Один ветер на двоих

— Я требую хоть каких-то объяснений. — Малефисента, она дракон! — Я уже слышала это за сегодня не раз! А теперь хочу услышать хоть что-то вразумительное. — Ты не знаешь? — одна из фей преклонного возраста вышла вперед, — мы были уверены в том, что ты в курсе, что драконы — наши враги. — Недавно вы и о людях так говорили. — Ты не понимаешь! — Борра снова вышел вперед, — этой вражде уже больше сотни лет! — Да, 115. — Так ты знаешь! — Нет, мне об этом Нэйва рассказала. — Нэйва… дурное имя. Вся ситуация начала выводить из себя фею. Глаза загорелись зеленым, и она гневным взглядом обвела собравшихся. — Молчать. Всем! — взгляд метнулся в сторону Борры, собравшегося уже что-то сказать. — За этот месяц она не сделала мне ничего дурного. — Готовится напасть! — Ты должна понимать, что она опасна! — Они чуть не истребили нас всех! Гвалт осуждений в сторону безвинной драконицы обрушился на Малефисенту. Не выдержав, вокруг нее во все стороны ударило зеленое пламя. Оно не причинило вреда, однако заставило всех смолкнуть. — Она останется здесь под моим присмотром. — Эти твари стольких сгубили! — А скольких убили мы! Малефисента, не желая это слушать, резко взлетела и направилась к морю. *** Последние слова услышали все. Нэйва, прикусив губу, уже было хотела последовать за своей феей, но ее удержали за руки Диаваль и Аврора. — Ааай… — ворон потряс обожжённой рукой, — не стоит ее сейчас беспокоить. — Да-да… — Аврора так же пыталась остудить ожёг, появившийся на ладони. Драконица виновато подставила им обоим крыло, к которому они с удивлением прикоснулись и блаженно застонали: крыло было холодным. — А где твои сородичи? Филипп, до этого молчавший, с любопытством посмотрел на девушку через плечо любимой. Нэйва задумалась. Каждый сейчас слышал слова Малефисенты, поэтому говорить, что они все мертвы по вине фей — не стоит. — Эм… они остались дома. Почти не солгала. Дома остались все блуждающие огни, когда-то давно бывшие драконами. — Как жаль… — Да, жаль, — поддержала Аврора, — но ты не переживай, мы не дадим тебя в обиду. Принцесса улыбнулась ей, и Нэйва поняла, почему Малефисента когда-то так полюбила Аврору и называет ее теперь дочерью. — Извините, но я всё-таки поищу ее. С этим она встала и быстро взлетела, направляясь по тому же пути, по которому скрылась фея. — Какие у нее крылья красивые… — Я сначала подумал, что они у нее каменные. — Я тоже… *** Нэйва нашла ее там же, где до недавнего времени сама дожидалась ее. Малефисента, скрестив руки на груди, стояла и смотрела вдаль. Драконица тихо подкралась к ней и приобняла крылом. Мельком она успела заметить, что глаза феи светились зеленым. — А, это ты, дорогая… — Что там произошло? — Ничего серьезного. — Тогда тем более расскажи мне. — Милая, я… — Расскажи. Я имею право знать. Малефисента тяжело вздохнула и прижалась щекой к прохладному крылу. — И почему они так боятся вас… — Малефисента. — Они отказываются принимать тот факт, что ты не желаешь никому зла. — Почему? Почему, сто лет спустя, они всё еще помнят об этой вражде… — Я сама задаюсь тем же вопросом. — Мы ничем не отличаемся от вас. — Вот именно. Драконица закрыла глаза и прижалась к фее. Испуганно подавшись назад, Малефисента поняла, что та сейчас не такая горячая и обняла ее. Не часто в последнее время удавалось это сделать. — Мне достаточно того, что знаю о тебе я. — Ты очень мало знаешь… — Расскажи больше? — Не-а… Девушка потянула на себя фею и коснулась ее губ. Она целовала мягко и нежно, боясь выпустить внутреннее пламя и навредить ей. Борра всё это время наблюдал за ними, и внутри него разгоралось собственное пламя. Пламя ненависти. «Малефисента просто не видит, какая ты. Ты затуманила ей разум, но не мне. Ты еще пожалеешь. Ты сгоришь в своем же огне!»