с заметным интересом. – Вы играли в школьной команде? — Да, в футбольной, как и ты, — Дженсен улыбнулся ему. – И тренер у нас тоже был… суровый. Зато мы поняли, что значит команда. — Значит, вы знаете и что такое преданность и верность. — А Гейл Брим тоже был в команде? — Нет, он… нет. — Но до прошлого года он играл, разве нет? – Дженсен нахмурил брови, стараясь вспомнить. – Вроде он ресивером был? — Больше он не в команде. Он ушёл. — Бросил своих братьев? – Дженсен удивлённо вскинул брови. – Тренер, наверное, взбесился! — Нет, он… — Что? Его игрок бросил команду, а он даже не разозлился? — У Брима были свои причины, вот и свалил. — Вы из-за этого его травили? Потому что он предал вас? — Нет! Нет, он просто… — Просто? — Да ничего, — Блейк прижал мяч к груди, обхватив его обеими руками. – Я ничего не знаю. И мне пора на тренировку. — Тренировку пропускать нельзя, — кивнул Дженсен. – Увидимся на следующей неделе. *** — Вы с Гейлом дружили? — Да, мы... общались, — парень на стуле нервно пригладил волосы и поправил очки. — Гейл был чем-то обеспокоен в последнее время? — Дженсен видел их вместе довольно часто и надеялся услышать сегодня что-то новое. — Ему было... нелегко. — Шон, он говорил с тобой о самоубийстве? — Нет! — Шон тут же вскинул на него взгляд и вцепился в края стула. — Всё хорошо, Шон. Не волнуйся. Почему Гейлу было нелегко? — В школе... В школе его задирали. Постоянно докапывались из-за... по разным причинам, — Шон внимательно рассматривал ковёр под ногами. — Кто-то конкретно проявлял к нему внимание? — осторожно спросил Дженсен, очень надеясь услышать ответ. Шон долго молчал, нервно сжимая кулаки, и постоянно шмыгал носом, как простуженный. Дженсен уже потерял надежду. — Падалеки. Он... Он ненавидел Гейла. — Ненавидел? — Это он всё начал, — тихо сказал Шон и снова замолчал. — Гейл не говорил о причине? — Нет, но... Всё началось, когда Гейл потерял тетрадь. Дневник. Я говорил ему не таскать его с собой! — вдруг громко закричал Шон. — Какого хрена он таскал его с собой?! — Шон. Шон, послушай меня. Слушай меня. Дыши. Дыши глубже. Да, вот так. Молодец. — Личные дневники нужно держать дома, — настойчиво повторил Шон. — А Гейл принёс свой дневник в школу? — Да, — хмуро кивнул Шон. — Кто-то его нашёл? Шон снова кивнул. — Ты знаешь кто? Шон молча поджал губы. — Это был Джаред? Шон поднял на него затравленный взгляд. Долго смотрел, но всё же кивнул, а затем поднялся и, торопливо подобрав рюкзак с пола, поспешил к двери. — Увидимся на следующей неделе, — сказал Дженсен ему в спину, и парень вышел, даже не оглянувшись. *** — С чего вы взяли, что мне нужен мозгоправ? Джаред Падалеки сидел перед ним, оседлав стул, и смотрел взглядом хищника. У Дженсена вообще от этого парня волосы на всём теле шевелились. Было в нём что-то такое... чего Дженсен Эклз к своему великому профессиональному стыду никак не мог распознать. Джаред напоминал ему большого дикого кота, опасного, хитрого и в то же время завораживающего своими плавными движениями и обманчивой расслабленностью. — Мы можем просто поговорить, — Дженсен уже почти привычно замаскировал свою неясную тревогу улыбкой и слегка пожал плечами. — О чём нам болтать? — Джаред приподнял уголок губ и ощупал его медленным взглядом. — О чём захочешь, — предложил Дженсен. — Почему вы пошли в мозгоправы? — спросил Джаред. — Мне нравилось разбираться в человеческих поступках и мотивах, — Дженсен мягко улыбнулся, ничуть не удивившись, что вопрос направлен на него. — Ну и конечно, хотелось помочь. А ты чем хочешь заняться после окончания? У тебя же выпускной класс. — Я хочу стать космонавтом. Или клоуном. Пока не решил. А вы в школу пришли не для того, чтобы быть поближе к подросткам и соблазнять их, пользуясь служебным положением? Дженсен позволил себе рассмеяться. Это было действительно забавно. — Нет. В столь юном возрасте меня не интересуют ни мальчики, ни девочки. Взгляд Джареда стал жёстче, пальцы на одной руке резко сжались в кулак и тут же расслабились. Но улыбка по-прежнему оставалась на лице. — Интересные у тебя стремления, Джаред. Разнонаправленные. Ты очень общительный, у тебя много друзей. Вы общались с Гейлом Бримом? Джаред пожал плечами, не отводя глаз. — Вы ведь одноклассники. — И что? Я не со всеми одноклассниками общаюсь. Но да, с Гейлом я общался. Немного. Раньше. — Когда вы играли в одной команде? — Да. — После того как он ушёл, вы не стали продолжать общение? — Уход из команды — уход из семьи, — жёстко улыбнулся Джаред. — Как ты отнёсся к его решению? — Я хотел убить его, — хищные глаза сузились, хотя в их глубине всё же скользила насмешка. — Его уход так сильно задел тебя? Джаред фыркнул и покачал головой. — Почему же он вызвал такие негативные эмоции? — Он свалил из команды за неделю до финала сезона, мы едва не проиграли. — Он не объяснил, почему это сделал? — Нет. Свалил и всё, — Джаред снова ощупал его взглядом с ног до головы. — А ваша жена не ревнует? Вы тут постоянно в окружении молодых, но уже вполне развратных девчонок. И парней. — Об этом некому беспокоиться кроме директора и ассоциации психологов, — Дженсен ещё раз отметил про себя настойчивый интерес Джареда в отношении его личной жизни. — Только уход из команды отвернул тебя от Гейла? — Да по фигу. Спилман на его позиции справляется даже круче, так что плевать мне на уход Брима. Наш прошлый мозгоправ носил подтяжки и вечно шмыгал носом, ему было лет сто. Его уволили, потому что директору захотелось свежего мяса. Вы это знали, мистер Эклз? — с невинным видом спросил Джаред. — Директор Хэнтли уже подкатывал к вам? Вещал про сплочённый коллектив, что вам лучше держаться ближе друг к другу и всё такое? Этот старый кобель ко всем новеньким так подмазывается. Дженсен нахмурился и, состроив озабоченный вид, нагнулся чуть вперёд: — Джаред, ты только не волнуйся и ничего не бойся, я никому не скажу. Во взгляде Джареда промелькнуло удивление и интерес. — Директор Хэнтли делал тебе... непристойные предложения? — участливо спросил Дженсен и пододвинул ближе к краю стола статуэтку слона: — Покажи на кукле, где он тебя трогал. — Что? — лицо Джареда вытянулось, сделав его похожим на обычного подростка. — Твои слова о директоре — это же призыв о помощи, да? — Дженсен изобразил волнение. — Нет! Фу, чувак, ты что несёшь?! — Джареда аж передёрнуло. У него была очень живая, яркая мимика, и Дженсен, не сдержавшись, улыбнулся. — Очень смешно, — фыркнул Джаред. — Лучше быть поаккуратнее с заявлениями такого рода, — мягко улыбаясь, посоветовал Дженсен. — Я не делал никаких заявлений, — ухмыльнулся Джаред. — Просто спросил, не мутите ли вы с кем-нибудь в нашей школе. — Почему это тебя так интересует, Джаред? — А почему бы и нет? — Джаред пожал плечами и положил локти на спинку стула. — Вы же копаетесь в наших мозгах, будет справедливо, если и сами немного поделитесь своими мыслями. Разве нет? — Разве копаюсь? Мы просто разговариваем, — улыбнулся Дженсен. — Тогда почему вы удивились моему интересу? — улыбка Джареда была снисходительной. — Я хочу узнать человека, с которым разговариваю. Джаред Падалеки однозначно выделялся на фоне своих одноклассников. Все, кто приходили до него, стремились уйти как можно быстрее. Но не Джаред. Казалось, он чувствует себя довольно свободно. Только совсем не хочет говорить на те темы, к которым подводит его Дженсен. И то, что парень очень умён и проницателен, тоже никаких сомнений не вызывает. — Значит, будем по принципу ты мне — я тебе? Только отвечать честно, — Дженсен решил попробовать по-другому. — Ты мне, я тебе? — Джаред хмыкнул и кивнул. — Пожалуй, это может сработать. — Хорошо, — Дженсен кивнул. — У Гейла в последнее время были проблемы с одноклассниками. Что послужило причиной? — Он плохо прятал свои секреты, — ответил Джаред и почти без паузы задал свой вопрос: — Вас в нашу глушь за какие-то грехи сослали или по зову сердца? — Школа Эдисона — элитное учреждение и сюда не так-то просто попасть. Меня пригласили, — Дженсен, мягко улыбнувшись, поправил очки. — Какие секреты Гейл не смог скрыть? — Втюрился в неправильного человека. Вас пригласили, потому что вы крутой мозгоправ? Как Ганнибал Лектор или типа того? Дженсен быстро сделал пометку в блокноте, что стоит разыскать дневник. — До Ганнибала Лектора мне ещё далёко. Директору понравились мои исследования по психологии подростков, и вот я тут. Ты знаешь, кто этот человек, в которого был влюблён Гейл? — Там не явно было написано, только инициал. Вас обрадовало бы, будь ученик влюблён в вас? — Нет. Ведь я никак не смог бы ответить ему взаимностью. Невзаимная любовь, тем более подростковая, довольно мучительна. Если там был только инициал, почему все решили, что этот человек неправильный? — Инициал был ваш, — Джаред ехидно усмехнулся, и Дженсену почудилась злая искра в его глазах. — Он часто ходил к вам, неужели вы ничего не заметили? Дженсен снова задумался, мог ли он действительно пропустить такое. Но пришёл всё к тому же выводу, что если Гейл и был влюблен, то точно не в него. Они много разговаривали, в том числе и о симпатиях. Гейл несколько раз осторожно говорил, что не чувствует к одноклассницам ничего, кроме обычного человеческого интереса. Но в его окружении есть человек, который ему нравится, но тому плевать на него. И ни разу Гейл не подал знака, что это может быть Дженсен. — Это ты понял по одному инициалу? Гейлу нравилась терапия. Это правда. Она помогала ему услышать себя, примириться с собой и с окружением. Но он относился ко мне, как... к другу. И это моё профессиональное мнение. — Не только по инициалу, — Джаред посмотрел на него странным взглядом, а потом встал со стула. — Ладно, доктор Лектор, мне пора. Отлично поболтали. — Увидимся на следующей неделе, — мягко улыбаясь, напомнил ему Дженсен. — Договорились, — Джаред махнул ему рукой и вышел. Дженсен выдохнул и, сняв очки, потёр усталые глаза. Трудно с этим парнем будет. Но интересно. Действительно интересно.