Удачный брак

— Ты доволен нашим браком, Гарри? Вопрос застал врасплох. Гарри удивленно посмотрел на сидящего в кресле напротив молодого мужчину. Не то чтобы поднятая тема совсем неуместна, сегодня была девятая годовщина их брака, просто никогда раньше ни один из них не интересовался подобным, учитывая, ну, специфику их отношений. Они начали вечер в ресторане — естественно, самом известном и дорогом в магическом Лондоне. Ужинали за бокалами вина, улыбались, разговаривали. Гарри не считал это игрой на публику — давно перестал это так воспринимать. Хотя, пожалуй, эту часть вечера все же стоило отнести к официальной, вспоминая ту вереницу встреченных ими высокопоставленных господ, выражавших свои поздравления. Из ресторана они вышли довольно рано, Гарри хотелось пройтись вдоль Темзы, но на улице накрапывал мелкий дождь, и они вернулись домой. Вечера подобно этому, когда они вдвоем сидели в тишине гостиной, случались нечасто. Драко пил свой бренди, Гарри больше предпочитал огневиски, который мог позволить себе разве что дома или во время редких посиделок с Роном, в остальное время чинные мероприятия или встречи с коллегами и друзьями Малфоя не предполагали наличия этого плебейского напитка. По той же причине, по которой Гарри он нравился — из-за быстрого эффекта опьянения. Малфой смотрел в огонь камина, и Гарри не знал, о чем тот думал, что привело его к озвученному вопросу. Сам Поттер рассматривал лежащий у него на коленях подарок Драко — набор самопишущих перьев нового поколения, которые здорово упростят ему написание все удлинявшихся отчетов в Аврорате. Пожалуй, эта часть нравилась ему больше всего в совместных праздниках. Гарри очень щепетильно каждый раз относился к выбору подарка для мужа, желая его порадовать, но в конечном итоге наверняка больше радовался сам, когда в ответ получал с похожим участием отобранный презент. Пусть это никогда не было что-то выдающееся, вроде спонтанных туров в теплые края на выходные или коллекционных бутылок элитного алкоголя, которые в легкую сбивали спесь с содержимого баров друзей Драко. Гарри радовался любой мелочи, вроде тех же перчаток из драконьей кожи, что муж вручил ему в прошлом году, заметив, что, несмотря на начало осени, у Поттера сильно мерзли руки. Это было знаком внимания, каждый из которых очень грел душу Гарри. Может быть, получай он вместо них что-то безликое, вроде дорогих часов или новомодных запонок, давно бы полез на стену. А так ничего, такие мысли его почти не посещали. — Я люблю тебя, почему я должен быть недоволен нашим браком? — с очевидным недоумением отозвался Гарри. Малфой перевел на него взгляд. Серые глаза уже давно не казались Гарри холодными, он слишком привык к отсутствию эмоций на лице мужа и научился угадывать его настроение по малейшим колебаниям оттенков в застывшей ртути. — Я спрашивал не об этом. — Тогда объясни, пожалуйста, что имеешь в виду. Драко снова отвернулся. Огонь в камине разгорался сильнее, подчиняясь Драко, магией задумчиво помешивающего поленья. Учитывая к тому же наличие алкоголя в крови, в комнате было очень жарко. — Людям вроде тебя всегда нужна взаимность. Гарри резко почувствовал тянущее ощущение тревоги. Ни разу, вот вообще ни единожды они не говорили об этом с тех пор, как заключили брак. К тому моменту оба прекрасно знали, на что и зачем идут. Гарри знал, что любил этого высокомерного выскочку и знал, что его в ответ выбирают отнюдь не из-за веления сердца. Он принимал это. Малфой в свою очередь был осведомлен о наличии у его партнера чувств и в конечном итоге решил, что это не большая цена за список преимуществ от супруга-победителя Темного Лорда. Взвешенные плюсы и минусы. Все было просто и понятно. Что изменилось теперь? Не заостряя внимания на фразе «люди вроде тебя», примерно понимая, что Малфой имел в виду, Гарри ему спокойно улыбнулся. — У меня есть взаимность. И он знал, о чем говорил. Пусть не такая взаимность, как хотелось бы, но о той самой Гарри перестал мечтать давно, он был доволен имеющимся. Ответная улыбка Драко была как будто с оттенком раскаяния. Он окинул Гарри взглядом, словно давно не видел, с интересом или даже любопытством. Еще один тревожный спазм сжал сердце. — Ты знаешь, что я слишком прагматичен и рационален для любви. Именно так Драко извинился, когда сумел рассмотреть серьезность намерений бывшего врага. Когда закончились злые насмешки и недоумение, и один на один остались серьезное чувство Гарри и тотальное безразличие в душе Малфоя. Но это ничего, у Гарри было время смириться. В конце концов, он даже сумел найти в этом плюс: по крайней мере, это не он недостаточно хорош, чтобы завоевать любовь избранника, просто Драко в самом деле слишком много думает, чтобы любить сердцем. И пусть решение о браке тоже было сделано мозгом, Драко все-таки выбрал его, и это именно Гарри занимал его свободное время и носил почетный статус законного супруга. — С подросткового возраста я знал, что человек, в которого «влюблюсь», будет одного со мной круга, приятной внешности и будет способен оказывать поддержку в достижении поставленных мной целей. — Мужчина или женщина? — что ж, раз уж у них вечер откровений, Гарри давно хотелось это выяснить. Малфой открыто усмехнулся. — Гарри, если бы я предпочитал женщин, ты явно не находил бы меня так часто в своей постели. Может быть, странно, но Гарри было приятно это услышать. Как будто Драко делал ему комплимент тем фактом, что регулярно занимался с ним сексом. — Значит… исходя из твоего определения, можно сказать, что ты «влюблен» в меня? — вопрос прозвучал лукаво, и, улыбаясь, Гарри знал, что пусть и не настоящее, но сейчас он услышит признание. Ответная улыбка Малфоя была скорее вежливой, и у Гарри снова что-то свело внутри. — Сначала ты ответь на мой вопрос. Отставив коробку с подарком, Гарри решительно встал и пересел на колени мужа. На его бедра тут же опустились горячие ладони, одна из которых была все еще занята стаканом. Цепко выхватив лишний предмет из пальцев, словно он соперничал с ним за внимание Драко, Гарри доверился поддерживающим его рукам, отклонился назад и поставил стакан на стол. После чего немного поерзал, устраиваясь удобнее, закинул руки на плечи супруга и затих. Взгляд в глаза был довольно жестким. — Зачем ты спрашиваешь? Задумался о разводе? Я тебя чем-то не устраиваю? — Гарри, это не вежливо, — в противовес ровному тону, которым Малфой делал ему замечание, его ладони прошлись в ласкающем движении по стянутым классическими брюками бедрам.— Но так и быть, я отвечу первым. Нет, я не думаю о разводе. Можешь считать это блажью, но мне интересно, как все это видишь ты. Причин не верить Драко у Гарри не было, и он немного расслабился, хотя все это было довольно странно. Что ж, Малфой был хорошим мужем — оценивая в том диапазоне, который Поттеру был доступен. Драко уважал и интересовался его мнением, проводил время в его обществе и в целом был далеко не так холоден, как мог бы. Время от времени они вместе выбирались в общественные места, связанные не только с работой, пытались разделять интересы друг друга, делали что-то приятное, чтобы порадовать — Гарри чаще, но и Драко тоже. Гермиона осуждающе качала головой, задавая резонный вопрос, что когда это обыденные для женатых людей вещи, вроде совместного деления спальни или вопросов в духе «Как прошел день?», Гарри стал считать хорошим знаком. Нормальный брак в принципе подразумевает интерес к делам друг друга и исполнение супружеского долга, однако Гарри с самого начала знал, что аристократы — ненормальные. Общаясь с женами друзей Драко — потому что мужчины, конечно, считали ниже своего достоинства обсуждать такие приземленные вещи — Гарри узнавал, что во многих браках, заключенных по расчету, дела обстояли намного хуже. Доходило до того, что супруги делили разные части поместья — если вообще жили под одной крышей. Совместные выходы в свет как способ поддержания имиджа семьи были единственным, что их связывало, ну и еще произведенный наследник, после рождения которого родители могли вовсе не прикасаться друг к другу в интимном плане. Имея множество подобных примеров перед глазами, разумеется, Гарри считал себя счастливчиком: половая жизнь в их семье оставалась жива даже спустя девять лет. Хотя, конечно, до нормальности с точки зрения Гермионы их ситуация совсем не дотягивала. Главным условием, выставленным Малфоем еще до свадьбы, являлось четкое распределение ролей. Так что именно Драко всегда был тем, кто брал, а Гарри тем, кто давал. Но, опять же, Поттер решительно не видел в этом проблемы. Малфой был внимательным любовником. И Гарри сомневался, что не существуй у них соглашения, ситуация бы сильно отличалась. Ему нравилось единовластие мужа в постели, нравилось ему отдаваться и нравилось видеть довольство на красивом лице, продиктованное одновременно и физическим удовольствием, и моральным удовлетворением. В такие моменты Гарри особенно остро чувствовал свою принадлежность любимому мужчине, и ни за какие блага мира от этого бы не отказался. Гарри научился так жить. Научился держать себя в обществе чопорных аристократов, говорить на их языке, мыслить их категориями. Он стал спокойнее, уравновешеннее и лояльнее к людским причудам, что ли. Гермиона, опять таки, считала, что жизнь среди снобов выжгла из Гарри все краски и радости, но сам Поттер с ней не соглашался. В каждом его дне присутствовало то самое счастье, ведь Гарри любил Драко. Не делая из этого большого события, он с пониманием относился и к Малфою, который не чувствовал в ответ того же. Этот брак дал Гарри главное — он дал ему любимого человека. А все большие минусы, которые видела Гермиона, на самом деле не были существенны. Гарри устраивала его жизнь. — Пускай ты не любишь меня, но я могу тебя возбуждать. Ты уважаешь меня и не скучаешь в моем обществе. В конце концов, ты знаешь, какие обязанности должен выполнять в качестве супруга. Ты хороший муж, Драко, и ты даешь мне все, что можешь дать. Так что да, я доволен нашим браком. Малфой еще несколько секунд смотрел в его глаза, переваривая ответ, после чего нежно провел ладонью по горячей шее и, притянув к себе, мягко поцеловал в губы. — Хорошо. Больше он ничего не добавил, и Гарри постепенно расслабился. Он так и не слез с колен Малфоя, наоборот, обнял его покрепче и установил подбородок на его плече. На самом деле, он еще много мог бы рассказать о том, каково это, когда тянешься к человеку душой, но в ответ можешь получить только вежливый интерес. Но подобные переживания для него уже давно таковыми не являлись, они — обыденность его будней. Откровенно говоря, он был чертовски благодарен Драко за эти годы и его отношение в принципе. Делая предложение Малфою, он рассчитывал разве что на его присутствие в своей жизни и никак не на ответное тепло, тогда еще не зная, как невыносимо может быть день за днем стучаться в закрытую стену. В реальной жизни ему повезло чуточку больше. Может быть, это была жалость, но Гарри предпочитал считать это пониманием. Драко относился с пониманием к его чувствам и в меру возможностей делал жизнь Гарри не такой паршивой. Гарри влюбился вовсе не в плохого человека, несмотря на то, что утверждала Темная метка на бледной коже. Может быть, это и было главной причиной. В любом случае, их брак точно был не хуже многих.