Спасти ангела

Прошло всего ничего с осенних экзаменов, которые были настолько сложны, что пол университета было отправлено на пересдачу. Кто-то уже был готов бросить учёбу, зная, что все равно не сдаст, кто-то собирался готовиться до посинения, ночами предпочитая сну чашку горячего кофе. А кто-то просто сидел и не знал, что делать. Родители были в очень тяжёлых отношениях с сыном. Глупые вопросы о его жизни, чрезмерная забота, если её таковой можно назвать, частые срывы на Джису из-за личных проблем каждого из родителей… Его настроение едва можно было назвать нейтральным, но оно и правда было частично таким. Не сказать, что частая ругань и придирки с ничего задевали его, но грустный осадок в виде ощущения пустоты явно оставался. Он был не машиной и не бездушным камнем, а человеком, его эмоции часто выплескивались наружу, вот только не в сторону друзей или приятелей, а в зеркало. Подобное отношение со стороны родителей было к нему ещё лет с пятнадцати, когда он научился говорить «нет» и отстаивать свою точку зрения. Тогда его главным другом было не только зеркало, но и дневник. Однако сейчас ему двадцать два, о каком дневнике может идти речь? Зеркало все равно удобнее, ведь не нужно ничего записывать, не боишься, что кто-то посторонний прочитает то, что скрыто в твоей голове. Не то чтобы он был замкнутый от всех, он просто предпочитал держать всё главное в себе. А так он был очень даже общительный: вёл праздную жизнь, посещал любого рода мероприятия, где можно было хоть чуть-чуть забыть, что на носу экзамены, новые ссоры с родными и слишком большая ответственность в этой жизни, кажется, перед каждым человеком, который хотя бы раз видел Джису. Пусть он и не мог отказаться от приглашения на какой-то праздник, но он никогда не пользовался своей популярностью и был по меркам местных знаменитостей университета очень даже скромным, хотя и пользовался неплохой известностью. Его сердце было большим и добрым, что явно привлекло девушек с разных факультетов, в то время как большая часть мужской половины заведения его на дух не переносила, зато другая была в идеальных отношениях с ним. Слишком смазливый, слишком добренький, общительный, но постоянно что-то скрывающий или недоговаривающий, так ещё и в какие-то моменты из всего такого идеального парня превращался в дьявола, который готов был тебя убить за одно неверное слово в его адрес. Типичный идеальный парень любой девочки-подростка, и Джису даже не приходилось поддерживаться этого образа, ведь этот образ и был его настоящей оболочкой. Многим казалось, что он притворялся идеалом, считали, что на самом деле его характер далеко не такой, а сам парень полон изъянов. На подобные высказывания Джису не то что не обращал внимания, он пропускал их мимо ушей, как ветер, который постоянно дует и пытаться остановить его не было смысла, как и эти глупые сплетни. Так он жил всего несколько недель назад, пока его отношения с родителями окончательно не пошли по наклонной линии. Его мать была постоянно на взводе, ей даже прописали специальные таблетки, чтоб хоть как-то охладить её тяжёлый характер, но женщина явно не спешила их использовать. Она отдавала предпочтение срываться на сына, а если его не было, то под горячую руку попадал муж. Недавно ей пришло уведомление от университета, что у них имеется задолженность, а также то, что Джису придётся пересдавать практический медицинский экзамен, который тот успешно завалил, предполагая, что сможет и без подготовки все сделать. Но стоит отдать должное, ведь Джису и правда имел огромный запас знаний, он мог легко понять, что и как нужно делать в какой-то ситуации, вот только главная проблема была далеко не в этом. Различного вида формулы, теории и тому подобное не просто не запоминались в голове парня, они буквально влетали и вылетали, будто их вообще никто и не произносил. В последнее время у Джису были явные проблемы не только с родителями, но и со сном. Либо он попросту не могу уснуть, либо засыпал, но сны его были до жути запутынными, от чего голова по утрам гудела так, словно он лёг спать не в одиннадцать вечера, а в четыре утра, при этом влив в себя несколько рюмок крепкого алкоголя. Узнав, что их сын опять не смог с первого раза сдать все на высший балл, а родительские деньги опять должны полностью уйти во власть учебного заведения, оставляя всю их семью опять без копейки, его мать была не просто в гневе, она самолично пришла в университет к Джису и попыталась отчитать его перед огромными группами людей, некогда спокойно обедающие за широкими столами. Парень готов был провалиться сквозь землю. Сотни пар глаз были направлены на странную женщину в возрасте, которая была готова с пеной изо рта повторять, что у них и без него куча проблем и долгов, так ещё и теперь этот университет. Потом она перешла на вспоминая прошлых лет, когда Хон Джису все ещё был послушным и благоразумным мальчиком, который ни за что в жизни не променял учёбу в школе и попытки получить успешную карьеру на какие-то простые отговорки, мол все равно на более мой мозг не способен. Простояв в ступоре от появления его матери около минуты, Джису попытался её успокоить, но это лишь усугубило ситуацию, от чего глаза женщины уже наливались кровью от лопающихся капилляров. Тогда он просто попытался уйти куда подальше, лишь бы не видеть лицо этой сумасшедшей, по которой явно давно плачет больница. Неужели врачи настолько слепы, что не могут отличить вспыльчивый характер от психического расстройства? И он ещё хочет стать похожими на них? Пока не он быстрым шагом шёл по светлому коридору, обвешенному яркими картинами, его уже несколько раз толкнли в плечо, а краем уха слышал разговоры каких-то сплетниц, которые говорили о том, что в столовой на улице пришла чья-то злая мамаша, которая отчитывала парня на глазах всего университета. Джису ничего не оставалось, кроме как ускорить шаг и побеждать в первую попавшуюся комнату, лишь бы спрятаться от всех этих ненужных ушей и глаз. Его настроение граничило с неумолимой злостью и полным чувством безысходности, ведь он только что почувствовал все тяготы быть опозоренным родителями прямо перед всеми студентами, которые могли даже не знать его, но теперь его, видимо, знал каждый. И как эту ненормальную вообще пропустили в здание? Он огляделся по сторонам, в кабинете и правда никого было. Просторная и светлая, везде были незаконченные картины и банки красок с кисточками. Видимо, он забежал не в свое крыло, но сейчас это не играло никакой роли. Если кто-то вздумает сюда войти, то Джису без всяких раздумий попросит безусловно мягко покинуть комнату, а если тот не поймёт, то скажет грубее. Но это все на случай, если зайдёт ученик, перед людьми с званием повыше ему самому надо будет склонить голову и покинуть комнату, и без того проблем не разгсти. Откинув затылок назад, он думал как ему следует поступить, но в голову совершенно ничего не приходило. Его репутация идеального парня не просто была разрушена, она была стерта в порошок громкими словами о том, что семья его матери и без того была без копейки в кармане, так ещё и сын постоянно приносит в дом одни беды. Его глаза слипались, он не хотел спать, но глаза буквально жили отдельной жизнью, делая то, что захотят. Его организм давно был истощен, вот и наконец-то показался результат недосыпа. Он даже не заметил, как погрузился в дремоту прямо на полу около двери и нескольких баночек голубой краски. И он бы и дальше продолжил бы сидеть на одном месте, все больше и больше погружаясь в сон, если бы не чей-то голос, непонятно говорящий в его голове или это правда в кабинет кто-то зашёл. — Ты устал… Голос явно был человеческий, на механический или ещё какой-то был мало похож, но у Джису не возникло вопросов, с чего бы ему обращаться к парню. Он же спит, ему самому ещё и не такое снилось, поэтому он просто продолжал слушать дальше, слабо понимая происходящее. — От этого всего можно избавиться, верно? Джису издал лишь робкое «ага», даже не до конца понимая смысл сказанных слов. — Знаешь, можно же начать новую жизнь, навсегда забыть о тяготах этой, — голос продолжал говорить, а Джису казалось, что что-то лежало и мягко поглаживало его по голове. Это слегка пугало его, но не настолько, чтоб он полностью проснулся. — Просто взять и сделать шаг или небольшой надрез. Зачем тебе все это? Начни жить заново. Тут дверь открылась, и в неё вошёл преподаватель, явно удивлённый подобным потрепанным видом студента. Джису тут же вскочил на ноги, поклонился и без лишних слов быстрее вышел из кабинета под непонимающим взглядом учителя. Он думал лишь о том, как бы побыстрее добраться до дома и лечь спать, потому как теперь ему серьёзно хотелось спать, ещё и этот голос не давал покоя, оставляя свой отголосок на протяжении всего пути, будто ему в голову установили радио без выключателя. Его съёмная квартира находится в нескольких километрах от университета, что было сравнительно недалеко, учитывая размеры его огромного города. Хоть он и постоянно жаловался, что ему приходится вставать намного раньше, чтобы успеть на автобус, но он понимал, что ему очень даже повезло. Его дом находился в новой части города, которая была идеальна для комфортного проживания, начиная от огромного поля для футбола, где он проводил большую часть свободного времени, заканчивая детской площадкой с огромным количеством всевозможных развлечений для детей. Да и аренда была не такой высокой, что позволяло ему оплачивать проживание из собственных сбережений, а не возвращаться в дом родителей с ещё одной просьбой об одолжении денег. Зайдя домой, он буквально плюхнулся на кровать без единой мысли, словно с каждой секундой из него выкачивали все жизненные силы, которых хватило лишь на то, чтоб все же соблюсти хоть чуточку гигиены и разуться. Его глаза слипались, он благодарил сейчас всех мёртвых родных за то, что его организм наконец захотел спать, и ему не пришлось опять пить снотворное. — Джису… — какой-то голос опять прозвучал в голове, зовя его. На это парень лишь грубо рыкнул и накрыл голову подушкой, как можно сильнее зажимая уши. — Ты можешь хоть весь залезть под одеяло, смысла все равно от этого не будет. — Хм, знаешь, так и сделаю. Джису лишь поверх подушки над головой укрылся ещё и одеялом, чтоб уж наверняка, но это мало помогло, а голос все продолжал говорить. — Джису. — Твою мать, я, кажется, совсем сошёл с ума от всей этой учёбы, может, правда забросить. Он лишь глухо простонал в кровать, пытаясь хоть как-то понять, что происходит. Он честно уже собирался взять денег и пойти на осмотр, ведь здоровые люди чьи-то голоса слышать не будут, верно? — Ты не думал, что все может быть намного проще? — голос не унимался. — Помни, ты всегда можешь на меня положиться, я всегда буду рядом, просто тебе нужно принять верное решение. Тут по телу Джису прошелся холодок, вся его спина покрылась мурашками, словно на улице не тёплая осень, а зимняя комната с настежь открытым окном. Эта фраза казалась ему очень знакомой, а после неё и голос начал отдалённо напоминать кого-то или что-то. Ему даже стало интересно, что произойдёт дальше. Насколько тяжёлые симптомы, что уже голос в голове начинает говорить знакомыми фразами? — Твои успехи в универе явно не сильно выделяются, ты же мечтал стать врачом. Голова показалась из-под одеяла и подушки, и Джису смог спокойно вздохнуть. Пускай. Он полежит послушает, а после организм сам погрузится в сон. Сейчас ехать в больницу не очень хочется, в психушку сразу все равно не положат. — Но как ты можешь стать врачом, если уже задумываешься о смерти? Джису напрягся, начиная серьёзно думать над его словами. Он и правда иногда задумывался, а что бы было, если бы его и правда не стало? Конечно, это был всего лишь пустой интерес, проверять его он явно не хотел. — Боже, дай мне сил, — Джису прикрыл глаза, уже мечтая скорее погрузиться в сон и не слышать чьи-то безуспешные попытки привести его к самоубийству. Голос и правда после этого замолчал. Наверное, даже у простого воображения есть совесть, так почему же её нет у преподавателей и простых людей? Весь день был коту под хвост. Он пролежал на кровати больше пяти часов, за окном давно стемнело, что уж точно не радовало, ведь теперь ему всю ночь придётся просто сидеть и ничего не делать, так как за день он хотя бы как-то выспался. Пусть ему и уже в десятый раз снятся похожие сны, где постоянные проблемы с учёбой, постоянные срывы родителей и постоянное напряжение. Спасибо хоть на том, что Джису помнил не все моменты сна, а лишь частями, иначе его нервной психики и правда можно было смело помахать рукой и отправить в дальнее плавание. На часах было уже восемь вечера, он совершенно забыл, что все ещё не сдал практику. Но делать что-либо сейчас совершенно не хотелось. Ему и правда хотелось сейчас пойти в больницу или позвонить родителям, сказав, что их сын поехал окончательно. Подобное можно было бы списать на чрезмерное усердство, но его не было, так что стоит просто признать, что ему надо завязывать с алкоголем, который он и так пьёт не в сильно больших количествах. На свежем воздухе пусть и было темно, но улицы были прекрасно освещены из-за фонарей, а температура была не настолько и холодной. Джису как раз не помешало бы провериться, к тому же он ничего за сегодня не ел, а в холодильнике у него не осталось никаких ингредиентов… Или же это он просто не умел готовить. Так или иначе, но зайти в какой-то магазин и правда стоило. Накинув длинную черную куртку, он вышел из квартиры, закрывая её на несколько замков, чтоб уж наверняка. Видимо, он к тому же ещё и параноик. Отличный конец дня, — только и думал Джису, ступая по тропинке из опавших рыжих листьев. Он решил, что стоит сначала немного прогуляться в одиночестве, а потом уже по пути домой зайти и купить все самое нужное. В такое время на улицах чаще всего были небольшие группы подростков или влюблённые парочки, среди которых Джису явно выделялся своим одиночеством. Он и правда хотел было позвонить друзьям и предложить сходить куда-нибудь. Ну, или хотя бы выпить, потому что настроение у него было настолько ужасным, что провались он сейчас под землю, то ничего бы не изменилось. Но сразу откинув эту мысль, он понял, что сейчас верным решением будет просто воткнуть в уши наушники и побыть одному. Что он и сделал. Прогуливаясь вдоль дороги, ему явно не приходило в голову, что, наверное, не стоит просто так ходить без опаски в такое время суток по проезжей части, но ему настолько плевать, ведь он идёт с краю, что может случиться? Его одежда совершенно сливалась с окружающей средой, а водители уже давно перестали включать фары, есть же фонари, которые хоть и тускло, но все же светят. В одно мгновение музыка в наушниках отключилась, он остановился и понял, что и ветер перестал дуть, но это его мало волновало. Его больше интересовало, почему его музыка перестала работать, он же полностью зарядил телефон? Но и экран телефона тоже не работал. Джису стучал по нему, водил пальцем, нажимая с разной силой. Он готов был заплакать от отчаяния, ведь этот телефон он купил на собственные деньги, которых у него и так почти не было. Его глаза были уже красные. Ещё чуть-чуть и правда польются слезы, он уже сто тысяч раз проклял продавцов, которые посоветовали ему этот телефон за космическую сумму, из-за которой парень не ел днями. Почему он не мог родиться в средневековье, когда этого всего не было? Он уже хотел было вернуться назад, но, обернувшись, его откинуло на несколько метров назад от страха с громким криком. Буквально сейчас он произнёс все ругательства, которые были на его памяти. Прямо в нескольких сантиметрах от него была огромная белая машины, которая стояла на месте, а лицо водителя выражает неподдельны страх с открытым ртом. Джису тяжело дышал, он совершенно не понимал происходящего, пока не услышал голос позади себя. — Мда, с таким языком тебя не то что в рай, а даже близко к нему не подпустят.